Протоиерей Валерий Демчук

Связь Церкви и армии всегда была органична. Поистине религиозность нашего народа была одним из факторов бесстрашия и побед его армии.
Перелом, произошедший в обществе, выявил, что православная вера глубоко укоренена в сознании миллионов людей. 1991-1992 годы стали переломными, когда значительная часть нашего народа вернулась в лоно Православия. Не остались в стороне и Вооруженные силы. Количество верующих постоянно увеличивается, и это закономерно.
Единое понимание обстановки в стране, необходимость обрести нравственную и духовную опору в воинском воспитании привели Министерство обороны к взаимодействию с Украинской Православной Церковью. Закономерно, что в отношениях с Вооруженными силами приоритетом пользуется УПЦ — традиционная каноническая Церковь.
Причем глубина интенсивность связей с ней определяется не мнением того или иного командира, а исторически сложившимся статусом Православия в украинском обществе, его ролью в нашей истории, культуре, национальном самосознании большинства украинцев. Равенство религиозных объединений перед законом еще не означают равенство их социальных ролей. Поэтому нравственный ценности, привносимые Православием в общественное сознание, а именно патриотизм, отношение к военной службе и защите Отечества, — священные обязанности каждого христианина, плюс желание самой Церкви оказывать помощь Вооруженным силам способствует укреплению связей между УПЦ и ВС.
Практическим претворением в жизнь взаимодействия УПЦ и ВС в духовно-нравственном воспитании военнослужащих является тот факт, что во многих воинских частях и военных учебных заведениях строятся храмы. В 2000г. по поручению Президента Украины Л. Кучмы и министра обороны генерала армии Украины А. Кузьмука на территории учебно-оздоровительного комплекса Киевского военного лицея им. Ивана Богуна в городе Боярка был построен и освящен храм в честь святителя Николая. Возведение первого на Украине типового храма в детском военном учебном заведении проводилось при непосредственном участии начальника комплекса, заместителя начальника лицея полковника Н. Гоголя. Закладку камня под строительство 28 апреля 2000г. осуществил викарий Киевской митрополии, наместник Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры архиепископ Вышгородский Павел. Освящение святыни 18декабря 2000г. совершил викарий Киевской митрополии архиепископ Переяслав-Хмельницкий Митрофан.
Храм играет важную роль в воспитании и духовном окормлении лицеистов. В этом учебном заведении учатся дети 13-15 летного возраста, большая часть которых нуждается в социальной защите.
Среди них — 48 детей-сирот, родители которых погибли при выполнении служебных обязанностей, 80 человек из малообеспеченных семей, 10 человек из многодетных семей, а также дети, родители которых инвалиды I и II группы.
При храме организована воскресная школа. Здесь основное внимание обращается на духовно-нравственное воспитание будущих воинов, проводится катихизация и воспитывается осознанное (глубокое) отношение к церковным таинствам.
Дети лицея принимают участие в богослужениях, особенно в большие церковные праздники. Стало традицией в начале учебного года и по завершении служить молебны прямо на плацу, после чего окроплять лицеистов и всех присутствующих святой водой.
Духовное окормление офицеров и лицеистов возглавляет архиепископ Львовский и Галицкий Августин, глава Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и другими воинскими формированиями Украины. 19 декабря владыка служит на храмовом празднике Божественную литургию, а также молебны на воинские праздники. Как правило, после службы архиепископ Августин вручает грамоты, ценные подарки и денежные премии лицеистам, достигшим успехов в учебе и воинской подготовке, а также тем, кто активно принимает участие в жизни прихода и воскресной школы.
Благочинный Киево-Святошинского округа протоиерей Василий Русинка постоянно оказывает поддержку и принимает участие в окормлении военной молодежи.
Первой и главной задачей сотрудничества Церкви и командования лицея является возрождение духовно-нравственных основ ратного труда, придание воинской службе высокого общественно значимого смысла.
Второй долгосрочной задачей сотрудничества в духовно-нравственном воспитании является защита ума, души и чувств военного человека от массированного, негативного информационно-психологического воздействия, создание, в противовес различным «Рембо-идеалам», образа защитника Отечества, вдохновляемого исконно присущими нам ценностями нашей истории и культуры.
В сокровищнице Церкви есть такая духовная ценность, как смирение, оно ставит на твердую основу воинскую дисциплину, повиновение младших старшим. Православная аскеза весьма созвучна воинскому ратному труду с его тяготами и лишениями.
Логично, что сейчас во главе этого благородного дела — духовно-нравственного воспитания защитника Отечества — должна стать хранительница и защитница наших духовных основ — Украинская Православная Церковь.

09.03.2005. КИЇВ. Відбулося засідання Священного Синоду Української Православної Церкви
У Синодальному залі Київської Митрополії у Свято-Успенській Києво-Печерській Лаврі під головуванням Блаженнішого Володимира, Митрополита Київського і всієї України, відбулося чергове засідання Священного Синоду Української Православної Церкви.
Перед початком засідання у домовому храмі на честь святителя і чудотворця Миколая була відслужена панахида за визначним сином українського народу Т.Г. Шевченком у зв’язку з 191-ю річницею від дня його народження.
У засіданні Священного Синоду взяли участь його постійні члени:
митрополит Одеський і Ізмаїльський Агафангел, митрополит Чернівецький і Буковинський Онуфрій, керуючий справами УПЦ архієпископ Переяслав-Хмельницький Митрофан, а також тимчасові члени — митрополит Луцький і Волинський Нифонт, єпископ Житомирський і Новоград-Волинський Гурій та єпископ Криворізький і Нікопольський Єфрем.
Синод прийняв «Звернення до єпископату, духовенства, чернецтва та вірних Української Православної Церкви, до братів і сестер, що перебувають поза церковною єдністю зі Вселенським Православ’ям» та «Звернення до Президента України В.А. Ющенка».
Окрім цього, Синод прийняв рішення про відкриття нових монастирів — Хрестовоздвиженського чоловічого у с. Іскрівка Петрівського району Кіровоградської області, Спасо-Преображенського чоловічого у с. Нещерів Обухівського району Київської області і Свято-Воскресенського жіночого у м. Теплодар Одеської області. Також були обговорені деякі інші питання внутрішнього життя Церкви.

Звернення Священного Синоду Української Православної Церкви до Президента України В.А. Ющенка
Вельмишановний Вікторе Андрійовичу!
9 березня цього року відбулося чергове засідання Священного Синоду Української Православної Церкви, на якому було прийнято рішення звернутися до Вас.
Події останнього часу, результатом яких стало оновлення державної влади в Україні, викликали у суспільстві і Церкві, яка є його невід’ємною частиною, багато сподівань на покращення політичного, економічного та духовного клімату в нашій країні. Свободолюбний народ України, який жадав гідного життя у демократичній країні із справедливим державним устроєм, сьогодні, сподіваємося, отримав можливість будувати своє майбутнє згідно своїх прагнень. Прагне цього і наша свята канонічна Українська Православна Церква. Сьогодні, всього за декілька місяців роботи реформованих усіх гілок влади, нам ще важко давати оцінку тим державно-церковним відносинам, які складаються. З різних регіонів України надходить і різна інформація. В одних випадках вона втішає тим, що ці відносини налагоджуються в руслі демократії „з людським обличчям»: Церква отримує вільну можливість реалізації своїх прав і обов’язків. Інформація з інших регіонів засмучує нас, оскільки місцеве керівництво проявляє середньовічне бачення своїх взаємовідносин з Церквою: „Чия влада — того й віра».
З нинішньою демократизацією суспільства ми сподіваємось на довгоочікуване закінчення періоду втручання органів державної влади в життя Церкви та політизації міжконфесійних відносин в Україні, результатом чого, зокрема, стали і негативні прояви у церковному житті під час президентських виборів 2004 року, як то агітація в храмах різних конфесій за того чи іншого кандидата під дією адмінресурсу в залежності від регіону країни та особистих уподобань світського керівництва.
Прикладом грубого втручання влади у церковні справи є кровоточива рана на тілі Христової Церкви — розкол Православ’я в Україні. Адже як і створення Київського Патріархату при Л. Кравчуку у 1992р., так і подальший розвиток при Л. Кучмі цієї псевдоправославної організації супроводжувалися потуранням з боку влади, попри обґрунтовані протести Генеральної прокуратури України.
Віримо, що зворотного шляху в оновленні політичного життя не буде, і це була остання сторінка нашої історії, яка написана людьми, вихованими за часів тоталітарної радянської системи. За висловом Святого Письма, ми їли кисле, проте не хочемо, щоб у тих, хто буде після нас, була оскомина (Єрем. 31, 29).
Ще одне питання, яке нас непокоїть, — це подальше форсування ідеї штучного створення Української Православної Помісної Церкви шляхом механічного об’єднання Української Православної Церкви, яка зберегла своє канонічне достоїнство, з розкольниками, які свого часу відпали від неї та на сьогоднішній день юридично оформилися як „Православні Церкви», називаючи себе гілками українського Православ’я.
Вважаємо за необхідне дати деякі пояснення щодо цього питання.
Українська Православна Церква, як і всі Православні Церкви світу, живе за своєрідною конституцією — канонами, тобто правилами устрою внутрішнього і зовнішнього життя, сформульованими святими апостолами, Вселенськими Соборами і прийнятими для всецерковного обов’язкового вжитку. При порушенні канонічного устрою порушується і церковна дисципліна, а це в свою чергу веде до появи розколів, єресей, деструктивних і тоталітарних сект, внаслідок чого страждають суттєві властивості Церкви: єдність, святість, канонічність, апостоличність (що і трапилося в Україні).
Своє бачення та механізми подолання цього негативного явища церковного життя України ми виклали у „Зверненні Священного Синоду УПЦ до єпископату, духовенства, чернецтва та вірних Української Православної Церкви, до братів і сестер, що перебувають поза церковною єдністю зі Вселенським Православ’ям», яке у додатку шанобливо передаємо Вам для ознайомлення.
Вельмишановний Вікторе Андрійовичу!
Покладаємо надію на те, що за роки Вашого президентства в Україні буде відбуватися становлення взаємовідносин між державою і Церквою на засадах взаємної поваги та загальноприйнятих європейських норм державно-церковних відносин, встановлення між державою і Церквою рівноправних партнерських стосунків у гуманітарній сфері, де їх інтереси пересікаються. Зокрема, це стосується таких напрямків, як духовне просвітництво, боротьба з негативними явищами сьогоднішнього суспільства ( таких, як СНІД, наркоманія, пияцтво і розбещеність), виховання молоді в дусі патріотизму і любові до нашої рідної України, допомога нужденним і знедоленим. Певна практика в Української Православної Церкви на цьому поприщі є, і вона готова до активної співпраці.
Прийміть наші щирі молитовні побажання успіхів у Вашому високому служінні.

Звернення Священного Синоду Української Православної Церкви до єпископату, духовенства, чернецтва та вірних Української Православної Церкви, до братів і сестер, що перебувають поза церковною єдністю зі Вселенським Православ’ям
„Бо це добре й приємне Спасителеві нашому Богові, що хоче, щоб усі люди спаслися і прийшли до пізнання правди”(1 Тим. 2, 3-4).

З великої ласки Божої ми знову вступаємо в період очистительного Великого посту, який покликаний гармонізувати наші почуття, підготувати нас духовно і тілесно до зустрічі великого свята Пасхи Христової. Кожного разу піст спонукає нас до роздумів над самими собою, над нашим внутрішнім станом, над тим, що відбувається навколо нас. Для того, щоб піст приніс користь, нам необхідно дати правильну оцінку нашому духовному стану та навколишній дійсності. Наше людське єство повинне оновитися, стати достойним любові Божої. Святий апостол Павел повчає християн „відкинути попередній спосіб життя старої людини, яка зітліває в звабливих пожадливостях» та „обновитися духом розуму…, зодягнутися в нову людину, створену за подобою Божою, у справедливості та святості істини» (Євр. 4, 22-24).
Ми дякуємо Господу за Його безмежне терпіння до нас, за те, що Він
нам ще раз дає можливість духовно оновитися. У святі дні Великого посту просімо у Нього ласки і всесильної допомоги для цього.
Священний Синод Української Православної Церкви, виходячи із реалій сьогодення, вважає своїм обов’язком звернутися до Вас, браття і сестри, зі словом архіпастирської настанови. У сьогоднішній непростий час, який переживає наша Держава і Церква, — час, наповнений спокус і труднощів, нагадуємо вам слова святого апостола Павла: „Зодягніться в повну зброю Божу, щоб ви могли встояти проти хитрощів диявола» (Євр. 6, 11). Застерігаємо вас, брати і сестри, від поквапливих і необдуманих рішень, невиважених слів і вчинків. Всі свої дії звіряйте зі Словом Божим, Священним Переданням і з церковними канонами, нехтування якими веде до втрати церковності, виводить їх порушників поза церковну огорожу. Перебуваючи членами Єдиної, Святої, Соборної і Апостольської Церкви, ми повинні берегти нашу Святу Православну віру і церковну єдность, без якої, за православним віровченням, немає спасіння.
Події останнього часу, результатом яких стало оновлення державної влади в Україні, викликали у суспільстві і Церкві багато сподівань. Народ України прагне гідного життя і справедливого державного устрою. Прагне цього і наша свята канонічна Українська Православна Церква. З приходом нової влади Церква надіється на довгоочікуване закінчення періоду втручання органів державної влади в життя Церкви та політизації міжконфесійних відносин в Україні.
Разом з тим, ми висловлюємо стурбованість активізацією діяльності розкольницьких угруповань, зокрема так званого Київського Патріархату, керівництво якого прийняло популістське „Звернення до єпископату, духовенства та вірних УПЦ» від 23.02.05. У зв’язку з цим вважаємо своїм обов’язком заявити наступне.
У світовому Православ’ї не існує „УПЦ-Київського Патріархату». Ця організація була створена у 1992р. за підтримки світської влади з грубим порушенням священних канонів, чим поставила себе поза межі Православної Церкви. Вона відійшла від норм, які визначають зібрання віруючих як Православну Церкву, що веде свій початок від Господа Іісуса Христа. Ця організація вже є не церковним, а світським новоутворенням, в якому звершувані „священнодійства» втратили свою сакральну сторону, стали безблагодатними, недійсними. Позбавлена законної ієрархічної структури і апостольського преємства, „УПЦ-КП» не мала ані морального, ані канонічного права звертатися до єпископату, духовенства та віруючих нашої Церкви.
„Ми теж прагнемо того, щоб Українська Православна Церква стала Помісною, рівноправною сестрою в родині Православних Церков, але йдемо ми до цього канонічним шляхом, — говориться у зверненні Священного Синоду УПЦ від 27.07.93. — Поспішність або антиканонічність у діях, пов’язаних з одержанням автокефалії, завжди породжувала і буде породжувати розколи, що є поштовхом і до порушення громадянського миру у державі». Такою є наша позиція і сьогодні.
Ми звертаємося до вас, наші брати і сестри, яких було зваблено у розкол та позбавлено повноцінного благодатного життя та спасительних Христових Таїнств. Переборовши власний егоїзм та гординю, а інколи і просто звичайне невідання, поверніться у лоно Матері Церкви. Двері наших сердець відкриті назустріч вам. Пам’ятаймо, що немає гріха, якого б не простив Господь, якого б Церква не покрила своєю любов’ю. Проповіддю покаяння розпочав своє служіння Предтеча Господній Іоанн. Його словами закликаємо і ми вас до врегулювання церковного неустрою в канонічному порядку, установленому Богом, святими Апостолами та святими Отцями. Чим швидше це станеться, тим швидше ми разом єдиними устами і єдиним серцем зможемо славити Господнє Ім’я.
Повторюючи слова Ювілейного Архієрейського Собору УПЦ 2000 року, Священний Синод нашої Церкви ще раз наголошує: „Ми всі втомилися від чвар і ворожнечі, які заважають процесу нормального церковного життя».
Сьогодні ми маємо реальний шанс розпочати вільний діалог між православними християнами України щодо досягнення церковної єдності на основі суворого дотримання церковних правил. Тільки канонічна єдність Українського Православ’я може стати основою отримання Українською Православною Церквою належного канонічного статусу. На цій офіційній позиції стоять сьогодні Константинопольський і Московський Патріархати.
Вся повнота канонічної Української Православної Церкви завжди глибоко сумувала з приводу розладу церковного життя і порушення миру серед віруючих, які спричинив розкол Православ’я в Україні. Стурбована таким ненормальним положенням, яке суперечить євангельському принципу „зберігати єдність духа в союзі миру» (Єф. 4, 3), Українська Православна Церква завжди стояла і стоїть на позиції якнайшвидшого зцілення розколу та ліквідації його наслідків.
Ще 8 грудня 1992 р. на засіданні Священного Синоду Предстоятель Української Православної Церкви Блаженніший Митрополит Володимир висловив пропозицію про необхідність проведення богословського діалогу між представниками УАПЦ і УПЦ-КП з метою подолання церковного розколу в Україні. Священний Синод висловив надію, що УАПЦ і УПЦ-КП зі свого боку виявлять добру волю у цьому благому намірі, підтримав це рішення і визнав можливим негайний початок ведення такого діалогу за наступних умов:
1. Припинення насильства з боку прихильників „Української Православної Церкви-Київський Патріархат» стосовно Української Православної Церкви. (На жаль, насильства сьогодні відновилися у Сумській, Херсонській, Харківській, Тернопільській та інших областях).
2. Повернення Українській Православній Церкві захоплених силою соборів, храмів, єпархіальних центрів, навчальних закладів.
3. Невтручання центральної та місцевої влади, народних депутатів у внутрішнє життя Церкви.
4. Без участі колишнього митрополита Філарета (Денисенка), якого, за висловом Константинопольського Патріарха Варфоломія, „ніхто не визнає як архієрея».
Ці чотири необхідні для нормального ведення діалогу умови залишаються базовими і на сьогодні.
Невтручання держави та політичних сил у діалог між православними дасть надію, що він буде будуватися на справжньому наріжному камені, яким є Христос, а також згідно канонів і правил Святої Православної Церкви. Тоді це буде будівля, якій не зашкодить повінь цього лукавого світу.
Звертаємося до наших православних братів і сестер, які перебувають поза єдністю із Вселенським Православ’ям, словами апостола Павла: «Якщо хто бажає сперечатися, то такого звичаю не маємо ні ми, ні Божі церкви» (1 Кор. 11, 16).
Згадаймо разом слова Святого Письма: „З того дізнаються всі, що ви Мої учні, коли любов матимете між собою» (Ін. 13, 35).
А справжня християнська „любов довготерпить, милосердствує, не заздрить, не вихваляється, не гордиться, не вередує, не шукає свого власного, не злоститься, не приписує зла, не радіє з несправедливості, а радіє з правди; все зносить, в усе вірить, усього сподівається, все терпить» (1 Кор. 13, 4-7).
Саме до нас звертається апостол Павел: «Благаю вас, брати, Ім’ям нашого Господа Іісуса Христа, щоб ви всі одне говорили, щоб не було між вами розколів, щоб ви були з’єднані в однім розумінні і в одній думці» (І Кор.1, 10).
Бо „Один Господь, одна віра, одне хрещення, один Бог і Отець всіх, Який над усіма, і через усіх, і в усіх нас» (Еф. 4, 5-6).
По всьому світові православні християни різними мовами, але єдиними устами, вимовляючи Символ віри, сповідують свою віру в „Єдину, Святу, Соборну і Апостольську Церкву», а також навчають, що Церквою Христовою є зібрання народу Божого у Христі, об’єднане вірою, таїнствами та законною ієрархією.
Якщо ви віруєте так, як і ми, то чому ми не разом? „Чи ж Христос розділився?» (І Кор. 1, 13). Чи розділилася Церква Христова, про яку Господь казав: „Збудую Свою церкву, і брами пекла не здолають її» (Мф. 16, 18).
Дорогі брати і сестри, ми діти Єдиного Бога і єдиного народу України, і Свята Церква очікує на повернення своїх чад до єдності у Христі! Бо „ні смерть, ні життя, ні ангели, ні влади, ні сили, ні теперішнє, ні майбутнє, ні висота, ні глибина, ні будь-яке інше створіння не зможе нас відлучити від Божої любові, яка є в нашім Господі Іісусі Христі!» (Рим. 8, 35-39).

Комментарии членов Священного Синода

Викарий Киевской Митрополии архиепископ Переяслав-Хмельницкий Митрофан: „В обращениях Священного Синода УПЦ изложена позиция Православной Церкви относительно раскола и путях его преодоления, о каноническом статусе Украинской Православной Церкви. Мы остаемся на позициях, изложенных нами еще в 1993 году. Сегодняшние обращения подтверждают ранее принятые нами положения, которые базируются на строгом соблюдении канонов и норм Церкви. В противном случае будет новый раскол и новая волна противостояния.
В обращении к Президенту Украины выражается надежда, что новый этап в развитии отношений Церкви и власти будет строиться на взаимном уважении. Подчеркивается также, что новая власть изживет старый принцип вмешательства государственных чиновников в дела Церкви и будет демократичной по отношению к ней. Священный Синод в очередной раз указал на возможность сотрудничества с властью в социальных сферах. Решение об открытии монастырей в трех епархиях — Киевской, Одесской и Кировоградской — говорит о возрастании УПЦ».

Епископ Житомирский и Новоград-Волынский Гурий: „Самое главное — это два обращения, который принял Священный Синод: первое — к епископату, верующим и всем верным чадам Украинской Православной Церкви и тем верующим, которые находятся вне ограды Вселенского Православия, второе — к Президенту Украины. В них изложено видение сегодняшнего положения Православной Церкви в государстве и проблем, с которыми она сталкивается. Во втором обращении Священный Синод УПЦ выражает надежду, что диалог новой власти с Церковью будет построен цивилизованно, на принципах невмешательства в дела друг друга».

Епископ Криворожский и Никопольский Ефрем: «Обращения Священного Синода УПЦ вызваны, прежде всего, новыми обстоятельствами, в которые сегодня поставлены Церковь и общество.
Из различных епархий приходят сообщения о тех или иных неурядицах в церковно-государственных отношениях. Надеюсь, что обращение к верующему народу поможет верным чадам Православной Церкви четко стоять на канонических позициях.
Последние события внесли много непонимания в духовную жизнь, относительно спокойную в последние годы. Только при мирном и спокойном протекании жизни мы сможем продолжать процесс восстановления и созидания духовности в обществе — прежде всего возрождать церковную жизнь, строить новые храмы, развивать благотворительность.
Мы многого ожидаем от новой власти — не только поддержки и понимания, но и соучастия. Мы надеемся, что наше обращение к Президенту поможет властям разобраться в нынешней сложной религиозной ситуации.
Сегодня Синод принял также решение об открытии трех монастырей. Я могу сказать об одном из них — Крестовоздвиженском в селе Искровка Петровского района Кировоградской области. Здесь находится древний храм, построенный при содействии царя Николая II. В нем почивают мощи священномученика Николая Искровского, расстрелянного большевиками. Сюда часто приезжают паломники. Идея открыть монастырь в Искровке зрела уже давно. И я рад, что сегодня это произошло».

Служение Предстоятеля УПЦ

23.02.2005. КИЇВ. Блаженніший Митрополит Володимир привітав Президента України з днем народження
Предстоятель Української Православної Церкви Блаженніший Митрополит Володимир привітав Президента України Віктора Ющенка з днем народження. У вітальній телеграмі, надісланій на ім’я Президента, говориться: «Шановний Вікторе Андрійовичу! Від імені Української Православної Церкви прийміть найщиріші вітання з нагоди дня Вашого народження! Молимося милосердному Богу, щоб він укріпив Ваші духовні і тілесні сили, дарував Вам мудрість і терпіння для служіння Україні і нашому народу. Благословенного многоліття!»

25.02.2005. МОСКВА. В день своего тезоименитства Святейший Патриарх Алексий в сослужении Блаженнейшего Митрополита Владимира совершил всенощное бдение в Богоявленском кафедральном соборе
25 февраля, в праздник Иверской иконы Божией Матери и святителя Московского Алексия, всея России чудотворца, Русская Православная Церковь отмечает день тезоименитства Патриарха Московского и всея Руси Алексия. Накануне Патриарх Алексий в сослужении Митрополита Киевского и всея Украины Владимира и собора архиереев совершил всенощное бдение в Богоявленском кафедральном соборе, где находятся мощи его Небесного покровителя — святителя Алексия. По окончании богослужения Его Святейшество поздравил паству с праздником.
Седмица. РУ/Пресс-служба УПЦ

02.03.2005. КИЕВ. Блаженнейший Митрополит Владимир принял паломников из сербского города Ниш
Митрополит Киевский и всея Украины Блаженнейший Владимир принял в своей резиденции делегацию паломников из сербского города Ниш. Сербы участвовали в Международном фестивале православных хоров, проходившем в Беларуси. По дороге домой они заехали в Киев, чтобы посетить святыню мирового Православия — Киево-Печерскую Лавру. Принимая гостей, Блаженнейший Владыка подчеркнул, что единство двух православных народов было и будет незыблемым. В память о посещении Его Блаженство благословил паломников образами Пресвятой Владычицы Богородицы.

04.03.2005. КИЇВ. Блаженніший Митрополит Володимир освятив храм у селі Дмитрівка Київської області
Предстоятель УПЦ освятив величний новозбудований храм на честь Різдва Пресвятої Богородиці у селі Дмитрівка Києво-Святошинського району. На святі були присутніми голова районної адміністрації Валерій Власов, керівники місцевих сільських рад. Блаженніший Митрополит Володимир привітав прихожан з чудовою подією і подарував храму стародавню ікону Різдва Пресвятої Богородиці. Це перший православний храм у селі, до революції тут був хутір. За ревність у будівництві церкви Блаженніший владика нагородив голову Дмитрівської сільради Тараса Дідика орденом Прп. Агапіта Печерського ІІІ ступеня. Церковних нагород також удостоєні Петро Гриб, Ігор Білецький, Павло Шпак, інші благодійники.

07.03.2005. ВЛАДИМИР. Блаженнейший митрополит Владимир возглавил торжества, посвященные 850-летию явления Божией Матери св. князю Андрею Боголюбскому
По приглашению архиепископа Владимирского и Суздальского Евлогия, губернатора Николая Виноградова и председателя законодательного собрания Владимирской области Анатолия Боброва Предстоятель Украинской Православной Церкви Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины Владимир посетил Владимирскую епархию, где в этом году празднуется 850-летие явления св. князю Андрею Боголюбскому Божией Матери. Блаженнейшего Владыку сопровождал секретарь Киевской Митрополии протоиерей Виталий Косовский.
Город Владимир основан великим киевским князем Владимиром Святославичем в 990 году, в XII веке сюда был перенесен из Киева великокняжеский престол и резиденция Киевских митрополитов. По подобию «матери городов русских» здесь возведены Свято-Успеский собор, Золотые ворота и другие памятники древней архитектуры.
В древнем Успенском соборе Блаженнейшего Митрополита Владимира встречали руководители региона, духовенство Владимирской епархии и многочисленные верующие. Предстоятеля УПЦ приветствовали губернатор области Н. Виноградов, председатель законодательного собрания А. Бобров, которые вручил ему знак отличия города «За добро и милосердие». Блаженнейший Владыка совершил молебен перед древним списком Владимирской иконы Божьей Матери, поклонился мощам святого благоверного князя Андрея Боголюбского и святого благоверного князя Александра Невского, который в Успенском соборе Владимира был возведен на великокняжеский престол. Блаженнейший Митрополит Владимир посетил также Богоявленский монастырь, основанный святым князем Андреем Боголюбским на месте явления ему Божьей Матери. Митрополита Киевского и всея Украины Владимира радостно встречали сестры обители и воспитанники действующего при обители детского приюта.
Явление Божией Матери святому благоверному князю Андрею Боголюбскому изображено на Боголюбской иконе Божией Матери (1157), одной из древнейших икон Руси. Она была написана в XII веке по усердию благоверного князя Андрея Боголюбского в честь явления ему Божьей Матери. В 1155 году, переселяясь из Вышгорода в Суздальскую землю, князь взял с собой чудотворную икону Божьей Матери, писанную, по преданию, евангелистом Лукой и впоследствии названную Владимирской. В семи верстах от Владимира лошади, везшие киот со святыней, остановились и не могли тронуться с места. Князь, увидев в этом знак свыше, просил отслужить молебен и сам долго со слезами молился перед чтимым образом. Во время молитвы к нему явилась Божья Матерь с раскрытым свитком в правой руке и повелела Свой чудотворный образ не везти дальше — оставить во Владимире, а на месте явления построить Церковь. Исполняя повеление, благоверный князь Андрей заложил храм в честь Рождества Пресвятой Богородицы, куда и поставил написанную по его заказу икону явления. Здесь был основан монастырь, а вокруг образовался город, названный Боголюбово, потому что Божья Матерь «возлюбила это место». Списки ее образа распространились по многим городам. Перед ним молились многие иерархи, цари и подвижники, которые впоследствии, как и сам благоверный князь Андрей, стали изображаться на иконе в молитвенном предстоянии перед Богородицей.

6 марта Блаженнейший Митрополит Владимир в сослужении архиепископа Владимирского и Суздальского Евлогия и духовенства епархии совершил Божественную литургию в Успенском соборе города. По окончании богослужения Блаженнейший Владыка подарил архиепископу Евлогию список с Почаевской иконы Божьей Матери. Архиепископ Евлогий преподнес Предстоятелю УПЦ макет памятника святого равноапостольного князя Владимира, который установят на площади перед Успенским собором. В этот же день Митрополит Киевский и всея Украины Владимир побывал в Успенском Княгиненом монастыре, где ныне хранится оригинал (XII ст.) чудотворной Боголюбской иконы Божьей Матери. Затем Блаженнейший Владыка посетил монастырь в честь Рождества Пресвятой Богородицы, на территории которого находится Владимирская духовная семинария. В соборе обители владыка поклонился мощам святителя Афанасия, страстотерпца XX столетия, которому принадлежат слова стихиры, известные многим православным — «Русь святая, храни веру православную, в ней же тебе утверждение!» Архиепископ Евлогий подарил Блаженнейшему Митрополиту Владимиру икону святителя Афанасия с частицей его мощей.
Предстоятель УПЦ посетил также Введенский Островной женский монастырь, где на стенах собора сохранились древние изображения преподобных Антония и Феодосия Печерских.

11.03.2005. ЧЕРНИГОВ. Блаженнейший Митрополит Владимир прибыл с архипастырским визитом в Черниговскую епархию
Накануне Великого поста Предстоятель Украинской Православной Церкви Блаженнейший Митрополит Владимир совершает традиционный архипастырский визит в епархию, которая была его первой кафедрой в архиерейском служении в Украине. Блаженнейший Владыка по обычаю отслужит молебен у мощей святителя Феодосия в Свято-Троицком соборе.

14.03.2005. КИЕВ. Блаженнейший Митрополит Владимир попросил прощения у верующих
В Трапезном храме Киево-Печерской Лавры совершилось вечернее богослужение с чином прощения. Возглавил службу Митрополит Киевский и всея Украины Блаженнейший Владимир. Блаженнейшему Владыке сослужили архиепископы Вышгородский Павел и Переяслав-Хмельницкий Митрофан, духовенство Лавры.
В проповеди Предстоятель Украинской Православной Церкви поздравил верующих с наступлением святой Четыредесятницы, временем очищения, когда каждый должен задуматься над греховностью своей души. «Пост служит нам лечебницей, которая помогает возродить душу от греховного пленения», — подчеркнул он.
По окончании богослужения Блаженнейший Митрополит Владимир попросил прощения у духовенства и верующих.

14.03.2005. КИЕВ. Блаженнейший Митрополит Владимир совершил чтение Великого канона преподобному Андрею Критскому
В первый день Великого поста (святой Четыредесятницы) Предстоятель Украинской Православной Церкви Блаженнейший Митрополит Владимир, по традиции, в Трапезном храме Киево-Печерской Лавры совершил чтение канона преподобному Андрею Критскому. По окончании чтения канона Блаженнейший Владыка обратился к молящимся с архипастырским благовестием. В словах проповеди Митрополит Киевский и всея Украины Владимир обратил внимание верующих на смысл главного песнопения канона — «Помилуй мя, Боже, помилуй мя»! Владыка отметил, что эти слова молитвы должны быть лейтмотивом всей человеческой жизни от рождения до старости.
По богослужебному уставу Православной Церкви канон преподобного Андрея Критского разделяется на четыре части и читается первые четыре дня Великого поста. Полное его чтение совершается в четверг вечером на пятой неделе святой Четыредесятницы, посвященной преподобной Марии Египетской.

Игумен Иоасаф (Перетятько), насельник Свято-Троицкого Ионинского мужского монастыря г. Киева, в течение семи месяцев находился в зоне боевых действий в Ираке. В январе 2005 года отец Иоасаф принимал участие в работе XIII Международных Рождественских образовательных чтений в Москве и любезно согласился побеседовать с корреспондентом «Православие.Ru»

— Отец Иоасаф, расскажите, пожалуйста, о том, как вы стали военным священником?
— Честно скажу, никогда и не мог подумать, что все так произойдет. Это был просто Промысл Божий. Наш монастырь находится в Киеве, и владыка Львовский и Галицкий Августин, возглавляющий наш Синодальный отдел по работе с Вооруженными силами, знает наш монастырь, знаком с братией и плюс ко всему он знал меня лично. По его благословению во Львове был открыт филиал Православного Свято-Тихоновского института, и я стал одним из его выпускников. И вот понадобился священник, который к тому же должен был быть молодым офицером запаса…

— То есть вы из военных?
— Нет. После срочной службы, которую я проходил в морских частях погранвойск в городе Балаклаве, я поступил в Киевский международный университет гражданской авиации и закончил его по специальности инженер-механик. В этом учебном заведении была военная кафедра, и в результате я получил офицерское звание. Как офицер запаса, я был назначен владыкой на это послушание. Меня призвали в армию священником. В украинском миротворческим контингенте в Ираке я был одновременно и офицером, и священником.

— Сколько времени вам довелось служить в Ираке?
— Семь месяцев.

— Какое было первое впечатление? Вы не испугались, когда узнали, что поедете в горячую точку?
— Нет, без бравады можно сказать, что страшно не было. Во-первых, все-таки веришь в Промысл Божий, думаешь и знаешь, что ничего страшного не может случиться. А во-вторых, я монах, а монаху какая разница? На год позже, на год раньше… Монах — это человек, который отрекся от семьи, от множества благ, от земного счастья, от каких-то родственных, социальных отношений. Если он уже порвал узы социальных и родственных отношений, то узы собственной жизни не имеют для него такого значения. Но до Ирака это все были слова, и нужно было все-таки проверить эти слова и мысли.

— Какие были самые первые впечатления? Как прошел первый день в Ираке?
— Первое впечатление — жара. Ужасно жарко. Тем более выход за территорию лагеря было обязательно в бронежилете, каске, и без этого ни в коем случае нельзя.

— А как выстраивались отношения с солдатами?
— Я сразу строил отношения с солдатами, как священник с паствой. Мне в этом отношении было проще. Как офицер, я имел право на некоторые вещи. Например, в помощи мне отказать не могли. Сначала не было страшно, потому что было довольно тихо. Если вспомнить недолгую историю этой войны, то можно сказать, что арабы (я с ними разговаривал) на самом деле были довольны, что сместили Саддама Хусейна. Сильного сопротивления не было, потому что арабы не хотели воевать. Другое дело, когда появились уже особые лидеры (а они должны появиться рано или поздно), такие, как Садр, тут уже началась серьезная заварушка. Эти события пришлись как раз на наш период службы в Ираке — где-то недели за две до Пасхи — начались активные серьезные боевые действия. Одна из операций — когда американские войска захватывали город Фалуджи. Нельзя сказать, что операции были крупномасштабные, они скорее были локальные, но то, что боевые действия были активные, это однозначно… Интересным было отношение мирных жителей к нам. Как бы там ни было, но нас они оценивали иначе, чем американские войска. Когда арабы общались с нами, то испытывали большее удовольствие, чем с американцами. У них еще жива память о том могучем Советском Союзе, который им помогал, и они относились к нам очень по-дружески. Большинство мирного населения были настроены в отношении нас именно так.

— Но ведь приходилось и воевать с этими же арабами?
— Знаете, я вам расскажу случай. У одного из арабов, довольно образованного, спрашиваю: «Скажи мне, вы не считаете нас оккупантами?» На что мне этот араб ответил очень интересно: «Оккупантами? Вас? Нет. Потому что мы в свое время с этой землей сделали то же самое». Ведь арабы на эту землю пришли и завоевали ее много веков назад.
Этот араб — патриот арабского, мусульманского образа жизни. Но в то же время, имея образование, он логичен в своих мыслях.

— Такое отношение, наверное, редкость в Ираке?
— Как правило, все шейхи, главы целых семейных кланов, которых в одном городе от одного до нескольких, люди образованные. И, соответственно, отношение их к нам было относительно неплохое.

— Как я понял, вам приходилось общаться больше с мирным населением, а не с иракскими военными или партизанами?
— Как раз и нет. Дело в том, что мы выполняли миротворческую миссию. Она заключалась в том, чтобы наладить новые общественные инфраструктуры, в том числе правопорядка. Получалось, что мы им помогали восстанавливать и вооруженные силы. Не только мы помогали, но вообще все коалиционные силы были нацелены на это. Проводился заново набор, и формировались новые Вооруженные силы Ирака. В них входят и полицейские управления, и формирования вооруженных отрядов национальной безопасности, если можно так выразиться. Поэтому довольно частые контакты с иракскими военными и полицейскими были.

— Как вы считаете, какая самая страшная опасность для души солдата на войне?
— Самая главная опасность — это искать в этой войне религиозные мотивы. Этого делать нельзя. Владыка Августин правильно говорил в своем выступлении на Рождественских чтениях, что эта война — политическая. И попытка себя оправдать в этой войне — морально или этически — может привести к тому, что мы впадем в другую крайность — назовем эту войну религиозной, якобы христианской, направленной против мусульманского мира.

— Как происходило ваше общение с солдатами? Что вы делали конкретно как священник?
— Как священник… Периодически берешь какую-нибудь видеокассету с духовным содержанием (наш Синодальный отдел снабдил меня такими видеоматериалами) и идешь вместе с ребятами смотреть фильм. Кто хочет, идет, кто не хочет, не идет. Всегда человек пять, минимум, смотрят — кто приходит, кто уходит — это же служба. После просмотра такого фильма начинались разговоры на духовные темы. Люди как-то раскрепощались, появлялись какие-нибудь вопросы, и наша беседа затягивалась на долгое время.

— А тяжело солдатам переступить какие-то границы, комплексы в отношении веры и разговоров о ней?
— Абсолютно нет. У всех нас (в данном случае я буду говорить о славянах) — сербов, болгар, белорусов, украинцев, русских — внутри, в крови живет Православие. И поэтому наш человек довольно легко адаптируется к религиозной ситуации. Настолько легко, что для них буквально через месяц священник не был каким-то нонсенсом, его присутствие стало в порядке вещей.

— Подходили, спрашивали, советовались?
— И подходили, и спрашивали. Например, по дороге, когда идешь куда-либо, а то и просто поздороваться. Отношение доброжелательное. Это у нас в крови у всех. И никакого дикарского отношения к священнику нет. Ну и плюс ко всему, конечно, на Украине, особенно Западной, с религией было попроще — советский строй не успел вытравить до конца веру из народа. Там и отношение к религии было более спокойное, не было такого яростного атеистического противления. Ну и на Восточной Украине тоже. Вообще, яростного противления нет, не было и не может быть у русского человека.

— Но это на войне. А вообще бывает, что человеку некогда хоть на секунду задуматься о Боге.
— Понимаете, тут вот какая вещь: к войне можно привыкнуть. Нельзя привыкнуть, конечно, к тому, что можешь погибнуть: ребята выезжают на задание, и сами не знают, вернутся они или нет. Когда самые критические моменты у нас были, у нашего лагеря, мне было очень интересно наблюдать следующее: обычно в нашу палаточную церковь кто заходит, кто не заходит. А тут они идут в ночной патруль, и перед выходом на дежурство обязательно заходят в церковь – смотришь, один за другим шнырь, шнырь туда, сюда, в церковь, из церкви. Для человека, который даже не воспитан в вере, естественно такое чувство, когда особо припечет: «Господи, помилуй», ну а когда отпустит: «Слава Богу». Религиозность на этом часто и заканчивается.

— Замечали ли Вы изменения в себе, в своих ощущениях, восприятии жизни, по возвращении домой? Не появлялось ли какой-то ожесточенности по отношению к другим, не побывавшим на войне?
— Нет, абсолютно нет. Меняется отношение к себе. У нехристианина может быть какая-то ожесточенность. Христианин же верит, что его жизнью управляет Промысл Божий. Ожесточение против чего? Против того, что я туда попал? Так это же не я сам придумал себе развлечение. Господь поставил меня в такие условия, надеясь на мое личное перевоспитание. Мое дело маленькое – терпеть.

— Имеется в виду ожесточение против зла, насилия, которые встречаются на войне? Тяжело же это все переживать?
— Так его, этого зла, что, меньше в нашем современном мире? Там человека убивают телесно, а здесь убивают духовно. Естественно, первое вроде бы тяжелее видеть, но сколько здесь, в мирной обстановке людей убивается духовно? Просто духовно умирает — ходят мертвые трупы. Ведь это переживание о телесной смерти – из-за чего? Из-за нашего несовершенства. Святые отцы умели плакать о мире погибшем. О мире, внешне благополучном, они больше проливали слез, чем о каких-то военных действиях. Здесь люди умирают духовно ежечасно, ежесекундно. Существуя телами, они не понимают, зачем они существуют вообще. Поэтому честно сказать, я думаю, ни у одного из священников, ни у одного из бойцов увиденное и пережитое такого ожесточения вызывать не будет и не вызывает. Каждый делает свою работу. Интересно, что люди, бывая в таких ситуациях, когда их посылает государство, воспринимают это как ратное дело. Он солдат, его дело – ратное, участь армии – воевать, ну, а уж если участь армии воевать, то он, как солдат, должен участвовать.

— Но ведь войну, в российской ситуации – это Чечня, в украинской ситуации – Ирак, часто называют бессмысленной, ареной необдуманной политики властей.
— Ну, я бы так не сказал. Честно скажу – не сказал бы. В Ираке там отдельная история, ну а насчет Чечни я не согласен с таким отношением. Бессмысленного ничего быть не может. Доказательство этому – та агрессия, которая выливается из Чечни, она выливается в виде Беслана. А ведь суть проблемы следующая: Чечня – это как нарыв. Он может нарывать, и его можно не замечать, но рано или поздно он прорвет и будет очень больно. Так что лучше сейчас сделать операцию, вырезать. Это конкретно, что касается Чечни, поскольку Беслан – доказательство тому, что реакция есть. Другое дело Ирак. Мы, все люди, конечно, русские, поэтому, естественно, мы готовы Чеченскую войну оправдывать, а Иракскую войну не совсем, потому что тут наше, а тут не наше. Но суть–то одна, конечно – политика. И правильно владыка Августин сказал на Рождественских чтениях – дело священника отрешиться от политики и заниматься своим прямым делом – духовным окормлением паствы.

— Какие проблемы больше всего Вам мешали в исполнении священнического служения в период пребывания в Ираке?
— Проблема воцерковления. Человеку всегда некогда. На войне тоже не всегда есть время. У него есть два варианта – либо пойти в церковь помолиться, либо пойти выспаться перед следующим заданием. Дел много. И чаще всего боец выбирает привести себя в порядок, чем пойти в церковь помолиться. А без хождения в церковь какое может быть воцерковление? Может быть только некоторое духовное окормление, облегчение, а приведение человека в состояние серьезной духовной работы над собой, это, конечно, самая большая проблема на войне.

— А самая большая радость какая?
— Когда человек приходит в Церковь. Когда боец приходит и говорит: «Все, отец! Я не знаю, как дальше жить! Помоги» — и как видишь, что человек начинает тянуться к этому, в церковь начинает ходить, читает духовную литературу, видишь, что еще один человек стал православным. Ну и когда прилетаешь в свой родимый город — тоже большая радость.

— Что запомнилось Вам больше всего из семи месяцев, проведенных в Ираке?
— Все-таки ярких событий было много, и трудно найти самое яркое. Самое яркое переживание — это страх. Его больше всего запомнил. Страх не за себя. Вокруг тебя есть люди, более близкие или далекие от тебя. В таких местах все сродняются. И тяжелее всего терять человека, когда знаешь всю его подноготную – чем он дышит, чем живет, знаешь его семью. И тогда появляется страх за знакомых, близких по службе, просто страх за этих живых людей. Когда слышишь по рации, что «бой прошел, ранен тот-то, двухсотых, слава Богу, нет, есть лишь трехсотые» (в армейской терминологии «трехсотый» – раненый, «двухсотый» – убитый). И вот ты слышишь имя твоего товарища, с которым ты вчера в шахматы играл, — это, конечно, страшнее всего… Или же, другой случай – после литургии я прилег отдохнуть. Службы я всегда совершал пораньше, чтобы ребята, которые заступают на пост, успевали заходить. Так вот, вызывают меня к телефону, и говорят: «Батюшка! Подойди в штаб!» Я подхожу в штаб, мне говорят: «Капитан наш подорвался на фугасе, погиб». Вот этот страх самый реалистичный и самый недобрый…
Конечно же, были и веселые, курьезные случаи. Крестил однажды капитана – уговорил креститься очень интересным образом, говорю ему: «Ты решил креститься там, где начало цивилизации, Ирак же – это Вавилон. Ты стоишь в центре цивилизации, отсюда она и пошла. Если ты здесь покрестишься, то это будет настолько символично – рождение цивилизации, рождение нового человека, уже духовного». Он послушал, говорит: «Хорошо расписал, батюшка! Давай, будем здесь креститься».

— Спасибо Вам, отец Иоасаф, за то, что согласились ответить на наши вопросы!
— Во славу Божию. Главное, чтобы все это пошло на пользу.

Беседовал Сергей Архипов

Сергей Герук

Символично, что подготовка этого материала о миссии Украинской Православной Церкви в местах лишения свободы пришлась на подготовительные недели к Великому посту. В частности, вторая седмица этого периода называется Неделей о блудном сыне, смысл которой состоит в научении людей умению распоряжаться собственной жизнью, творческими дарами, которыми наделен каждый человек от рождения. Духовный смысл этой евангельской притчи иллюстрирует огромный трагизм, происходящий повсеместно с личностью, ушедшей «в страну далече» — в мир греха, падений и порочной страстности, в область «кромешной тьмы Египетской», где царствует зло и духовная смерть.

В Бердичевской «особой»

Здесь, за бетонными заборами и колючей проволокой, под дулами автоматов часовых на вышках, под аккомпанемент сторожевых псов и лязг стальных запоров, томится несколько тысяч людей с искалеченными судьбами, разного возраста и «профиля» преступлений. До недавнего времени их объединяла статья этой «особой» зоны — 26-я Уголовного кодекса Украины — «особо опасный рецидивист» (в последней редакции УК эта статья упразднена, «особая» зона переименована в так называемую колонию «максимального уровня безопасности»). В графах уголовных дел — мрачный букет преступлений, которым «несмь числа»: бандитизм, терроризм, убийства, изнасилования и разврат малолетних, торговля людьми, торговля оружием и наркотиками, каннибализм… Часть уголовников, совершивших особо тяжкие преступления, по приговору суда отбывают определенный период срока в так называемой «крытке» — тюремном здании с камерным содержанием, находящемся на территории зоны. В отличие от остальных заключенных, которые могут относительно свободно передвигаться по зоне, камерные осужденные проводят годы жизни в мрачных прокуренных камерах на железных нарах, а свежий воздух имеют возможность глотнуть лишь на кратковременных прогулках на асфальтированных площадках, смахивающих на длинные клетки для больших хищников.
Такова реальность взаимоотношений общества с криминалом, таково извечное выражение философского вопроса о преступлении и наказании. Впрочем, время общественных перемен вносит свои обнадеживающие коррективы: железная карательная система тоталитарного режима постепенно рушится. С января 2002 г. новый Уголовный кодекс Украины нивелирован под европейские стандарты со смягченной системой наказаний: понятие «рецидивист» отсутствует, и градация между «тяжелым» и «легким» преступлением стала иной.
Автору этих строк запомнилось освящение епископом Житомирским и Новоград-Волынским Гурием лагерного храма Покрова Божией Матери. В своей проповеди архиерей обратился к заключенным, сгрудившимся вокруг него. Он поведал присутствующим, что миссия Церкви состоит в том, чтобы освящать и просвещать мир и людей, живущих в нем, независимо от места их пребывания. Что Церковь совершает богоустановленные Таинства, преображающие и обновляющие человека. Что фундаментальным Таинством из основных семи является Таинство покаяния. Добровольное, осознанное покаяние человека пред Богом открывает путь к обновлению человеческой души, морали, разума и творческих сил.
Бритые люди в темных робах с надписями своего имени на груди внимательно слушали слова епископа, и, казалось, что в серых лицах с печатью многолетнего греха и тюремной изоляции присутствует понимание.
Все тюремные священники УПЦ «приходящие», энтузиасты своего дела. В Житомирской епархии это священник Зиновий Ромах, протоиерей Виталий Бойков, протоиерей Порфений Маркевич (кстати, родной брат архиепископа Августина (Маркевича), курирующего работу между Департаментом Украины по отбыванию наказаний и УПЦ). Им приходится совмещать тюремную миссию с приходской деятельностью. Коростышевский благочинный о. Парфений за скудные средства прихода все же умудряется мотаться между Коростышевом и Житомиром, чтобы посетить узников, одарить их свечами, богослужебным вином, литературой, иконками. Как и владыка Львовский и Галицкий Августин, они полагают, что вопрос введения капелланства в Вооруженные силах и местах лишения свободы особенно актуален. Отцу Парфению неоднократно приходилось исповедовать «расстрельников» и тех, кому высшая мера заменена пожизненным заключением. Такие люди теперь будут находиться в Житомирской тюрьме №8 («Православный мир» планирует рассказать о ней в одном из своих выпусков). Отец Парфений считает, что работа с этим контингентом заключенных должна быть особенно выверенной.
Довелось услышать здесь и «веселую» историю о местном тюремном аборигене-библиотекаре, неком Викторе Антонове, проведшем 48 лет в местах не столь отдаленных, бывшем детдомовце, юнге одного из балтийских кораблей. Споткнувшись на карманных кражах, закончил он преступную стезю статусом убийцы, имел двенадцать судимостей, практически всю жизнь провел за решеткой. Сердобольным «ментам» удалось устроить дедушку-рецидивиста в местный дом престарелых, где он нынче здравствует и, как ни странно, заходит в Бердичевский городской храм помолиться Богу. Как знать, каким образом сложилась бы его судьба, если бы его этому научили с детства…

На окраине древнего Львова

Львовская колония так называемого среднего уровня безопасности (по старому: «усиленного режима») №42 находится в черте города. Так что с верхних этажей соседних домов видна ее огромная территория — с вышками и колючей проволокой, выщербленными плацами, производственными ангарами и металлическими стенами-решетками, перегораживающими зону на отряды с таким расчетом, чтобы две тысячи человек не смогли соединиться в одну бунтующую массу. После прогулки по «украинской Европе» — старинному Львову — лязг запоров с электрозамками, вышки с автоматчиками, специфический запах помещений и темные фигуры заключенных с землистыми лицами воспринимаются весьма контрастно. Все они утратили на разные сроки главное право на земле — право свободы. Поэтому в официальных сводках Департамента по исполнению наказаний они фигурируют не как отдельные личности, а как «спецконтингент». Так, очевидно, развивается цепочка греха. Сперва, совершая его, человек лишается духовной свободы и становится рабом греха, затем общество лишает человека свободы и делает его рабом закона, который он нарушил.
Украинская Православная Церковь не случайно обращает внимание именно на эту категорию людей, требующую первоочередной духовной помощи. К сожалению, статистика украинской криминальной преступности неукоснительно возрастает. За сухими цифрами статистики разворачивается ужасающая по своему драматизму картина. По сведениям пресс-службы департамента в настоящее время система исполнения наказаний Украины насчитывает 183 учреждения (исправительно-трудовые колонии разного режима — 131, колонии для малолеток — 11, следственные изоляторы (тюрьмы) — 33, лечебно-трудовых профилакториев (ЛТП) — 5), кроме этого существуют 709 отделений департамента, которые контролируют людей, осужденных условно. В количественном составе заключенных это выглядит так: в заключении ежегодно пребывает более 200 тыс. человек и 140 тыс. осуждены условно без взятия под стражу. Из них более трех тысяч осужденных несовершеннолетних детей. Визуально эту цифру можно представить, поставив рядом четыре переполненных стадиона-стотычясника. Причем цифры имеют тенденцию роста: из заключения ежегодно освобождается более шестидесяти тысяч, а попадает за решетку около восьмидесяти. На 100 тыс. украинского населения приходится 440 заключенных. Это наибольший показатель в странах Европы (кроме России и Беларуси, где статистика не менее устрашающая).
В одной небольшой статье затрагиваемую проблему не вместить. Но можно коротко определить следующее: государство, как и семья (впрочем, как и человечество в целом), — единый организм. И в случае бедствия он интуитивно ищет выход. Думается, что одним из признаков поиска решения этого социального бедствия является то, что государство в лице Департамента по исполнению наказаний обратило свой взор к Церкви. Причем не к сектантской организации, а именно к Церкви Православной. 25 ноября 1999 года между Департаментом Украины по вопросам исполнения наказаний и Украинской Православной Церковью в лице Митрополита Владимира заключено Соглашение о взаимодействии. Хотя сотрудничество началось намного раньше. Практически во всех местах лишения свободы действуют сегодня домовые церкви, строятся часовни и храмы.

В колониях Слобожанщины

На территории Харьковской области мест лишения свободы больше, чем где-либо. Здесь расположено 12 исправительных учреждений, в том числе женская колония и воспитательная для подростков. Харьковская епархия УПЦ одной их первых в Украине проявила инициативу в работе духовенства с заключенными. Еще в начале 90-х годов митрополит Харьковский и Богодуховский Никодим благословил священников на служение в тюрьмах, колониях различного режима. К нему обращались люди, родственники которых находятся в заключении, и с тревогой сообщали о том, что в «зоны» рвутся сектанты разного толка. Дошло до того, что в одной из колоний «поселились» бритоголовые кришнаиты, стали устраивать благотворительные обеды с восточными пряностями. Ряженные в бледно-розовые, голубые и белые балахоны, с бубенчиками и горящими сандаловыми палочками, они приплясывали на плацу перед заключенными и пели мантры «Хари Кришна, Хари Кришна, Хари Кришна, Кришна Хари…», впадали в экстаз и предлагали «уйти из этой реальности». В итоге один молодой офицер из охраны также надел балахон и стал приплясывать вместе с ними. Офицера потом уволили, а руководство колоний задумалось о том, как быть с нашей религиозной демократией. Сектанты заваливали «зоны» зарубежной литературой, и заключенные с удовольствием использовали ее как папиросную бумагу на самокрутки.
Согласно международным правовым актам, Европейским тюремным правилам (пункты 46, 47), «каждому заключенному, по мере необходимости, разрешается удовлетворять свои потребности религиозного, духовного или морального порядка. Никому из заключенных никогда не должно быть отказано в деле общения с официальным представителем какой-либо религии». Но дело в том, что в Европе за решетку попадают люди, как правило, уже принадлежавшие к определенной конфессии. У нас картина иная: атеистическая система сделала все возможное, чтобы в обществе царило безверие. Следовательно, как говорил один литературный герой, «коль Бога нет, то и запретов нет. А значит, и преступления нет». Социально-психологическая служба Департамента Украины по вопросам отбывания наказаний свидетельствует: за решетку попадают преимущественно люди, не получившие религиозного воспитания, хотя определенная часть из них называет себя верующими. Украинский Департамент, созданный в 1998 году с целью реконструкции криминально-исполнительной системы (по нормативам Совета Европы), в результате проведенной исследовательской работы на местах с заключенными пришел к выводу, что в процессе духовного возрождения заключенных особое место должна занимать Украинская Православная Церковь как исторически традиционная для большинства заключенных. По опросам отделений социально-психологической службы колоний Харьковской области более 90% заключенных назвали себя православными верующими.

«…голуби целуются на крыше…»

При выходе из одной зоны мы увидели голубятню. Белых породистых почтовых голубей, которых так мало осталось в наших городах. Они мирно ворковали, а потом под пронзительный свист парня в черной робе взмыли высоко в небо. Так высоко, что превратились в крошечные точки, а множество людей из-за колючей проволоки и железных решеток смотрело на них. И вспомнились слова из монолога пьяненького Мармеладова (из «Преступления и наказания» Достоевского), который в пивнушке исповедовался Родиону Раскольникову и веру свою с покаянием вложил в такие слова: «А пожалеет нас Тот, Кто всех пожалел и Кто всех и вся понимал, Он Единый, Он и Судья…»

Житомир — Львов — Харьков

Александр Моторин

В 1840-х годах знаменитый уже писатель Николай Васильевич Гоголь решился на прямое, искреннее исповедание православной веры перед увлеченными мирской суетой высшими образованными сословиями. Сам Христос, показавший людям пример такой проповеди, далеко не везде принимался с восторгом. Так и Его последователи, причем самые святые, казались приверженцам плотского, кровно-родового мудрования «выродками», «уродами» — «юродивыми». Об этом предупреждал своих последователей Христос. О том же пишет апостол Павел: «Слово бо крестное погибающим убо юродство есть, а спасаемым нам сила Божия есть <...>; мы же проповедуем Христа распята, иудеем убо соблазн, эллином же безумие» (1 Кор. 1, 18 -23).
Россия николаевского времени, при всем очевидном стремлении укрепить свое христианское самосознание, была далека от духовной свободы и проницательности собственных средних веков, когда значительная и даже большая часть народа почитала все проявления христианского подвига. Приступив к открытой духовной проповеди, Гоголь пожал в конце 1840-х годов непонимание, брань, насмешки и слухи о своем «сумасшествии». Сам он в 1847 году засвидетельствовал: «Почти в глаза автору стали говорить, что он сошел с ума, и прописывали ему рецепты от умственного расстройства» («Авторская исповедь»). 7 апреля 1847 г. А. О. Смирнова писала к В.А. Жуковскому о Гоголе: «В Москве его сочли совсем за сумасшедшего и объявили это во всеуслышание, разумеется, его друзья». С.П. Шевырев еще 29 октября 1846 г. предупреждал писателя: «Говорят иные, что ты с ума сошел. Меня встречали даже добрые знакомые твои такими вопросами <...>. Боятся, что ты хочешь изменить искусству, что ты забываешь его, что ты приносишь его в жертву какому-то мистическому направлению». И.С. Тургенев, посетивший вместе с М.С. Щепкиным Гоголя в октябре 1851 г., вспоминал, что они «ехали к нему, как к необыкновенному, гениальному человеку, у которого что-то тронулось в голове … вся Москва была о нем такого мнения».
Позднее, в 1912 г., оптинский старец Варсонофий заключил: «Гоголя называли помешанным. За что? — За тот духовный перелом, который в нем произошел и после которого Гоголь твердо и неуклонно пошел по пути богоугождения, богослужения».
На последнем, как оказалось, году жизни писатель впервые решил провести Великий пост в настоящем подвиге духовного смирения и укрощения плоти. Естественно, это сопровождалось временным упадком телесных сил, что вызвало тревогу в обществе, далеком как от личной жизни Гоголя, так и от мистических ценностей Православия. Врачам нового, бездуховного, позитивистского поколения он показался слабеющим, больным, лишенным воли, морящим себя голодом (разумеется, в «беспамятстве» и «безумии»). Неприязненное общественное мнение довлело над ближайшим православным окружением писателя, жившего тогда в доме истово верующего графа А.П. Толстого. Близкие люди опасались возможных обвинений в изуверстве, в доведении выдающегося сына земли русской до погибели и потому согласились с предложением врачей «лечить» Гоголя насильственно, с целью прежде всего сломить его «религиозное убеждение морить себя голодом», как засвидетельствовал наблюдавший всё врач А.Т. Тарасенков.
Между тем Тарасенков в своих воспоминаниях «Последние дни жизни Н.В. Гоголя» со всей определенностью указал на отсутствие каких-либо признаков болезни у постящегося писателя: «<...> и в конце первой недели поста еще не было видно лихорадочного состояния и никакой особенной формы болезни, кроме увеличившегося изнурения сил. Только за три дня до смерти он слег в постель, да и тогда еще нельзя было приметить явственного поражения в каком-либо органе. При начале лечения, которое произведено было накануне его смерти, также еще не существовало симптомов, угрожающих опасностью жизни. Настоящий бред и внезапное падение сил показались только за несколько часов перед смертью…».
Тарасенков не участвовал непосредственно в лечении, но глазами знатока наблюдал все действия: «Обращение их было неумолимое; они распоряжались, как с сумасшедшим, кричали перед ним, как перед трупом. Клименков приставал к нему, мял, ворочал, поливал на голову какой-то едкий спирт, и когда больной от этого стонал, доктор спрашивал, продолжая поливать: «Что болит, Н. В.? А? Говорите же!” Но тот стонал и не отвечал»; при этом Гоголю ставили огромное количество пьявок, несмотря на то, что он «твердил: “Снимите пьявки”, “Поднимите ото рта” (пьявки)»; более того, «велели подолее поддерживать кровотечение». Естественно, что у «больного» «пульс вскоре явственно упал <...>; дыхание <...> становилось все тяжелее».
Во время этих мучений Гоголь по большей части лежал «смирно», изредка «издавал стон или вскрикивал», а иногда «умоляющим голосом» говорил: «Оставьте меня!» или: «Оставьте меня, мне хорошо». Предпринятое насильственное кормление, вообще никогда не полезное, лишь ухудшило состояние «больного». Испытали на Гоголе и совсем нечистый, с христианской точки зрения, способ лечения — «магнетизирование». Однако, заметив «пассы», Гоголь «сделал движение телом и сказал: «Оставьте меня!» Продолжать магнетизирование было нельзя».
Мученическая по сути кончина Гоголя явилась закономерным венцом его искреннего и безоглядного исповедания веры в обществе, которое уже отворачивалось от Христа. Уверенность в «безумии», «болезни» писателя устойчиво держалась и всячески подогревалась «общественным мнением». «Разумные эгоисты» и «реалисты» от медицины, спустя несколько лет описанные И.С. Тургеневым и Н.Г. Чернышевским (в романах «Отцы и дети» и «Что делать?»), относились к Гоголю как к получеловеку, лишенному достоинства и права свободного выбора. Сам Тургенев в 1851 г., накануне трагической развязки, видел в Гоголе нечто среднего рода: «Какое ты умное, и странное, и больное существо!» – невольно думалось, глядя на него».
В начале ХХ в. вопрос о «болезни» Гоголя и его «лечении» вызвал живейшее обсуждение, внутренне связанное с общим обострением духовных споров в России, когда вновь открыто столкнулись разнонаправленные общественные силы. С одной стороны, выступали преемники идеологии тех врачей, которые пользовали Гоголя на рубеже 1851 – 1852 годов. Они утверждали, что Гоголь был болен как душою, так и телом и что лечили его правильно. С другой стороны, находились терапевты и психиатры, доказывавшие обратное. Как заметил в 1906 г. доктор Каченовский, «несогласия у психиатров в определении душевной болезни Гоголя как нельзя более доказывают отсутствие всякой душевной болезни у Гоголя». Другой знаток врачевания, Н. Баженов, в 1902 г. попытался примирить противоположные взгляды: «грех осуждать лечивших Гоголя врачей, <...> но наука наша была так еще несовершенна, а методы лечения были употреблены столь неправильные, что одною из причин кончины Гоголя приходится считать неумелые и нерациональные медицинские мероприятия»; Гоголь скончался от «истощения и острого малокровия мозга, обусловленных как самою формою болезни (“периодической меланхолии”, по определению автора — А. М.) — сопровождающим ее голоданием <...>, так и неправильным ослабляющим лечением, в особенности кровопусканием».
Если исходить из основного первоисточника, а именно из свидетельств известного и опытного врача А.Т. Тарасенкова, то приходится признать, что писателя старались не исцелить, а убить, причем убить мучительно, настолько вопиюще не соответствовали «болезни» избранные приемы лечения. Впечатление усиливается странно поспешными (в данном случае) похоронами после едва наступивших и далеко не полных признаков смерти. Снявший с Гоголя посмертную маску скульптор Н.А. Рамазанов оставил свои свежие воспоминания: «Когда я подошел к телу Гоголя, он не казался мне мертвым. Улыбка рта и не совсем закрытый правый глаз его породили во мне мысль о летаргическом сне, так что я не вдруг решился снять маску». Свидетельство Рамазанова появилось вскоре после гибели писателя в «Московских ведомостях» (1853, № 25).
Гоголя похоронили как обычно, спустя три дня после установления смерти, а между тем он всю Россию предупредил о своей склонности к некоему замиранию телесной жизни, вроде летаргического сна. С этого предупреждения он начал «Завещание» (1845 г.), обнародованное в составе «Выбранных мест из переписки с друзьями»: «I. Завещаю тела моего не погребать до тех пор, пока не покажутся явные признаки разложения. Упоминаю об этом потому, что уже во время самой болезни находили на меня минуты жизненного онемения, сердце и пульс переставали биться … Будучи в жизни своей свидетелем многих печальных событий от нашей неразумной торопливости во всех делах, даже и в таком, как погребение, я возвещаю это здесь в самом начале моего завещания». Многие современники не поверили сообщениям о смерти Гоголя и сразу же стали распространяться слухи о погребении заживо.
У православно мыслящих читателей сложилось свое объяснение трагической судьбы Гоголя. Еще в 1848 г. архимандрит Феодор (А.М. Бухарев) усмотрел в гонениях, воздвигнутых на писателя за исповедание веры, действие двух духовных сил, изначально враждебных христианству: во-первых, «наследников христоубийственных» иудеев, для которых православное исповедание веры — «соблазн», во-вторых, «преемников язычества», для которых вера во Христа — «безумие». В этот ряд стала и третья сила — прямое безбожие, воинствующая бездуховность, стремительно овладевавшая обществом на исходе жизни Гоголя.
Свой последний Великий пост писатель, пока не мешали лекари, проводил в возвышенном молитвенном состоянии. Среди близких сохранилась такая память: «Гоголь, стоящий четыре дня на коленях не вставая, окруженный образами, <говорящий> тем просто, которые о нем заботились: «Оставьте меня, мне хорошо» (письмо В.А. Жуковского к П.А. Плетневу от 17/5 марта 1852 г.). По свидетельству П.А. Кулиша, в те дни Гоголь питался «одною просфорою, уклоняясь, под различными предлогами, от употребления более сытной пищи». И в то же время «он проводил большую часть ночей в молитве, без сна».
К такому пощению, присущему лишь выдающимся подвижникам, Гоголь готовился издавна. Еще в 1843 или 1844 г. он сделал выписки из статьи «О посте», напечатанной в «Христианском чтении» (1842. Т. 1). Образцом для писателя стал полный сорокадневный пост Иисуса Христа в пустыне. Из той же статьи Гоголь выписывает: «Сколько отнимешь у тела, говорит Василий Великий, столько силы предашь душе». Вот этой мистики христианской жизни и не могли понять современные писателю врачи-позитивисты.
Размышляя о Гоголе, оптинский старец Варсонофий заметил: «Есть предание, что незадолго до смерти он говорил своему близкому другу: «Ах, как много я потерял, как ужасно много потерял <...>, что не поступил в монахи. Ах, отчего батюшка Макарий (преподобный Макарий Оптинский — А. М.) не взял меня к себе в скит?» Можно догадываться, что старец Макарий видел призвание Гоголя именно в словесном, художественном, но по духу сокровенно монашеском, служении Богу и людям посреди сетей мира сего. Собственно, и сам Гоголь в последние годы жизни понимал свое творчество как род монашеского служения: «это составляло единственный предмет всех моих помышлений, когда я все прочее оставил, все лучшие приманки жизни и, как монах, разорвал связи со всем тем, что мило человеку на земле, затем, чтобы ни о чем другом не помышлять, кроме труда своего».
Старец Макарий, по словам старца Варсонофия, «предчувствовал приход Гоголя» в обитель (первое посещение, случившееся в 1850 г.) словно нечто «необыкновенное». Сам отец Варсонофий провидел в этой встрече оптинцев с Гоголем прославление мистического начала русской словесности в лице ее главного тогда представителя: «В Евангелии рассказывается, что при приходе еллинов к Иисусу Христу Он возрадовался духом и произнес: “Ныне прославился Сын Человеческий и Бог прославился в Нем”. Так, вероятно, и старец Макарий предчувствовал великое прославление, но не себя, а гениального писателя Николая Васильевича Гоголя».
Самые близкие Гоголю люди верили, что он и после смерти покровительствует читателям, оставшимся на земле, как угодник Божий на поприще словесности. 22 февраля 1854 г. С.П. Шевырев писал сестре покойного, Анне Васильевне: «Когда я в первый раз читал его Размышления о Литургии, мне казалось, душа его носилась около меня, светлая, небесная, та, которая на земле много страдала, любила глубоко <...>, и в пламени самой чистой молитвы покинула бренное, изнемогшее тело». Шевырев верил в «загробное блаженство» Гоголя.
В конце ХХ века мысль о подлинном христианском величии Гоголя вновь овладевает умами. Тем самым возрождается уверенность немногих, но действительно близких писателю современников. Сквозь наветы и равнодушие вновь проглядывает образ православного мирянина, который, заблуждаясь и каясь, в меру отпущенных талантов, исповедовал веру. Жизнь, творчество, письма Гоголя свидетельствуют, что он всегда стремился к достойному исполнению заповедей Божиих. И в конце жизни ему было суждено принять в меру сил своих два венца: венец «безумного» юродства и венец мученического исповедания веры Христовой.

Священник Димитрий Познанский

Ты просвещением свой разум осветил,
Ты правды чистый лик увидел,
И нежно чуждые народы возлюбил,
И мудро свой возненавидел, …
Ты руки потирал от наших неудач,
С лукавым смехом слушал вести,
Когда разбитые полки бежали вскачь,
И гибло знамя нашей чести.

А.С. Пушкин

Предреволюционное столетие нашего отечества сопровождалось особенно сильным влиянием на умы псевдохристианских учений и идеологий, среди которых особое место принадлежит учению непротивленчества. Идей пацифизма придерживались сектанты-духоборы, отрицавшие Таинства, иконопочитание и обряды, и трагически отпавший от Церкви граф Лев Толстой, который часть гонорара полученного от издания романа «Воскресение» передал духоборам, финансировав их переселение в Канаду в 1898 году. Сейчас сложно говорить о духовных корнях непротивленчества, однако, очевидно, что они прослеживаются в возвращении к язычеству, начало которому было положено западным гуманизмом. Если антиисихастский гуманизм латинства отрицал нетварность Божественной благодати, гуманизм протестантизма привел к упразднению Церкви, то гуманизм пацифистов пошел дальше, вылившись в стремление совершенно отделить христианство от Христа и утилитарно свести Евангелие к голой морали. Сегодня, когда идеи антихристианского гуманизма в достаточной мере завоевали мировое пространство, вновь предпринимаются попытки внести элементы духоборческого учения в сознание христианского социума, причем в условиях тотальной секуляризации, эти идеи начали проникать и в среду церковную.

Каково же традиционное отношение самой Церкви к мировоззрению непротивленчества? Обыкновенно апологеты христианского пацифизма в защиту своего учения приводят 13-е правило Свт. Василия Великого, которое гласит: «Убиение на брани отцы наши не вменяли за убийство, извиняя, как мнится мне, поборников целомудрия и благочестия. Но может быть добро было бы советовати, чтобы они, как имеющие нечистыя руки, три года удерживалися от приобщения токмо Святых Таин».
Авторитетный византийский толкователь Иоанн Зонара, так комментирует это правило: «Не в виде обязательного предписания, а в виде совета предлагает святый, чтобы убивающие не войне в течении трех лет воздерживались от причащения. Впрочем, и этот совет представляется тяжким; ибо он может вести к тому, что воины никогда не будут причащаться божественных даров, и в особенности лучшие, — те, которые отличаются отвагою: ибо они никогда не будут иметь возможности в течение трех лет прожить в мире. Итак, если те, которые, ведут войны одну за другой и умерщвляют неприятеля, удаляются от причащения, то они во всю жизнь будут лишаемы благаго причащения, что для христианина – нестерпимое наказание. Но зачем считать имеющими нечистые руки тех, которые подвизаются за государство и за братьев, чтобы они не были захвачены неприятелями, или чтобы освободить тех, которые находятся в плену? Ибо если они будут боятся убивать варваров, чтобы через это не осквернить своих рук, то все погибнет и варвары всем овладеют. В виду этого и древние отцы, как свидетельствует сам Василий Великий, не причисляли к убийцам тех, которые убивают на войне, извиняя их как поборников целомудрия и благочестия; ибо если будут господствовать варвары, то не будет благочестия, ни целомудрия: благочестие они отвергнут, чтобы утвердить собственную религию; а в целомудрии никому не будет дозволено подвизаться, так как все будут принуждены жить так, как они живут. А великий в божественном учении Афанасий, в своем каноническом послании к монаху Аммуну говорит буквально следующее: “Непозволительно убивать, но убивать врагов на брани и законно и похвалы достойно ”. Согласен с Зонарой и другой авторитетнейший византийский канонист — патриарх Антиохийский Феодор Вальсамон, который, так же как и Зонара, замечает, что предлагаемый Св. Василием совет вообще не был употребляем в действии, как по неудобности, так и по уважениям в начале сего правила изложенным . Таким образом, православное каноническое право не только не считает грехом убийство на поле брани, но и не признает за воином его совершившим какой-либо сакральной нечистоты, влекущей отлучение от Причащения. В своем каноническом послании, которое цитирует Зонара, свт. Афанасий Великий дословно говорит следующее: «Убивать врагов на брани, и законно и похвалы достойно. Таких великих почестей сподобляются доблестные в брани, и воздвигаются им столпы, возвещающие превосходныя их деяния «.
Особняком стоит запрет священнослужителям вступать в воинскую службу (7-е правило 4 Всел. Собора) и запрет принимать в клир, совершившего вольное или невольное убийство (5-е правило Григория Нисского), однако, очевидно, что запрет священнослужителям, касающийся воинской службы имеет ввиду недопустимость для клирика принимать на себя какие-либо мирские попечения, и к оценке военной службы как таковой не имеет никакого отношения. Это видно и из самого правила, которое запрещает вступать священнику не только в военную службу, но и в любой «мирской чин». Что же касается правила свт. Григория Нисского, то оно подразумевает обыкновенное убийство, но отнюдь не убийство на поле брани, которое, согласно тому же правилу свт. Василия, в убийство не вменяется. Подтверждением этому является тот факт, что солдаты, в последствии оставившие воинское звание, не редко становились священнослужителями. Более того, история Церкви имеет множество примеров участия духовенства в боевых действиях, по окончании которых оно продолжало беспрепятственно совершать священническое служение. Например, Вальсамон рассказывает о таком случае: «Когда император Фока потребовал, чтобы убиваемые на войне причислялись к мученикам, тогдашние архиереи, воспользовавшись этим правилом, заставили Царя отказаться от своего требования, говоря: «каким образом мы причислим к мученикам, падших на войне, которых Василий Великий на трехлетие устранил от таинств, как имеющих нечистые руки?». Когда же, по царскому приказанию, предстали пред собором различные священники, а также и некоторые епископы, и признались, что они участвовали в битве с неприятелями и убили многих из них, то божественный и священный собор, следуя настоящему правилу и сорок третьему того же святого и другим божественным постановлениям, хотел, чтобы они более не священнодействовали; но большинство и особенно те, которые были воинственны, настояли на том, что они даже достойны наград ». Можно по-разному относиться к случаям участия священнослужителей и монашествующих в боевых действиях, однако, необходимо помнить, что они имели место в ситуации не только крайне опасной для отечества, но и для существования Православной Церкви на его территории. Обращаясь к отечественной истории, нужно признать, что нам неизвестны исход Куликовской битвы и участь православного христианства на Руси, не благослови преподобный Сергий Радонежский на битву с монголами не только благоверного Князя Димитрия Донского, но и схимонахов Александра Пересвета и Андрея Ослябю. Известно, что во время Отечественной войны 1812 г. многие священнослужители принимали участие в борьбе с оккупантами, в том числе создавая и возглавляя партизанские отряды. Так, священник села Крутая гора Юхновского уезда Смоленской губернии Григорий Лелюхин, увидев, что отряд французских мародеров (человек 50) ограбил церковь и осквернил алтарь, убедил своих прихожан устроить погоню. Вооружившись топорами и вилами, крестьяне догнали грабителей в лесу и, перебив их, отобрали церковное имущество. Воодушевленные удачей крестьяне вскоре увеличили свой отряд до 200 чел. На колокольне храма они посадили сторожевого, который при приближении мародерских отрядов звонил в колокола, и крестьяне во главе с отцом Григорием отражали нападение, а священник села Тарбеево Сычевского уезда Петр Протопопов вместе с пономарем своего храма Иваном Белявским и прихожанами взяли в плен 23 вооруженных француза и передали отряду казаков .
Случалось клирикам сражаться за отчизну и в годы Первой мировой войны 1914 года. Свщмч. Сергий Флоринский, 15 лет прослуживший полковым священником в 151м пехотном Пятигорском полку, не только духовно окормлял воинов, но и сам заслужил многие боевые награды .
Множество данных о участии духовенства в вооруженной борьбе содержит и новейшая история Церкви. На Крите установлен памятник греческим священнослужителям и монахам с оружием в руках защищавшим остров от немецкого десанта. Сотни священнослужителей Русской Православной Церкви сражались в составе регулярной армии в 1941-1945 годах. Заместителем командира роты начал свой боевой путь по фронтам войны С.М. Извеков, будущий Патриарх Московский и всея Руси Пимен (иеромонах с 1932 г.). Наместник Псково-Печерского монастыря Алипий (Воронов) воевал четыре года, оборонял Москву, был несколько раз ранен и награжден орденами. Будущий митрополит Калининский и Кашинский Алексий (Коноплев) на фронте был пулеметчиком; когда в 1943 году он вернулся к священнослужению, на груди его блестела медаль «За боевые заслуги». Протоиерей Борис Васильев, до войны диакон Костромского кафедрального собора, в Сталинграде командовал взводом разведки. Белорусские священники, как некогда их предки, особенно активно участвовали в партизанском движении, сподобились боевых наград, и по окончании войны продолжали совершать богослужения. Так, протоиерей Александр Романушко из Полесья с 1942 года по лето 1944г. лично участвовал в боевых операциях, ходил в разведку. В 1943г. он при отпевании полицая при большом скоплении народа и в присутствии вооруженной охраны прямо на кладбище сказал: «Братья и сестры, я понимаю большое горе матери и отца убитого, но не наших молитв и «Со святыми упокой» своей жизнью заслужил во гробе предлежащий. Он – изменник Родины и убийца невинных детей и стариков. Вместо «Вечной памяти» произнесем же: «Анафема». Подойдя к полицаям, он просил их искупить свою вину, обратив оружие против фашистов. Эти слова произвели на людей очень сильное впечатление, и прямо с кладбища многие ушли в партизанский отряд ».

Опровержение идей непротивленчества не трудно найти в поучениях светильников Церкви. «Господь, — говорит свт. Филарет Московский, — нарицаемый Богом мира, нарицает Себя также «Господом воинств». Бог «научает руки» верных Своих «на ополчение, персты их на брань» (Пс. 143, 1). Авраам, образец кроткой веры, не воевал ли за своих родных и за союзных царей? Не войной ли, по повелению Божию, народ Божий приобрел землю Обетованную? Не Ангел ли Божий сделал гумно Гедеона военно-учебным поприщем и сильным небесным словом образовал его для победы над мадианитянами? Дух Божий, Который носился над Давидом от дня помазания его, не управлял ли рукою его, не только тогда, когда он извлекал из десятиструнной псалтири пророчественные звуки, но и тогда, когда он победоносно стрелял в Голиафа, хотя и не из лука стрелою, а камнем из пращи? Равноапостольный Царь Константин для чего первее всего употребил Крест Христов, только что им познанный? Для брани и победы. Итак: Бог любит добродушный мир, и Бог же благословляет праведную брань. Ибо с тех пор, как на земле есть немирные люди, мира нельзя иметь без помощи военной. Честный и благонадежный мир большею частию надобно завоевать. И для сохранения приобретенного мира надобно, чтобы самый победитель не позволял заржаветь своему оружию «. Утверждения пацифистов о том, что Священное Писание Нового Завета, в противоположность Ветхому Завету, призывает к непротивленчеству, также рассеиваются свт. Филаретом, который так комментирует Евангельский эпизод Лук. 3, 14 : «Он (Иоанн Предтеча) звание воинов одобряет и почитает так же, как и другие звания, способствующие благочестию, добродетели и спасению души, ибо не советует воинам выходить из своего звания ». Эти слова святителя подтверждаются и самим сонмом прославленных Церковью воинов.

Очень важной представляется оценка попыток навязывания Церкви пацифисткой идеологии непротивленчества в эсхатологической перспективе. Согласно Священному Писанию и Вероучению Православной Церкви, в конце времен свершится тайна беззакония, имеющая выразится в воцарении человека греха (2Фесс.2), которому поклонятся народы (Откр.13). Этим человеком греха, иначе говоря — антихристом, будет лжемессия, пришествия которого ожидают иудеи всего мира. Это ожидание, по сути, является главным элементом иудаизма, без которого не мыслимо существование этой религии. Авторитетнейший иудейский толкователь Рамбам (Рабби Моше Бен Маймон) пишет о грядущем машиахе: «Всякий, кто не верит в него или не ожидает его прихода, отвергает не только предсказания пророков, но слова самой Торы и Моше, учителя нашего ». Каковы признаки, по которым, согласно иудейскому верованию, можно отличить подлинного машиаха от ложного? Маймонид пишет: «Но если придет царь из рода Давида, посвятивший себя, как и Давид, его предок, постижению Торы и исполнению заповедей согласно Письменной и Устной Торе, и заставит весь Израиль следовать ей и будет вести войны, заповеданные Всевышним, то он — вероятный Машиах. И если он преуспел во всем этом, и победил все окрестные народы, и построил Храм на прежнем месте, и собрал народ Израиля из изгнания, этот человек — наверняка Машиах. Если же ему не удалось совершить все это или если он погиб, то этот человек — несомненно не тот, о ком говорила Тора, он просто один из достойных и благочестивых царей из дома Давида, и послал его нам Святой Творец, благословен Он, для того лишь, чтобы испытать нас, как сказано: «И некоторые из разумных потерпят поражение [в попытке принести избавление], чтобы [это испытания] очистило, прояснило и обелило [Израиль] до наступления конца времен, ибо срок этот еще не пришел» (Даниэль, 11:36) ».
Каков же взгляд иудейской традиции на Христа, и какой она видит роль христианства в подготовке воцарения машиаха/антихриста? Рамбам говорит: «И о Йешуа Ганоцри, который воображал, что он Машиах, и был казнен по приговору суда, предсказал Даниэль: «И преступные сыны народа твоего дерзнут осуществить пророчество и потерпят поражение» (Даниэль, 11:14), — ибо может ли быть больший провал, [чем тот, который потерпел этот человек]? Ведь все пророки говорили, что Машиах — спаситель Израиля и избавитель его, что он укрепит народ в соблюдении заповедей. Этот же был причиной тому, что сыны Израиля гибли от меча и остаток их был рассеян; они были подвергнуты унижению. Тору подменили другой, большая часть мира была введена в заблуждение, служа другому богу, а не Всевышнему. Однако замыслы Творца мира не в силах постичь человек, ибо «не пути наши — Его пути, и не наши мысли — Его мысли», и все происшедшее с Йешуа Ганоцри и с пророком измаильтян, который пришел после него, было подготовкой пути для царя Машиаха, подготовкой к тому, чтобы весь мир стал служить Всевышнему, как сказано: «Тогда Я вложу в уста всех народов ясные речи, и стянут люди призывать имя Господа и будут служить Ему все вместе» (Цфанья, 3:9). Каким образом [те двое способствовали этому]? Благодаря им весь мир наполнился вестью о Машиахе, о Торе и о заповедях. И достигли эти вести дальних островов, и среди многих народов с необрезанным сердцем начали рассуждать о Машиахе, и о заповедях Торы. Одни из этих людей говорят, что заповеди эти были истинными, но в наше время потеряли силу, ибо были даны только на время. Другие — что заповеди следует понимать иносказательно, а не буквально, и уже пришел Машиах, и объяснил их тайный смысл. Но когда придет истинный Машиах, и преуспеет, и достигнет величия, сразу все они поймут, что научили их отцы ложному и что их пророки и предки ввели их в заблуждение ».
Таким образом, согласно Маймониду, хотя христиане и поклоняются ложному богу, почитая, в тоже время, лжемессию, их религия является переходным этапом к иудаизму и принятием «истинного машиаха», т.е., согласно христианскому Откровению, антихриста. Понятно, что для именно такого развития событий, христианство должно иметь соответствующие характеристики, главными из которых являются духовная толерантность к иудаизму и, безусловно, идеи пацифизма. Говорить о идеях пацифизма в данном контексте уместно потому, что согласно установкам иудаизма, «машиах», будучи духовным лидером еврейской нации, одновременно является покорителем народов, который завоевывает их не одним лишь религиозным авторитетом, но и ведением заповеданных иудаистской традицией войн с непокорными ему народами.
Если духовной толерантности к иудаизму пытаются достичь попытками внесения исправлений в Священное Писание, богослужебные тексты пропагандой идей сугубого избрания еврейского народа, якобы проявляющегося и внутри Церкви, где в действительности нет ни элина ни иудея (Кол.3:11) и т.п. ,то идеи пацифизма, как правило, прививаются путем ложных толкований Евангельских текстов. Наиболее часто в этих целях используют слова Спасителя: «Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб. А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую» (Матф.5:39) . Этот евангельский текст, подвергался всем возможным толкованиям со стороны и оклоцерковных людей и людей от Церкви далеких. Каково же правильное, соответствующее святоотеческой традиции толкование этих слов Спасителя? Прп. Амвросий Оптинский поясняет, что удар в правую щеку означает несправедливо причиненное оскорбление, а обращение левой щеки – приведение на память собственных согрешений. Такое толкование подтверждается и самим Священным Писанием. Так, когда слуга первосвященника ударил Спасителя, Господь не обратил к нему другой щеки, а «отвечал ему: если Я сказал худо, покажи, что худо; а если хорошо, что ты бьешь Меня?» (Иоан.18:23), а когда первосвященник Анания приказал бить по устам апостола языков, «Павел сказал ему: Бог будет бить тебя, стена подбеленная! ты сидишь, чтобы судить по закону, и, вопреки закону, велишь бить меня» (Деян.23: 2-3). Таким образом, слова Спасителя следует понимать духовно, и ни в коем случае не инициировать их буквального применения в ущерб безопасности отечества. Своим иносказанием Господь учит нас о любви к личным врагам, прощении нанесенных ими обид и недопустимости мести; о том, что скорби посылаются Богом во очищение согрешений, однако, эти слова вовсе не являются проповедью непротивленчества, поэтому и свт. Филарет Московский, говоря: «Люби врагов своих, сокрушай врагов отечества и гнушайся врагами Божьими» ничуть не погрешает против заповеди Божией, проводя четкое различие между отношением к врагам личным, врагам отечества и врагам Божиим. Человеку должно любить врагов своих, но он не должно предавать родины в руки врагов отечества. Человеку должно прощать своих врагов, но не должно давать лобзания мира врагам Божиим.
По сути, пацифизм является гуманистической, антихристианской идеологией, не имеющей корней в Священном Предании. Такие добродетели как всепрощение, не воздаяние злом за зло, любовь к своим врагам не принадлежат собственно идеологии непротивленчества и лежат в сфере личного подвига христианина, и обман пацифизма заключается в экстраполяции относящегося ко внутреннему духовному деланию христианина в область общественного, что не допустимо и при осуществлении на практике может причинить непоправимый вред . Так, если распространить личную добродетель нестяжательства на сферу общественного бытия, итогом станет нищета и разорение государства. Если перенести личное всепрощение в область государственного законодательства, получим ничем не сдерживаемый рост преступности. Если непротивление злу сделать основанием для упразднения нужд государственной безопасности и отмены института армии, то, как говорит уже цитированный выше Зонара: «Все погибнет и варвары всем овладеют… ибо если будут господствовать варвары, то не будет ни благочестия, ни целомудрия: благочестие они отвергнут, чтобы утвердить собственную религию; а в целомудрии никому не будет дозволено подвизаться, так как все будут принуждены жить так, как они живут». Эти слова Иоанна Зонары были сказаны много лет назад, когда христианская государственность являлась многовековой действительностью. Войны последних десятилетий все меньше требуют употребления военной силы, и все больше осуществляются путем подрыва нравственных устоев, манипуляции общественным мнением и экономического давления. Как справедливо замечает Социальная Концепция РПЦ, возвращение к высокой форме государственного устройства возможно лишь через духовное возрождение общества , и если христианская государственность, согласно святоотеческому учению , имея способ удерживать движения народные, до самого своего уничтожения, является силой, препятствующей свершению тайны беззакония (2Фесс.2:7), то навязывание пацифизма Церкви имеет одну единственную цель – разрушение начал такой государственности, хотя и не существующей ныне, но способной возродится, сохраняясь до времени в памяти Православной Традиции.

Армию как институт общества породили войны, сопровождающие историю человечества со времен его грехопадения, и, как это ни печально, по слову Евангелия, будут сопровождать ее и далее: «Когда же услышите о войнах и о военных слухах, не ужасайтесь: ибо надлежит сему быть» (Мк. 13,7). «Земные войны», как отмечается в Социальной концепции УПЦ, «суть отражение брани небесной, будучи порождены гордыней и противлением воле Божией. Поврежденный грехом человек оказался вовлеченным в стихию этой брани». Вечной брани добра со злом.
Признавая войну злом, влекущим нарушение одной из Божиих заповедей — «не убий», Православная Церковь всегда благословляла на бой воинов, защищавших Отечество, мирный народ, попранную справедливость и относилась к ним с великим почтением. Свидетельство тому — причисленные к лику святых воины, начиная с великомученика Георгия Победоносца, восставшего против гонений на христиан, до адмирала Феодора Ушакова.
Самые яркие и памятные страницы славянской военной истории связаны не с захватническими кампаниями, а с походами за Родину, за веру. Таковы Ледовое побоище, Куликовская битва, разгром польских завоевателей в смутные времена, Великая Отечественная война… Не случайно знаменитые полководцы, отдавая должное важности материального фактора (подготовке и вооружению воинов), равно как и военному искусству военачальников, одним из основных условий достижения победы считали и метафизический — состояние духа армии и каждого бойца в отдельности. Ибо Бог не в силе, а в правде.
Церковь и армия — тема одновременно и старая, и новая. На протяжении веков они были единым целым. На десятилетия после октябрьского переворота 1917 года священники была «отлучены» от военных. Воспитание взял на себя институт политруков, пропагандирующий коммунистическую идею и преданность правящей партии, эрзац духовности, обеспечивающий, впрочем, столь необходимую в армии дисциплину.
Идея со временем поблекла, не стало политруков. Возникло зияние в том месте, которое ранее заменяла политическая подготовка. Исчез цемент, который сплачивал и мобилизовал. И тогда вновь вспомнили о необходимом — о Церкви.
Украинская Православная Церковь взялась за налаживание сотрудничества с Вооруженными силами в начале 90-х годов прошлого века и за сравнительно короткий срок совершила внушительный прорыв в этом направлении. Сегодня работу военных священников направляет и координирует Синодальный отдел Украинской Православной Церкви по взаимодействию с Вооруженными силами и другими воинскими формированиями. В частях и военных учебных заведениях появились храмы, обрело новую жизнь и уже стало привычным понятие «военный священник». По мере укрепления связей Церкви с Вооруженными силами постепенно заполняется в них духовный вакуум и формируется благородный тип защитника Отечества.
В идеале воинство земное должно уподобиться воинству небесному, одержавшему победу над врагами Божиими. Этому уподоблению и способствуют окормляющая его Православная Церковь и ее представители — военные священники.

— Ваше Высокопреосвященство, мы беседуем в преддверии 23 февраля — Дня защитника Отечества. Политическая ситуация изменилась. Отношение к этому празднику сегодня неоднозначное. Одни граждане Украины его свято чтят, другие — отрицают.
— Я тоже слышал об упреках со стороны части политикума, общественности Украины, мол, этот праздник стал анахронизмом и отмечать его не нужно, особенно учитывая историю возникновения этого праздника. Ведь многое сейчас переосмысливается, переоценивается. Я с этим не совсем согласен. Боюсь, что в таком случае мы будем похожи на Иванов, не помнящих родства. Наше Отечество было, есть и всегда будет. Его нужно беречь и защищать. Распался Советский Союз, нет уже той Армии. Но осуждать и относится к празднику так, как будто мы стали чужими нашим отцам и дедам, которые его отмечали, — это непатриотично и непорядочно.
Можем вспомнить период революции и гражданской войны нач. ХХ века. Как мерзко сейчас выглядит то, что новые власти заставляли ветеранов царской армии снимать Георгиевские кресты — награду, которую даже император не мог получить просто так. Потом этот подход пересмотрели, а ведь тогда некоторые говорили: вы можете убить меня, но крест я не сниму.
У нас в первые годы независимости также были перегибы на гребне национальной эйфории. Некоторые офицеры не считали нужным надевать советские орденские колодки. Получается — ты вычеркиваешь из своей жизни целый период вместе со знаками отличия, которые ты тогда получил. Некрасиво спекулировать горькими моментами истории.
К тому же в советские времена, будучи солдатами срочной службы, а тем более, офицерами, все, и те, кто сегодня против, принимали поздравления. Никто не возмущался. Поэтому еще раз повторяю — сейчас не нужно трогать этот праздник. Возможно, вскоре он уйдет естественным образом. Возможно. Как ушли некоторые праздники царской российской армии. Теперь связанные с ними события, которые тогда были очень важными, даже судьбоносными, теперь неактуальны. Пока живы люди, для которых этот праздник дорог, как-то даже неловко говорить о том, чтобы его исключить из календаря. Дискуссии по этому поводу нужно оставить на будущее. А пока можно поздравлять и принимать поздравления.

— А что значит этот праздник лично для Вас?
— Когда я был школьником, девочки поздравляли мальчиков. Это был праздник не просто военнослужащих. Это был праздник мужчин. Сейчас этот дух остался. Я думаю, праздник хороший, потому что он позволяет мужчине почувствовать себя сильной частью общества, опорой слабых. Поэтому, я думаю, из всех так называемых советских праздников этот — самый безобидный, самый бесспорный, самый прочный. И если 7 ноября, 1 мая — весьма специфические праздники в идеологическом смысле, то 23 февраля — праздник, который для многих почти окончательно потерял идеологическую подкладку.

— Владыка, Вы ведь крепко связаны с Армией. Началось с того, что Вас девочки поздравляли с Днем Вооруженных Сил и Военно-Морского Флота. Впоследствии Вы имели к Армии прямое отношение.
— После школы я окончил медицинское училище. По специальности я фельдшер. Был призван на воинскую службу, правда, по другой линии: был в школах — сержантской, офицерской. Имею три армейских военных специальности: старшина-моторист судов речного и озерного флота, офицер связи, а также помощник коменданта железнодорожных станций. Уже будучи епископом, научился управлять всеми видами наземной техники и морскими катерами. Было время, когда я нес службу военного медика. После армии учился в семинарии и академии, стал священником и уже в статусе священника призывался на военные сборы. Но священнику не повышали тогда очередных званий. В то время это бы выглядело непонятным — за что? Ну а сегодня, когда украинская армия стала независимой, мне присвоили очередное звание — капитан запаса.

— Наверное, Ваше Высокопреосвященство, это еще не предел?
По международным нормам моя должность — Председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными Силами и другими воинскими формированиями — соответствует званию генерала. Например, православный военный епископ в Польше является генералом Войска Польского. Генералом является нынешний Блаженнейший митрополит Варшавский и всея Польши Савва, а теперь второй действующий генерал — епископ Мирон. Был даже анекдотичный случай. Я каждый год принимаю участие в международных конференциях руководителей капелланских служб. При регистрации нужно указать воинское звание. Еще в первые годы моей деятельности в качестве военного епископа, когда я писал в анкете «лейтенант», все удивлялись и переспрашивали: наверное, генерал-лейтенант?

— С Вашим именем, Владыка, связано возрождение традиции церковного служения в Армии. Как все начиналось?
— Без ложной скромности скажу, что я один из тех священников, которые уже в самом начале 90-х годов стали вхожи в воинские части. Не было тогда никаких общецерковных структур. Это только начиналось, и начиналось снизу, т.е. священники имели какие-то личные отношения с командирами частей, или родственники командиров устанавливал какие-то отношения со священниками, и это было началом контактов. Поначалу было тяжело. Все строилось на личных отношениях, зависело от настроения местных руководителей, начальников гарнизона.
Переломить ситуацию помогли Львов, Галиция, где безбожие насаждалось лишь пятьдесят лет, и сохранилась в душе и крови даже нецерковных людей память. Там было проще возрождать. Львов, а затем Киев — два города, где постепенно наращивалось сотрудничество. А потом, в 95-ом, 96-ом году, уже стали проводиться совещания типа «Армия-Церковь», в которых принимали участие люди доброй воли. Так постепенно дело развивалось, раскручивалось, нарабатывался опыт. Вылилось это в то, что Блаженнейший сначала назначил меня ответственным за сотрудничество с Армией (Синодального отдела тогда еще не было). Когда мы показали, что уже что-то можем, был организован Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными Силами и другими воинскими формированиями. В сфере сотрудничества с Армией по качеству, количеству и по формату мы стали ведущими среди конфессий, работающих с военными. И все это признают. Есть интересные, результативные наработки. Поначалу в среде командования были опасения, что могут быть недоразумения из-за раскола, межконфессионального противостояния, и это может испортить моральный климат в воинских коллективах (это были оправданные опасения). Но мы старались работать исключительно за счет позитивной проповеди, без критики других, и потому таких противоречий удается избегать.

— Иногда приходится слышать, что Церковь в Армии — это дань традиции и часто просто красивая декорация. Давайте разубедим тех, кто так думает.
— В прошлом на территории Украины в армиях (и в Российской, и в Австро-Венгерской, и в Польской) всегда была капелланская служба, существовало понятие военного духовенства. И вдруг его не стало. Возникает вопрос: куда оно делось? Кто это устранил? И когда во время перестройки стали говорить об устранении недостатков и исправлении перегибов в различных сферах, вопрос капелланской службы почему-то остался в тени. К тому же есть неписаное, но неукоснительное правило: члены коалиции НАТО должны иметь капелланские службы. И потому мы видим, что все члены бывшего Варшавского договора, например, Польша, Румыния, Словакия, Прибалтийские страны, уже имеют капелланские службы. Т. е. для нормального образованного человека, незакомплексованного тоталитарным мышлением, наличие военного священника в Армии так же естественно, как наличие медицинской, психологической, пожарной служб… Я специально в Америке, в Германии, во Франции задавал вопрос неверующим (там ведь тоже немало неверующих): как вы смотрите на капелланскую службу? И всякий раз получал один ответ: это нужно, а разве может быть иначе? А у нас до сих пор в некоторых инстанциях продолжаются бесплодные дискуссии. И я объясняю это тем, что, кроме человеческого элемента, есть еще элемент нечистой силы. Враг рода человеческого и здесь работает. Что угодно, только не Бог, только не вера, только не покаяние, только не святое причастие! Хотя процесс пошел! Если в начале 90-х годов многие военные говорили, мол, не надо спешить, нужно действовать постепенно, то сейчас таких голосов становится все меньше, а иногда и вообще не слышно, потому что говорить так сейчас — уже почти неприлично. Хотя некоторые скрыто саботируют процесс.
А вот в тех случаях, когда служба связана с риском, с экстримом — в Косово, в Ираке — эти вопросы уже не возникают, все единомышленники: нужен священник, нужен пастырь! Можно соглашаться или не соглашаться в необходимости присутствия наших войск, но если, скажем, в Ираке, решение принято и если оно не преступно с политической, моральной точки зрения, священник должен духовно окормлять воинов там, где они несут службу. Сегодня готовится третья ротация. Во время первой смены не было священника. Мы выглядели «белой вороной» на общем фоне. Священник был в составе всех подразделений других стран. Стало ясно, что он необходим. И уже сами военные просили об этом.

— Недавно Вы вернулись из Любляны с международной конференции военных священников. Какие вопросы там обсуждались?
— На совещании глав капелланских служб мы говорили, в частности, о важности наличия в армейских подразделениях психолога и священника. Нужны и те и другие, но, получается, что соотношение психологов и священников в среднем один к шести. Т. е. там, где на определенное количество военнослужащих назначен один психолог, служит шесть военных священников. Если психолог работает над различными проблемами психического порядка — срывы, стрессы — т. е. работает как врач, то священник окормляет духовно, хотя при необходимости, оказывает психологическую и моральную поддержку. Но нельзя смотреть на священника как на психолога, социального или политического работника, что иногда мы слышим. Даже в странах НАТО некоторые командиры хотели бы видеть в священнике своего помощника по политчасти. Священник в Армии, кроме того, что он воспитатель, наставник, учитель, воспринимается как представитель Божественной власти, носитель Божественных законов. Даже нецерковные люди смотрят на священника как на символ правды, справедливости, добра моральности. Потому так остро воспринимаются любые недостатки капелланской службы. Особенно на фронте, где священнослужитель — опора, идеал, отец, если хотите. Ведь там, где военные действия, возможны негативные явления: несправедливое отношение к местному населению, мародерство, конфликты внутри подразделения и т. д. Роль священника в связи с этим очень велика. В Любляне выступали весьма авторитетные генералы и руководители каппеланских служб и многие подчеркивали именно этот момент — сдерживающий, чтобы отрицательные эмоции солдата не превращались в трагические поступки и преступления. Кто бы из воинов к тебе ни обратился, даже иноверный, даже неверующий, ты должен отнестись к нему с любовью, по-отечески, содействовать его внутреннему комфорту.

— Тема Люблянского форума была посвящена капелланству ХХІ столетия. Что нового в капелланскую службу должно привнести новое время?
— Во-первых, когда в былые времена освящали оружие, например, меч, саблю, никому в голову не приходило, что оно может быть ненамеренно, случайно применено против невинного человека. А сегодняшнее вооружение — пушка, ракета, стратегическое вооружение. Можно ли освящать баллистическую ракету? Вопрос не праздный. Ведь она может нанести вред не только врагу, но и мирным людям. Возникают новые вопросы, которых ранее не было. Второе: священник никогда не должен оправдывать сомнительные операции. Вспомните участие православных народов в балканских войнах. Это были освободительные войны против турецкого ига. Православный миротворец в прошлые века воспринимал свой долг как священный, у него не было смущения совести. Все было ясно и понятно. Если в Косово наш миротворец чувствует себя более-менее спокойно, то в Ираке уже могут возникать вопросы морального плана. Оправдывать несправедливость нельзя. Нужно искать аргументы, которые не противоречили бы слову Божию. Сегодняшнее миротворческое служение не всегда, к сожалению, соответствует евангельским идеалам, потому что к нему примешиваются политические моменты. Я в Любляне был модератором секции, в которую входили участники из стран бывшего Союза и Варшавского договора. Нам было легко работать, у нас были общие проблемы. И русские, и грузины, и прибалты, и поляки, и словаки, несмотря на различные вероисповедание, подчеркивали, что процессы глобализации приносят, к сожалению, и нежелательные последствия. На этот счет имею личное мнение. Потенциал США сегодня равен потенциалу всей Европы. И эта страна претендует не только на экономическое, политическое и военное лидерство, но и хочет быть международным верховным арбитром и определять судьбы других народов и государств. Дальнейшая методичная эскалация американских властей в решении политических и экономических проблем может стать началом необратимых процессов, которые неизбежно приведут к «Армагеддону».

— Во многих странах традиция капелланства не прерывалась. На фоне представителей этих стран мы не выглядели новичками?
— Опыт, конечно, у нас уже есть. Но мы сейчас находимся на переходном этапе. Много проблем. Если военных священников затребовали бы в каждую часть, у нас просто не хватило бы кадров. Без помощи государства, без наличия специальной программы формирование полноценного капелланского служения невозможно. Хотя сегодняшняя ситуация, похоже, некоторых устраивает. Военные структуры довольствуются тем, чем может помочь Церковь, но дальнейших серьезных шагов навстречу не делают.

— Военный священник не обязательно должен быть бывшим военным и знать специфику армейской жизни?
— Мы стараемся подбирать для духовно-пастырской работы с военными священников, которые знают Армию изнутри. Но таково по преимуществу старшее поколение священников, потому что в советское время в семинарии принимали только после Армии. Большая часть младшего поколения в Армии уже не служила. Нужно искать новые пути. У меня есть идея устроить при семинариях курс подготовки военных священников и священников для мест лишения свободы. Пока что это планы.

— Сегодня Вы были гостем в военном лицее имени Богуна в г. Боярке. Я знаю, что Вы бываете здесь часто. Какое значение в жизни лицеистов имеет храм? Как влияет на них православная составляющая воспитания?
— Безусловно, и директору, и командиру, и педагогам, и воспитателям — это большая помощь. И никто из них не возражает, что это хорошо. Даже в обычной школе по глазам детей, по выражению лиц, можно определить тех, кто ходит в церковь и регулярно причащается. Как отличаются эти лица! Такие дети стараются быть хорошими не потому, что папа-мама накажет, а потому, что есть Бог, который любит тебя, любит добро, правду и красоту, который все видит и которого нельзя огорчать. Так и здесь, в военном лицее, дети слышат проповедь в храме, проникаются христианским настроением. Жалко лишь, что здешняя ситуация, когда на территории лицея есть храм, воспитанники ходят на службы, — явление не распространенное. Я думаю, стоило бы организовать сюда экскурсии командиров, педагогов, устраивать здесь семинары для руководителей учебных заведений, общеобразовательных школ, чтобы они понаблюдали за здешней атмосферой, за отношением лицеистов друг к другу, к своему делу. Наверное, многие уже давно бы подняли вопрос о том, что в каждом заведении необходим священник. Работа священника чем-то похожа на работу крестьянина, который работает в поле. Труд неприметный, не особо престижный, но крайне необходимый. Вспомните притчу о сеятеле. Здешнего священника, отца Валерия (Демчука), кстати, бывшего военного, любят как отца родного.
Отсутствие духовности напоминает радиологическую опасность. Пагубные последствия разрушительных процессов обнаруживаются не сразу. Также и в духовной сфере. Грех разрушает. Люди в это время решают какие-то насущные задачи, которые кажутся им более важными. А вот понимание важности духовного воспитания приходит лишь тогда, когда бывает поздно.

— Владыка, какие проекты, связанные с военным служением Церкви, осуществлены в последнее время?
— Мы регулярно проводим конференции и семинары с участием военных священников и представителей военных формирований. Несмотря на нехватку средств, мы продолжаем издавать журнал Синодального отдела «Вера и честь», осуществили шесть выпусков «Молитвослова православного воина» — впервые после революции семнадцатого года, выпускаем православные воинские календари, формируем библиотечки религиозной литературы для воинских коллективов, отрабатываем программы катехизации, проводим катехизаторские курсы. В целом я доволен нашими наработками. Для того, чтобы дело поставить на более солидный уровень, нужно увеличивать штат Синодального отдела, искать материальную поддержку. Священник в армии востребован. Пока что, говоря светским языком, предложение не в состоянии удовлетворить спрос.

Беседовал Валерий Полищук

Преподобний Лаврентій — відомий подвижник наших днів. Не так давно старець відійшов до Господа, але з кожним роком зменшується коло очевидців, що пам’ятають земні роки подвижника. Саме тому цінною є кожна крупиця, яку вдається відшукати у наші дні. Ігуменя Амвросія (Іваненко) — духовне чадо святого. У інтерв’ю вона ділиться спогадами про земне життя преподобного, згадує нелегкі часи голодного дитинства, воєнні роки та чернечі подвиги православного чернецтва у роки атеїстичних гонінь.

— Матушка ігуменя, все своє життя ви провели у чернечих подвигах, побачили на своєму віку багато і радощів і смутку. Ви повертаєтесь час від часу у власне дитинство?
— Я народилася у селі Дроздівка, недалеко від Чернігова. Батьки були віруючими, особливо мати. До заміжжя мама співала у церковному хорі, була солісткою. З дитинства вона вчила нас молитися. Ніколи не починала роботу без молитви.
У сім’ї нас було четверо, жили бідно. Батька в тридцять сьомому році арештували, ув’язнили. Мама залишилася сама зі слабким здоров’ям. Мені доводилось робити усяку роботу, ще й братів заставляти. У чотирнадцять років косила сіно, навіть орала городи, хоча ледве могла тягнути плуга.
Я добре пам’ятаю голод. Перший, найстрашніший — у тридцять третьому році. Ми об’їдали з дерев листя, ходили з мамою у поле збирати пирій, витрушували корінці, сушили, потім товкли та пекли млинці. Другий голод — у війну, 1947 рік — теж голодовка. Приходилось по-всякому. Слава Богу, вижили. У війну сім’я розійшлась хто куди.
З 1941 року настоятелем у нас був старенький отець Іринарх. Якось у священика зібралось багато людей, посідали на лави, а діти товпилися в куточку. Батюшка багато розказував, згодом покликав мене, посадив біля себе й промовив: „Ти жайворонка бачила? — Бачила. — От нанесе він яєчок, а потім корівка буде йти тай наступить на гніздо. І що залишаться йому робить? Він полетить високо угору, тай Бога славить. Так і ти будеш Бога славити”. Мені було тринадцять років, і я не знала, до чого були сказані ці слова. Згодом збулось усе…

— Матушка, ви залишаєтесь одним з уже небагатьох свідків земного життя преподобного Лаврентія. Як Господь звів Вас зі святим старцем?
— Бувало, ми ходили пішки до Чернігова. Одного разу прийшли у монастир. Тоді, у п’ятнадцять років, я вперше зустрілася з преподобним Лаврентієм. Підійшли за благословенням. Він усіх благословляв хрестом, дійшла моя черга, батюшка подивився на мене, взяв просфору, благословив і каже: „От молодець, що прийшла, підростеш — і нашою будеш”.
Після війни працювала на залізній дорозі. Ми з полоненими німцями будували Чернігівський вокзал. На той час чоловіків було мало, в основному трудились молоді дівчата. Ми орудували важкими молотками. По селах було важко, тому всі тягнулися у місто, там хоча б якась робота була. Тому я залишилася працювати в обласному центрі. За роботу давали шістсот грамів хліба. Хіба могло вистачити? Багато приходилось працювати у лісі, вручну пиляли сосни. Було холодно, голодно, мучили воші, помитися ніде. Ми знали, що треба вижити, і надіялись на краще. Господь посилав випробування, і його треба було гідно винести. Зараз часто доводиться чути, що молоді важко… А як було колись?
Згодом відпустили додому. Вдома трапився нещасний випадок — я пошкодила ногу, поїхала лікуватись у Чернігів. Тут знову набирали на роботу. Все, що я робила, — з благословення преподобного Лаврентія. Перед тим як поїхати у ліс, підійшла до батюшки. Він і каже: „Треба тобі там попрацювати”. Зате скільки я всього навчилась: пиляти ліс, колоди колоти, робити дранку, тесати балки, стійки. Мені це згодилось. Коли нас вигнали з монастиря, приходилось працювати на різних роботах.
Після повернення з лісу нас направили на ремонт гуртожитку, а потім кажуть, що будуть набирати у фабрично-заводське училище. Я запитала у батюшки, що робити. Розказую, можна на будівництві залишитися, а можна у ФЗУ. Батюшка ж у відповідь: „Бігом у ФЗУ, і то спіши”. Прибігаю туди, там усіх працівників набрали, залишилась можливість працювати прибиральницею. Я записалась. Через два тижні прийшов наказ направити працівників ділянки залізної дороги на Урал, у Челябінськ. Були там і дівчата, з якими я працювала. Тоді я пригадала, чому батюшка мене підганяв. Багатьох з них я побачила востаннє…
Почала працювати у ФЗУ, мене помітив директор. Одного разу він запитав: „Ти комсомолка?” „Ні”, — кажу. „Подавай заяву і будеш працювати у мене в канцелярії”. „Хіба не можна без комсомолу?” — запитую. Він сказав раз, другий, а потім поставив ультиматум. Я вкотре прийшла до преподобного Лаврентія за порадою. Він відповів, якщо третій раз скаже, то слід писати заяву, але неодмінно сказати: „Я ж не з рогами, щоб з рогатим підписуватися”. Відхожу від батюшки і думкою про те, як таке відповісти? А сестри це чують і усміхаються. Сказала б — мене у в’язницю посадили. Прихожу на роботу. День, другий, а директор забув, нічого і не питає. Батюшка молився, і Господь мене милував. Сказав же він це для того, щоб я знала, що то за організація.
Працювала я у ФЗУ, а жити стала в обителі. Одного разу зустрічаю тодішнього архієрея владику Бориса, а він питає: „Працюєш? Розраховуйся та будеш у мене на кухні трудитись”. Я підхожу до батюшки, запитую, що мені робити? Отець Лаврентій каже: „Не треба, тобі ще слід попрацювати”. Зустрічаю владику через неділю, а він: „Дай мені адресу, я сам тебе розрахую”. Даю адресу, а сама до батюшки. „Владика взяв адресу, — кажу, — поїде розраховувати”. “Коли приїде, тоді і добре, а поки працюй”, — відповів преподобний. Зустрічаю владику Бориса, а він каже, що десь загубив папірець. Я даю адресу знову. А сама до батюшки. Знову зустрічаю владику, а він до мене: „У чому річ, постійно гублю адресу твоєї роботи”. Незабаром прийшов указ про переведення архієрея у Саратов. Він забрав своїх кухарів. Преподобний передбачив, що може таке статися. Я залишилася у монастирі. Зустрічаю батюшку: „Ну що, розраховуйся та й будеш у монастирі допомагати”.
Незабаром мене директор відпустив на два дні додому, та ігуменя покидати обитель не благословила. Я самовільно поїхала у село. Коли повернулася, матушка каже: „Йди геть, мені в монастирі такі не потрібні”. Підходила я протягом цілої неділі, п’ять раз просила пробачення, але матушка навіть не хотіла слухати.
Підійшла до преподобного з проханням піти з монастиря і розказала, як усе відбулося. Отець Лаврентій помолився й наказав ще раз звернутися до матушки і просити вибачення. Я довго заперечувала, мотивуючи, що уже робила це п’ять. Після чергової спроби ми не тільки помирились — гнів ігумені перетворився на милість, а я залишилась в монастирі.

— Цей випадок став вирішальним?
— Певно, що так. Розрахувавшись з роботи, стала послушницею. Мене почали „обтесувати” — посилали на усілякі послухи. Піднімалась на купол, трудилась на висотних роботах, провіряла роботу будівничих.
Я багато дивилася на працю інших. Навчилася мурувати печі, займатись слюсарними роботами, навіть працювала крановиком. Завдяки такому іскусу через роки час від часу навіть дещо підказую сучасним монастирським реставраторам. Адже у мене була чоловіча бригада, ми виконували практично усі ремонтні та висотні роботи. Коли нас вигнали на вулицю, мене часто просили, щоб я допомогла будуватись, мурувати печі, ладнати труби… що тільки не приходилось робити.

— Мабуть, вже у ті часи про прозорливого подвижника ходила слава?
— До батюшки приходило багато людей зі своїми питаннями. Він кожному виділяв час, щоб помогти, порадити, втішити, поговорити. До чернечого постригу день пам’яті Анни пророчиці — мої іменини. Обідаємо, а преподобний звертається до послушниці: „Піди, подивися, до мене хтось прийшов”. Матушка вийшла, подивилася. Стояла й плакала жінка. Це було аж за трьома дверима. Вона повернулась, й, пошкодувавши старця, сказала: „Там нікого немає, обідайте”. Отець Лаврентій положив ложку і вже грізніше: „Подивіться, там хтось прийшов”. — “Батюшка, немає там нікого, обідайте”. Стукнув ложкою по столу, промовивши: “Я тобі що сказав? Там стоїть жінка і плаче, поклич її сюди!” Отець Лаврентій поговорив з нею, і вона вийшла задоволена і спокійна. Сівши за стіл, він звернувся до черниці: “Чи ти сиділа б та спокійно обідала, коли біля твоїх дверей стоїть і плаче людина?”
А якось приходить до батюшки чоловік і каже: „Ой, помоліться, бо десь корова загубилася”. „А ти вінчаний? Ні? Піди звінчайся, то корова знайдеться”. „Та як вінчатися! Корову треба знайти”, — сказав чоловік. Преподобний ж у відповідь: „А ти дай обіцянку Богу, що повінчаєшся”. Той заприсягнувся перед іконами. Батюшка каже: „Вийдеш завтра на Гомельську дорогу і першого, хто буде йти, запитай, чи не бачив корову”. Чоловік зранку встав, вийшов на дорогу, дивиться, жінка йде, молоко несе на ринок. Він запитав, чи та не бачила заблукалу корову. Вона ж відповіла: „Ти зайди до мого сусіда, у нього якась корова стоїть у стайні вже пару днів, не знає, що з нею робити”.
Ще один випадок, коли батюшка у часи репресій змушений був служити у катакомбному храмі. Духовні чада вирили землянку навпроти монастиря і там збиралися на молитву. Одного разу відкрили печерку провітрити і забули закрити огорожу. Не подумали, що людська корова може туди зайти. Тварина ж впала у ту землянку і застрягла, тільки хвіст видніється. Підняли шум. Прийшли сусіди подивились, кажуть, потрібно все ламати, інакше нічого не вийде. Батюшка стояв у той час на вулиці, неначе мене зустрічав: „Хто залишив двері відкритими, Маргарита?” Обернувся, помолився і каже: „Біжи назад”. Прибігаю, а корова вже бігає по подвір’ї. Питаю, що сталося, як витягнули? “Якраз коли ти, мабуть, дійшла до батюшки, то корова вискочила із землянки, неначе пробка”.
Інша черниця розказувала другий випадок. Читали у батюшки в келії вечірнє правило. Читали та й позасинали, бо за день дуже стомились. Навіть та, що читала, стала на коліна та й заснула. Батюшка стояв посередині. Коли ж черниця проснулась, то аж ойкнула, бо побачила, що преподобний стоїть у сяйві, а він повернувся і наказав нікому про це не розказувати.
Преподобний часто повчав і сестер. Ми написали книжечку „Житіє і повчання преподобного Лаврентія Чернігівського”. Там описанні випадки із життя преподобного. Багато друкувалось в інших видавництвах, особливо про останні часи.

— Як відбувалися похорони отця Лаврентія? Він передбачав день своєї смерті?
— У 1950 році у переддень смерті якось промовив: „На Хрещення Господнє буде видно”. До Хрещення його вже пособорували, причастили. Увечері він запитав, котра година, і, коли було пів на десяту, наказав читати молитву на відхід душі від тіла. Прочитали молитви, і батюшка відійшов до Господа. Він помер при повній свідомості. Перед самою кончиною перехрестився, благословив всіх, навіть тих, що були відсутні, і преставився. Біля нього постійно перебували лікарі, але черниці знали, що Господь зараз забере душу преподобного.
Ми не могли похоронити отця Лаврентія п’ять днів. Тільки піднімуть домовину, а люди з міста, околиць, багато приїжджих все підходили й підходили з проханням попрощатися. Владика вже сказав, що не можна так довго тримати тіло. Мощі занесли в усипальницю, вони стояли там двадцять три дні, були відкритими аж до дня пам’яті преподобного Лаврентія Печерського. Кожний вечір ми молилися, читали полунощницю і прикладалися до руки святого, яка була м’якою і на диво теплою. Всі вірили, що коли мощі залишаться в обителі, то батюшка нас не залишить.
Я особисто була присутньою на усіх важливих подіях з останніх днів земного життя святого, стояла при смертному одрі, а згодом вимурувала склеп, де старця поховали. Бог благословив дожити й до дня прославлення отця Лаврентія у лиці преподобних, що відбулось у 1992 році — на ювілей тисячоліття Чернігівської єпархії.

— Як у обителі проходило життя після смерті святого?
— Згодом розпочались роки хрущовських гонінь. В обитель направляли монахинь із різних куточків. Закрили Домницю, Уляночку, інші монастирі. На той час у нас проживало аж три ігумені. Ми, молоді послушниці й черниці, мали неоціненну можливість спілкуватися зі справжніми світильниками Христової віри, аскетами та подвижницями наших днів. Наприклад, ігуменя Домниць кого монастиря була настільки високодуховною особою, що постійно читала Ісусову молитву.
Свого часу прийшлось робити перепоховання протоієрея Іринарха та пріснопам’ятної подвижниці. Їхні тіла перенесли з подвір’я Ільїнского храму на міське кладовище. Труна священика залишилась неушкодженою, тому її не відкривали, а труни матушки вже не було… ми вочевидь побачили її нетлінні мощі.

— Ви відчували, що обитель можуть закрити?
— Преподобний Лаврентій про це знав, але не кожен зміг зрозуміти його пророцтва аж до того часу, як вони збулись. Ще на початку відродження монастиря, у сорокових роках, коли робились ремонти, не раз до преподобного будівельники звертались зі словами: „Сюди потрібно кращу дошку, та вже трухлява. Батюшка каже: „Прибивай цю, на двадцять років вистачить”. Так і трапилось, у 1961-му нас вигнали на вулицю.
Зрештою, до нас прийшов дільничний і під лукавим приводом повідбирав паспорти. Раптом протягом одного дня нас усіх виписали з монастиря. Ми залишилися ночувати у келіях, коли увечері прийшли міліціонери, особісти, комсомольці й чиновники з криками „Забирайтеся геть!” Мовляв, без прописки тут навіть не можна ночувати. Безборонних жінок перед смерканням силою повикидали на вулицю.
Усі порозходились. Хто у власну домівку, хто до рідних. Залишилися декілька дуже стареньких матушок, котрим не було куди йти. Одну відвезли до родичів, інших… відправили у психіатричну лікарню.
Я залишилась жити у брата. Протягом десятиліть черниці, переслідувані атеїстичною владою, не жили, а існували по різних куточках України і Радянського Союзу. Великим щастям рахувалось монашці — “молодій працездатній жінці” — потрапити у один зі ще не закритих монастирів. Незважаючи почасти на критичні обставини, жодна з нас не залишила чернечих обітниць. По мірі можливості ми старались зустрічатись для спільної молитви. Допомагали одна іншій чим могли і чекали…

— Ваше Боголюбіє, яким запам’ятався рік тисячоліття Хрещення Русі?
— У 1988 році почалась реставрація Троїцького кафедрального собору. Мені довелося допомагати писати ікони. Ви не уявляєте, з якою радістю я це робила, немов на крилах створила образ Спасителя, Богородиці, Іоанна Предтечі, праведних Йоакима і Анни, ангельських чинів. Багато ікон я відреставрувала, навчилася золотити. Пізніше була організована реставраційна група із шести чоловік. Ми їздили по селах і відновлювали храми, щоб гідно зустріти славний ювілей.

— Матушка, коли ви стали управляти Єлецьким монастирем?
— Покійний митрополит Антоній пропонував мені стати ігуменею декілька разів, але я відмовлялась, бо ж і без належної освіти і не була упевненою у власних силах. Згодом він визвав декількох старих черниць і разом з матушкою Анімаїсою благословив відкривати монастир.
Ми прийшли у монастир і побачили справжню руїну. Ігуменя Анімаїса як молодша була настоятельницею, а я — благочинною. Згодом настоятельницею стала матушка Феодосія. Затим владика викликав мене і благословив на ігуменство. Монастир жив бідно, ніхто не помагав. У Петропавловській церкві розміщувався спортивний зал. В Успенському соборі було повно сміття, невідомого походження ящики з кістками, всюди протікали покрівлі. Спочатку у монастирі було шестеро монахинь. Через десять днів, як ми підписались, що будемо тут проживати, дозволили молитися у маленькій кімнатці.
Всі старанно трудились, вичитували правила, молились, щоб Господь нам допоміг. З тих часів у обителі читається невсипна Псалтир. Хто б тоді міг подумати, що нині у нас існуватиме швейний цех, іконописна майстерня, майстерня для різьбярів. У монастирі є чудотворні ікони — Єлецька та Ільїнська.
Сьогодні у нас 54 монахині, три схимниці. Одна із них є справжнім живим переданням, вона пам’ятає ще царську владу, до революції ходила у школу і пригадує, коли у її гімназії відмінили викладання „Закону Божого”.
Останнім часом до нас приїжджає багато паломників. Ми стараємося їх прийняти, нагодувати, влаштувати на ніч. Сюди приїздять із багатьох міст України, дальнього і ближнього зарубіжжя, особливо на свята. Ми стараємося допомагати лікарням, купуємо пацієнтам необхідне.

— Які задуми плекаєте на найближчий час?
— Роботи у нас багато. Треба відремонтувати дзвіницю, вхідні ворота, деякі корпуси. У цьому році ми зробили капітальний ремонт в Успенському соборі, плануємо відновити фрески, які у соборі залишилися у декотрих місцях й походять з одинадцятого століття. У мене задумів багато, і якщо Господь сподобить, будемо старатися відновлювати загублене.

Бесіду вів Володимир Мандзюк

— Владика, як ви реагуєте на сьогоднішнє звернення голови УПЦ КП щодо об’єднання?
— Заклики до об’єднання неодноразово робила наша Українська Православна Церква. Але ні сам анафемований «патріарх» Філарет, ні хтось із його оточення не бажав іти на діалог. Як і раніше, незважаючи політичну ситуацію в державі, що змінювалась час від часу, Святе Письмо і канони завжди залишаються єдиними і непохитними. За своїм змістом вони є незмінними, як і сама Церква. Ми розділяємо стурбованість щодо розколу в Українському Православ’ї, але разом з тим наголошуємо, що не може бути жодного спілкування з тими, які сьогодні знаходяться під прокляттям, тобто за межами канонічної Вселенської Православної Церкви. Українська Православна Церква на чолі з Блаженнішим Митрополитом Володимиром (Сабоданом) ніколи не покине церковної огорожі.

— Тобто ви готові до переговорів щодо примирення?
— Ми завжди прагнемо вести дискусію про злободенне питання відносно майбутньої цілісності Церкви, але тільки на канонічній основі, яка є своєрідною Церковною конституцією. Кожна Православна Церква в світі саме на ній будує своє внутрішнє життя. Порушення будь-яких канонів або законів, що регулюють дисциплінарні відносини, автоматично веде до того, що та чи інша Церква опиняється поза законом, поза благодаттю — стає неканонічною. Ця справа носить не політичний характер, як це часто представляють представники „київських патріархатів” (УПЦ КП, УАПЦ), а в першу чергу має богословський підтекст. Її слід розглядати і вирішувати на глибокому богословському рівні. Ще раз хочу наголосити, що наша Церква вельми стурбована розколом, який є кровоточивою раною на її тілі, але тільки за допомогою правильних і дійсно цілющих ліків, якими є святі канони, можливо загоїти рану розколу і здійснити бажане єднання.
Слід відмітити, що так званий Київський патріархат, який був утворений за часів екс-президента Леоніда Кравчука, а потім мав підтримку від екс-президента Леоніда Кучми, неодноразово був у чорному списку Генеральної прокуратури України. І у 1993, і у 2002 роках прокуратура декілька разів ставила питання про зняття УПЦ КП з реєстрації. Але як і в першому, так і в другому випадку Київський Патріархат заручався допомогою влади. Тому сьогодні нам важко говорити про якесь спілкування і примирення, коли порушені закони церковного життя. Існує один-єдиний шлях примирення — покаяння і усвідомлення своєї провини перед Вселенським Православ’ям. І лише після цього можна буде говорити про єдину Церкву з відповідним юридичним статусом.

— Ваше Високопреосвященство, ви сказали про покаяння як єдиний шлях до примирення, а саме покаяння є канонічною основою для єднання?
— Безумовно, канонічні правила визначають єдиний шлях. Ті діти, які вийшли з батьківської домівки і почали блукати неправильними дорогами, щоб мати змогу знову називатися дітьми свого батька, повинні повернутися у свій дім. Якщо ми будемо бачити відповідні дії з боку Київського патріархату, коли буде єдина думка і єдине бачення самостійної Церкви, тільки тоді можливий діалог.

— Тобто ви пропонуєте, щоб УПЦ КП приніс покаяння?
— Не я пропоную, а про це говорять канонічні правила. Якщо вони бажають єдності, бажають, щоб Церква була канонічна і законна в Україні, то є лише єдиний вірний шлях — принести покаяння і разом працювати над майбутньою долею нашої Церкви.

— Які існують ще умови щодо примирення?
— Що стосується примирення, то хочу сказати, що були порушені права наших віруючих у західних регіонах України, зокрема на Волині, на Галичині, де вони були позбавлені змоги молитися у своїх храмах. Не раз до утисків прав наших віруючих залучалася і міська влада. Вона передавала храми і молитовні домівки, що історично належали Українській Православній Церкві, Київському патріархату або греко-католикам. І саме сьогодні наша канонічна Церква виступає за відновлення конституційних прав віруючих і повернення їм віднятого. Коли ж ми говоримо про примирення і декілька разів піднімали питання, що віруючі нашої Церкви повинні мати однакові права з іншими, то це часто сприймається як розпалення ворожнечі і порушення миру. З нашого боку якихось негативних і компрометуючих дій не було і не могло бути, бо ми поважаємо закон, який у свою чергу повинен бути охоронцем прав і свобод усіх віруючих нашої держави.

— А чи готові ви почати діалог духовного відродження всього суспільства, мається на увазі, щоб і УПЦ МП і УПЦ КП, а також УАПЦ розробили якусь спільну концепцію і запропонувати уряду? Ви готові до такої співпраці?
— Ми запропонували свою концепцію, тобто наше бачення виходу із духовної кризи, в якій знаходиться наше суспільство. По-перше, Церкві повинні бути повернуті всі права, починаючи з основного — надання ій статусу юридичної особи, без чого неможлива ніяка плідна праця. До цього часу, якраз завдяки діям Київського патріархату, був провалений новий законопроект про свободу совісті, який передбачав надання як нашій Церкві, так і УПЦ КП статусу юридичної особи. Разом з тим Церква мала б можливість займатися не тільки більш широкою благодійницькою діяльності, а ще й викладати Закон Божий у загальноосвітніх навчальних закладах, більш тісніше спілкуватись з молоддю. Але цей прогресивний закон, який мав реалізувати в життя свіжі проекти, був провалений і залишився на папері. Проте, незважаючи на перешкоджаючі дії Київського патріархату, ми продовжуємо свою місію по відродженню духовності серед українського народу. Це дійсно потреба нашого часу. Зараз ми з вами є свідками того, як вся наша нація, особливо молодь, залишається незахищеною від різного роду сект і хибних вчень, які взагалі не мають нічого спільного з Православ’ям. Сьогодні, як ніколи, важливо посіяти добре сім’я на основі історично традиційного православного вчення, щоб у душі кожної людини був твердий стержень істинної віри.

— І все ж, владико, про діалог щодо об’єднання трьох основних конфесій… Чи готові ви до цього питання?
— Все буде залежати від позиції Київського патріархату. Ми неодноразово зверталися з подібними пропозиціями, а тому все, що стосується руху в цьому напрямку, ми сприймемо позитивно. Поки що на цьому шляху є перешкоди канонічного характеру, про які я вже нагадував. Хотів би також нагадати одне з Апостольських правил (Апост.10), яке чітко свідчить, що кожен православний віруючий, навіть на рівні побутових стосунків, не має права спілкуватися з анафемованими або відлученими від канонічної Церкви. А оскільки це прокляття тяжіє над відлученим головою УПЦ КП Філаретом (Денисенком), то воно автоматично тяжіє і над всіма його послідовниками. Отже, ми не можемо спілкуватися з відлученими від Церкви, а тим більше разом з ними молитися.

— То чи не заперечуєте ви об’єднання між Київським патріархатом і Автокефальною церквою?
— Це приватна справа Автокефальної церкви. Але тим людям, хто ще трішечки мислить, варто замислитись над тим фактом: якщо нас вважають Церквою Російською і ворожою, і це є основною причиною нашого небажання об’єднатися з іншими конфесіями, то чому ж тоді як і УПЦ-КП, так і УАПЦ, маючи спільні ідеологічні інтереси, до цих пір не об’єднались. Якщо ж вони найдуть в собі сили все таки прийти до єднання, ми будемо спостерігати, як з їх боку відбуватимуться наступні кроки.

Записав Сергій Богодєєв

Начало всех революционных потрясений минувшего века историки связывают с первой русской революцией, которая охватила все крупные промышленные центры тогдашней России — Санкт-Петербург, Москву, Харьков, Киев, Одессу и др. Ее центральным событием стало «кровавое воскресенье» — расстрел демонстрации рабочих, шедших с иконами и хоругвями к Зимнему дворцу. Оно разделило общество, что в конечном итоге привело к краху империи, гражданской войне, установлению тоталитарной диктатуры. Две известные исторические личности того времени — св. Иоанн Кронштадтский и полтавчанин, один из лидеров революционных рабочих масс священник Георгий Гапон — занимали противоположные позиции в этой кровавой драме. Предлагаемый доклад с анализом этих позиций был прочитан архиепископом Константином на XIIІ Международных Рождественских чтениях в Москве.

Св. Иоанн Кронштадтский и Георгий Гапон

Архиепископ Тихвинский Константин,
ректор Санкт-Петербургских духовных академии и семинарии

Сейчас общественность отмечает печальный юбилей — 100-летнюю годовщину начала русской смуты XX века — так называемой первой русской революции — пролога к кровавой драме, по сути, не завершенной до сих пор.
Для нас эти суровые уроки важны как для понимания духовных истоков смуты, так и для поиска ее преодоления. «Кровавое воскресенье» 9 (22 по н.ст.) января 1905г. утвердило деморализующий миф о расколе между царем и народом — тот миф, который на протяжении десятилетий перед революцией насаждался оппозиционными партиями и различными тайными обществами. Информационная война приобрела жуткие формы трагического конфликта, приведшего не только к кровопролитию 9 января, но и (в более долгосрочной перспективе) к падению самодержавной власти в России. Триединство Православие, самодержавие и народность оказалось разбитым, а затем со всеми расправились поодиночке. Но вначале из-под монархии выбивалась опора — народное доверие. Консервативный мыслитель Н. Черняев писал: «Русский патриотизм немыслим без русского монархизма. Наглядным доказательством являются наши политические отщепенцы. Они обыкновенно начинают с отречения от русского монархизма, а кончают тем, что делаются своими людьми в рядах заклятых врагов русского народа и Русского государства. Сродство и даже, можно сказать, единство и тождество русского царелюбия и русского патриотизма проявлялись в России каждый раз, когда на нее обрушивались всенародные испытания». Именно по русскому царелюбию и наносился жестокий удар организаторами провокации «кровавого воскресенья». В обстановке тяжелой войны с Японией подрыв веры в царя, дискредитация идеи царелюбия создавали угрозу самому существованию государства. Поэтому следует говорить о «кровавом воскресенье» не как о «конце мифа о царе-батюшке, от которого не может исходить зло», а как о начале спланированного заранее уничтожения России и русского народа. Гибель мифологемы, даже укорененной в национальном характере, не привела бы к столь глобальным политическим последствиям, которые происходили в Российской империи в период 1905-1917 гг. Искусственно создавался повод для «народной мести» государю.
Нам важно рассматривать судьбы Русской Православной Церкви в этот период государственного кризиса не только общеисторическом масштабе, но и в судьбах конкретных личностей. В отношении к революционным событиям яркие характеры святого праведного Иоанна Кронштадтского и Георгия Гапона являются наиболее знаковыми, поскольку как за первым, так и за вторым стояли значительные духовные и политические силы, противоборство которых определило вектор исторического развития России на последующие годы.
В рамках доклада невозможно дать полный сравнительный анализ их мировоззрений и политических позиций в целом, поэтому остановимся на нескольких важных, по нашему мнению, вопросах.
1. Отношение к вере Церкви и церковному преданию.
2. Отношение к царской власти, политике и социальной деятельности.
3. Отношение к графу Л.Н. Толстому и его учению.
Бездна, разделяющая всероссийского пастыря, великого молитвенника и чудотворца, святого праведного Иоанна Кронштадтского, предсказавшего трагические события русской истории XX века, и тогда еще отца Георгия Гапона, сыгравшего роль растлителя народного духа и обагренного кровью провокатора, слишком очевидна, чтобы лишний раз заострять на ней внимание.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский родился в селе Сура Пинежского уезда Архангельской губернии 19 декабря 1828 г. в семье бедного причетника Ильи Сергиева. Позднее он напишет: «С самого раннего детства родители приучили меня к молитве… Евангелие было спутником моего детства, моим наставником, руководителем и утешителем… ». К учению ему удалось приобщиться благодаря частой и пламенной молитве, в результате которой однажды «точно завеса спала с глаз». В 1845 он с отличием окончил Архангельское приходское училище, успешно учился в Архангельской духовной семинарии. По ее окончании был принят на казенный счет в Санкт-Петербургскую духовную академию. «Высшая духовная школа имела на меня особенно благоприятное влияние», — писал он впоследствии. Учебу совмещал с работой, переписывая по ночам бумаги, поскольку умер отец и он остался единственным кормильцем в семье. Скудное жалование св. Иоанн пересылал матери. В 1855 г. окончил Духовную академию со степенью кандидата богословия, защитил работу «О Кресте Христовом в обличении мнимых старообрядцев». В том же году он вступил в брак с дочерью настоятеля кронштадтского Свято-Андреевского собора Елизаветой.
Теперь обратимся к жизненному пути о. Георгия Гапона. Он родился в 1870 г. в верующей православной семье на Полтавщине и с детства был весьма религиозен. Особенное впечатление на него оказывали жития, в частности древнерусские, его привлекали в некоторых из них апокрифические мотивы. Так, его детское воображение поразило повествование о св. Иоанне Новгородском, который на бесе летал в Иерусалим: «Я заплакал, но в то же время желал, чтобы и мне представился такой случай поймать черта», — вспоминал он в 1905 году в своих мемуарах. Эта, казалось бы, мелкая деталь — желание поймать черта — обозначает некие тайные черты характера, сформировавшиеся еще в детстве — авантюризм и желание поиграть со злом. В душу Гапона рано попала бацилла бунта, и отчасти виной тому был его отец, который враждебно относился к существующим порядкам. На всю жизнь Гапон запомнил сцену, когда при виде проезжающей мимо коляски помещика отец сказал: «Смотри, какой у него гордый вид. А ведь его коляска и все, чем он владеет, — все это досталось ему нашим трудом!» Гапон тогда схватил с земли камень и швырнул вслед проехавшей коляске… Таким был первый урок «революционной теории», усвоенный Георгием Гапоном.
Он закончил Полтавское духовное училище и поступил в Полтавскую семинарию. В ней произошло соприкосновение молодого семинариста с учением гр. Л.Н. Толстого: двое из семинарских преподавателей оказались толстовцами. Гапон толстовцем не стал, но наставления тех учителей произвели на него неизгладимое впечатление и вовлекли его в социальные вопросы. Как отмечает биограф Гапона Д. Сверчков, Гапон «под влиянием толстовца Фейермана продолжал открыто порицать лицемерие служителей церкви. За это он был лишен стипендии и стал добывать средства к жизни, давая уроки в богатых домах». Увлечение учением Л.Н. Толстого оставило след в развитии мировоззрения Гапона, оно подготавливало его к будущему разрыву с Православной Церковью, которую Толстой обвинял в лицемерии. Напомним те слова, которые были сказаны св. Иоанном Кронштадтским по поводу учения графа Толстого: «Господи, сколько (о ужас) ругается над Тобой и Церковью Твоею, над учением твоим, над таинствами и богослужением Твоим толстовщина и вся одурманившаяся так называемая интеллигенция». Небезосновательно граф Толстой был назван «зеркалом русской революции», поскольку его религиозное учение, положив начало сектантскому движению «толстовцев», способствовало подрыву авторитета Православной Церкви в российском обществе и подготавливало почву для построения богоборческого режима. Поэтому в духовно-нравственной эволюции Гапона посеянное Фейерманом толстовство является далеко не случайным эпизодом.
Св. Иоанн был рукоположен во пресвитера 12 декабря 1855 г. и начал свое служение в Кронштадте. Вот что о. Иоанн писал об обстановке в этом городе, который был в его время местом административной ссылки мелких преступников (воришек, пьяниц, бродяг и т.д.): «Кронштадт переполнен неимущим людом. Подвалы и чердаки, наполненные бедняками, представляют явление, не поддающееся описанию, но в них ютятся дети, иногда круглые сироты. И в этих-то смрадных трущобах зачинается их первый детский нравственный рассвет, а порок во всей наготе и дикости является главным, если не единственным их воспитателем». И о. Иоанн пошел к этим падшим, несчастным, отринутым людям. Вначале окружающие не понимали подвига св. Иоанна, смеялись над ним, даже преследовали, но он все превозмог своим подвигом веры и любви. В результате инициативы о. Иоанна и содействия кронштадтцев в 1874 г. было создано при Андреевском соборе приходское попечительство для помощи бедным. С большими трудами создавался первый в России «Дом трудолюбия». В первый раз он сгорел из-за опасной близости увеселительных мест и преступного небрежения пристава, которого строго обличил о. Иоанн. Повторно «Дом трудолюбия» был открыт 12 декабря 1882 года. В нем о. Иоанн устроил рабочие мастерские, где в течение года работало 25 тысяч человек, женские мастерские, вечерние курсы ручного труда, школу на триста детей, детский сад, сиротский приют, загородный дом для детей, бесплатное призрение для бедных женщин, народную столовую с небольшой платой и благотворительными обедами, бесплатную лечебницу, воскресную школу. В 1888 г. благодаря заботам о. Иоанна был выстроен ночлежный дом, а в 1891 г. — странноприимный. Ежедневно перед домом о. Иоанна выстраивалось до тысячи нищих, которым он раздавал деньги, достаточные для того, чтобы купить 4 килограмма хлеба на каждого. Социальное служение о. Иоанна доказывает несостоятельность мнения тех, кто считает, что Церковь должна заниматься только духовной работой и не заботиться о материальных нуждах своих чад.
Гапон после окончания семинарии женится и принимает сан, получает место кладбищенского священника. При кладбищенской церкви он учреждает братство для бедных и разворачивает активную социальную деятельность. Вскоре он овдовел и покинул Полтаву, а в 1899 г. поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию. Викарный епископ Вениамин приглашает его участвовать в миссии для рабочих, созданной при церкви на Боровой улице. Работа в миссии дала ему возможность определиться со своим мировоззрением в области социального служения. Он пришел к выводам, диаметрально противоположным тем, которые в свое время сделал о. Иоанн Кронштадтский, а именно: примат внешнего делания над духовным и необходимость вначале накормить рабочего, а затем уже требовать от него духовной жизни. В этом, конечно, сказался материалистический соблазн социализма — дьяволово искушение «сделать хлебы из камней», о котором так хорошо писал Ф.М. Достоевский в «Бесах», «Братьях Карамазовых», «Дневнике писателя». Трагедия состояла в том, что если Достоевский обличал недоучившихся семинаристов, мирян, то теперь подобной материалистической идеологией проникались священнослужители. В 1899-1901 годах о. Георгий Гапон становится известным петербургским проповедником благодаря своему недюжинному таланту проповедника, яркой, обаятельной личности и своеобразному «демократизму». Он становится своим человеком в рабочих кварталах, его знают и любят. При этом его деятельность быстро политизируется, и в этом он представляет резкий контраст св. Иоанну Кронштадтскому, который при всем своем всероссийском значении и огромной общественной деятельности принципиально уходил от всякой политики. Позже в эмиграции произошло знакомство Гапона с известным террористом Борисом Савинковым, который вспоминал: «Мне приходилось не раз слышать Бебеля, Жореса, Себастьяна Фора. Никогда и никто из них на моих глазах не овладевал так слушателями, как Гапон, и не на рабочей сходке, где говорить несравненно легче, а в маленькой комнате на немногочисленном совещании, произнося речь, состоящую почти только из одних угроз. У него был истинный ораторский талант, и, слушая его исполненные гнева слова, я понял, чем этот человек завоевал и подчинил себе массы».
Священник Георгий Гапон попал в поле зрения двух противоборствующих сил — охранного отделения и социалистов-революционеров. Прежде всего он привлек внимание Сергея Васильевича Зубатова — начальника Особого отделения полиции Санкт-Петербурга. На этой фигуре следует остановиться особо. С одной стороны, Зубатов был убежденным монархистом: позднее, узнав об отречении императора, он покончил с собой. С другой стороны, в своей деятельности он руководствовался убеждением, что социализм можно и должно насаждать сверху, «правительственный социализм» неотделим от монархии. Поэтому необходимо создавать правительственные социалистические организации, чтобы отвлекать рабочих от революционного движения и держать их в рамках лояльности. Однако в конкретной обстановке России начала XX в. представления о том, что социализм можно обуздать приручением сверху, являлись иллюзией: социализм давно перестал быть только движением за облегчение экономического положения трудящихся и стал своего рода квазирелигией, требовавшей коренного пересмотра всех общественных отношений, кардинального передела собственности, в своем крайнем пределе — уничтожения религии, семьи, собственности, государства. Уступки сверху лишь раззадоривали революционеров. Этого не понимал или не желал понимать Зубатов. Но он сразу понял, какие огромные преимущества дает ему деятельность священника, симпатизирующего социализму, и начинает оказывать ему поддержку. Возможно, поддержка Зубатова Гапону носила временами несколько сомнительный характер. Так, в 1902 г. о. Георгия уволили из прихода, где он служил, за вступление в гражданский брак с одной из воспитанниц (впрочем, свое неблаговидное увольнение Гапон сумел отставить как гонение…). Еще когда Гапон учился на втором курсе академии, ему предложили место главного священника во втором приюте Синего Креста — отделении Общества попечения о бедных и больных детях. Но вскоре Гапон оказался замешанным в скандале, заставившим его покинуть приют. «Вдруг матери девочек, воспитанниц этого приюта, стали усиленно брать своих детей из него…, — пишет биограф Гапона, — было проведено расследование. Оказалось, что Гапон так «своеобразно» держал себя с воспитанницами старших классов, что пребывание их в этом приюте становилось положительно неудобным». Когда об этой истории узнал викарный епископ Иннокентий, он тотчас исключил Гапона из Духовной академии и запретил ему служить. Но вернувшийся митрополит Антоний (Вадковский) восстановил Гапона и в служении, и в академии. Следует отметить, что митрополит Антоний был принципиальным человеком и без серьезного давления извне он вряд ли стал идти на такой сомнительный поступок. Возможно, давление последовало из Охранного отделения.
У св. Иоанна Кронштадтского учительная и социальная деятельность начиналась не в рабочих кварталах, а в храме и имела фундаментальную литургическую основу. Естественно, к такому пастырю не могли не тянуться люди. Св. Иоанн совершил подлинный переворот в сознании своих современников. На исповедь к нему стекались тысячами. Андреевский кронштадтский собор, вмещавший пять тысяч человек, всегда был полон. Приходилось применять чин так называемой общей исповеди, во время которой многие, не стыдясь, публично исповедовали свои грехи. Благодаря св. Иоанну православный русский народ устремился к Евхаристии и Церкви.
Евхаристическое служение св. Иоанна Кронштадтского, его святая жизнь и смирение способствовали появлению у него дара исцеления и прозорливости. Подвиг служения св. отца Иоанна, дар чудотворения привлекал к нему десятки тысяч русских людей. Во время путешествий по России его встречали многие тысячи верующих. Так, во время молебна на соборной площади в Харькове, который совершал св. Иоанн, собралось более шестидесяти тысяч человек. Не случайно умирающий Александр III сказал св. Иоанну, вызванному к его смертному одру: «Вы святой человек, Вы — праведник, вот почему Вас любит русский народ».
Св. Иоанн относился к царской власти как к проявлению Промысла Божия, некоему дару свыше, тесно связанным с божественным даром веры: «Бедное отечество, когда-то ты будешь благоденствовать?! Только тогда, когда ты будешь держаться всем сердцем Бога, Церкви, любви к Царю и Отечеству и чистоты нравов… Научись, Россия, веровать в правящего судьбами мира Бога Вседержителя и учись у твоих святых предков вере, мудрости, мужеству». Св. Иоанн подвергался систематической травле в либеральной печати за свою позицию, но нисколько не изменял ей. Даже великий писатель Николай Лесков не удержался и сочинил пасквиль против святого.
Священник Георгий Гапон летом 1903 г. заканчивает академию и, отказавшись от места преподавателя в провинциальной семинарии, отдается рабочей деятельности. В ноябре 1903 г. создается «Собрание русских фабрично-заводских рабочих города Санкт-Петербурга». Рост его членов был стремительным: вначале 30 членов, затем 170, потом 750, а затем тысячу двести которые впоследствии увлекли сто пятьдесят тысяч рабочих Санкт-Петербурга в авантюру «Кровавого Воскресенья».
Служение о. Иоанна — это служение святости и собирания. Он не хуже других видел беды, грехи и язвы окружающего общества, но шел к ним не с разящим скальпелем самоуверенного хирурга, а с бальзамом терпеливого терапевта. Его служение было не горделивым героизмом, не картинной позой лжепророка, а смиренным подвижничеством. Он врачевал, а не отсекал, и по апостольскому завету не был побежден злом, а побеждал зло добром.
Пробным камнем, испытывающим подлинный духовный потенциал того или иного пастыря, оказалась революция… Поэты и писатели начала XX века представляли революцию как некий очистительный вихрь в государстве, который должен «чашу народного горя всю расплескать», сокрушить все гнилое и расчистить дорогу новому светлому будущему.
Это вихрь, это вихрь. И как ждал я его!
И свободе и вихрям я рад
Это бури над морем — мое торжество!»
Попутно заметим, что многие из замечательных гордых, правдолюбивых, независимых «буревестников» вроде Горького при коммунистическом режиме были готовы воспеть любую мерзость, любое преступление государственной власти.
Вглядимся в сущность революции. И тогда мы увидим ее два лика: первый — виртуальный, который вдохновлял революционеров и побуждал их жертвовать своими и чужими жизнями, и второй — реальный, проявляющийся при подсчете жертв и потерь, а также результатов в целом. Слово «revolutio» буквально означает «откат назад». Это всегда разрушение установленного строя, порядка, чреватое регрессом и деградацией. Мы, современники вялотекущей революции 1988-2000 года, знаем, что несет она с собой: потерю территорий, развал промышленности, взлет преступности, рост смертности, беспризорность, резкий упадок образования, науки и культуры, а как результат — вырождение, депопуляция страны.
И возникает законный вопрос: а хватит ли у общества после кровопролития, безобразий и деморализации сил еще и построить даже не что-то более прекрасное, мощное и величественное, а вообще нечто путное и пристойное?
А если мы обратимся к духовной сущности революции, то увидим, что она действительно является откатом назад, к своему древнему архетипу —восстанию Люцифера против Бога и богоборческому убийству Авеля Каином. Действительно, Люцифер был недоволен вторым местом в Божественном мире и взыскал первого. Каин взбунтовался против того, что считал вопиющей несправедливостью то, что Бог предпочел ему его брата, и таким образом явился первым борцом за равенство (правда, без братства и со свободой только для себя).
Не случайно, начиная с первой четверти XIX в., архетипы Люцифера-Сатаны и братоубийцы Каина для революционной европейской мысли становятся определяющими. Это и Байрон с его поэмой «Каин», в которой Люцифер наставляет Каина на бунт, и стихотворение Бодлера «Каин и Авель» в его «Цветах зла», где Каин предстаёт трудягой-пролетарием, а Авель —благополучным буржуа, достойным лишь того, чтоб быть зарезанным. Позднее Каинов след проявится в «Интернационале»: «Вставай, проклятьем заклейменный, весь мир голодных и рабов». О чем это, как не о Каиновой печати? Принятие подобных архетипов оказалось возможным благодаря новой религии человекобожества, в которой человек является мерой всех вещей и владыкой над вселенной, человек, стоящий «по ту сторону добра и зла», высшей ценностью которого является его интеллект, а целью жизни —удовлетворение всяческих телесных и интеллектуальных потребностей. Естественно, подобная квазирелигия явилась результатом апостасии, вначале равнодушия, а затем и ожесточенной вражды к христианству и Церкви, хотя временами она и паразитировала на христианских ценностях, и пользовалась христианской риторикой.
Первоначально в царской России подобное сознание прививалось туго: народ недаром называл убийц и негодяев каинами. Однако в сознании так называемого русского образованного слоя во время великих реформ произошел сдвиг, о котором замечательно написал Ф.М. Достоевский в своем «Преступлении и наказании»: «Когда помутилось сердце человеческое, когда цитируются фразы, что кровь освежает, когда вся жизнь проповедуется в комфорте». Позднее этот сдвиг зафиксируется в русской литературе рубежа веков, в частности в романе Леонида Андреева: «Иуда Искариотский». Иуда изображался предателем, совершившим предательство из любви к Учителю, более того, революционером. Подобный образ логически проистекал из установки «по ту сторону добра и зла», и архетип Иуды (об этом пойдет разговор несколько ниже) типологически связан с Каином и каинической традицией. О деятельности Гапона в эмиграции известный провокатор Азеф сообщал следующее: «Посылаю вам выработанную декларацию состоявшейся конференции, созванной Гапоном… Все уверены, что весною подымется крестьянство, и везде занимаются закупкой оружия. В России начинает выходить крестьянская газета «Земля и воля» — при участии Каина и видных стариков».
Безусловно, на рубеже веков нравственный идеал русского человека подвергся значительным деформациям. Однако духовное содержание русской революции каинической традицией не исчерпывается. В первой русской революции, в отличие от европейских, было сильно влияние ложно понятых и искаженных христианских ценностей — взыскание правды, жертвенность, стремление ко всеобщему счастью и к некоему царству справедливости и любви — суррогату Царства Небесного на земле. Среди верующих находилось достаточное количество людей, которые по простоте душевной и недомыслию путали правду церковную и правду революционную, особенно если последняя рядилась в церковные одежды, и немудрено… Искус был весьма тонким, и требовалась изрядная зоркость, чтобы разглядеть обман человекобожеского христианства и достаточное духовное мужество, чтобы своей чувствительной больной совестью русского человека не возмутиться «свинцовыми мерзостями русской жизни» и не вовлечься в стихию, казалось бы, праведного бунта.
Лояльность к власти не мешала св. Иоанну Кронштадтскому видеть беды и грехи России, в том числе и социальные. В 1905 г. он сурово обличает: «Настоящая кровопролитная война наша с язычниками есть праведный суд Божий за грехи наши». Св. Иоанн Кронштадтский был убежден в том, что только Царствие Божие непоколебимо, а земные царства преходящи и погибают в зависимости от силы действующего в них греха, и причиной их крушения является материалистическая, языческая жизнь народа, и прежде всего — безбожие (часто активное) элиты.
Св. Иоанн ясно видел ложь русской революции и понимал ее как следствие апостасии. Революция для св. Иоанна являлась разливом греховности и безумия, духовным умопомрачением, грехопадением: «Возстань же, русский человек! Кто вас научил непокорности и мятежам безсмысленным, коих не было прежде в России… Перестаньте безумствовать! Довольно! Довольно пить горькую, полную яда чашу и вам и России…» По отношению к революционерам св. Иоанн требовал самых жестких мер и властно требовал очищения Руси от революционной заразы. Он пророчески предупреждал: «Россия, если отпадешь от своей веры, как уже отпали от нея многие интеллигенты, то уже не будешь Россией или Русью Святой. И если не будет покаяния у русского народа — конец мира близок. Бог отнимет благочестивого Царя и пошлет бич, в лице нечестивых, жестоких, самозваных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами».
Последнее высказывание как раз относится к деятельности о. Георгия Гапона. Если мы попытается ответить на вопрос, как относился о. Георгий Гапон к власти вообще и к власти государя в частности, мы увидим мировоззрение, однозначно противоположное тем идеям, которые высказывал св. Иоанн Кронштадтский.
Отношение о. Гапона к власти оставалось прагматическим и беспринципным, понимание власти как служения народу было Гапону недоступно. О его отношении прекрасно говорит Симбирский: «Получалась такая психология: сидит Гапон у всесильного и грозного министра фон Плеве, беседует с ним, и министру кажется, что пред ним преданнейший слуга режима, который за деньги готов служить ему до конца дней своих. Гапон оставляет министра в этом блаженном неведении, ибо ему нужно сделать дело через этого министра и ему глубоко безразлично, что в данную минуту министр о нем думает. Важно, чтобы он сделал то, что нужно Гапону и рабочим в настоящее время». Впрочем, по-видимому, не более искренно он относился и к революционерам, судя по всему, его эсеровские друзья были для него такими же пешками в его личной игре, а революционные «спонсоры» такими же «дойными коровами», как и власти предержащие. Гапон считал себя харизматиком, стоящим над ними. Он использовал тех и других, тщеславно считая себя умнее и сильнее. Грубо эгоистическая мотивация в его деятельности отсутствовала: деньги он тратил не на себя, а на рабочих, точнее — на рабочее движение, и все-таки в отношении ряда людей у Гапона отчетливо проявлялось явно нехристианская установка, прекрасно выраженная А.С. Пушкиным:
«Мы все глядим в Наполеоны,
Двуногих тварей миллионы
Для нас орудие одно».
Энтузиазм некоторых исследователей, в том числе Владимира Кавторина, относительно высокой нравственности Гапона и его порыва 9 января не основателен. Как мы можем назвать человека, который собирается вести рабочих к Зимнему дворцу, наверняка зная, что царя в нем нет и он находится в Царском Селе?
Однако перед нами весьма сложный случай провокации, который, судя по всему, связан с религиозной гордыней, прелестью. Он видел себя как бы великим пророком, который изводит (как Моисей в книге Исход) рабочий класс из рабства. Нельзя не согласиться с оценкой личных качеств Гапона, которая была дана еще при его жизни в одной из брошюр, посвященных событиям «кровавого воскресенья»: «С самой юности, на школьной и студенческой скамье, Гапона отличает одна характерная черта: способный, нервный, легко возбуждающийся, доходящий до крайности в своих замыслах и увлечениях, легкомысленный, постоянно меняющий свои настроения, юноша страстно любил играть роль, быть на виду, отличаться от других». По словам биографов, в 1904 г. Гапон любил царя, правда, «странною любовью», осознанным царененавистником он стал в 1905 году,
Феномен сей странной провокаторской любви можно понять, если пристально вглядеться в библейский прототип Гапона — апостола Иуду Искариотского в его истолковании о. Сергием Булгаковым. В своей статье «Иуда-Искариот — апостол-предатель» о. Сергий аргументирует точку зрения, согласно которой недостаточно свести причину предательства к одному сребролюбию, иначе не понять ни малой суммы, запрошенной Иудой, ни его апостольского служения, ни его раскаяния. Опираясь на опыт нравственных подмен и катастроф серебряного века и русской революции, о. Сергий видит в Иуде прежде всего иудейского мессианиста и экономического материалиста, для которого недоступна красота поступка мироносицы, возлившей многоценное миро на ноги Иисуса перед Его погребением, ибо для него главное — накормить нищих. Для Иуды недоступно Царство Небесное, а понятно лишь земное мессианское царство социальной справедливости, власти над миром и экономических вожделений. И вот Иуда видит, как Христос последовательно уклоняется от такого царства. Недоумение, горечь и обида проникает в его душу. «И вдруг его охватывает какой-то холодный восторг. Он, Иуда, призван помочь Учителю… Он явит любовь ценой собственной души, ибо больше сей любви не имеет, как кто предаст душу свою. Он заставит Его стать Самим Собой, хотя бы ценой предательства, Он поставит Его (Иисуса) в безвыходное положение, из которого Он может выйти, только явив Себя Царем». Именно в этой прелестной мысли о. Сергий видит начало той сатанинской бури, которая поднялась в душе Иуды и толкнула его на страшный грех предательства. Соответственно, не сребролюбие первично в грехе Иуды: «не из-за денег он предал Христа, хотя и запятнал себя принятием денег». Разумеется, принятие денег не случайно: «став экономическим материалистом, впав в искушение, человек открывает в себе подполье, в котором среди прочих смертных грехов живет змея Иудина сребролюбия». Главным и самым гибельным для Иуды явилось искушение не хлебом, а властью «того насилия, которым сам Иуда восхотел самого Христа определить по своему образу. Насилие над совестью и человеческой (тем более — Божественной) свободой именно и есть настоящее диавольское дело: диавол вошел в Иуду и он сделался орудием насилия над Христом».
Если мы обратимся к личности о. Георгия Гапона, то увидим потрясающие параллели с образом, нарисованным о. Сергием. Все знают о знаменитом поцелуе Иуды. Террорист Савинков передает разговор с Гапоном, состоявшийся в Женеве после убийства великого князя Сергия: «Очевидно, он знал уже о моем участии в московском деле. Поздоровавшись со мною, он взял меня под руку и отвел в другую комнату. Там он неожиданно поцеловал меня.
— Поздравляю.
Я удивился:
— С чем?
— С великим князем Сергеем.
Один только Гапон счел нужным «поздравить» меня с «великим князем».
Гапон берет деньги и от правых, и от левых, и от властей, и революционеров, но они его не особо интересуют: он их пускает на дело, а сам живет почти что в нищете. Для него, как и для Иуды, власти — лишь орудия в его замысле. Самое главное для него — заставить царя быть народным царем, принудить его быть самим собой. Вот что он напишет позднее в письме министру внутренних дел Святополку-Мирскому: «Пусть он выйдет как истинный царь, с мужественным сердцем к своему народу и примет из рук в руки нашу петицию». Гапон, наверное, воображал себя Моисеем, который просит фараона — царя — отпустить его народ — рабочий класс — на свободу.
Цели «Собрания русских фабрично-заводских рабочих города Санкт-Петербурга» официально состояли в поддержке и просвещении рабочих. Деньги на деятельность приходили из самых разных источников, Гапон не гнушался получать деньги от правительства. Первоначально «Собрание» выглядело весьма православным и лояльным по отношению к государственной власти: на почетном месте висели царские портреты, во время заседаний пелись молитвы. Встречи собрания посещал градоначальник Фуллон. На одном из заседаний была провозглашена вечная память генералу Бобринскому, погибшему на русско-японской войне. Перед рабочей аудиторией Гапон громил социал-демократов. И всего пять человек в «Собрании» знали, что он встал на революционный путь переустройства общества. В 1904 г. Гапон знакомится с рядом социалистов, прежде всего с Рутенбергом — своим будущим покровителем, а затем и палачом. Начиная с весны 1904 года, внутри «Собрания» создается своего рода подполье против правительства. О том, как пользовались именем Гапона перед «кровавым воскресеньем», свидетельствует Г. Филиппов: «Те, кому удалось присутствовать, подобно мне, на собраниях в скромной, даже жалкой, из трех комнат квартире Гапона на Церковной улице, слушать по целым часам бестолковые рассказы гапоновских секретарей относительно того, что делается среди масс, и подобно Гапону, который с воспаленными глазами от недосыпания и возбуждения вслушивался в сообщения о том, как ему не доверяют, как у него отнимают пальму первенства и как влияние его сводится на нет, — те знают, что никакого штаба и никаких определенных планов действия у Гапона не было… Гапона по чьему-то предложению внезапно одевали, куда-нибудь везли и так же случайно и неожиданно возвращали назад. Им пользовались в ту пору как именем, хотя таким, под которым одинаково можно провезти и революционный, и охранный груз… Отдавшись всецело всеобщему возбуждению, которое независимо от него превращалось в подобие вихря, Гапон крутился в нем и испытывал наслаждение от этого стихийного процесса, где, как ему казалось, он занимает ведущую роль».
Шествие 9 января носило явно провокационный характер со стороны его организаторов (мы не касаемся здесь мотивации действий простых рабочих — вчерашних крестьян, которые были обмануты своими вождями и явились жертвой провокации). Дело в том, что требования петиции, составленные Гапоном со товарищи, были принципиально неприемлемы и носили демагогический характер в силу их невыполнимости. Начнем с требования восьмичасового дня. В воюющей стране, в условиях, когда действующая армия в Китае задыхалась от снарядного и оружейного голода, это граничило с государственной изменой, если не являлось ею. Так называемая свобода слова, собраний и печати в воюющей стране также объективно работала на поражение страны: в годы Первой мировой войны это не позволяло себе ни одно самое демократическое воюющее государство. С изменой граничило и требование прекратить войну по воле народа. Так, площадное народовластие в 1917-18 гг. привело к развалу армии и фронта, потере всех плодов войны, купленных двумя миллионами солдатских жизней, и к позорному Брестскому миру. Потери территорий Украины, Белоруссии, Прибалтики были значительными. Наконец, требование созвать Учредительное собрание прямо вело к ликвидации самодержавия, а следственно и к водворению кровавого хаоса в стране. Сама петиция по наблюдениям ее первого исследователя Шилова выстроена по всем правилам церковной риторики: «Карают как за преступление за добрую душу, за отзывчивое сердце… Государь! Разве это согласно с божескими законами, милостью которых ты царствуешь?» В народе текст петиции не распространяли.
Даже исследователи, благосклонно относящиеся к Гапону, указывают на то, что «сговор Гапона с революционными партиями был налицо, хотя и неизвестно, о чем они договорились». Последующие события показали, о чем…
План Гапона и тех, кто за ним стоял, был прост: в случае отсутствия сопротивления со стороны царя и правительства захватить власть мирным путем («бархатная революция»). Сама по себе гарантия жизни и безопасности царю была в высшей степени показательна: Гапон показывал, кто на самом деле являлся хозяином и властелином в стране — он и революционные партии. Если бы рабочих пропустили бы к Зимнему дворцу и тем более, если бы навстречу им вышел царь, то состоялось бы нечто, подобное французской революции 1789 г. — унижение суверена, санкция им Учредительного собрания и создание правящих революционных организаций типа Советов, затем — приход к власти радикалов, ликвидация монархии, эшафот и террор.
В колоннах сзади шли вооруженные боевики, но шествие возглавляли люди, несущие хоругви, иконы и портреты государя. В случае же, если войска преградят дорогу, то вооруженные боевики, прячущиеся сзади за хоругвеносцами и женщинами с иконами, должны спровоцировать столкновение с войсками, которое приведет к стрельбе, жертвам, дискредитации царя и правительства и революционному взрыву с соответствующими последствиями. Самое отвратительное в этой истории состояло в том, что политическая провокация прикрывалась псевдоцерковными и псевдонародными ризами. Кто мог бы повести за собой невиданную дотоле толпу питерских рабочих, в большинстве вчерашних крестьян, как не любимый ими священник? И женщины, и старики были готовы идти за батюшкой, умножая собою массовость народного шествия.
Трагедия 9 января многократно описана. Погибло около 120-150 человек, ранено было около 300. На весь мир был поднят крик о многотысячных жертвах «кровавого царского режима», раздались призывы к его немедленному свержению, и эти призывы имели успех. Враги царя и русского народа, выдававшие себя за его «доброжелателей», извлекли из трагедии 9 января максимальный пропагандистский эффект. Впоследствии коммунистическая власть внесла эту дату в календарь как обязательный для народа день ненависти. Стоит добавить лишь несколько деталей. По распоряжению митрополита Антония накануне был наложен запрет на любые церковные шествия. Вследствие этого староста церкви Казанской иконы Божией Матери отказался отдавать рабочим иконы и хоругви, однако рабочие отобрали их силой, совершив таким образом грех святотатства. Трагедия произошла в центре, на Адмиралтейском бульваре, после провокационных выстрелов в войска из толпы и с крыш прилегающих зданий. Именно фактом провокаций и нападений объясняется ожесточенность войск в расстреле демонстрации. Тем не менее число жертв было значительно меньше, чем можно было бы ожидать при таком количестве войск и скоплении демонстрантов. Священник Георгий Гапон был лишен сана.
Вряд ли стоит проводить резкую грань между Гапоном до расстрела демонстрации и после. Конечно, потрясение для него было весьма значительным. И тем не менее весьма характеры его слова: «Нет больше Бога. Нет больше Царя». Очевидно, Гапон шел к этому. В ночь после 9 января он пишет свою первую революционную листовку, в которой проговаривается: «Братья товарищи-рабочие. Самому царю я послал 8 января письмо в Царское Село, просил его выйти к своему народу… Ценой собственной жизни мы гарантировали ему неприкосновенность его личности. И что же? Невинная кровь все-таки пролилась! Зверь-царь… Так отмстим же, братья, проклятому народом царю и всему его змеиному отродью, министрам, всем грабителям несчастной земли русской. Смерть им всем». После этой грозной листовки Гапон, совсем как «светлая личность» из «Бесов» Достоевского, «восстанье начиная, побежал в чужие край». Он бросил все и бежал в Швейцарию, затем последовали Париж, Лондон. Следует отметить, что революционеры опасались того, что за границей Гапон узнает много лишнего, и неизвестно, как он потом себя поведет. Цитирую по Троцкому: « — Я получил только что, — сообщил мне Адлер, — телеграмму от Аксельрода, что Гапон приехал заграницу и объявил себя социал-демократом. Жаль… Исчезни он навсегда, осталась бы красивая легенда. В эмиграции же он будет комической фигурой. Знаете, прибавил он, зажигая в глазах тот огонек, который смягчал жесткость его иронии, — таких людей лучше иметь историческими мучениками, чем товарищами по партии…». За границей Гапон активно продолжал участвовать в русской революции и действительно узнал многое, что не входило в планы борцов за счастье трудящихся. Савинков пишет: «Член финской партии активного сопротивления журналист Конни Циллиакус сообщил Центральному комитету, что через него поступило на русскую революцию пожертвование от американских миллионеров в размере миллиона франков, причем американцы ставят условием, чтобы деньги эти, во-первых, пошли на вооружение народа и, во-вторых, были распределены между всеми революционными партиями без различия программ. Центральный комитет принял пожертвование на этих условиях, за вычетом 100 тысяч франков, которые деньгами поступили в Боевую организацию. На американские деньги решено было снарядить нагруженный оружием корабль, который должен был доставить свой груз революционным партиям, выгружая его постепенно на Прибалтийском побережье и в Финляндии. На имя норвежского купца в Англии был приобретен корабль «Джон Крафтон». Он принял груз исключительно из оружия и взрывчатых веществ и с командою, главным образом из шведов, летом 1905 года ушел в море. На корабле находился в качестве заведующего взрывчатыми веществами упомянутый уже мною химик В. Г. Виллит. «Джон Крафтон» не выполнил своего назначения. Он сел на скалу у острова Кеми в Ботническом заливе и был взорван своею командою». Гапон начинает многое понимать и главное то, что он винтик в большой машине, направленной на уничтожение России, а не вождь, и это было очень болезненно для его непомерной гордыни.
В начале 1906 г. он возвращается в Петербург, где ведет привычную для себя двойную игру с революционерами и полицией, которая в конечном счете его и погубила. В марте 1906 г. он решил поделиться своими соображениями с другом и покровителем Гуттенбергом. Он предложил ему, как сообщает Рутенберг Савинкову, за 25 тысяч предать своих товарищей полиции. Рутенберг, однако, к подобным предложениям был готов и на встречу с Гапоном пригласил своих товарищей, которые, подслушав разговор, сочли поведение Гапона предательством и учинили над ним самосуд, повесив его на вешалке. У Гапона въехать на бесе в Иерусалим не получилось… А Рутенберг, как пишет А.И. Солженицын, «уехал потом воссоздавать Палестину».
Святому Иоанну довелось увидеть окончание первой русской революции и мирно предать душу свою в руки Божьи 20 декабря 1908г. Десятки тысяч скорбящих петербуржцев провожали его в последний путь. О нем прекрасно сказал будущий священномученик о. Иоанн Восторгов: «Столица России как бы не была воцерковлена в глазах народа и оставалась ему чуждою. Нужен был живой праведник. Живой носитель веры… живой подвижник с духом аскетизма. Такой подвиг и совершил о. Иоанн, именно на нем и положена печать народной веры в его праведность и святость… И было что-то величаво-простое в отце Иоанне и его служении — как просто все великое в мире. Клевета и злоба «передовой» печати так же бессильна поколебать веру и праведность, как уверения, что солнце не светит, а дает тьму и холод…».
Как же следует оценить деятельность Гапона? Помимо прямой и непосредственной ответственности за пролитую кровь (130 убитых, столько же серьезно раненых), Гапон также ответственен за растление народного духа: он не только способствовал расстрелу веры в доброго царя, на которой много держалось в русской жизни, он нанес тяжелейший удар по народной совести и нравственности. После расстрела 9 января рабочие плевали на портреты царя и святые иконы, при этом наиболее усердствовали те, кто пред иконами зажигал лампадки. Страшно, что это убийство народной веры спровоцировал священник.
Если говорить о метафизическом измерении этих личностей и их библейских прообразов, то нельзя не вспомнить образы св. Иоанна Богослова и Иуды. Действительно, с одной стороны, «зритель неизреченных откровений» и Евхаристического таинства св. Иоанн Богослов, с другой — погрязший в денежной грязи казначей Иуда, который, однако, взыскует справедливости и предлагает прежде озаботиться о нищих, а уже затем о Христе, идущем на смерть. С одной стороны — св. праведный Иоанн Кронштадтский, живущий Евхаристией, таинством благодарения, жизни мира и от него начинающий свое общественное служение, а с другой — запутавшийся политизированный священник, ставший объектом и отчасти субъектом темной провокационной игры, а в конце — фактически снявший сан и предавшийся мирским вожделениям, пьянству и блуду. Даже кончина их разительно напоминает соответствующие библейские образы. Тихий смертный сон, в который погрузился праведный Иоанн Кронштадтский, не может не привести на память кончину св. Иоанна Богослова, напротив, страшная смерть о. Георгия Гапона — его труп, повешенный на вешалке, — напоминает самоубийство Иуды.

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
Московское Патриаршество — мера против униатского патриархата в Речи Посполитой?
В. Петрушко, кандидат богословия

Сегодня греко-католики Западной Украины продолжают добиваться от Папского престола признания патриаршего статуса за своей церковной структурой. В этой связи представляется интересным вспомнить об истоках идеи униатского патриархата в Галиции.
Впервые идея создания греко-католического Киевского патриархата появилась в эпоху, когда в Речи Посполитой начала активно обсуждаться возможность организации новой унии между Православной и Римско-католической Церквами, в правление короля Стефана Батория (1575–1586).

Альберто Болониетти, папский нунций в Польше в 1581-1585 гг., и иезуит Антонио Поссевино после успешного привлечения к католицизму восточного обряда князя Юрия Слуцкого составили план аналогичного обращения князя Константина Острожского. В силу огромного авторитета и влияния Острожского среди православных русинов Речи Посполитой католики намеревались использовать князя для привлечения к унии православного населения западно-русских земель.
6 июля 1583 г. в Кракове состоялась встреча князя Константина Острожского с Болониетти, во время которой был поднят вопрос о соединении Церквей. Вероятно, поводом для этого послужили высказанные летом 1583 г. намерения сыновей князя — Януша и Константина — перейти в католичество латинского обряда. Старший Острожский, однако, занял в ходе переговоров очень осторожную позицию, которая подразумевала фактически не переход православных под власть Папы Римского, а реальное воссоздание единства Вселенской Церкви; кроме того, князь считал необходимым участие всех Восточных Патриархов в переговорах о соединении Церквей.
Тем не менее представители католической стороны были воодушевлены началом диалога с князем и полагали, что его можно будет убедить примкнуть к затеваемой ими новой унии. В начале июля 1583 г. в Кракове в присутствии короля Стефана Батория состоялось совещание, во время которого прозвучала мысль о создании униатского патриархата в Речи Посполитой. В совещании приняли участие Болониетти, Поссевино и перешедший в унию с Римом грек архиепископ Кизический Дионисий Ралли-Палеолог. Как сообщал нунций Болониетти в письме к кардиналу ди Комо, в ходе дискуссии было выдвинуто предложение об учреждении в Остроге самостоятельного патриархата с последующим подчинением ему православных епископов Речи Посполитой. Учредить такой патриархат должен был бы Папа Римский и он, таким образом, изначально стал бы униатским. Болониетти писал в Рим о том, что возглавить этот патриархат, как ему кажется, был бы не прочь сам Дионисий Ралли-Палеолог.
Дальнейшее развитие проекта создания униатского патриархата в Речи Посполитой связано с идеей привлечения к этому предприятию Константинопольского Патриарха Иеремии II Траноса. Причем в деле его привлечения к унии значительная роль вновь отводилась князю Острожскому. Положение Иеремии в Стамбуле было крайне тяжелым в условиях произвола османских властей, и католические деятели надеялись извлечь выгоду из кризисного состояния Константинопольского Патриархата. Контакты, установившиеся между Патриархом Константинопольским и направленными в Стамбул в 1575 г. представителями Доминиканского, Францисканского и Иезуитского орденов, также вселяли в Риме определенную надежду на подчинение Иеремии II папской власти. Патриарх Иеремия не только одобрительно отнесся к созданию в Риме Греческого коллегиума, но даже направил туда на учебу двух своих племянников. В конце 1583 г. Иеремия II был смещен турецкими властями с Константинопольской Патриаршей кафедры и сослан на о. Родос. В связи с этим в Риме возник план освободить Иеремию в надежде использовать благодарного за спасение Патриарха в дальнейших униатских планах относительно Руси. Идея добиться переезда Патриарха Иеремии куда-либо в славянские страны и использовать перемещение Вселенской Патриаршей кафедры в униональных целях, вероятно, принадлежала кардиналу ди Комо, который озвучил ее в письме к Поссевино в апреле 1584 г.
Поссевино сообщал о том, что в Риме первоначально рассматривали вариант, в соответствии с которым Иеремию после освобождения из ссылки следовало направить в Москву. Здесь, по замыслу Римской курии, Иеремия (католики, похоже, уже считали его переход в униатство делом решенным) должен был пропагандировать унию и обеспечить присоединение к ней Московской митрополии. Однако сам Поссевино выступал против идеи отправить Иеремию в Московское государство, полагая, что в таком случае не только будет трудно добиться успеха в вовлечении Москвы в унию, но и вообще все может закончиться арестом Иеремии и полным крахом униатского проекта (иезуит при этом указывал на неудачный пример митрополита-кардинала Исидора, не преуспевшего в насаждении Флорентийской унии в Москве в XV в.).
В качестве альтернативного варианта Поссевино предлагал переместить Иеремию в расположенный на территории Речи Посполитой Киев. По мысли иезуита, это могло бы способствовать не только водворению унии в Киевской митрополии, находящейся в юрисдикции Константинопольского Патриархата, но со временем изменить традиционно нетерпимое отношение московитов к католицизму: Поссевино считал, что здесь могло сказаться уважение к Киеву как древнему церковному центру Руси.
Нунций Болониетти летом 1584 г. в переписке с кардиналом ди Комо развил идею Поссевино, предложив использовать в качестве места пребывания Патриарха Иеремии II Львов или Вильну как города, где власть польского короля была более прочной, а влияние Католической Церкви более значимым, чем в удаленном и подверженном казачьему влиянию Киеве. Болониетти также обращался с предложением о переносе Патриаршей резиденции в Вильну или во Львов к королю Стефану Баторию. Одновременно Болониетти предлагал королю ставить на православные епископские кафедры только сторонников унии. Данный факт подтверждает, что речь шла о попытке создания в Западной Руси именно униатского патриархата.
Авторы проекта униатского патриархата были убеждены в том, что Патриарх Иеремия II пожелает примкнуть к унии и остаться в Речи Посполитой в качестве предстоятеля Униатской церкви, но этим надеждам не суждено было сбыться. Очевидно, что первоначально бытовавшее в католических кругах мнение о склонности Патриарха Иеремии II к унии оказалось целиком ошибочным.
Вновь об идее создании униатского патриархата в Речи Посполитой вспомнил в 1588 г. канцлер Ян Замойский, который писал об этом в письме к папскому легату в Польше кардиналу Ипполито Альдобрандинии (будущему Папе Клименту VIII). Однако никакой реакции на высказанные Замойским предложения не последовало. Вероятно, к этому времени католические круги Рима и Речи Посполитой убедились в бесплодности попыток вовлечения Иеремии II в унию и полностью отказались от утопических проектов в отношении Вселенского Патриархата, предпочтя им более реальный план обращения в униатство Киевской митрополии.
В то же время можно предположить, что план переезда Иеремии II на территорию Западной Руси и его вовлечения в унию сыграл определенную роль в деле учреждения православного Патриархата в Москве. Об установлении Патриаршества Московского и всея Руси впервые речь зашла, когда в 1586 г. в Москву приехал за милостыней Антиохийский Патриарх Иоаким. Весьма показательно, что до этого события никто и никогда в Москве не высказывал мысли о возведении Предстоятелей Русской Церкви в Патриаршее достоинство. Вероятно, внезапно возникший у царя Феодора Иоанновича и Бориса Годунова проект Московского Патриархата был превентивной реакцией на получение сведений о плане католиков создать в пределах Западной Руси униатский патриархат.

Информация о патриаршем замысле католиков могла попасть в Москву самыми разными путями: контакты между Западной Русью и Московским государством в это время были весьма оживленными. Возможно, сведения такого рода мог сообщить годуновским дипломатам кто-либо из числа русинов Речи Посполитой, прибывших в Москву вместе с Патриархом Иоакимом Обращает на себя внимание тот факт, что именно в 1586 г. в Москве появляется мастер-книгопечатник Анисим Михайлович Радишевский, уроженец Волыни. Высказывалось мнение, что Радишевский учился книгоиздательскому делу в Остроге, в типографии князя Константина Острожского, следовательно, он вполне мог быть знаком с проектом учреждения униатского патриархата.
С учетом католического проекта переноса центра Вселенского Патриархата в пределы Руси переговоры, которые проводили в Москве с Патриархом Иеремией II представители царского правительства, выглядят в совершенно ином свете. Предложенный Иеремии II вариант переезда в Россию, таким образом, представляется отнюдь не спонтанно возникшей идеей, а дальнейшим развитием уже на московской почве первоначально разработанного католиками проекта переезда Патриарха из Стамбула в Речь Посполитую или Московское государство, в курсе которого, вероятно, был к этому времени и сам Иеремия II. В то же время находят свое объяснение нежелание правительства царя Феодора дать разрешение на постоянное пребывание Иеремии II в Москве и выдвинутые в качестве альтернативы проекты создания Вселенской Патриархии во Владимире, а затем — учреждения Патриаршества Московского и всея Руси. Возможно, что оба этих предложенных в Москве варианта были связаны с опасениями московских властей относительно возможной склонности Константинопольского Патриарха к унии.

Олександр Яровий,
кандидат філологічних наук

„Истина свободит вы”
(Ин. 8, 32).

Слова Спасителя промовляють і сьогодні до кожного жителя планети. Але сучасна доба не довіряє давнім авторитетним істинам, прагнучи витворити власні відповідно до накоплених віками пристрастей та помилкових уявлень. Рабство такого самообману без Божої допомоги незцільне: навіть діагностувати його у самої себе людина не здатна, хворі вважають себе здоровими… Апостасійний (боговідступницький) дух сьогодення докладає всіх зусиль, аби людина стала не внутрішньо вільною, здатною до розрізнення правди й неправди, а вільною від… докорів совісті, „розкріпостилася”. Для цього — нові правила й „істини”. Богословам добре відомо, що совість, тобто інтуїтивне розпізнавання доброго та злого, шкідливого та корисного, закладене Богом у самій людині. І те, що людина програмно вибирає самозгубне, шкідливе для себе, засвідчує лише дедалі більше віддалення розуму від Божественної істини, підтверджує, що воля людини керується паразитарними демонічними впливами, які при затемненні „ока душевного” сприймаються як свої власні.
Сучасна наука далека від богословської сакральності, вона знаходить всьому буденне логічне пояснення, але сутність речей від того не міняється. Згаданий процес „не свого думання”, що видається іманентним (внутрішнім, своїм) можна називати по-різному, але він давно вже використовується для впливів на мільйони. Зокрема там, де йдеться про інтереси або владні, або фінансові. Спеціальна література, наприклад, із реклами та маркетингу — відповідні журнали, підручники не вважають потрібним тримати в секреті механізми впливу на споживача. А споживач це не тільки покупець, це будь-яка людина, що черпає із запропонованого їй апостасійним світом ринку ментальних (розумових, мислених) послуг, тобто викривлених уявлень, квазідогм, лжезнань. Фахівці не приховують свого наміру: покупцеві треба створити ілюзію, що він вибирає товар сам. Адже справді, його ніхто не примушує, не веде насильно до супермаркету, не каже „купуй саме цей товар”, не погрожує в разі невиконання. Але цей вибір, як і будь-який поведінковий вибір пошкодженої гріхопадінням (і незціленою в богоспілкуванні) розумної природи людини, навіяний сторонніми впливами, а не обґрунтований власною ініціативою. Та спробуйте довести це людині, якій здається, ніби вона думає! Навколо того чи іншого товару рекламою формується ареал пов’язаних уявлень, якийсь товар стає символом певного типу життя. Тому, скажімо, банальна телереклама прального порошку супроводжується відеорядом картинок щастя — радісної господині у суперсучасному домі, хазяїна на престижному авто у дорогому костюмі, веселих усміхнених дітлахів. Отже, вибираючи цей пральний порошок, господиня голосує за свій образ раю( земного, зауважте, без жодного натяку на духовне!). І чи замислиться про якусь альтернативу? І навіщо альтернатива?.. Все життя — устремління до матеріального, нудно-прагматичного; про щось інше(вище!) думає все менше жителів планети і в багатих, і в бідних країнах.
Якщо звернемо увагу, які розмови ми чуємо щодня у транспорті, на вулиці, на робочому місці, то з печаллю констатуємо: вони всі однотипні і крутяться навколо одягу, ринку послуг, походів до кафе та ресторанів, туристичних поїздок, службових просувань. Так і хочеться запитати Шевченковими словами: „Де воно поділось, відкіля взялось?” За півтора-два десятиліття з облич більшості наших сучасників зник одухотворений вираз, замінившись, у кращому разі, холодно-інтелектуальною, гордовитою маскою (цьому сприяє інформатизована доба — аякже, хто володіє інформацією, володіє світом), але інформацією ще краще за нас володіють відкинуті Богом ангели, та вони стали вже не здатними до доброго, світлого почуття… Глухнемо до почуття, глухнемо до слова… Ще у 80-х роках виринали, як цілі події, твори літератури, такі, як „Плаха” Чингіза Айтматова чи реабілітований „Собор” Олеся Гончара, і будили величезний суспільний резонанс. Сьогодні літературні явища взагалі перестали бути подією.
Ми згадуємо про це невипадково. Класикові російської літератури, нобелівському лауреату в еміграції Івану Буніну належить думка про те, що революційній катастрофі нашої Вітчизни передувала катастрофа літератури. Криза богоданої словесності — це криза душевного, це вмирання людського в людині.
Думається про згадану в Одкровенні Іоанна Богослова зловісну антихристову печатку: за святоотецькими тлумаченнями, крім буквального „інвентарного” змісту, нанесення її на чоло містично означає богопротивний спосіб мислення, а на десницю — позбавлення можливості творення правих діл. От уже справді, на всесвітньому ринку демонічних устремлінь не вийде „торгівлі” у християнина, який нізащо не прийме клейма (Одкр. 13, 17): світла небесна думка і праведне діяння „не котируватимуться” у царстві мічених сатаною, а праведнику самому нічого не потрібно буде з „цінностей” того царства…
Сучасна людина перебуває в полоні викривлених уявлень і навіть не розуміє цього. Відкидаючи традиційні цінності, не довіряючи їм, будучи глухою до Божого слова, індивід, проте, вимагає все більших для себе прав та свобод. Гасло свободи — це улюблена приманка диявола. Організовані підпільними рухами революції, які руйнували віковічні устої багатьох країн, відбувалися під лицемірним девізом „свобода, рівність. братерство”, несучи насправді неволю, нерівність, розбрат. У сучасному світі останні два складники масонського слогану випадають. Рівності вже ніхто не хоче, оскільки все одно природнім стало неприродне, антихристиянське прагнення самовивищення будь-якою ціною над іншими, відповідно ніхто не вірить в ілюзорне та непотрібне братерство, але згубна магія лжесвободи без Бога, закону, моралі продовжує тримати у полоні маси.
Сербський митрополит Амфілохій (Радович) у своїй книзі „Основи православного виховання,” виданій у Росії 2000 р., в одному з розділів глибоко аналізує поняття „лжесвободи”, глава називається „Батьківство, батьковбивство і виховання”. Як традиційний наслідок гріхопадіння він розглядає появу духу батьковбивства по відношенню до Бога, батьків, до будь-якого авторитету минулого. Убивство Бога в собі, іншими словами, заглушення, „умерщвление” совісті — це свідома чи несвідома мета пересічного сучасника, який в круговороті безкінечних насолод, розваг, втеч від страждання хоче задовольнити своє максимально спотворене відчуття забутого раю. Це дане Богом, але перекручене гріхом прагнення душі до благобуття. Людину не зупиняє пам’ять смерті, вона відгонить від себе цю згадку; постмодерна доба оголошує рівність різних істин та релігій у своїй відносності (принцип релятивізму); кожна істина відносна, все це, мовляв, плоди різних етапів розвитку людства. Вичерпні відповіді на питання тільки в мені, у моєму „я”!.. Людина за допомогою демонічних впливів сама створює собі лжебогів, лжеавторитетів. Стає, як зазначає митрополит Амфілохій, рабом і тираном одночасно: раб і бунтівник — для сильнішого, тиран — для слабкого. Створюється викривлене уявлення про Бога та його закон. А в цьому уявленні і полягає є корінь сатанинського обману людини. Все загрозливо міняється місцями. Божа заповідь стає для грішника важкою, подібною до насильства, а широкий шлях гріха („свободи”!) видається єдино приємним, прийнятним, вірним і відповідним до гідності людини…
Саме в такому хворому душевному стані людина і робить свій гаданий вибір. Християнський мислитель ХХ ст., оксфордський професор Клайв Льюіс писав, що улюблений прийом диявола — запускати у світ помилки парами. Відійшовши від Божої правди, людина починає вибирати між поганим і гіршим, а, оскільки керується мотивами задоволення власних пристрастей, то йде шляхом вибору меншого страждання і, закономірно, отримує страждання ще більші, які знову вимагають якоїсь мирської „анестезії”.
Радянські атеїстичні пропагандисти любили загадувати нерозв’язну, з їхнього погляду, загадку: чи здатен всесильний Бог створити камінь, який Сам не зможе підняти? Як виявилось, може. Цей „камінь” — людська свобода. Недаремно архімандрит Софроній, учень прп. Силуана Афонського, писав: „Свобода — великий дар, но страшный”. До наших сучасників підходить висновок, яким далі продовжує міркування архімандрит Софроній: милосердя Христове справді безмежне, але навіть Божа любов зупиняється перед богорівною свободою людини. Завжди, пише він, знайдеться людина, яка скаже: „А я не хочу ніякого спасіння”. Саме тепер ми бачимо такий стан сучасного світу. Та водночас достойний учень великого вчителя зазначав: тільки християнин, який „умаляється” нижче всякого творіння, всіма зневажений і мучимий, є істинно вільним у найглибшому й остаточному значенні цього слова… Раб же гріха страждає, не розуміючи свого рабства, а в пошуках свободи заходить у ще безвихіднішу неволю…
“Отступление попущено Богом; не покусись остановить его немощною рукою твоею… Устранись, сохранись от него сам; и этого для тебя довольно. Познай дух времени, изучи его, чтобы по возможности избежать его влияния”, —писав святитель Ігнатій (Брянчанинов). Сучасне суспільство катастрофічно далеко відійшло навіть від радянських уявлень про якусь мораль, духовний позитив. Західний тип мислення виростає з прямого культу зла, поклоніння диявольським „цінностям”. Дослідники-естетологи та психологи знають, що у формуванні особистості немає дрібниць і тому звертають увагу навіть на такий момент, як відмінність мультфільмів радянської доби та сучасної анімації. У радянських стрічках зло подавалося як тимчасова відсутність добра, проте на фоні, переважного добра. Західне мистецтво подає добро слабким, безсилим, оточеним і переможеним всезагальним злом. Знову ж — це штрих до теорії парних помилок: все поширенішою стає схема боротьби „доброго зла” і „злого зла”. Війни „гірших” та „кращих” покемонів, боротьба „доброго” чаклуна Гаррі Поттера зі „злим”… Зрозуміло, що у такому віртуальному світі немає місця Богові як чистому добру, подібне уявлення просто не вкладається в огріховлену людську свідомість, поживою якої стають низькі та високі пристрасті, оті „свинячі стручки” з євангельської притчі про поневіряння блудного сина в демонських наймах „на стране далече”.
На наших очах формується парадоксальний світ. Він створює максимальну, як ніколи, ілюзію свободи й одночасно наповнений найсучаснішими засобами поневолення. З одного боку — свобода і можливість пересування, бізнесу, різноманітної діяльності, свобода всіх гріхів та пристрастей; з іншого — технічні можливості дозволяють в небувалих масштабах контролювати й простежувати кожний крок кожної особи… Людина стає заложником складної, багаторівневої глобальної системи, яка формується все виразніше, динамічно готуючи ґрунт для концентрації влади в одних руках, для перетворення кожного громадянина Землі у „прозорого” пішака, чиї навіть біологічні параметри можна буде (і це не фантастика) висвітлити на централізованому екрані у відповідному центрі управління.
В Україні загрозливо наростає відхід від традиційного для східнослов’янських народів православного шляху. Некритичне схиляння перед ліберальними цінностями Європи може мати незворотні наслідки для національної моралі та самосвідомості. Якщо ми зібралися „підганятися” під європейські стандарти, то тоді зайвою, очевидно, стане згадка про Бога та відповідальність перед Ним у преамбулі до української Конституції; адже країни Європейського Союзу свідомо провадять лінію на секуляризацію свідомості населення — під вивіскою рівності, мовляв, віруючих і невіруючих, рівноправності представників різних конфесій. Що й казати, зворушлива турбота про свободу! Нехай вибирає європеєць-українець, зокрема молодий, чи відсутність Бога, чи „боги” східних шаманів, або бубон кришнаїтів, чи маячня неоязичників — так звана “рунвіра”, для котрої конструюють сміхотворні „богословські” тексти деякі сучасні літератори! Все та ж парність „підступних “подарунків” ворога роду людського, який пропонує вибрати… то пряміший, то кривіший шлях до погибелі. Один з українських „європеїстів”, колишній дисидент, написав: „Нам близькі демократичні цінності Європи, але нас шокує… стотисячна демонстрація в Берліні гомосексуалістів — голяком!”( Бадзьо Юрій. „Український вибір”. — Київ, „Смолоскип”, 2004). То ж, шановні, вибирайте, доки не віднята можливість вибору. Бо одна така „цінність” без другої не ходить…
У книзі „Почему погибнет Америка” російський вчений Олег Платонов пише: „Є два способи позбавити людину свободи, зробити її гвинтиком у тоталітарній системі. Перший — пошикувати в шеренгу, примусити марширувати і скандувати потрібні слова. Цей шлях вибрав Гітлер.
Другий — з дитинства перетворити людину на одновимірну істоту, слухняний автомат, з немовлятського віку позбавити її волі до вибору, заклавши у свідомість загальні стереотипні погляди на всі випадки життя і на його мету. У такому випадку її навіть не треба ставити в шеренгу, вона сама піде, куди їй скажуть вживлені у свідомість кумири”… А США продовжують фабрикування зомбі-спільнот, всесвітню експансію, переможно поставляючи у близькі і далекі світи маріонеткових „освободителів”— все під тими ж гаслами свободи.. Як тут не згадати жарт одного британського лорда (тонкий „євроатлантичний” гумор!): „Ми не правимо Єгиптом. Ми правимо правителями Єгипту…” О, єгипетське рабство з його рабською ситістю …
На наших очах підросло покоління, яке не бачило путніх фільмів, не розуміє краси художнього слова, ідеалом для якого є не Вітчизна, не Істина, не людина, і тим більше не незрозумілий Бог, про якого нічого невідомо, а постає ідеалом міфічний образ ситого щасливого життя, як на рекламних картинках. Віртуалізованість сучасної свідомості індивіда, її зануреність у примарний світ телевізійних красивостей, комп’ютерних стереоефектів робить її безвільним додатком до цієї системи. Це наркоманія, але не фізіологічна, а електронно-ментальна. У багатьох родинах телевізор заміняє вечірнє спілкування, людина не може бути на самоті із тишею, вона відчуває дискомфорт і психологічні негаразди без фону, який створюють телевізор, комп’ютер, акустична установка. Все дуже просто: людина боїться залишитися наодинці із собою, із своєю внутрішньою порожнечею, із власною одуреною совістю, адже веде вона біологічне існування, ображаючи в собі образ Божий, занедбуючи високі духовні цілі. Совість це відчуває, але людина ніби дозволяє комусь жити замість себе — якійсь підступній чужорідній істоті. Свого часу св. Іриней Ліонський писав, що „неможливо жити без життя, а життя виникає від спілкування з Богом”. Неврози, психосоматичні хвороби, самогубства та генеровані нещасною особистістю родинні і соціальні конфлікти є ще не верхом бідувань сучасної людини, одуреної диявольською свободою гріха. Вічна погибель починається ще тут, виявляючись у тому, що вчені називають депресіями, фобіями та розладами. Праведники Божі плакали, розуміючи це. „Жалко тех людей, которые не знают Бога или идут против Бога… Отсюда еще начинается вечная жизнь; и мука вечная отсюда начинается. Из-за гордости теряется благодать Божия…” (прп. Силуан Афонський). Що говорити, коли навіть поняття гордість вже давно і міцно увійшло в розряд моральних позитивів: гордість за …, гордість тим-то і тим …
Гордість породжує вічне невдоволення, і цим знову ж користується світовий сатанізм. Природа земного існування така, що ідеальних умов людина, живучи в тілі, не матиме ніколи. На цьому й спекулює ворог роду людського та його адепти в людських тілах. Просвітлена Богом людина у всьому бачить краще, а смирення допомагає їй бути задоволеною всім і знаходити світлу радість катарсису, очищення стражданням у найгірших ситуаціях; тим більше, за словами Миколи Гоголя, „перед христианином вечно простирается даль” — майбутнє життя у славі святих. А з невдоволень виникає пожива для братовбивства, війн, революцій. Організація соціальних катаклізмів на всій земній кулі давно вже має централізований характер. Для того щоб підкорити світ єдиному керівництву, треба не так і багато: не стільки військова експансія, скільки вміла гра на неуникних земних негараздах, на погрішностях людей і народів. Ідеальних суспільств немає. І навіть Сполучені Штати, які виставляють себе у світовому інформаційному просторі в образі якогось раю свобод та економічного благоденствія, є більше пропагандистською картинкою, підфарбованим ідолом-фікцією, за яким приховується обмеженість та несвобода роботизованих, нагодованих харчовою синтетикою рабів, переконаних, що живуть у найкращій та найсправедливішій державі, криється скутість свідомості невигадливими рамками „хліба насущного” в барвистих етикетках. Політико-фінансова верхівка Сполучених Штатів, як чуємо з першого-ліпшого випуску новин, поставила собі актуальне завдання із двох пунктів: а) реформування (читай: активізація) розвідувальної діяльності по всій земній кулі, б) формування позитивного образу Америки у світового співтовариства. Що й казати, пункт „б” важчий для виконання — на тлі закривавлених Балкан, зрівняного з землею Афганістану, де так і не знайдено бен Ладена, та „звільненого” заради нафти Іраку з ляльковими проамериканськими виборами і так само незнайденої зброєю масового знищення… Але гроші з усім впораються, нам треба хвилюватися про здоров’я свого духовного бачення, власне розуміння стану речей, відділяти міфи від правди. Як пише згаданий О. Платонов, у США „духовний, політичний та суспільний вибір підміняється вибором товарів та послуг за рахунок пограбування інших народів”. Можливо, в США і нереальні революції чи перевороти, але не через якусь фантастичну досконалість устрою та заможність народу, а більше через досконалу систему маскування репресивного апарату, а, головне, через досконалість пропагандистської машини, яка, поставивши пересічного громадянина під прожектори неусипного стеження, абсолютного контролю з боку державної системи, здатна ще й переконувати не тільки громадян, а й цілий світ, що є країною найвільніших громадян, гарантованих прав і свобод, ще й несе світло свободи темним народам, які страждають від тираній… А ті (що найобурливіше) ще й не хочуть своєї „біди” позбавлятися, не хочуть, темні, американських свобод! Впізнаємо все той же дух батьковбивства, вбивства авторитету, заперечення усталених відносин, дух, яким тхне від цих лицемірних заяв… Людина-нехристиянин, людина без Бога, повіривши закликам, перебуває в лукавій ситуації: вона ніби закономірно протестує проти насильства, часом не розуміючи, що свобода насправді в самій людині, а не в зміні ситуацій. Для того щоб збагнути, що це не порожні слова, а глибока істина буття, треба, як радив нашим сучасникам монах Паїсій Святогорець, виправити помисел, якось „вивернути” розум зі стану „небачення себе” і збагнути, що обставини зовнішньої свободи зовсім не є гарантією свободи внутрішньої. Бегато віруючих людей перебували у застінках та концтаборах, але і там продовжували вести життя по Богу, себто допомагати навіть своїм ворогам, гонителям, не зупинялися і перед самою смертю, якщо потрібно було відстояти власні моральні устої. Що це як не зразок всесильності, влади над собою, над неміччю людською та обставинами, влади, яка є атрибутом свободи? І знову подумаємо про нашого сучасника: чи багато треба, щоб зламати його, бідного, засліпленого гіпертрофованими вимогами до свого добробуту? Його варто тільки вирвати із системи ілюзорних благ, полякати позбавленням земної життєвої перспективи і робіть з ним, що хочте.
Плани перетворення нашого, колись всуціль православного, народу на складник світової антихристової системи не нові. Прикметною є стаття на цю тему проф. КДА Віталія Косовського „Апокалипсис: история и современность” (“Вісник прес-служби УПЦ”, № 40). Аналізуючи відомі „Протоколи сіонських мудреців” у співставленні з висловлюваннями Біблії та святоотецькими писаннями, автор популярно передає картину страшної прихованої боротьби світового сатанізму зі своїми ідейними противниками, передусім християнськими державами. Як і інший документ подібного плану, так званий „План Даллеса”, ці протоколи зовсім не потребують доказу своєї автентичності. Якщо вони навіть сфабриковані царською охранкою, а „План Даллеса” радянським КДБ, то у будь-якому випадку вони є правдивою констатацією двох етапів поступового руху до влади сил глобального сатанізму, які готують воцаріння останнього перед Другим Пришестям Христа земного правителя, Антихриста, в якому сконцентрується все світове зло і небувалий владний абсолютизм. Рушійною силою впровадження в життя планів всесвітнього капіталу є все та ж тонка гра на людській гордості, суспільних негараздах та викривлених мріях про ідеал. Замість духовного ідеалу, шлях до якого не тільки реальний, а й прокладений багатьма християнськими подвижниками і на якому за умов правильного ходіння людина не втрачає нічого навіть із втратою земного тіла й самого життя, пропонується „зрозуміліший”, ілюзійний ідеал земного добробуту. Ілюзія ця, як відомо християнинові, закінчиться крахом усіх природних сил землі, катастрофічною ескалацією звірства в людині, виявом всього того, що дрімало на споді гріховного єства віками, приколисане самозаспокоєнням і наркозом для совісті — минущими земними благами. Не будемо чіпати економічних, інформаційних, політичних важелів приведення до влади всесвітнього царя-антихриста, звернемо увагу тільки на вміле використання людської пихи, яка робить людину рабом своєї гордості. „Как легко их („нижче”, „невибране” народонаселення. — О.Я.) обескуражить малейшей неудачей, хотя бы прекращением аплодисментов, и привести к рабьему повиновению ради возобновления успеха!” (Протокол № 15). Це іще один напрям маніпулювання свідомістю сучасного „раба без кайданів”: кинути йому кістку, надію „успіху”, просування ескалаторами системи, а потім одного-двох можна налякати позбавленням того „успіху” — грошей, популярності, суспільного реноме… Чи боїться цього православна людина? Вона пам’ятає, що Цар Слави Іісус Христос був замучений злобою ворогів, прийняв смерть як останній раб. Але переможні століття християнства, а також неуникність славного Другого Пришестя, як і реальні власні здобутки на шляху слідування Христу, роблять для християнина нестрашними погрози втрати тимчасового й несправжнього.
Людина завжди прагне нового, зміни вражень… Ознакою внутрішньої неволі, ненаповненості буття є залежність від зовнішніх подразників, розваг, вражень, про яку ми вже говорили. У постмодерну епоху, наситившись споживацьким мінімумом, людина просто знудьгувалася за святом. І якщо для віруючої людини і свято, і свобода завжди в собі, вони пов’язані і не покидають людину у найтяжчих обставинах, то невільник сучасного світу перманентно прагне змін не в собі, а зовнішніх. Як співалося колись у популярній пісеньці: „Завтра буде лучше, чем вчера”… Сатана ніколи не дає людині жити сучасним, радіти „днесь”, відчувати у цю секунду вічність, святу радість, яка не має лінійного початку і кінця. Залежно від своїх задумів минуле він подає або чорним (тоді потрібні зміни), або підкреслено веселковим (тоді виникає хвороблива ностальгія і нелюбов до сучасного стану, і все одно потрібні зміни!). У будь-якому випадку головна надія покладається на „колись”. Знову ж таки, на майбутнє не за волею Божою, а сформоване „мною”, „нами” — вільними, сильними, самодостатніми. Майбутнє, ставши сучасним, по колу розчаровує, тому що всяка мрія в реалізації виявляється не такою гарною, як здавалася у своєму ментальному окресленні, у світлі уяви. Це породжує тяжке пригнічення, фрустрацію і робить людину ще більшим невільником власних депресивних настроїв та носієм постійних несправджених надій.
„Всякий, хто робить гріх, є раб гріха”, — згадаємо слова Спасителя з тієї глави, з якої взяли епіграф. Тому рабами пристрастей, гріховних звичок були навіть правителі і тирани, яким зовні підкорялися мільйони людей. Антихрист вимагатиме нібито добровільного поклоніння собі, саме тому весь хід світової історії, спрямований безбожними людьми, використовується для того, щоб у ці (скоріш за все, завершальні) часи створити расу людей, які вже народжувалися б із незнанням, невідчуттям справжнього, щоб охоче прийняли нав’язаний вибір, не знаючи альтернативи. Люди і народи продовжують жити ілюзіями. Вони хочуть свободи, яка заводить до ще більшого рабства. Впаде остання, хай груба сила, „залізний Рим” традиційних устроїв — прийде антихрист з „ласкою” і „свободою”… На тому — не безкінечне процвітання, а швидкий кінець земної історії, яка не дасть уже ніякого доброго плоду. І остаточний Суд. Чи готові ми до нього? А ті, хто про нього й не думає?..
У 90-х роках відомий проповідник, архімандрит Іоанн Крестьянкін із Псково-Печерського монастиря писав: „И тайна беззакония восходит из силы в силу именно потому, что вконец ослабело наше сопротивление ей, наше понятие о ней. Мы в своем обольщении забываем о Боге, забываем Небо, забываем вечность. На этой почве полного погружения людей в плотскую жизнь разрастается всепоглощающий разврат. Младенцы, зачатые в беззаконии, появляются в мир больными…, мы становимся неспособными ни к чему доброму… Дьявольские силы поработили ум и сердце, живущее грехом, который согнул и исказил человека настолько, что он перестал видеть Бога, он уже не может выпрямиться, чтобы ум его осиял свет божественной истины и тьма исчезла…”
Чим більше людей збагне, що справжня свобода — це свобода від гріха і влада над гріхом, тим більше буде того цінного залишку гинучого людства, який арх. Софроній (Сахаров) назвав „смислом історії”. Це ті, хто не прислужиться доруйнуванню світу в угоду злобним силам і не поклониться останньому диявольському задуму, хто на пропозицію облудної безбожної „свободи” не зрадить свого Батька, Творця свободи. Христова свобода переможе, а їхній подвиг переживе світ неволі, перейшовши до блаженної Вічності.

— Ваше Високопреосвященство, ми розмовляємо напередодні 23 лютого — Дня захисника Батьківщини. Політична ситуація змінилася. Відношення до цього свята сьогодні неоднозначне. Одні громадяни України його свято шанують, інші — заперечують.
— Я теж чув про докори з боку частини політикуму, громадськості України, мовляв, це свято стало анахронізмом, і відзначати його не потрібно, особливо з огляду на історію його виникнення. Адже зараз багато чого переосмислюється, переоцінюється. Я з цим не зовсім погоджуюсь. Боюся, що у такому випадку ми будемо схожі на „Іванів, що не пам’ятають родства”. Наша Батьківщина була, є і, дай Боже, завжди буде. Її потрібно берегти і захищати. Розпався Радянський Союз, немає вже тієї армії, але засуджувати і ставитись до свята так, начебто ми стали чужими для наших батьків і дідів, що його відзначали, — це непатріотично і непорядно.
Можемо згадати період революції і громадянської війни початку ХХ століття. Як мерзотно зараз виглядає те, що нова влада змушувала ветеранів царської армії знімати Георгіївські хрести — нагороду, яку навіть імператор не міг отримати просто так. Потім цей підхід переглянули. Але ж тоді деякі говорили: ви можете убити мене, але хрест я не зніму.
У нас в перші роки незалежності також були перебільшення на хвилі національної ейфорії. Деякі офіцери не вважали за необхідне надягати радянські орденські колодки. Виходить — ти викреслюєш зі свого життя цілий період разом з відзнаками, які ти тоді одержав. Негарно спекулювати гіркими моментами історії. До того ж у радянські часи і солдати термінової служби, і офіцери, у тому числі і ті, хто сьогодні проти, усі, отримуючи нагороди, приймали вітання і ніхто не обурювався. Тому повторюю — зараз не слід зачіпати це свято. Можливо, незабаром воно відійде саме по собі. Можливо. Як зникли деякі свята царської російської армії. Тепер зв’язані з ними події, що тоді були дуже важливими, навіть доленосними, неактуальні. Для багатьох людей це свято дороге, і навіть ніяково говорити про те, щоб його виключити з календаря. Дискусії з цього приводу слід відкласти. А наразі можна поздоровляти і приймати вітання.

— Що значить це свято особисто для Вас?
— Коли я був школярем, дівчатка вітали хлопчиків. Це було свято не лише військовослужбовців, це було свято чоловіків. Зараз цей дух залишився. Я думаю, свято гарне, тому що дозволяє чоловікам відчути себе сильною частиною суспільства, опорою слабких. Гадаю, що, на відміну від інших радянських свят, воно необразливе. І якщо, наприклад, 7 листопада, 1 травня — досить специфічні свята в ідеологічному змісті, то 23 лютого — свято, що для багатьох майже втратило ідеологічну основу.

— Владико, Ви міцно зв’язані з армією. Почалося з того, що Вас дівчатка вітали з Днем Збройних сил і Військово-Морського флоту. Згодом Ви мали до армії пряме відношення.
— Після школи я закінчив медичне училище за фахом „фельдшер”. Був призваний на військову службу, щоправда, по іншій лінії: був у школах — сержантській, офіцерській. Маю три армійські військові спеціальності: офіцер зв’язку, помічник військового коменданта залізничних станцій, старшина-моторист суден річкового й озерного флоту. Потім навчився керувати іншими видами транспорту. Можу також тримати в руках штурвал літака. Були часи, коли я ніс службу військового медика. Після армії навчався в Духовних семінарії й академії, став священиком і вже в статусі священика призивався на військові збори. Але священикові не надавали тоді чергових звань. У той час це б виглядало незрозумілим — за що? Коли українська армія стала незалежною, попередній міністр оборони України генерал армії Кузьмук Олександр Іванович недавно присвоїв мені чергове звання — капітан запасу.

— Мабуть, Ваше Високопреосвященство, це ще не межа?
— За міжнародними нормами моя посада — голова Синодального відділу по взаємодії зі Збройними силами та іншими військовими формуваннями — відповідає званню генерала. Наприклад, православний військовий єпископ у Польщі владика Мирон, так само, як і католицький ієрарх, є генералом Війська Польського. Генералом є також нинішній Блаженніший митрополит Варшавський і всієї Польщі Сава. Одного разу трапився майже анекдотичний випадок. Я щороку беру участь у міжнародних конференціях керівників капеланських служб. При реєстрації потрібно вказати військове звання. Ще в перші роки своєї діяльності як військового єпископа, коли я написав в анкеті «лейтенант», усі дивувалися і перепитували: мабуть, генерал-лейтенант?

— З Вашим ім’ям пов’язано відродження традиції церковного служіння в армії. Як усе починалося?
— Без зайвої скромності скажу, що я один з тих священиків, що уже на самому початку 90-х років стали вхожі у військові частини. Не було тоді ніякої відповідної загальноцерковної структури. Все тільки починалося, і починалося знизу, тобто священики мали якісь особисті стосунки з командирами частин, або родичі командирів сприяли налагодженню зв’язків зі священиками, і це було початком контактів. Спочатку було важко. Усе будувалося на особистих відносинах, залежало від настрою місцевої влади, військових керівників.
Змінити ситуацію допомогли Львів, Галичина, де безбожництво насаджувалося лише п’ятдесят років, і збереглася в душах навіть нецерковних людей історична пам’ять. Там було простіше відроджувати. Львів, а потім Київ — два міста, де поступово напрацьовувався досвід. А потім, у середині 90-х років, уже стали проводитися конференції на тему «Армія-Церква». Так поступово справа розвивалася, напрацьовувався досвід. Блаженніший Митрополит Київський і всієї України Володимир призначив мене відповідальним за співпрацю з армією, я став підбирати співробітників. Коли ми показали, що вже щось можемо, був організований Синодальний відділ по взаємодії зі Збройними силами й іншими військовими формуваннями. У сфері співробітництва з армією за якістю, кількістю і за форматом ми стали провідними серед конфесій, що працюють з військовими. І всі це визнають. Є цікаві, результативні напрацювання. Спочатку в середовищі командування були побоювання, що можуть виникнути непорозуміння через розкол, міжконфесійне протистояння, і це може зіпсувати моральний клімат у військових колективах. Але ми намагалися працювати винятково за рахунок позитивної проповіді, без критики інших (такий підхід я пропонував також нашим колегам з інших конфесій), і тому протиріч і непорозумінь вдається уникати.

— Іноді доводиться чути, що Церква в армії — це данина традиції і часто просто красива декорація.
— У минулому на території України в арміях (і в Російській, і в Австро-Угорській, і в Польській) завжди була капеланська служба, існувало поняття військового духовенства. І раптом його не стало. Виникає питання: куди воно поділося? Хто це ліквідував? І коли під час перебудови стали говорити про викорінення недоліків і виправлення перегинів у різних сферах, питання капеланської служби чомусь залишилося в тіні. До того ж є неписане, але неухильне правило: члени коаліції НАТО повинні мати капеланські служби. І тому ми бачимо, що всі члени колишнього Варшавського договору, наприклад, Польща, Румунія, Словаччина, Прибалтійські країни, уже мають капеланські служби. Тобто для освіченої людини, незакомплексованої тоталітарним мисленням, наявність військового духовенства в армії так само природна, як наявність медичної, психологічної, пожежної служб… У Америці, у Німеччині, у Франції я спеціально ставив запитання військовим, в тому числі і невіруючим (адже там теж є чимало невіруючих): як ви дивитеся на капеланську службу? І щоразу отримував однакову відповідь: це потрібно, а хіба може бути інакше? А у нас дотепер у деяких інстанціях продовжуються безплідні дискусії. І я пояснюю це тим, що, крім людського елементу, є ще елемент нечистої сили. Ворог роду людського і тут працює. Що завгодно, лише не Бог, лише не віра, лише не покаяння, лише не святе Причастя! Але процес пішов! Якщо на початку 90-х років багато військових говорили, що, мовляв, не треба поспішати, потрібно діяти поступово, то зараз таких голосів стає усе менше, а іноді і взагалі не чутно, тому що говорити так зараз уже майже непристойно. Хоча деякі приховано саботують процес. А от у тих випадках, коли служба пов’язана з ризиком, з екстримом — у Косово, в Іраку, — ці питання вже не виникають, тут усі однодумці: потрібний священик, потрібний пастир! Можна погоджуватися або не погоджуватися з міркуванням про необхідність присутності наших військ, скажімо, в Іраку, але якщо рішення прийняте і якщо воно не злочинне з політичної, моральної точки зору, священик повинен духовно піклуватися про воїнів там, де вони несуть службу. Сьогодні готується третя ротація в Іраку. Під час першої зміни там не було священика. Ми виглядали «білою вороною» на загальному тлі, бо військові священики були у складі підрозділів інших країн. Стало зрозуміло, що це необхідно. І вже самі військові просили про це.

— Недавно Ви повернулися з Любляни з міжнародної конференції військових священиків. Які питання там обговорювалися?
— На нараді керівників капеланських служб ми говорили, зокрема, про важливість наявності в армійських підрозділах психолога і священика. Потрібні і ті й інші, але, виявляється, співвідношення психологів і священиків у середньому один до шести. Тобто там, де на визначену кількість військовослужбовців призначений один психолог, служить шість військових священиків. Якщо психолог працює над різними проблемами психічного порядку — зриви, стреси, то священик піклується духовно, хоча при необхідності теж надає психологічну і моральну підтримку. Але не можна дивитися на священика як на психолога, соціального або політичного працівника, як іноді ми чуємо. Навіть у країнах НАТО деякі командири хотіли б бачити у священику свого помічника по політчастині. Священик в армії, крім вихователя, наставника, учителя, сприймається і як представник Божественної влади і правди, носій Божественних законів. Навіть нецерковні люди дивляться на священика як на символ справедливості, добра і моральності. Тому так гостро сприймаються будь-які недоліки капеланської служби. Особливо на фронті, де священнослужитель — опора, ідеал, батько, якщо хочете. Адже там, де воєнні дії, можливі негативні явища: несправедливе відношення до місцевого населення, мародерство, конфлікти усередині підрозділу тощо. Роль священика у зв’язку з цим є дуже великою. У Любляні виступали досить авторитетні генерали і керівники капеланських служб і часто підкреслювали саме цей момент — стримуючий, щоб негативні емоції солдата не виливалися в трагічні вчинки і злочини. Хто б з воїнів до тебе не звернувся, навіть іновірний, навіть невіруючий, ти повинен поставитися до нього з любов’ю, по-батьківськи, сприяти його внутрішньому комфортові.

— Люблянський форум був присвячений капеланству ХХІ століття. Що в капеланську службу повинен привнести новий час?
— По-перше, в колишні часи освячення зброї, наприклад, меча, шаблі, ні в кого не викликало побоювання, що вона може бути ненавмисно, випадково застосована проти невинної людини. А сучасне озброєння — стратегічне, різного типу ракети. Чи можна освячувати балістичну ракету? Адже це може нанести шкоду, знищити не лише ворога, але і мирних людей, в тому числі дітей. Виникають нові проблеми, яких раніше не було. Друге: священик ніколи не повинен виправдовувати сумнівні операції. Згадайте участь православних народів у балканських війнах. Це були визвольні війни проти турецького ярма. Православний миротворець у минулі століття сприймав свій обов’язок як священний, його совість не бентежилась. Усе було ясно і зрозуміло. Якщо в Косово наш миротворець почуває себе більш-менш спокійно, не має внутрішнього дискомфорту, то вже в Іраку виникають питання морального плану. Виправдовувати несправедливість не можна. Потрібно шукати аргументи, що не суперечили б слову Божому. Сьогоднішнє миротворче служіння, на жаль, не завжди відповідає євангельським ідеалам, тому що до нього домішуються політичні і економічні мотиви. У Любляні я був модератором секції, у яку входили учасники з країн колишнього Союзу і Варшавського договору. Нам було легко працювати, у нас було спільне минуле, маємо схожі проблеми. І росіяни, і грузини, і прибалти, і поляки, і словаки, незважаючи на різні віросповідання, підкреслювали, що процеси глобалізації приносять, на жаль, і небажані наслідки. З цього приводу маю особисту думку. Потенціал США сьогодні дорівнює потенціалові всієї Європи. І ця країна претендує не лише на економічне, політичне і військове лідерство, але хоче бути і міжнародним верховним арбітром, визначати долю інших народів і держав. Подальше методичне і цілеспрямоване втручання американської влади у вирішення політичних і економічних проблем може стати початком незворотних процесів, що неминуче приведуть до Армагеддону.

— У багатьох країнах традиція капеланства не переривалася. На тлі представників цих країн ми не виглядали новачками?
— Досвід, звичайно, у нас уже є. Але ми зараз знаходимося на перехідному етапі. Багато складнощів, питань. Якщо військових священиків зажадали б у кожну частину, у нас просто не вистачило б кадрів. Без допомоги держави, без наявності спеціальної програми формування повноцінного капеланського служіння це зробити неможливо. Хоча сьогоднішня ситуація, схоже, декого влаштовує. Військові структури задовольняються тим, чим може допомогти Церква, але подальших серйозних кроків назустріч не роблять.

— Військовий священик не обов’язково повинен бути колишнім військовим і знати специфіку армійського життя?
— Ми намагаємося підбирати для духовно-пастирської роботи з військовими священиків, що знають армію зсередини. Але таким є більша частина старшого покоління священиків, бо у радянський час у семінарію приймали лише після служби у Збройних силах чи інших військових формуваннях. Велика частина молодшого покоління в армії вже не служила. Потрібно шукати нові шляхи. У мене є ідея влаштувати при семінаріях курс підготовки військових священиків, а також тюремних. Наразі це лише плани.

— Сьогодні Ви були гостем у військовому ліцеї імені Богуна в м. Боярці. Яке значення в житті ліцеїстів має храм? Як впливає на них духовна складова виховання?

— Безумовно, і директорові — командирові, і педагогам, і вихователям це велика допомога. І ніхто з них не заперечує, що це добре. Навіть у звичайній школі по очах дітей, по виразу обличчя можна визначити тих, хто ходить у церкву і регулярно причащається. Як відрізняються ці діти! Вони намагаються бути чемними і старанними не тому, що тато-мама покарає, а тому, що є Бог, Який любить тебе, любить добро, правду і красу, Який усе бачить і Якого не можна засмучувати. Так і у військовому ліцеї діти чують проповідь у храмі, переймаються християнським настроєм. Шкода лише, що цей приклад, коли на території ліцею є храм, вихованці ходять на служби, явище не розповсюджене. Добре було б організовувати сюди екскурсії командирів, педагогів, проводити тут семінари для керівників навчальних закладів, загальноосвітніх шкіл, щоб вони поспостерігали за тутешньою атмосферою, за ставленням ліцеїстів один до одного, до своєї справи. Напевно, тоді б багато хто підняв питання про те, що в кожному закладі необхідний священик. Робота священика чимось схожа на роботу селянина, що працює в полі. Праця непримітна, не особливо престижна, але вкрай необхідна. Згадайте притчу про сіяча. Свого священика отця Валерія Демчука, що, до речі, теж був військовим (капітан-танкіст, до того ще й художник), ліцеїсти люблять як батька рідного.
Відсутність духовності нагадує радіаційну небезпеку. Згубні наслідки руйнівних процесів виявляються не відразу. Також і в духовній сфері. Гріх руйнує, а люди в цей час вирішують якісь інші проблеми, що здаються їм більш важливими. Дуже прикро, що розуміння важливості духовного виховання часто приходить тоді, коли буває пізно.

— Владика, які проекти, пов’язані з військовим служінням Церкви, здійснені останнім часом?
— Слава Богу, тепер у кожній єпархії Української Православної Церкви призначено старшого військового священика, відповідального за організацію духовно-пастирської роботи у військових частинах і закладах, що дислокуються на території єпархії. Синодальний військовий відділ координує цю діяльність, допомагає на місцях. Ми регулярно проводимо конференції і семінари за участю військових священиків і представників військових формувань. Відпрацьовуємо програми катехизації, проводимо катехизаторські курси. Незважаючи на нестачу коштів, ми видаємо журнал Синодального відділу «Віра і честь», уперше після революції сімнадцятого року здійснили шість випусків «Молитвослова православного воїна», випускаємо православні військові календарі, формуємо бібліотечки релігійної літератури для військових колективів. Для того щоб поставити справу на більш солідний рівень, потрібно збільшувати штат Синодального відділу, шукати матеріальну підтримку. Священик в армії затребуваний. Поки що, висловлюючись світською мовою, пропозиція не в змозі задовольнити попит.

Розмовляв Валерій Поліщук

Диякон Віктор Яценко, головний редактор
православного журналу для воїнів „Віра і честь»

Серйозні іспити, що встали перед нашою країною, спонукають усіх, для кого слово патріотизм не втратило свого значення, активно брати участь у творчому процесі по зміцненню і відновленню багатьох суспільно значимих структур і інститутів. Для цього необхідно в першу чергу покласти діяльний початок духовно-морального відродження головної структури нашої держави, яка покликана захищати цілісність її кордонів і незалежне існування серед інших країн, — української армії.
Сьогодні українська армія переживає не кращі часи, відбувається реформування Збройних сил України, йде концептуальний пошук нового їхнього існування. Тож цілком доречно торкнутися такої важливої теми, як капеланство.
Духовна опіка завжди була притаманна українським військовикам до часів панування войовничого атеїзму. Врешті ми тепер бачимо, як роз’єднання Церкви, держави й армії сприяло ослабленню нашої загальнодержавної міці. Сьогодні, коли похитнулися державні і суспільні підвалини, коли до невпізнанності розмиті моральні основи життя, підірвані духовно-патріотичні ідеали військової служби, багато хто з військовослужбовців, і не тільки, замислюється над тим, що починати треба з духовно-морального відродження українського війська, яке пов’язане з введенням капеланства.
Перед тим як привести синопсис устрою та структури національних капеланських служб країн Східної Європи, наведу один сумний приклад з української історії, який демонструє необхідність присутності священика у військовому середовищі. Під час визвольної війни проти поляків війська Богдана Хмельницького після декількох блискавичних перемог підійшли до Берестечка, куди з Сокалю вирушили поляки. Тут 30 червня 1651 року сталася Берестейська битва. Польське військо налічувало близько 150 тисяч вояків, на яких приходилося 400 римсько-католицьких ксьондзів-капеланів, не рахуючи численного уніатського духовенства. Всі вони займались тим, що постійно підтримували бойовий дух жовнірів. В українському війську (меншу частину якого складали козаки, а більшість повстанці — прості селяни) козаки почали здійснювати маневр, намагаючись зайти в тил польському загону. Повстанці не зрозуміли козаків і вирішили, що вони залишають табір і уникають битви. Бойовий дух повстанців раптом зник, запанувала паніка, і через неорганізованість та відсутність духовної і моральної підтримки почалася масова втеча через переправу, яка не витримала навантаження. Шляхтичі просто добивали розосереджених повстанців. Тоді загинуло 30 тисяч українців.
У травні цього року межі Євросоюзу підійшли до нашого кордону, і ми опинилися в нових умовах з нашими старими сусідами. Як же вирішують питання щодо душпастирювання в збройних силах наші сусіди у Східній Європі, союзники по колишньому блоку країн Варшавського договору? Отже, після розвалу СРСР майже всі соціалістичні країни переорієнтувались на західну модель економіки, відсоток капіталізації почав різко зростати, і це сприяло докорінним змінам у суспільстві, що не могло торкнутися і збройних сил цих країн. Як відомо, у Радянському Союзі релігійне життя обмежувалося приватною сферою, а всяка релігійно мотивована дія переслідувалася, тому що не узгоджувалася з ідеологією. Не можна забувати, що кілька поколінь радянських людей були виховані в умовах войовничого атеїзму, безвір’я, у дусі матеріалістичного мислення. Церква стала закритою, живучою усередині себе структурою, чому сприяла вся міць державного репресивного апарата. У суспільстві була ситуація, коли військовослужбовці боялися всякої церковності. Однак так було не у всіх країнах соцтабору. У тих соціалістичних країнах, де не було такого відторгнення церкви від народного життя, церковні структури досить швидко відновилися. Наприклад, як тільки зник комуністичний режим у Польщі, відразу виникла розгорнута служба капеланів. Нині у 150-тисячному Війську Польському 150 капеланів, з них біля 120 католиків, 20 православних, 6 протестантів. Всіх їх готують на військовому відділенні Варшавської вищої духовної семінарії. За словами польських капеланів, їх військове відомство і церква дотримуються такої позиції: де б не перебували польські жовніри, поруч з ними обов’язково має бути душпастир. І навіть суто військову службу він має нести нарівні зі всіма, у тому числі й у добові наряди заступати.
Сьогодні є різні моделі капеланської служби та види координації між церквою та збройними силами держави. Найбільш розповсюдженою базою для капеланства є постанова уряду держави (так, у 75% країн НАТО та ін.), зазвичай це стаття конституції, державний едикт або військова інструкція. Також існують конкордати, договори, угоди між церквою та урядом держави. У Польщі і Румунії є законодавча база щодо взаємодії між церквами і армією, існує урядовий едикт з боку держави, а також є певні церковні інструкції до такої співпраці. Чехія, Словакія і Словенія мають угоди, підписані між церквою та міністерством оборони, крім того, у Словакії є конкордат між церквою та урядом, а у Словенії взаємодія координується військовими положеннями про капеланство, в Чехії робота різних конфесій у збройних силах координується міжцерковним комітетом. У Литуанії (Литва) та Угорщині капеланство встановлено державним конкордатом з церквою, а Естонія має на цей рахунок Національне оборонне положення. Робота капеланів різних конфесій регулюється міжцерковним комітетом.
За організаційною структурою капеланські служби є церковного підпорядкування (єпископальні) і підпорядковані військовому командуванню (так у 54% країн). За першим типом капелани однієї конфесії є підлеглими свого єпископа, який має відповідне військове звання (наприклад, у Польщі військовий католицький єпископ має звання генерал-лейтенант, а православний військовий єпископ — генерал-майор), а за другим типом капелан є звичайним офіцером, який виконує свої душпастирські функції і підпорядковується командиру військового підрозділу. Також капелани розподіляються на парафіяльних, тобто один священик на парафію і на військову частину, та на прикріплених до військового юніту, такі не поєднують своє капеланське служіння у збройних силах з пастирською практикою на цивільних парафіях. Польща має конфесіональну капеланську структуру, яка підпорядковується як церковному священноначалію, так і армійському командуванню, а капелан прикріплений до військового підрозділу. Румунія має прикріплених капеланів до військових частин, структура цієї служби військова, не єпископальна. Чехія і Словенія мають субординованих військовому командуванню капеланів (їх кількість відповідно 16 і 5 осіб), які об’єднані не за конфесійною ознакою, а у Словаччині капеланська структура має церковне підпорядкування, і капелани (їх всього 23) розподіляються за конфесійною ознакою (87% католиків, 9% протестантів і 4% православних). В Угорщині структура подібна словацькій, але капелани мають прикріплення до своїх парафій, а не до військових частин. У прибалтійських країнах капеланські служби субординовані військовому командуванню, капелани прикріплені до підрозділів, лише у Латвії і Естонії неконфесійна структура капланату, а у Литві конфесійна — на базі Римсько-католицької церкви.
Оскільки у Польщі капеланська служба субординована оперативному командуванню, то і заробітну платню і фінансове забезпечення капеланської служби здійснюють збройні сили. Польський капелан є офіцером (як правило, це резервіст), він має військову форму, без відповідних релігійних ознак. У Румунії 80 капеланів, вони цивільні, але православні священики, які на 98% складають капеланську структуру, прирівняні до офіцерів. На службу вони приходять у церковному одязі, а на полігонах носять камуфляж з відповідною символікою. Заробітну платню вони отримують від держави (так здійснюється у 65% національних капеланських службах), а кошти на підтримку структури — від збройних сил. У Чехії і Словакії капелани — офіцери-резервісти у військовій уніформі з відповідними ознаками. Платню за свою душпастирську службу капелани в цих країнах отримують від збройних сил, інші кошти теж. У прибалтійських країнах, оскільки капелани субординовані армійському командуванню, це офіцери (хоча у Латвії є також і цивільні капелани), вони усі мають військову уніформу. В Естонії капелан одночасно з уніформою має клерикальний одяг, всього капеланів 19 і забезпечує їх держава. У Латвії платню капеланам (всього їх 8) здійснює державний департамент, а у Литві (16 капеланів) це здійснюють збройні сили, така ж картина із коштами на розвиток капеланської справи.
Таким чином, можна побачити, що у наш час присутність священика у військовому середовищі є вкрай необхідною справою. Наочним прикладом сьогоднішньої дійсності є активна участь капеланів у складі коаліції військ США і Великобританії в кампанії проти Іраку. Головне завдання інституту військових капеланів випливає з пріоритетів, що встановлені його керівництвом і укладені в наступній формулі: „Для капелана кожен солдат — це, насамперед, людина, потім — професіонал і потім вже парафіянин».
Зміни у військово-політичній ситуації у світі, а також у розвитку засобів і способів збройної боротьби повертають нас до тих часів, коли успіх у бою і перемогу визначали в основному духовні і моральні сили військ. Адже сьогодні неможливо стати переможцем без розуміння духовного значення бою і війни в цілому, без врахування релігійного і морального стану воїнів. Сьогодні усе більшу небезпеку набуває застосування нематеріальних видів зброї, у тому числі психотропної й інформаційно-психологічної, на розробку якої ведучими державами витрачаються величезні кошти. Очевидно, що без опори на споконвічні християнські чесноти, у першу чергу на такі, як віра, вірність, молитва, смиренність і покаяння, вся система духовно-морального формування військовослужбовців, у тому числі й офіцерських кадрів, може потерпіти невдачу. Думаю, що сьогодні , як ніколи, актуальні слова генерала П. Краснова: „Держава, яка відмовляється від релігії і від виховання своєї молоді у вірі в Бога, готує собі загибель у матеріалізмі й егоїзмі. Вона буде мати боягузливих солдатів і нерішучих начальників. У день великої боротьби за своє існування вона буде переможена людьми, що свідомо йдуть на смерть, що вірують у Бога і безсмертя своєї душі».
Відсутність законодавчої бази в цьому питанні і наслідки панування атеїстичної ідеології є серйозною перешкодою на шляху духовно-морального відродження української армії. Було б доцільно, використовуючи світову практику, законодавцям разом з духовенством і керівниками силових міністерств і відомств розглянути можливість введення православних священиків у штат військових частин і підрозділів силових структур на основі законодавчих актів, з огляду на історію нашої країни, на досвід наших сусідів, як з заходу, так і зі сходу, на досвід департаменту військово-морського духовенства дореволюційної Російської імперії, а не відкидати цю ідею, посилаючись на багатоконфесійність в армійських колективах. Практично у всіх арміях світу існують інститути капеланів, незважаючи на багатоконфесійність, що має місце в цих країнах. Військових священиків в арміях іноземних держав прирівняли до офіцерського складу і надали військові звання, тому що постійне перебування капеланів в армійському середовищі, їхнє життя по військовому розпорядку й участь у бойовій підготовці розглядається військовим командуванням як важлива ланка в справі встановлення взаєморозуміння між священиками і військовослужбовцями. Сьогодні у НАТО немає загальної для усіх доктрини капеланських служб. Оцінюючі вищенаведений синопсис, можна зауважити, що у Європі (як Східній, так і Західній) немає однакової моделі капеланської служби, навіть у таких схожих країнах, як країни Балтії, чи Чехія, Словакія та Словенія, які не так давно складали одну країну. Кожна країна йшла шляхом створення діяльної капеланської структури за своїм форматом, прийнятним для ментальності свого народу. Хотілося б цього побажати й нам і нагадати, що для українського воїнства протягом майже десяти століть обов’язковим було благословення священика і його духовне напуття на захист своєї Батьківщини. Для нашого народу моральність і віра — поняття історично нероздільні, вони тісно переплітаються між собою. Наша українська моральність тісно зв’язана з релігією як основою, чому і може бути тільки моральністю релігійною.

ПРАВОСЛАВНЫЙ МИР

Архиепископ Афинский и всея Греции Христодул привел к присяге нового президента страны
Архиепископ Афинский и всея Греции Христодул привел 12 марта к присяге нового президента страны Каролоса Папульяса. Согласно традиции, торжественная церемония состоялась в парламенте республики в присутствии премьер-министра страны Константиноса Караманлиса и спикера парламента Анны Псаруда-Бенаки, депутатов от большинства парламентских партий. Каролос Папульяс стал шестым президентом Греции с 1974 года, когда пал диктаторский режим. Он был избран на этот пост 8 февраля беспрецедентным числом голосов депутатов парламента страны — 279 из 296. Других кандидатов на пост президента Греции не выдвигалось. На посту президента Папульяс сменил Константиноса Стефанопулоса, завершившего два пятилетних срока своих полномочий. Левая фракция «Союз» отказалась присутствовать при присяге, протестуя против того, что Церковь в Греции не отделена от государства. По этой же причине отсутствовали многие депутаты социалистической оппозиции.
Католикос Илия II избран почетным членом Академии наук Грузии
Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II избран почетным членом Академии наук Грузии (АНГ). Эту инициативу президента АНГ Тамаза Гамкрелидзе единогласно поддержали все члены президиума академии, сообщает «Интерфакс».
На церемонии вручения свидетельства Предстоятелю Грузинской Православной Церкви присутствовали представители правительства Грузии, дипломатического корпуса, различных религиозных конфессий и научных кругов. Патриарх Илия II освятил актовый зал Академии наук и присвоил ему имя царя Давида Строителя.
Старейшему в США православному монастырю исполняется 100 лет
Старейшей монашеской общине в Северной Америке — монастырю Св. Тихона Задонского в штате Пенсильвания — исполнилось сто лет. Монастырь был основан иеромонахом Арсением Чаговцом в 1905 году по благословению тогдашнего главы православной епархии Северной Америки архиепископа св. Тихона (Белавина) — будущего Патриарха Московского и всея Руси. Обитель была сооружена на пожертвования эмигрантов из Восточной Европы, которые в больших количествах приезжали в Пенсильванию, богатую месторождениями угля и железной руды.
Изначально в монастыре св. Тихона было несколько насельников, которые содержали детский приют. В 1938 году при обители была создана семинария, которая в наши дни принимает по 70 новых студентов каждый год.
Традиционным временем паломничества в монастыре Св. Тихона являются выходные перед или после американского Дня памяти (как правило, последний день мая). Как ожидается, в этом году паломничество в Южный Ханаан, где находится обитель, возглавит Предстоятель Православной Церкви в Америке Митрополит Герман.
Александрийский Патриарх призвал ЮАР оказать давление на правительство Зимбабве
Патриарх Александрийский Феодор II призвал власти ЮАР оказать давление на правительство соседнего Зимбабве. До своего избрания на Патриарший престол осенью минувшего года архиепископ Феодор (Хорефтакис) возглавлял православную общину Зимбабве. «В Зимбабве очень много проблем, и прежде всего — голод», — заявил Патриарх, впервые в новом качестве наносящий визит в ЮАР. По словам Предстоятеля Александрийской Церкви, которому подчиняются все православные христиане Африки, в последнее время в стране наблюдается «позитивное развитие», однако соседние страны могли бы помочь жителями Зимбабве, «оказав большее давление» на правительство.
В последнее время власти ЮАР подверглись критике международного сообщества и правозащитников за мягкую позицию, которую они заняли по отношению к зимбабвийскому президенту Роберту Мугабе. Президента обвиняют в многочисленных нарушениях прав человека, развале экономики страны и искусственном ухудшении ситуации с продовольствием.
В ЮАР проживает относительно большая греческая община. Патриарх Феодор II начал свой визит в пригороде Кейптауна Вудстоке, где совершил литургию в соборе св. Георгия — первом православном храме страны.
Николай Хорефтакис (в монашестве Феодор) родился на Крите в 1954 году. В течение многих лет он жил в различных странах «черного континента». «В душе я чувствую себя африканцем, — заявляет Патриарх Александрийский. — Я жил с людьми в их хижинах, я на себе испытал нищету».
Совершена очередная провокация против Константинопольского Патриарха
Второе за последние четыре месяца покушение на Патриарха Константинопольского Варфоломея произошло в эти выходные в Стамбуле. В субботу утром 19 февраля на территории его резиденции была обнаружена ручная граната. Вызванной команде специалистов удалось ее обезвредить, сообщает Афинское информационное агентство со ссылкой на турецкую полицию. Гранату, лежавшую на крыше церкви Святого Георгия, первыми увидели мойщики окон. Представители полиции говорят, что она пролежала там незамеченной несколько месяцев, и могла взорваться в любое время, однако этого не произошло.
В прошлом Константинопольская Патриархия уже не раз подвергалась подобным атакам, и все они заканчивались взрывами. С осуждением провокации выступил официальный представитель МИД Греции Георгиос Кумутсакос. «Мы категорически осуждаем экстремистское поведение и акты нетерпимости, подобные этому», — заявил он. В свою очередь греческие диппредставительства в Константинополе и Анкаре призвали турецкие власти обеспечить большую безопасность Константинопольского Патриарха.
Предыдущая попытка покушения на Патриарха Варфоломея имела место 7 октября прошлого года, когда неизвестные бросили на территорию его резиденции взрывное устройство, в результате чего незначительные повреждения получили Георгиевский собор и прилегающее к нему здание Патриархии. Никто из людей не пострадал. Месяцем ранее перед Патриархией была устроена манифестация турецких националистов, которые демонстративно сожгли изображение православного священника.
Московский Пасхальный фестиваль будет посвящен 60-летию Великой Победы
60-летию Великой Победы посвящается IV Московский Пасхальный фестиваль, который пройдет с 1 по 11 мая под руководством дирижера Валерия Гергиева. Как рассказали в оргкомитете традиционного смотра, фестивальные программы, в основном благотворительного характера, будут представлены в 20 российских городах.
За одиннадцать дней фестиваля состоится более 90 концертов. Событием форума станет выступление объединенного молодежного оркестра стран-участниц Второй мировой войны, созданного специально по случаю празднования 60-летия со дня Победы. В числе участников фестиваля — известные хоровые коллективы из России, Украины, Грузии и Болгарии.
В рамках «Звонильной недели» в разных регионах страны пройдут общедоступные концерты колокольной музыки. На фестивале прозвучит музыка Бетховена, Брамса, Шостаковича. Оркестр Мариинского театра исполнит симфонии Рахманинова. Вниманию зрителей будет представлена опера Прокофьева «Война и мир» в постановке Андрея Кончаловского.
Создателю лазера присуждена Темплтоновская премия за сближение науки и религии
Чарльзу Таунсу, одному из изобретателей лазера, присуждена Темплтоновская премия за достижения в духовной сфере. Как было заявлено на конференции Церковного центра при ООН, выдающийся физик сделал многое для того, чтобы религия и наука нашли общий язык.
Лауреат Нобелевской премии по физике 1964 года, в 1966 году Таунс опубликовал программную статью «Сближение науки и религии» в журнале Think. К нетипичному взгляду на проблему настороженно отнеслись как коллеги-естествоиспытатели, так и представители различных церквей. В отличие от Эйнштейна, считавшего необходимым создание особой пантеистической религии, Таунс попробовал «реабилитировать» Христианство в глазах научного сообщества. Он утверждал, что противоречия между двумя мировоззрениями поверхностны, а Библия вовсе не нуждается в буквальном понимании.
Чарльз Таунс родился в 1915 году в Северной Каролине и окончил с отличием университет в Гринвилле в 19-летнем возрасте. Его исследования в области микроволновой спектроскопии привели к созданию мазера в 1953 году и лазера в 1960. Одновременно с Таунсом Нобелевскую премию получили советские физики Басов и Прохоров.
Темплтоновская премия учреждена в 1972 году. Первым ее лауреатом стала мать Тереза.
В Уфе трех «целительниц» оштрафовали за… отсутствие кассовых аппаратов
Три жительницы Уфы, занимающиеся гаданием и целительством, были подвергнуты административным штрафам за осуществление деятельности без кассовых аппаратов. Проверка их деятельности проводилась Управлением по налоговым преступлениям МВД Республики Башкортостан в связи с обращением в Прокуратуру РБ архиепископа Уфимского и Стерлитамакского Никона (Васюкова).
Как рассказал руководитель миссионерского отдела Уфимской епархии Максим Степаненко, Управление по налоговым преступлениям МВД республики направило ответ в Уфимскую епархию, в котором изложены результаты проверки лиц, занимающихся гаданием и исцелением. По словам М. Степаненко, широко рекламирующие в Уфе свои услуги гадалка Лана, предсказательница Тамила и «волшебница и целительница» Фатима Минибаева были подвергнуты денежным штрафам за осуществление деятельности без кассовых аппаратов.
В то же время М. Степаненко выразил недовольство ответом из МВД: «Получается, что при наличии кассового аппарата «целители» имеют право брать у людей за выдуманную «порчу» любые деньги. Лишь бы гадалки и их хозяева делились своими мошенническими доходами с государством!» Также он отметил, что ответственные лица — сотрудники здравоохранения — никак не желают оказывать противодействие оккультизму в Башкирии. Псевдоцелители, по данным сотрудника епархии, в нарушение действующего законодательства осуществляют свою деятельность, не имея лицензий и дипломов целителей, выдаваемых Министерством здравоохранения. По мнению М. Степаненко, их деятельность также нарушает приказ Министерства здравоохранения и медицинской промышленности РФ «Об упорядочении применения методов психологического и психотерапевтического воздействия». Согласно документу, недопустимыми являются пропаганда и использование в целях оздоровления методов и практик психологического и психотерапевтического воздействия, оккультно-мистического и религиозного происхождения, за исключением тех, что разрешены Министерством здравоохранения и медицинской промышленности РФ.
Президент Путин выделил средства на строительство часовни в память о погибших в Великой Отечественной войне
Владимир Путин выделил из резервного фонда Президента РФ средства на строительство в Подмосковье часовни в память о воинах, погибших в Великой Отечественной войне. Распоряжением главы государства 4 млн. рублей будут выделены в первом квартале 2005 года администрации Серпуховского района Московской области.
Владимир Путин во вторник 8 марта по предложению ветерана Великой Отечественной войны Антонины Ефремовой посетил мемориал воинам Великой Отечественной, расположенный в 25 километрах от Серпухова. Ефремова сообщила Президенту России, что на этом мемориале захоронены останки 250 воинов. Ветеран также рассказала о дальнейших планах по обустройству мемориала. Так, по ее словам, планируется расширить находящуюся там часовню, пристроить комнату, в которой жил бы монах, который молился бы в память о погибших. Путин в ответ выразил уверенность, что «Патриарх поддержит эту идею». Президент РФ в беседе с Антониной Ефремовой отметил, что в том письме, которое она передала ему во время приема во вторник в Кремле, рассказывается о некоторых проблемах строительства мемориала, которые прежде всего связаны с финансированием.
Ефремова подтвердила, что это действительно так — на строительство потрачено 127 миллионов рублей и не хватает немного. «Хочу вам сообщить, что я дал поручение, и в течение недели эти средства будут перечислены на указанный в письме счет», — сказал В.В. Путин.
В Ленинградской области бывшие наркоманы спасли православный храм от полного уничтожения огнем
Начались восстановительные работы в пострадавшем от пожара храме поселка Саперное Ленинградской области. В результате пожара полностью сгорел центральный неф, испорчены иконы из верхнего ряда алтарного иконостаса. Задача по их реставрации возложена на иконописцев из мастерских Александро-Невской Лавры.
Настоятель прихода о. Сергий Бельков является председателем недавно сформированного отдела Санкт-Петербургской епархии Русской Православной Церкви по противодействию наркомании и алкоголизму, а на базе самого прихода около десяти лет действует один из самых успешных на северо-западе России центров по реабилитации наркозависимых.
Проходящие реабилитацию бывшие наркоманы принимали самое активное участие в тушении пожара. Именно их усилиями были спасены большинство икон и церковная утварь. «Я верил и надеялся, что пребывание здесь сделает ребят способными на поступки, но сам был поражён той самоотверженности, с которой они спасали храм от огня», — сказал о. Сергий.
Церковь помогла организовать паломничество на Святую Землю женщинам, потерявшим детей в Бесланской трагедии
Русская Православная Церковь оказала помощь в организации паломничества на Святую Землю группе женщин, потерявших детей в Бесланской трагедии. Об этом сообщил епископ Ставропольской и Владикавказский Феофан, получивший благословение Патриарха Алексия II на эту акцию. Иерарх отметил, что «группа численностью около 50 человек отправится в Иерусалим и другие святые места, находящиеся в Израиле и Палестине». Маршрут, по его словам, рассчитан на неделю. Владыка Феофан подчеркнул, что среди участников поездки «могут быть не только христиане». Поездка будет осуществляться на средства Церкви. Епископ не исключил возможности организации в будущем такого паломничества и для бесланских детей.
Архиепископ Берлинский Марк считает, что для преодоления разделения Русской Церкви необходимо «взаимное снисхождение»
Для окончательного преодоления разделения Русской Церкви необходимо «взаимное снисхождение», считает председатель Комиссии Русской Зарубежной Церкви по диалогу с Московским Патриархатом архиепископ Берлинский и Германский Марк. Об этом он сообщил, отвечая на вопросы журналистов в четверг 10 марта в Патриаршей рабочей резиденции после подписания соглашения с Владикавказской епархией Московского Патриархата о совместном строительстве реабилитационного центра для жертв Беслана. «У нас есть надежда, что мы можем завершить этот путь при взаимном снисхождении», — сказал архиепископ Марк, комментируя итоги последнего совместного заседания встречных комиссий Московского Патриархата и Зарубежной Церкви по восстановлению церковного единства. «Мы двигаемся с Божией помощью. Возникают моменты, когда кажется, что разногласий больше, чем согласия. Но при доброй воле мы сможем преодолеть все это», — заверил представитель РПЦЗ. По его словам, четыре встречи комиссий по переговорам прошли —в целенаправленном и сосредоточенном духе».
Прокурор требует приговорить директора музея им. Сахарова к трем годам лишения свободы
Гособвинитель по делу устроителей выставки «Осторожно, религия!» Кира Гудим просила суд приговорить директора музея и общественного центра имени Сахарова Юрия Самодурова к трем годам лишения свободы в колонии-поселении. Двух других фигурантов дела — сотрудницу музея Людмилу Василовскую и художницу Анну Михальчук — прокурор требует приговорить к двум годам лишения свободы. В то же время К. Гудим просила освободить А. Михальчук от отбывания наказания за истечением срока давности. Всех обвиняемых она просила признать виновными в разжигании религиозной вражды (ст. 282 УК РФ). «Действия подсудимых носили оскорбительный и провокационный характер, а также были публичными. Об этом свидетельствует тот факт, что вход на выставку был свободный и бесплатный, а также не ограничен никаким цензом», — сказала гособвинитель. По ее мнению, «организаторы и кураторы выставки должны были предвидеть реакцию зрителей». Одновременно К. Гудим заметила, что выставка не может расцениваться просто как критика в адрес религии или атеистический взгляд». Выступая в прениях, прокурор попросила суд уничтожить все доказательства по делу, а также лишить обвиняемых права занимать административные должности. В данный момент в суде объявлен перерыв, после которого слово будет предоставлено защите обвиняемых. Уголовное дело было возбуждено в связи с организацией выставки
«Осторожно, религия!» в музее им. Сахарова. Группа граждан облила краской выставленные картины, заявив, что выставка оскорбляет их религиозные чувства.
Премьер-министр Греции призывает принять срочные меры по защите косовских сербов
Премьер-министр Греции Константинос Караманлис призвал принять срочные меры по защите неалбанских меньшинств в Косово. «Нужно предпринять немедленные усилия по защите не албанских меньшинств, прежде всего сербского, для возвращения беженцев и тысяч перемещенных лиц, для восстановления культурных памятников и церквей», — заявил Караманлис 3 марта в Белграде после встречи с президентом Сербии и Черногории Светозаром Маровичем. По его словам, «несмотря на приложенные усилия, сейчас ясно, что реализация (международных) Стандартов для Косово неудовлетворительна». Он подчеркнул, что «решение проблемы Косово должно осуществляться в рамках ООН». «Требуется тесное сотрудничество с Европейским Союзом, США и Россией. Белград должен участвовать в любом обсуждении будущего Косово», — отметил премьер-министр Греции. В свою очередь, Светозар Марович подчеркнул важность участия жителей Косово в урегулировании проблемы края. «Важно представительство сербов и албанцев, проживающих в Косово, в любой дискуссии, посвященной будущему края. Они должны быть там. Будущее Косово должно быть европейским, демократическим и многонациональным», — подчеркнул Марович.
В Ульяновске прошла презентация проекта кафедрального Троицкого собора
Презентация проекта кафедрального Свято-Троицкого собора прошла в среду в Ульяновске в Симбирской и Мелекесской епархии. Архиепископ Симбирский и Мелекесский Прокл, представители областной администрации, архитекторы, строители и краеведы представили журналистам макет будущего здания, которое планируется построить в центре города — на площади В.И. Ленина. По словам владыки Прокла, Ульяновск — единственный в России город, где нет кафедрального собора (функцию кафедрального собора выполняет небольшой деревянный храм иконы Божией Матери «Неопалимая Купина»). Троицкий собор был построен как храм-памятник в 1827-1841 годах в честь победы в Отечественной войне 1812 года, в 1936 году разрушен большевиками. Нынешний собор планируется возвести в честь победы русского оружия в войнах и в память о погибших в Отечественной войне 1812 года, Великой Отечественной войне 1941-1945 годов и в локальных войнах и конфликтах ХХ века. На презентации было отмечено, что создан Попечительский совет, который возглавил губернатор Ульяновской области Сергей Морозов. Перечислены первые шесть миллионов рублей благотворительных средств на земляные работы. Многие организации готовы предоставить материалы и технику, предприятие «Ульяновскводоканал» обеспечит снабжение водой. Всего на строительство здания, не считая внутренней росписи, потребуется 110 миллионов рублей. Треть суммы, примерно 30 миллионов рублей, готов выделить московский фонд Святителя Николая Чудотворца. Срок строительства — три года. Через два с половиной месяца планируется завершить земляные работы. Архитектор собора Сергей Кангро рассказал, что здание в стиле классицизм будет построено в масштабах первоначального. Высота собора до верха купола 39 метров. Планируется сделать цокольный этаж и разместить там подсобные помещения, где будет находиться система отопления (дореволюционное здание не отапливалось).
В Ульяновске есть противники данного строительства. Они считают, что место строительство выбрано неверно — в оползневой зоне, рядом с памятниками Марксу и Ленину, на месте сквера, где находятся могилы четырех почитаемых в городе священнослужителей. Оппоненты уже обратились в прокуратуру и намерены подать заявление в суд.
Строители заверили, что сваи (более 400) будут не забиваться, а вставляться в пробуренные скважины, что позволит сохранить стоящие рядом здания.
На 9 марта назначено освящение места строительства.
В Пекине установлено место погребения членов императорской семьи Романовых
В Пекине удалось установить место погребения членов императорской семьи Романовых и их помощников, убитых во время Гражданской войны в России близ уральского города Алапаевска. Их останки попали в Китай с отступающими частями белогвардейской армии. Выяснилось, что останки, находившиеся в Российской духовной миссии (ныне посольство РФ), в 1947 году по указанию из Москвы были преданы земле на православном кладбище близ городских ворот Аньдинмэнь. После 1988 года, когда кладбище было окончательно ликвидировано, на его территории был разбит парк, а на участке с захоронениями мучеников устроили поле для игры в гольф.
Сербские бегуны совершили марафон от кафедрального собора Белграда до храма Христа Спасителя в Москве
Группа из десяти марафонцев из сербского клуба «Благородные сердца» стартовали в апреле из Белграда и прибыли в Москву на праздник 60-летия Победы над гитлеровской Германией. Это самый протяженный марафон, когда-либо зарегистрированный в мире. Общая его протяженность составляет 2 тысячи 450 километров. По расчетам тренеров, спортсмены пробегали в день от 80 до 130 километров. Пробег прошел по территориям Сербии, Венгрии, Чехии, Польши, Белоруссии, Украины и России. Группа начала пробег от храма Святого Саввы в Белграде и завершила возле храма Христа Спасителя в Москве. Как сообщили в клубе бегунов, спортсмены намерены пожертвовать часть средств, полученных от рекламы мероприятия, семьям погибших в Беслане детей.
В Иркутске открылась выставка старинных икон, посвященная памяти первого православного епископа на восточных рубежах России
Выставка старинных икон, посвященная памяти епископа Иннокентия — первого православного владыки на территории от Байкала до Тихого океана — открылась в залах Иркутского областного художественного музея. Она приурочена к 200-летию со дня обретения мощей епископа Иннокентия, причисленного в начале ХІХ века к лику святых. Св. Иннокентий (в миру Иоанн Кульчицкий) родился в 1680 году, в Чернигове. Был воспитанником Киево-Могилянской академии, а после насельником Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры. Затем преподавал в Московской славяно-греко-латинской академии, был послан Петром Первым с миссией в Пекин. Однако Китай отказал ему в приеме, и указом императрицы Екатерины Первой в 1727 году Иннокентий (Кульчицкий) назначается епископом Иркутским и Нерчинским. Здесь за четыре года он провел большую миссионерскую работу, при нем закладывались и строились новые церкви, открывались школы, в том числе действовала знаменитая «мунгальская школа» для детей из числа коренного населения. В экспозиции представлено около десятка выполненных в позапрошлом столетии руками мастеров-иконописцев изображений святителя Иннокентия, хранящиеся в фондах старейшей за Уралом картинной галереи. Их репродукции войдут в юбилейные издания двух книг о священнослужителе. В ближайшее воскресенье в Иркутске пройдет духовно-просветительский вечер «Сказание о епископе Иннокентии» с участием духовенства, писателей, общественных деятелей и творческих коллективов Прибайкалья. А через несколько дней в Знаменском соборе Иркутска, где хранятся мощи святого, состоится большой крестный ход.
В Мордовии открылась конференция, посвященная 260-летию св. Феодора Ушакова
В Мордовии начала работу научно-практическая конференция, посвященная 260-летию Федора Ушакова. Как сообщил заместитель министра образования Мордовии Иван Карпов, она будет проходить под названием «Адмирал Федор Федорович Ушаков: непобедимый, праведный, святой». На базе техникума экономики, электроники и права прошли теоретические мероприятия. В рамках конференции также состоится семинар «Формирование здорового образа жизни». Второй день работы конференции пройдет в поездках по местам, связанным с жизнью адмирала Ушакова. Делегация более чем из 250 человек отправится в музей Федора Ушакова в Темников, посетит Санаксарский монастырь, где покоятся мощи святого.
В конференции принимают участие представители духовенства, республиканских общеобразовательных учреждений и вузов Мордовии и госкомитета по делам молодежи республики.

КАТОЛИЦИЗМ

В Италии издан первый в мире католический путеводитель по сексу
В Италии издан первый в мире католический путеводитель по сексу. Выход его в свет благословил Папа Римский. Римско-католическая Церковь впервые заговорила «про это» столь отважно. С первых страниц книга поражает.
»Секс, — указывает кардинал Эрсилио Тонини, — это Божий замысел. Сексуальность — настоящая сокровищница жизни. Благодаря сексу мы передаем любовь. Сексуальную близость можно сравнить только с любовью, связующей Отца, Сына и Святого Духа. Мастурбация допустима, если женщина во время любовного акта не может испытывать наслаждение». Смысла преисполнено даже название книги — «Грех не делать этого». Она своего рода наказ: это не по-христиански, не по-католически — не испытывать от секса наслаждения, а тем более не желать его.
Кардиналы и епископы (кстати, давшие обет безбрачия), чьи интервью помещены в путеводителе, открыто призывают католиков чаще заниматься любовью. «Сегодня каждый истинный верующий, — подчеркивают они, — не должен сторониться секса, ибо пренебрежение даром Божьим вредит нашей вере. Если ты импотент, должен лечиться. В случае проблем советуем истово молиться Святому Фаустину, являющемуся патроном импотентов».
Откуда такая забота Католической Церкви о сексуальной жизни итальянцев, задается вопросом газета «Стампа» Ответ дает статистика. В соответствии с ее данными, число католиков уменьшается не только в Италии и Европе. Десять лет назад христиане составляли третью часть всех верующих в мире. Сегодня этот показатель упал до 28 процентов (1,8 миллиарда). Отсюда и страстные призывы к католикам размножаться. Однако священнослужители, как и следовало ожидать, не переступают грань приличия. В книге мало иллюстраций, описание сексуальных приемов и вовсе отсутствует.
Путеводитель составлен теологом Элизабет Броли и католическим публицистом Роберто Береттой. Прежде чем приступить к написанию книги, они добились благословения от Иоанна Павла II. По сообщению римских газет, путеводитель пользуется огромным читательским спросом. Не исключен выпуск дополнительного тиража.
В США католическая епархия Сент-Луиса закроет 24 прихода и 10 школ
Американский католический архидиоцез Сент-Луиса объявил о плане «укрупнения» епархиальных приходов, который должен привести к закрытию 24 храмов и 10 начальных школ. План разрабатывался специальным епархиальным комитетом в течение полутора лет, в состав рабочей группы вошли клирики и миряне архидиоцеза. На северо-востоке епархии 25 приходов будут консолидированы в 11, а 15 католических школ слиты в 9. На юге архидиоцеза закроются 10 храмов и 4 школы.
Глава диоцеза архиепископ Рэймонд Бёрк утвердил составленный комитетом план, не внеся в него никаких изменений. Прелат также утвердил предложение создать специальный приход для католиков — выходцев из Латинской Америки. Выполнение плана стартует с началом финансового года ( июня) и должно завершиться к концу 2006 года.
За последнее время северо-восточный округ пережил серьезный спад посещаемости церквей. В среднем в этом регионе 35 лет назад приходилось 3297 верующих на каждый приход, тогда как сегодня 1986 прихожан в среднем в каждом храме. Согласно официальным данным переписи населения, численность католиков на северо-востоке епархии сократилась более чем на 50%. Аналогичная ситуация наблюдается и в южной части диоцеза.
Новая книга Иоанна Павла II «Память и идентичность» выходит в свет
«Память и идентичность» — так называется новая книга Папы Римского Иоанна Павла II. Первоначально книгу планировалось выпустить весной 2005 года. Книга «Память и идентичность» была представлена на Франкфуртской книжной ярмарке в октябре 2004 года. Глава службы печати Ватикана Хоакин Наварро Вальс сообщил тогда, что это философское и историческое произведение, в котором Папа размышляет о судьбах Европы, уделяя особое внимание проблемам современной демократии и защите прав человека. В книге содержится также рассказ от первого лица о покушении, совершенном на жизнь понтифика 13 мая 1981 года на площади Святого Петра в Ватикане. «Память и идентичность» станет пятой книгой, принадлежащей перу Иоанна Павла II. Его главным бестселлером была книга «Переступить порог надежды», которая вышла десять лет назад и разошлась по миру в 20 миллионах экземпляров.
Ватикан разрешил швейцарским католикам-мирянам проповедовать в церкви, а протестантами причащаться
«Рим принял наше предложение разрешить мирянам произносить проповеди, а протестантам принимать католическое Причастие», — заявил епископ Амеди Граб, руководитель швейцарской Конференции католических епископов. В прошлом месяце Католическая Церковь в Швейцарии обнародовала планы, которые некоторыми были названы революционными. Швейцарские епископы в частности постановили, чтобы приходские ассистенты и ассистентки (имеющие университетское теологическое образование) могли проповедовать во время мессы, а также совершать таинство Крещения в приходах. Это решение противоречило Кодексу канонического права, а также последней папской энциклике о Евхаристии, в которой говорилось, что литургическая проповедь зарезервирована исключительно для священников и диаконов. Также руководитель Католической Церкви в Швейцарии в пастырском послании разрешил, чтобы протестанты под определенными условиями могли принимать католическое Причастие. Прежде всего это относится к смешанным семьям. Это решение стало предметом беседы во время их визита Ad Limina в Рим на прошлой неделе. Вернувшись в свою страну, епископы заверили журналистов, что получили поддержку Ватикана в отношении своих намерений. Епископ Граб сказал также, что это его четвертый визит, но никогда еще он не возвращался более счастливым. Кардинал Рацингер, возглавляющий Конгрегацию учения веры сказал, что во время мессы, если есть такая потребность, миряне могут произносить «краткие обращения, подобные проповедям», либо «размышления над литургическими чтениями», однако это не должно становиться всеобщей нормой. Генеральный секретарь швейцарской Конференции епископов священник Агнелл Ринкельманн сказал, что оба решения являются, с одной стороны, ответом на острую нехватку священников в их стране, а с другой — указывают на определенную независимость церкви в Швейцарии, где уже более 30 лет миряне принимают участие в деятельности Церкви.

ПРОТЕСТАНТИЗМ

Все больше финнов порывают отношения с Лютеранской церковью
Финны все больше разочаровываются в лютеранстве. Только за прошлый год паства крупнейшей в стране Евангелическо-лютеранской церкви сократилось на 27 тыс. прихожан, что больше, чем еще годом ранее. Отчасти сокращение числа прихожан объясняется не только ростом атеистических настроений в обществе. В 2003 году вступил в силу новый закон о свободе вероисповедания, положения которого значительно упростили процедуру «развода» граждан с Лютеранской церковью. В результате за год численность церковных общин сократилась почти на целый процент. Наибольшие потери понесли приходы в крупных городах страны, где процент порвавших с лютеранством достигал 10% и выше. Одновременно стремительно сокращается и количество отправлений обрядов в Лютеранской церкви. Все меньше родителей желают крестить своих малышей, оставляя подрастающему поколению самим сделать этот выбор в зрелом возрасте. Однако настоящую тревогу пасторов вызывает нежелание молодоженов проводить церемонии бракосочетания в церкви, получая духовное благословение на совместную жизнь. За прошедшее десятилетие количество венчаний сократилось более чем на 10%, так что в современной Финляндии только каждые две из трех супружеских пар соглашаются на проведение церемонии в церкви.
С точки зрения исследователей, в этом нет ничего удивительного, поскольку в последнее время жители особенно крупных городов страны все реже посещают традиционные церковные богослужения. Не прибавит популярности деятельности Лютеранской церкви и недавний скандал вокруг епископа города Турку. В результате своих любовных похождений с женщиной-«священником» он вынужден был подать на развод с законной супругой, а также объявил о намерении уйти в отставку.

ИСЛАМСКИЙ МИР

В Афганистане женщины снимают хиджаб, чтобы водить машину
Новые власти Афганистана спокойно относятся к желанию женщин водить автомобиль. 22-летняя афганская девушка Сина Ширин — одна из первых женщин в западном Афганистане, которая села за руль, сняв при этом хиджаб. Миниатюрную Сину сложно разглядеть за тонированными стеклами ее огромного автомобиля, от вождения которого она получает большое удовольствие. А всего три года назад Сина не могла выйти из дому, не закрывшись с головы до пят. «Самые приятные моменты моей жизни — когда я за рулем, и мне это нравится!» — радуется Сина, добившись того, что в стране для каждого мужчины-автолюбителя является само собой разумеющимся. Ученица средней школы Ширин посещает первые в Герате, самом процветающем городе Афганистана, курсы вождения, созданные в начале февраля министерством транспорта под покровительством нового губернатора. «Женщины имеют право на вождение автомобиля. Если я ограничу женщин в их действиях, я ограничу половину общества. Я не буду этого делать», — говорит новый губернатор провинции, который, в отличие от своего предшественника, носит европейские костюмы. По словам одной из учениц автошколы в Герате Масумы Садики, женщина-водитель пока еще остается экзотикой для афганского общества. «У нас нет проблем с властями, но люди на улицах, когда видят нас за рулем, говорят всякие колкости, и это раздражает», — рассказала девушка. Однако едкие замечания не побудили Масуму отказаться от вождения. «Я с детства мечтала водить автомобиль», — сказала 23-летняя афганка.
Количество мечетей в Татарстане превышает число церквей более чем в 6 раз при равном числе христиан и мусульман
Сегодня в Татарстане действует порядка 1000 мечетей и 150 православных приходов, сообщает официальный сайт Казанской епархии, комментируя факт разрушения Иоанно-Предтеченского монастыря в столице республики. Архитектурный памятник XVII века получил существенные повреждения в ходе строительства казанского метро. Таким образом, количество мечетей превышает число православных храмов более чем в 6 раз, тогда как татарское и русское население республики приблизительно равны. «При этом «нетитульные» православные на строительство новых церквей не рассчитывают — не разрушали бы старые!» — заявляет Казанская епархия.
Несколько лет назад президент Татарстана Минтимер Шаймиев высказал свою точку зрения на то, почему число мечетей растёт быстрее. По его мнению, архитектура мечетей проще, чем у церквей, и, следовательно, им требуется меньше затрат на строительство.
Согласно всероссийской переписи 2002 года, татары составляют 52,9% населения республики, русские – 39,5%, на третьем месте по численности находятся чуваши, также традиционно православные, – 3,4%.
Метростроевцы стремятся завершить проект к 1000-летию Казани, которое будет отмечаться летом этого года, тогда как насельники и прихожане утверждают, что обитель может не достоять до юбилея.

Взрыв в багдадской мечети: 30 погибших, десятки раненых
18 февраля в Багдаде в шиитской мечети в южном районе Багдада прогремел взрыв. По последним данным, в результате происшествия погибли по меньшей мере 30 человек. Более 22 человек получили ранения различной степени тяжести. Взрыв в мечети был осуществлен террористом-смертником, который привел в действие взрывное устройство во время общей молитвы. По словам того же источника, не исключено, что число погибших и пострадавших в результате террористического акта может возрасти. Кроме того, были получены неподтвержденные сообщения очевидцев о втором взрыве в этом районе.
Напомним, что сегодня правительство страны сообщило о частичном закрытии сухопутных границ Ирака. Это решение было принято с целью обеспечить безопасность иракских граждан во время празднования одного из величайших религиозных праздников мусульман-шиитов — десятого дня святого месяца Мухаррама, который носит название «Ашура». Террористы очень часто выбирают своей мишенью мечети в Ираке. У шиитской мечети взлетел на воздух заминированный автомобиль. В результате погибли 13, ранено около 40 человек. Инцидент произошел днем в 75 км к северо-востоку от иракской столицы в городе Балад Руз. Взрыв прогремел в тот момент, когда люди выходили из мечети после религиозной церемонии. Атака была осуществлена террористом-смертником, который в непосредственной близости от толпы взорвал свой автомобиль, начиненный взрывчаткой.
Ранее в тот же день вооруженные люди совершили налет на булочную в восточной части Багдада. Нападавшие подъехали к булочной на двух автомобилях и открыли огонь по людям, находившимся внутри. В результате семь человек погибли на месте, еще двое скончались в больнице. Причины происшествия и мотивы нападавших остаются неизвестными.

МИР И РЕЛИГИЯ

Генеральная ассамблея ООН призвала отказаться от клонирования людей
8 марта Генеральная Ассамблея ООН одобрила декларацию с призывом ко всем государствам отказаться от любых форм человеческого клонирования, в том числе и в медицинских целях. За документ проголосовали делегации 84 стран, включая США, Россию, Германию, Италию. Среди 34-х голосовавших против — Великобритания, Франция, Китай, Япония, Канада, Бразилия. 37 государств воздержались, 36 в голосовании не участвовали. Обсуждение этой, не имеющей обязательной силы резолюции, заняло почти четыре года. Хотя официальным спонсором декларации выступил Гондурас, Соединенные Штаты были главным лоббистом ее принятия. В декларации содержится призыв к запрету терапевтического клонирования и «технологии генетической инженерии, которые могут противоречить человеческому достоинству». Американская делегация в распространенной в штаб-квартире ООН разъяснительной записке подчеркнула, что запрет на человеческое клонирование не должен препятствовать «разработке клеточной и тканевой терапий, основанных на исследованиях с использованием технологии клонирования в целях производства молекул ДНК, органов, растений, тканей, клеток (за исключением человеческих эмбрионов) или животных (кроме человека)».
В 2001 году Германия и Франция выступили инициаторами выработки обязательной к выполнению глобальной конвенции о запрете клонирования человека. Эта идея пользовалась широкой поддержкой, однако в прошлом году работа над подготовкой такого соглашения прекратилась после того, как США стали настаивать на включении в него и запрета на клонирование человеческих эмбрионов в терапевтических целях.
В Череповце вандалы-язычники осквернили и подожгли часовню
В Череповце неизвестные совершили поджог часовни Прп. Филиппа Ирапского, чудотворца. Неизвестные разбили окно часовни и бросили внутрь бутылку с зажигательной смесью. На звук сработавшей сигнализации прибежал охранник из расположенного по соседству «Бизнес-центра», который вызвал пожарных. Пожар удалось локализовать достаточно быстро. На полу часовни были обнаружены осколки бутылки с жидкостью, похожей на серебрянку, на подоконнике найдена обгоревшая тряпка, закинутая поджигателями. К счастью, в результате пожара поврежденными оказались только оконные рамы. Чудом не пострадали от пламени ценные иконы и книги, лежавшие стопками на столе прямо под пылающим окном часовни. Вандалы не ограничились поджогом. На стене часовни под разбитым окном неизвестные оставили надпись: «Слава русским богам». По свидетельствам очевидцев, это уже не первый случай вандализма. «За четыре года существования часовни мы всякое повидали, — рассказывает служительница часовни. — Три года назад к нам приходили сатанисты. Я тогда была одна, а их двое: молодые люди с длинными волосами, все в черном, прошли, нарисовали сатанинский знак, сказали мне что-то (от страха не слышала, что именно) и ушли».
По факту поджога в городской прокуратуре в ближайшее время будет заведено уголовное дело. Для предотвращения подобных нападений на часовню в дальнейшем решено принять дополнительные меры охраны, в частности установить камеру наружного видеонаблюдения.
Госдума отказалась хоронить Ленина
Госдума отклонила предложение заместителя председателя фракции ЛДПР Валентина Митрофанова поручить думскому комитету по безопасности рассмотреть возможность закрытия «революционного некрополя» на Красной площади и переноса тел вождей КПСС на гражданское кладбище. Инициативу Митрофанова поддержали всего 40 депутатов, против высказались 272, воздержались 2. Член комитета по безопасности Василий Черемушкин заявил, что рассмотрение данного вопроса в Госдуме «все равно ни к чему не приведет».
Представители ЛДПР неоднократно выступали за реконструкцию Красной площади. В июне 2004 года депутаты даже попытались провести выездное заседание фракции в траурном зале Мавзолея Ленина. В плане заседания под пунктом 3 «Разное» значилось: «Вынос тела Ленина из Мавзолея силами фракции ЛДПР». Комендатура Кремля запретила собрание, после чего Жириновский заявил, что ЛДПР будет добиваться от московских властей демонтажа Мавзолея и могилы Сталина у Кремлевской стены.
Гонконгцы заняли крупную сумму денег у богини
В минувшие выходные жители Гонконга заняли сотни миллионов долларов у китайской богини Гуаньинь. Традиция обращаться за финансовой помощью к этому «божеству» в один из дней первого месяца лунного года существует в Гонконге уже много десятков лет. По данным местной прессы, в этом году за материальной поддержкой к Гуаньинь обратилось более 35 тысяч человек. Для того чтобы получить «божественный кредит» в гонконгских храмах, большинству пришлось простоять в очередях несколько часов. По традиции, просящий сначала зажигает три палочки с благовониями и подносит «богине» свои подарки — обычно это фрукты или сладости. Затем служители храма распределяют между пришедшими красные пакетики «лайси» со специальными «божественными деньгами». Никто не знает, сколько денег получит каждый из просящих, суммы могут варьироваться от тысяч до миллионов долларов. В этом году самый удачливый гонконгец ушел домой богаче на 380 миллионов долларов, сообщили гонконгской газете в одном из храмов. Через год всем взявшим деньги взаймы придется «вернуть кредит», то есть сжечь полученный пакетик в том же храме, в котором они его получили. Средства поступают в храм, главным образом, за счет паломников. Существует поверье, что статуя Гуаньинь обладает чудотворным даром избавления от бесплодия, так что паломники, чающие помощи, не скупятся на пожертвования, которые затем и раздаются нуждающимся. «Божественные» или «адские» деньги в Гонконге можно купить в специальных магазинах, торгующих похоронными принадлежностями. Обычно их сжигают на похоронах и в дни поминовения предков для того, чтобы умершие не испытывали недостатка в финансовых средствах.
По мнению теологов, в Европе на смену отмирающему атеизму приходит язычество. Атеизм как массовое явление постепенно отмирает.
К такому выводу в своих исследованиях приходят все новые специалисты в области философии и богословия. В частности, теолог из Оксфорда Алистер Макгрэт в американском журнале Christianity Todaу отмечает, что «в будущем атеизм из общественного движения превратится в ряд отдельных проявлений». По его мнению, падение популярности атеизма обусловлено двумя факторами: во-первых, потеря научного фундамента, а во-вторых, тот факт, что атеисты не отличаются высокой моралью.
По данным немецкого журнала Psychologie Heute, подобные заключения содержатся в более чем 1200 свежих исследованиях специалистов со всего мира, в том числе из Европы, которая еще несколько лет назад с явным недоверием относилась к сообщениям из Гарварда о массовом обращении людей к вере. «Со временем в атеизме появилось такое же количество мошенников, психопатов и карьеристов, какое есть в любой религии», — утверждает Макгрэт. Наиболее яркими представителями вырождающегося атеизма теолог называет Иосифа Сталина, жестокость которого, по его мнению, напоминает о безжалостности испанских инквизиторов, а также Мадалин Мюррей О’Хэйр (американскую атеистку, убитую в 1995 году), ничем не отличающуюся от современных телепроповедников.
Как отмечает декан факультета богословия университета в Вене Пауль Цулейнер, в Европе осталось так мало атеистов, что их даже не хватит для проведения социологического исследования. При этом он подчеркнул, что отказ от атеизма не означает массового обращения к христианству. Наоборот, специалисты в области богословия наблюдают возвращение к языческим традициям. Распространение язычества происходит и в США, отмечает епископальный священник и профессор религии и философии Геральд Макдермот. «Возрождение всех видов язычества приводит к созданию ложной духовности, которая является гораздо более опасным соперником для христианства, чем атеизм», — подчеркивает специалист.
В США отец убил 4-летнего сына, считая, что ребенок антихрист Американец по имени Айван Хенк приговорен к пожизненному заключению без права досрочного освобождения за убийство своего 4-летнего сына Брендана Гонсалеса. «Он Антихрист, у него на лбу было написано 666″, — кричал отец матери ребенка во время предварительного слушания дела в 2003 году, объясняя таким образом мотив убийства. Об исчезновении мальчика стало известно 6 января 2003 года. В ходе расследования выяснилось, что последним человеком, с которым видели Б. Гонсалеса, был его отец. В ходе окончательного слушания дела подсудимый отказался от последнего слова.
Библия переведена на 2 377 языков народов мира
Библия полностью или частично переведена на 2377 языков народов мира. Об этом сообщил 19 февраля в южногерманском городе Штутгарте представитель Германского Библейского общества. По его словам, Книга Книг остается самой издаваемой книгой всех времен и народов. В течение 2003 года, объявленного Международным годом Библии, были завершены переводы на 52 языка, а в 2004 году — еще на 22 языка. Возможность приобщиться к Библии на своем родном языке получили представители таких малочисленных народностей, как иракв (Танзания), сгав (Бирма) и гумуз (Эфиопия). По данным Библейского общества, на сегодняшний день Священное Писание полностью издано на 422 языках (в 2003 году — 414).
В Армении две партии выступили за то, чтобы объявить Армянскую Апостольскую Церковь государственной
Две партии Армении выступили с конституционной инициативой, которую охарактеризовали как историческую. Члены партии «Единая нация» и Националистического общества Армении убеждены, что Армянская Апостольская Церковь должна быть объявлена государственной в республике Армения. «В то время когда армянский народ был лишен государственности, этот институт смог частично заменить нам государственность. Для этого необходимо, чтобы армянская общественность еще раз сказала свое историческое «да» Армянской Апостольской Церкви», — говорит председатель партии «Единая нация» Гор Тамразян. По словам авторов предложения, оно убережет Армянскую Апостольскую Церковь от разрушительной деятельности сект.

СЕКТЫ

В Европе сатанисты ведут целенаправленную охоту на молодежь, предупреждают французские эксперты
Во Франции межведомственная группа по борьбе с сектантскими злоупотреблениями подготовила к публикации доклад о проявлениях сатанизма, из которого следует, что по этим показателям Франция вышла на второе место в Европе после Италии, а число группировок сатанистского толка достигло пятидесяти.
Телесериалы типа «Баффи против вампиров» и множество видеофильмов и видеоигр, где фигурируют демоны, вампиры, колдуны, способствуют развитию моды на черную романтику. Ее активно питает и процветающая торговля атрибутами соответствующей одежды и символики, предметами магических ритуалов, специфические татуировки, пирсинг или кольца, прикрепляемые к самым различным частям лица.
Тысячи молодых людей, особенно старшеклассников, все чаще попадают в ловушку сатанистов, как правило, связанных с неонацистскими группировками, констатируют авторы доклада. Ритуальной святыней на черных мессах сатанистской организации «Орден девяти ангелов» служит, например, оригинал «Майн кампф». Так, устав «Сатанистской федерации» замешан на неонацизме, он проповедует законы мщенья око за око и кастовое общество.
Для сатанистов в целом характерно преклонение перед силой как таковой, чрезмерный индивидуализм, стремление к всемогуществу, удовлетворение сексуальных позывов. Не случайно все эти мотивы находят отклик у многих тысяч подростков, прежде всего средних и старших классов, констатируют эксперты. Они предупреждают об опасности растущей тенденции поклонения дьяволу среди молодого поколения. Тревожным признаками проявления сатанизма в последние годы стали надругательства над кладбищами, участившиеся самоубийства среди молодых людей.
Французские эксперты считают, что сатанизм питали различные движения крайне правых, прежде всего «бритоголовых». Начало ему было положено в США, когда 30 апреля 1966 года, в годовщину смерти Гитлера, Антон Лавей объявил о создании «церкви Сатаны». Он был консультантом на съемках фильма ужасов «Ребенок Розмари» у известного режиссера Романа Полански, беременная жена которого Шарон Тейт и ее друзья были зверски зарезаны сатанистами на вилле в Голливуде в 1969 году.
В Интернете сатанисты уже давно свили свою паутину. Молодежь завлекают через с виду безобидные веб-сайты в различные сектантские группы. Когда начинаешь по-настоящему разбираться в сущности сатанистов, то чаще всего в основе их идеологии оказывается неонацизм, констатируют эксперты Межведомственной группы. Как признался в свое время Лавей, «парню неловко считать себя неонацистом, а вот сатанистом или вампиристом он назовет себя весьма охотно».
«Церковь Сатаны» со штаб-квартирой в США ведет целенаправленную охоту на молодежь, как на дичь, — предупреждают французские специалисты из Межведомственной группы по борьбе с сектантскими злоупотреблениями. — Они активно используют в своих целях Интернет, СМИ, музыку, популярный рокер Мэрилин Мэнсон, например, был членом «церкви Сатаны». Идеология проповедников сатанизма предельно проста — создать общество, свободное от всех запретов и страхов, где слабые будут уничтожены».
Из итальянского эфира изгнали колдунов и гадалок
Власти Италии запретили в дневное время показывать в телевизионных программах выступления прорицателей, гадалок и прочих служителей магии. К такому решению правительство подтолкнул тот эффект, который подобные программы оказывают на аудиторию, и в первую очередь на молодежь.
Множество региональных и частных телевизионных студий в Италии постоянно приглашает в эфир всевозможных магов и колдунов, специализирующихся на пророчествах. «Новые правила должны оградить граждан страны от эксплуатации их суеверий и доверчивости», — говорится в заявлении правительства. За последние два года власти Италии не раз выражали обеспокоенность увеличением количества преступлений как связанных с мошенничеством при помощи магии, так и с деятельностью всевозможных сатанистских сект. В прошлом месяце двое музыкантов рок-группы «Звери Сатаны» были осуждены на 30-летние тюремные заключения за многочисленные убийства, совершенные в рамках своих сатанистских ритуалов. Прошлогодний опрос показал, что 10 миллионов итальянцев регулярно пользуются услугами гадалок и прорицателей, которых в стране насчитывается более 20 тысяч.
Немецкие методисты избрали первую женщину-епископа
49-летняя Розмари Веннер стала первой женщиной-епископом Объединенной методистской церкви в Германии. Она также явилась первой женщиной-епископом методистской церкви за пределами США. В то же время Старо-Католическая церковь в Германии рукоположила 26 февраля в священники Александру Каспари, которая стала первой женщиной-священником этой деноминации. «Мы рады избранию Розмари Веннер в епископы, — сказал исполнительный директор управления Всемирного служения Объединенной методистской церкви со штаб-квартирой в США Ренди Дей. — Ее вклад во всемирное служение хорошо известен по работе в европейском пан-методизме и по участию в общей конференции 2004 года».
Веннер была избрана 16 февраля немецкой центральной методистской конференцией, получив две трети голосов в четвертом туре. Она приступит к обязанностям 1 апреля, сменив ушедшего на покой епископа Вальтера Кляйбера. Веннер училась в методистской семинарии в Рейтлингене. Была приходским пастором в Карлсруэ, Хокенгейме и Дармштадте. В 1996 году была назначена суперинтендантом Франкфуртского округа.
Методистские епископы в Германии избираются сроком на четыре года и могут быть переизбраны. Объединенная методистская церковь в этой стране насчитывает 65 000 последователей, а ее центральная конференция собирается раз в четыре года. Объединенная методистская церковь в США избрала первую женщину-епископа в 1980 году и на сегодняшний день имеет значительное число женщин-епископов.
Глава итальянских сатанистов получил за ритуальные убийства трех человек 30 лет тюрьмы
Глава секты итальянских сатанистов Андреа Вольпи получил за ритуальные убийства трех человек 30 лет тюрьмы. Судья Мария-Грека Дзонку назначила ему в полтора раза больший срок, чем требовал прокурор Антонио Пицци. Сообщник Вольпе Пьетро Гуэррьери получил 16 лет, как того и требовал обвинитель. Еще один подсудимый — Марио Миччоне, которого прокурор требовал посадить за решетку на два года, был признан невиновным.
Фактически же судья в своем приговоре во многом учел запрос прокурора: глава секты сатанистов, который сознался в совершенных преступлениях и сотрудничал со следствием, по принятому в 1999 году закону подвергся так называемому «сокращенному» судебному процессу. Приговор, вынесенный судьей, в этом случае автоматически сокращается на треть.
Молодые итальянцы Кьяра Мариино и Фабио Толлис исчезли без следа в январе 1998 года. Поиски и расследование, начатое полицией, результатов не дали. Помогло найти их третье преступление, совершенное в январе 2004 года, когда была убита Марианджела Пеццотта. Как потом выяснилось, она слишком много знала о ритуальных преступлениях сатанистов.
Расследуя это убийство, полиция и вышла на секту «Зверей Сатаны», а затем обнаружила и тела Кьяры и Фабио, которых сатанисты застрелили и закопали в лесу за городом. Летом 2004 года восемь членов секты вместе с главарем были арестованы.

По материалам информагенств подготовил
Богодеев Сергей

У черговий раз православні педагоги висловити свою думку відносно перспектив відродження моральних ідеалів в освіті та вихованні.
Науково-практичний семінар “Православна освіта в державних, приватних і церковних структурах України: досвід і напрацювання”, що відбувся за благословенням Предстоятеля УПЦ Блаженнішого Митрополита Володимира 18 лютого у стінах Києво-Печерської Лаври, показав важливість повернення вітчизняної педагогіки до православного коріння.

Семінар відбувся за ініціативою Синодального відділу катехизації і місіонерства та Всеукраїнського православного педагогічного товариства зібрав понад півтори сотні учасників з різник регіонів України — представників Міністерства освіти, Академії наук, педагогів.
Ведучі передали слова вітання від координатора всеукраїнського педагогічного руху єпископа Полтавського і Кременчуцького Филипа, світських педагогічних організацій.
Православних педагогів цього разу найбільш турбувало питання введення релігієзнавчих дисциплін у систему державної освіти. Проблема морального виховання підростаючого покоління — злободенна тема. Нинішню школу, що майже перестала виконувати виховну функцію, часто звинувачують і учні, і батьки, і самі педагоги. Про необхідність реформування освіти вже протягом декількох років говорять високі державні чиновники. З недавнього часу у школах почали впроваджувати предмет з викладом основ християнської етики і моралі.
Така блага ціль породила цілу низку питань, головним з котрих постає нагальна необхідність кваліфікованих кадрів, що змогли б заповнити нововідкриту лакуну, яка так приваблює сектантів та „доброчинних” заморських місіонерів. Учасники замислювались, яким чином можна не допустити втілення їх прагнень „християнізувати” нашу країну зі споконвічною православною традицією. З іншого боку, високі ідеї християнства можуть бути профановані вчора невіруючими педагогами, які на кількаденних курсах „перекваліфіковуються” у знавців релігії.
Відрадно, що не у всіх регіонах православні педагоги стикаються з чиновників від освіти, які дивуються від запитання про гостру необхідність вивчення підростаючим поколінням свого релігійного коріння та культури, нерозривно пов’язаної з Православ’ям. Нещодавно предмет „Основи православної культури Криму” на офіційному рівні був введений у перелік обов’язкових предметів для вивчення у всіх державних закладах освіти автономії. Для цього, за висловом Анісії Титової (Всеукраїнське Педагогічне товариство, Крим), педагоги, батьки та духовенство провели ґрунтовну роботу. Спершу православні зайнялись суспільною думкою. Виступи на радіо та місцевому телебаченні, що відбулись за дієвої допомоги Товариства православних журналістів, не заставили довго чекати. Прискорити діалог та допомогти знайти спільну мову допомагають щорічні семінари, котрі проводить Кримське єпархіальне управління разом з Міністерством освіти Криму та Інститутом післядипломної освіти АР. На одному з них вдалося зібрати усіх директорів шкіл, а конструктивний діалог, що відбувся з духовенством на чолі з митрополитом Сімферопольським і Кримським Лазарем згодом допоміг православним педагогам сіяти добре та вічне у юні душі. Нині за чіткою вказівкою священноначалля робота переведена у райони, створюються методичні кабінети, бібліотеки навчальних закладів поповнюються найновішими православними підручниками та книгами, а за кожною школою закріплений священик. З 1994 року у Кримській автономії змінилось шість міністрів освіти, але з кожним вдається знайти спільну мову.
Попереду руху стоять і представники декотрих західних регіонів України, де у представників старшого покоління ще залишилась пам’ять про викладання „Закону Божого” у школі, саме тому на місцях було ініційоване введення релігійного предмету з віроповчальним елементом. Про таке більшості православних педагогів годі й мріяти.
Виникає питання, яким чином православній більшості усієї України довести своє законне право на правду — істину, вистраждану православними дідами та прадідами? Своїми поглядами на проблему поділився директор коледжу ім. Сухомлинського, який вважає, що у сучасній, викривленій атеїстичним засиллям педагогіці, не існує чіткого тлумачення категорій „духовність” і „етика”, і це дає змогу спекулювати даними поняттями та перекручувати їх на власний розсуд.
З іншого боку, кандидат наук Володимир Синіцин (ВППТ, Вінниця) у доповіді „Православна традиція і сучасники” акцентував увагу на тому, що Православна Церква — не резервація, а живий духовний скарб наших пращурів. Нас ніяк не можуть обмежити „вузькі рамки” поняття „культура”, у які нас ставлять чиновники, адже вся наша культурна спадщина — звичаї, традиції, обряди — наскрізь пронизані Православ’ям. Тому й не слід боятися ніяких обмежень, оскільки культурології неможливо відірватись від церковності. На думку вченого, обов’язкове або насильне викладання, як і відвідування будь-якого православного предмету, суперечить самому духу православної культури, що сповідує свободу особистості, тому сам собі не вирішує жодної проблеми. Все залежить від того, хто і як буде його подавати дітям.
Дуже важливими є поклик самого педагога та розробка концепції предмету. Сьогодні важливо враховувати мінливі смаки та уподобання підлітків, що часто розмінюють живе спілкування на пристрасть до „віртуального світу” — комп’ютерів та телебачення. Сьогодні відбувається справжня руйнація сорому, що, за твердим переконанням професійного психолога Ірини Медведєвої (Академія наук РФ), є прямим розтлінням психіки, і це спричиняє важкі прояви психічних патологій. Це стосується усіх проявів життєдіяльності молодої людини. Протягом віків молодь у моді надавала перевагу яскравому вбранню — прагнення виділитись з натовпу притаманне кожній молодій особі, але тільки у ХХ столітті мода стала калічити людину. Саме тому важливо, на думку другого учасника священика Богдана Огульчанського, побудувати у власній системі викладання таку парадигму цінностей, яка б відповідала людині нового часу. Протоієрей Миколай Теодорович підкреслив необхідність попередження майбутніх суспільних напружень та протистоянь як одне з найголовніших завдань сучасної педагогіки.
Семінар був розділений на чотири секції: „Дошкільної і молодшої освіти”, „Середньої і старшої школи”, „Вузів та середніх спеціальних установ”, і, традиційно, „Недільних шкіл”.
Православні просвітники привезли на щорічну зустріч з однодумцями новітні авторські напрацювання, відео- та аудіопродукцію, обговорювали методики, учбові посібники і розробки уроків.
Протоієрей Анатолій Затовський, голова Всеукраїнського Православного педагогічного товариства, розповів учасникам про діяльність об’єднання, розкрив проблеми, з яким приходиться стикатись щодня. Незважаючи на стикання в органах юстиції, організація знаходиться тільки на стадії реєстрації, і це спричиняє цілий ряд проблем.
Згодом були зачитані пропозиції кожної з секції. На перспективу педагоги прагнуть налагодити конструктивний діалог з Міністерством освіти та Академією наук, іншими педагогічними організаціями. Була висловлена надія на плідну співпрацю між регіональними відділеннями на місцях. Педагоги ратували за надання товариству статусу юридичної особи, а також за акредитацію дипломів духовних шкіл, як це відбувається у всіх країнах колишнього радянського союзу.
Проведення семінару стало уже традицією, зріс його професійний рівень, тому й не дивно, що з року в рік збільшується кількість учасників. Нинішній семінар розкрив величезний потенціал православної педагогіки та її реальну здатність зупинити духовну деградацію молодого покоління. Та чи впустять православних педагогів до православних дітей? Питання залишається відкритим…

Винницкая епархия является одной из первых в плане развития и внедрения православной педагогики в региональных общеобразовательных школах. Более пятнадцати лет насчитывают некоторые учебные заведения, где педколлективы в воспитательном процессе делают сознательный уклон на православные ценности и культуру. В области успешно действует Ассоциация православных педагогов, поэтому и неудивительно, что на конференции делегация из епархии была одной из наиболее численных. Ее руководитель доцент Винницкого университета, кандидат искусствоведения Владимир Синицын поделился в интервью своими взглядами на современное состояние церковного педагогического движения в стране и перспективы его развития в будущем.

— Недавно новый министр образования заявил, что не является сторонником преподавания религиозных предметов в школе. Многие снова задались вопросом, когда же православная культура придет к православным воспитанникам в светской школе?
— Всякий человек — это большая загадка. В контексте постоянно меняющегося мира он не может существовать, не имея представления о духовных ценностях. Они могут быть размыты или сфокусированы, но получают полную окраску, когда человек приобщается к культуре своего народа. Ни для кого эти двери не закрыты, даже для министра.
За всю историю Киевской Руси не было большей беды, чем нашествие Тамерлана. Но наш народ в три дня отмолил свою землю. Сила молитвы, которая присуща нашей культуре, превозмогает все. Тамерлан развернулся и увел войско совсем в другом направлении. Это было настоящее Божие заступничество. Немножко нам не хватает упования — мы даже не представляем, какая за нами стоит сила, не только сила культуры, но и сила духа. От этого зависит очень многое.
Если говорить о личностном воздействии и о миссии культуры, то у кого было больше возможностей, чем у Петра Первого, который «рубил окно» в Европу и хотел из такого большого народа сделать Голландию. Почему ничего из этого не вышло? Потому что у этого народа была могущественная культура.

— Сегодня наше государство официально объявило, что будет равняться на развитые европейские страны. В ряде стран, например, Швеции и Румынии, в средней школе преподаются не культурологические, а вероучительные предметы, и это никак не мешает европейскому выбору этих государств…
— Я недавно вернулся из Рождественских чтений и считаю, что Церковь впервые заговорила на своем языке. Не на сленге здравого смысла мира сего, а именно на своем языке. В поздравительном слове Патриарха было сказано, что курс «Основы религиозной культуры» не религиозный курс, а курс культурологический. Казалось, что это отрицание? Ни в коем случае! Культура, которая образовала нас как народ, как православное государство, сама по своей природе церковная. Говоря о православной культуре, мы можем говорить о том основном, что сформировало нас как нацию. Поэтому пусть никого не страшит, что в наших современных условиях возможно только преподавание православного предмета культурологического цикла. Он сам по себе нравоучителен. А будет ли он вероучительным, зависит от того, утвердятся ли в воспитанниках добрые нравы. Это как следствие, а не как «входная дверь». В отличие от протестантских подходов, когда человека хотят утвердить в вере рациональными методами, Православие — не учение. Э это образ жизни и живая культура народа.

— Исходя из этого, насколько важна личность преподавателя в деле нравственного воспитания?
— Когда послы князя Владимира пришли в Византию, то не стали интересоваться основами вероучения, в отличие от чешских князей, которые отправили с такой же миссией своих послов. Те же говорили: «Ищем доброго закона». У нас абсолютно другое мировосприятие. Владимировых посланцев поразила сама красота истины, а не разговора о ней. Когда бояре увидели и услышали богослужение в храме Софии Константинопольской, то сказали: «Мы не понимаем, на небе мы или на земле». Они почувствовали то, о чем нельзя сказать словами, в чем нельзя убедить, чему нельзя обучить отрешенно, на уровне «разглагольствования о чем-то». Истина человеку дается через переживания. Если говорить о знании в славянской культуре, то у наших ученых оно шло через молитвенность и благоговение. Такое познание всегда давало знания с любовью. Этим Православие и отличается от современной системы, которую нам навязывает Запад — «Выучил. Сдал. Забыл… так много раз все забыл». При таком познании у человека главное не остается в душе. Оно не напишется на сердце и в уме, только в схоластических напоминаниях неких теологических положений.

— Многие воспитатели, и в первую очередь родители, часто задаются вопросом, где в воспитании находится граница между светским и духовным?
— На конференции я делился опытом работы с молодежными певческими коллективами. У нас при кафедральном соборе уже десять лет существует детско-юношеский хор. Дети за эти годы прошли немалый путь в познании духовной музыки. Человек, получивший такую прививку культуры, даже исполняя светские произведения, естественно, выбирает лучшее, что есть в них. Он их одухотворяет. Это совсем другое исполнение, в этой музыке открывается другая красота, она становится тоже по духу православной. Наши маленькие исполнители распространяют эту прививку добра и среди своих сверстников.
Образовательно-воспитательная культура Православия основана на уважении к человеческой свободе, и дети на это откликаются быстрее других. Отсюда и их особое чувство ответственности. Даешь свободу! В культуре только. Если дать свободу вообще, то получится анархия, но свобода в культуре порождает ответственность. Я много рассматривал, как старшие смотрят за маленькими, помогают. Все как в Церкви — настоящая семья.

— Кроме преподавания в университете, вы также являетесь воспитателем в средней школе. Это учебное заведение, наверное, одно из первых в Украине взяло ориентацию на православные ценности и культуру…
— Школе пятнадцать лет. Она прошла огромнейший путь. Ее выпускники закончили престижные вузы Киева, Москвы. Многие говорили, что мы создаем для них тепличные условия. Как они выйдут в мир, увидят суровую жизнь? На самом деле, такой ученик знает, что Тот, кто с ним, больше всякого человека в мире. Мне кажется, это главный вывод за эти годы.
Каждый выбирает себе свой путь, но всякий из них знает, где его гавань и где его всегда ждет помощь и понимание. Думаю, что значительное количество выпускников — люди, которые глубоко ориентированы в православной культуре. У многих свои семьи, многих постоянно вижу в храме. Так что школа помогла им протоптать дорогу в Церковь. И сейчас это часть большой семьи, большой Церкви.
Поначалу существовала опасность правовых коллизий. У нас есть зал с иконами. Но никто и никому за всю историю школы не указывал, как ему поступать в плане свободы вероисповедания. У нас учится много детей инославного исповедания. В этом наше самое большое завоевание. Представители других конфессий видят, что в нашем заведении есть огромной глубины культура, которая позволяет всем ее причастникам уважать иное мировоззрение. В Православии есть одна удивительная черта — терпимость. Не толерантность, как это нам сегодня хотят навязать, подменяя понятия. Толерантность — это когда человеку и на свою культуру наплевать, и относительно других все равно. А терпимость — когда свое хранишь и можешь уважать иное. Могу сказать, в школе всегда была терпимость и никаких межконфессиональных розней. Более того, многие родители подчеркивают то, что их детей обучают добру, ничего не навязывая.

— Вы стояли у истоков возрождения православного педагогического движения в Украине. Анализируя путь за пройденные годы, чего удалось добиться?
— В отличие от первых годов стремительно возрастает число сторонников в наших рядах. На последние Рождественские чтения собралось до пяти тысяч православных педагогов! Я своими глазами видел колоссальное количество неравнодушных людей. Это огромный потенциал отечественной педагогики. А сколько людей еще работает в этом ключе.
Всегда все зависит от готовности каждого отдельно взятого человека. Это вопрос не одного дня, когда с помощью какого-нибудь указа все будут делать правильно. Хороший плод долго созревает. Я думаю, что прошедшие пятнадцать лет были очень плодотворны. Появилось большое число учебников. Нужно еще и подготовить людей, которые бы могли воспользоваться этими пособиями. Думаю, что и это решится.
В Украине, как всегда, Крым впереди. Но мы отстали недалеко. По каким-то параметрам много успели сделать и другие регионы. У нас в Виннице есть хорошая материально-техническая база. Мы вышли на издание видеопрограмм, создали целую серию «Православная традиция и современность».

— Сегодня в контексте перспектив и задач развития православной педагогики говорят о глобализме…
— Мне кажется, что современная объединенная Европа скоро потеряет собственное культурное лицо, поскольку она вместо культурных ценностей создает общие нормы. То, что называется «общечеловеческими ценностями», на самом деле, подмена. Глобализация к вашей индивидуальности относится «толерантно», а вашу личность абсолютно не берет во внимание. Каждый из нас как личность и бессмертная душа в глобальной системе никого не интересует. И обучение в такой системе будет только для того, чтобы ее обслуживать. Вы будете до пенсии доктором, педагогом, а когда выйдете на пенсию, вам скажут: «Спасибо, вы в нашем обществе не нужны». «А кто я, я что, не педагог?». «Нет, вы, наверное, человек». «А что это такое?» Этому не учили. О том, что это «чело, обращенное в вечность», вообще речь не шла. И человек оказывается просто выброшенным на свалку цивилизации, туда, где лежат пластиковые бутылки и все, что она отработала. Цивилизация без культуры (в нашем случае без православной) — самоуничтожающаяся, потому что она-то и является порождением культуры. Заметьте, сначала в монастырях родилась наука, потом цивилизация ее вместо познавательной сделала прикладной, и люди начали создавать себе рынки потребления. И ради этих рынков начало крутиться все остальное.
Главный закон глобализации — золотое правило рекламы. Говорите правду, говорите много правды, но никогда не говорите всю правду до конца. Она обречена, потому что это искусственно созданная и саморазрушающаяся система. Если в лесу на землю падает лист, то через год это будет гумус. Это самообновляющаяся природная система. Сегодня мы видим, что вторичная система хочет взять на себя функции первичной. Отсюда происходит весь переворот. Ее пагубное действие проявляется не только в экологии. Идет уничтожение культуры — того, что сотворено в человеке изначала. Первообраз — это и есть культура, а не то, что мы себе придумываем. Поэтому, в какую бы обертку мы идеи глобализации не рядили, у них нет будущего. Это игра в тактику, но у нее нет стратегии, конца.

— Какие еще проблемы, на ваш взгляд, наиболее животрепещущие в православной педагогике? Что мешает ей полноценно развиваться?
— Проблемы у нас человеческие. Там, где человек, там и проблемы. Прежде всего мы не успеваем догонять потребности времени. Слишком много времени упущено. То, что сегодня наши дети хотят получить, мы еще не готовы им дать. Мы не готовы предоставить им это в той форме, в которой они готовы принять. Мы знаем, каков путь, но он не до конца отработан. Православная педагогика там, где коренной принцип — уважение к человеку, то, что в Православии называется любовь. Но любовь не на словах, а на деле. Такой подход требует колоссального терпения. Потому что дети, особенно в переходном возрасте, представляют довольно «сложный случай». В этот момент элементарное человеческое сострадание может сделать больше, чем какие то нравоучительные поучения.
Я думаю, что главная проблема в православной школе решится тогда, когда туда придет ось всей нашей культуры — Божественная литургия. И когда в школу вернется домовая Церковь, как это было во всех учебных заведениях до революции, тогда время, проведенное ребенком в школе, по словам Ушинского, превратится в тот невещественный капитал, которым человек приобретает Вечность.

— Что бы вы пожелали православным педагогам и родителям, которые ныне ратуют за возобновление христианских ценностей в отечественном образовании?
— Педагог прежде всего должен быть надежным человеком. Потому что «крайне его» уже в обществе нет. Педагог, это то, что будет завтра. От него зависит, каким после нас будет новое поколение. Поэтому, если наша главная сила — молитва, и земля наша стоит, пока есть сильные молитвенники, то я хочу пожелать каждому молитвенного стояния, упования и заступления Божьего. Сегодня я видел много прекрасных педагогов. И хочу пожелать им, чтобы они наше вековое наследие не только сохранили, но и умножили.

Такой обет в Кандагаре дал Богу «афганец» Петр Квашнин. Он стал священником и освятил мемориальную доску в честь афганца Олега Шаповала.

Лариса Махина, член Национального союза журналистов.

Этот телефонный звонок для протоиерея Петра Квашнина был особенным. Декан исторического факультета Черниговского педуниверситета им. Т.Г. Шевченко Юрий Анатольевич Русанов приглашал его освятить мемориальную доску на Черниговской школе №27 в честь в честь ее воспитанника Олега Шаповала, погибшего в Афганистане.
— Отец Петр, мы знаем, что вы тоже афганец. Не откажите, — слышалось в трубке.
— Спаси Господи, за такое доверие. Приду обязательно, — последовало в ответ.
В сторону даже самые срочные дела! А их у батюшки Петра, настоятеля Свято-Покровского храма в Михайлокоцюбинске, предостаточно. По благословению ныне почившего Антония, митрополита Черниговского и Нежинского, при поддержке Амвросия, епископа Черниговского и Нежинского, по просьбе афганцев он строит Свято-Никольский храм в Чернигове. В воскресенье и праздничные дни правит богослужение в Михайлокоцубинске, а будни полностью посвящает строительству храма в Чернигове. Как успевает? С Божией помощью. Да и опыт имеется. Из пепла поднял он сожженный безбожниками Свято-Покровский храм, теперь здесь всегда многолюдно. Сюда приезжают верующие из близлежащих сел, из Чернигова, других городов. Вот и черниговский Свято-Никольский начал с котлована на пустыре. И снова Бог послал добродетелей. Знаменательно, что один из благодетелей, Николай, родился 19 декабря, в день празднования святителя Николая, чудотворца. Он давно мечтал, чтобы в Чернигове был храм в честь его Ангела-хранителя. Красавцем растет новый храм. Проектировался он однокупольным, но будет семикупольным, в украинском стиле. Дважды в месяц в нем будут служить панихиды по погибшим афганцам, воинам, убиенным в годы Великой Отечественной и других войн. На данном этапе жизнь отца Петра полностью подчинена строительству церкви. Для него это естественно. Он из глубоко верующей православной семьи (по линии матери) всемирно известного силача Ивана Поддубного. От прапрадеда по наследству и получил не только недюжинную силу (отец Петр обладатель пояса по каратэ), но и духовную. Молитва — постоянный спутник его жизни — спасла его и в Афганистане.
«Если выживу стану священником», — дал он обет Богу во время жесточайшего боя в ущелье, куда дождем сверху поливали духманские автоматные очереди. И Господь даровал Петру жизнь, чтобы строить храмы, молиться за погибших. После войны афганец Петр Квашнин стал одним из первых студентов Черниговского духовного училища регентов и псаломщиков. Тогда же приобрел первый опыт возрождения храма, принимая активное участие в восстановлении черниговского Свято-Троицкого кафедрального собора, где часто нес послушание. Потом была Киевская духовная семинария. В 2004 году закончил Киевскую духовную академию. Неожиданный звонок Юрия Анатольевича Русанова разволновал батюшку. Он вспомнил Кандагар, «духов», словно нечистая сила, нападавших ночью, рыжие барханы с варанами и скорпионами, пещеры, беспощадный «афганец» (ветер), засыпающий песком все щели. По несколько дней оставались в горах без еды. Жара до 60 градусов, воду приходилось пить из грязных арыков. Многие болели желтухой. Боевые действия для безусых солдат были гибельными. В засаду к душманам нередко попадали целые батальоны. Война в чужой войне аморальна. Богом такие войны не благословляются. «Не убий!» — гласит Господня заповедь. Но на защиту Отечества православные благословляются, говорит батюшка.
10 февраля 2005 года в назначенное время отец Петр уже был в черниговской школе №27. На ее территории и прилегающей к ней улице собрались школьники, лицеисты Черниговского летного училища. Среди присутствующих были «афганцы», генерал Николай Петрович Волков, врач Владимир Александрович Беляев. Митинг, посвященный открытию мемориальной доски в честь Олега Шаповалова, 16-ой годовщине вывода советских войск из Афганистана, памяти воинов-интернационалистов, открыла директор школы Елена Петровна Пижун.
Олег Шаповал окончил школу в 1980 году. Учился хорошо. И девятнадцати не было, когда погиб в чужой стране, став жертвой «афганской мясорубки». В Чернигов его привезли в «черном тюльпане», хотели похоронить тайно, но ученики нашей школы устроили живой коридор. После панихиды, отправленной черниговским священником, ящик с гробом несли на руках до шоссе вопреки всем запретам.
Право выступить на митинге первым было предоставлено другу Олега Юрию Анатольевичу Русанову. Благодаря его настойчивости и стараниям было дано разрешение на установление мемориальной доски.
«Мы выиграем эту войну и этот бой», — были последние слова Олега Шаповала, настоящего патриота, бесстрашного воина. Он тоже наивно верил в необходимость выполнения интернационального долга в той непонятной войне. Олег был верным в дружбе и оптимистом в жизни. Очень любил свою маму, родных, Украину. Пуля сразила его, когда прикрывал отступление товарищей. Он часто рисковал собой ради спасения других. Об этом рассказал Юрий Русанов, обещая помнить своего друга до последнего дня.
Участники митинга особенно тепло встретили выступление матери Олега — Светланы Леонтьевны. 21 год минул после гибели ее сына, но сердце матери болит по-прежнему. Со слезами на глазах рассказала о сыне, благодарила Юрия Русанова, который стал для нее сыном, а его мама — сестрой, с которой ждали сыновей с войны, молились. Светлана Леонтьевна низко поклонилась всем, кто пришел почтить память ее Олега.
На митинге выступил уполномоченный Госкомитета Украины по делам ветеранов Черниговской области «афганец» А.Д. Волошко, заместитель Черниговской облгосадминистрации по гуманитарным вопросам В.Н. Тандура, заместитель председателя Черниговского горисполкома В.П. Куприяненко, председатель школьного совета Диана Бочарникова. Внимательно слушал присутствующих протоиерей Петр Квашнин. Мысленно, словно с боевой юностью встречался, вспомнил боевых друзей, которые не вернулись домой. Постоянно молился о них. Поэтому его выступление было проникновенной проповедью: «Всегда было добро и зло. Но какие силы победят, зависит от нас с вами. Сила зла навязывает войны, но сила добра побеждает. Бог не в силе, а в правде.
Даже после самых больших, опустошительных войн всегда строились храмы, чтобы духовно очищаться, молиться за погибших. В Киеве, Харькове построены храмы, в которых регулярно служатся панихиды по афганцам. Богу угодно, чтобы Его дом был и в Чернигове. Мы строим храм Святителя Николая Чудотворца на жертвоприношения, за благотворителей постоянно молимся. Пусть Господь помогает им во всем».
Для школы батюшка Петр благословил икону святителя Николая Чудотворца, чтобы святой был заступником и покровителем этого учебного заведения. Потом подошел к мемориальной доске и окропил ее святой водой. «И память его из рода в род. Вечная память…», — казалось, не устами, а сердцем бывшего воина молился он за погибшего, призывая благодать Божию.
После митинга в актовом зале состоялся литературно-музыкальный монтаж, посвященный памяти Олега Шаповала афганцам. На стенде, посвященном жизни и учебе Олега , его письма из Афганистана, фотографии, документы, извещение о его гибели. Рядом икона Святителя Николая, чудотворца, подаренная отцом Петром. На столике горящая свеча.
Память погибших почтили минутой молчания. Притихшие школьники внимательно слушали воспоминания Юрия Русанова, мамы Светланы Леонтьевны, афганца полковника А.В. Волошко, матерей погибших афганцев Л.А. Кожар, О.И.Алексеевой. Песни под гитару об Афганистане и Отечественной войне задушевно исполнили учитель школы Станислав Владимирович Савченко и ученик Павел Бойко.
Неизмеримое горе переживать сообща легче. Как на расстоянии сердца, так и на расстоянии времени события кажутся ярче, оцениваются объективнее, по совести. Поэтому по закону совести и памяти мемориальные доски необходимо открыть в честь всех погибших афганцев не только в школах и больше заботиться и о живых. По-разному сложилась их судьба, нередко трагично. Им больно слышать жестокое: «Мы вас не посылали в Афганистан». Но никто не хочет умирать. Пусть Господь хранит оставшихся в живых. Я молюсь о них. Честь им и слава!
Обет Богу стать священником, данный в грозный час, отец Петр выполнил. Слава Богу за все!

Ткаченко С.П.

Працюючи з молоддю, ми стикаємось з масою проблем, притаманних нашому часу. Розв’язувати ці проблеми допомагають шкільні психологи, але не завжди це приносить потрібні результати, бо сучасний погляд на душу зовсім протилежний погляду Церкви. А враховуючи те, що під духовністю найчастіше розуміють „душевність”, тобто коли художню літературу, яка розвиває пороки і пристрасті, пропонують як „сильну духом”, то ми зовсім розгублені в питаннях, які стосуються душі і духу.
Хотілося б поділитися проблемами з приводу духовного (а не душевного) здоров’я молоді і шляхах його покращення. Зауважимо, що наведені приклади стосуються підлітків, які не знайомі з православною культурою, у всякому разі подібного предмету вони не вивчають. У своїх напрацюваннях ми не претендуємо на оригінальність і можемо в чомусь помилятися, а чогось просто не знати, тому заздалегідь просимо вибачення за це і за неприємні для слуху речі, яких ми припускаємось при спілкуванні з відповідною аудиторією. Наша мета заставити людину мислити, тому ми, формулюючи проблему, пропонуємо шляхи її вирішення, і діти самі (свідомо чи несвідомо) знаходять правильний шлях — православний.
1. Спілкування молоді. Давати оцінку стану спілкування молоді між собою може кожний з нас. І як би ми його не характеризували, ми будемо єдині в тому, що цей стан хотілося б покращити. Як можна примусити дитину не лаятися? Можливо, заборонити? Але коли діти спілкуються між собою, наглядача поруч немає, а на сторонніх вони мало звертають увагу. Налякати тим, що це приносить шкоду? Але яка ж може бути шкода, коли всі так чинять (для них широкий шлях кращий вузького). „Доведіть мені, що сказаний чи почутий матюк на мене впливає: я його вимовляю, і нічого зі мною не трапляється. Це все дурниці”, — майже завжди можна чути подібну відповідь з вуст студентів. Дійсно, як довести невіруючій людині православні світоглядні переконання, розмовляючи з нею „її мовою”, тобто не використовуючи понять „Бог” і „сатана”, „рай” і „пекло” тощо? Можливо дослідження вчених з цього приводу стануть в нагоді? Але ж яких вчених? Які дослідження? Для того щоб вибрати потрібні аргументи для переконання, треба спочатку самому розібратися, де істина: тобто що мені потрібно, а що зайве. Люди віруючі помітили, що сьогодні межа, яка розділяла зло від добра, майже знищена, і те, що раніше було очевидно, зараз ні. Згадайте про те, як жили наші діди і прадіди, які у них були цінності, і порівняйте з сучасним станом. У їх чистому житті були контрастно помітні всі ті гріхи, якими зараз пишаються, те чого раніше цуралися, зараз стало невід’ємним атрибутом життя. А що ж тоді буде далі? Ми не знаємо Старого Завіту, де регламентуються стосунки людини і Бога, а тому не можемо дати відповіді про те, що такий народ зникає з лиця Землі, та й у підручниках з історії вказуються соціальні, економічні, політичні та інші причини, але не відступ людини від моральності (від Бога). „Спочатку було Слово…” (Ін. 1,1), і у підлітків теж починається все зі слів, які вони чують, а потім свідомо чи несвідомо повторюють. Де ж межа свідомості людини? В якій частині голови зароджуються думки? Яким відділом головного мозку я зараз думаю над почутим? А в якій звивині зберігаються „мати”, які час від часу злітають з наших вуст подібно гною з рани, що не може загоїтись? Пропонуємо питання: чому всі заборонені для вживання слова пов’язані зі статевими відмінностями чи стосунками? Хоч один мат не відповідає цьому твердженню? Коли підлітки починають переривати свій убогий словниковий запас, який містить мати, та похідні від них лайки, вони розгублюються. Тепер ці діти „наші”, і їм можна подати православні роз’яснення, причому чим більша в них зацікавленість, тим більше можна лякати їх тим, до чого призводить лайка. Вони сприймають повідомлення свідомо, а не „відключені” так само коли їм „читають мораль”. Можливо, усвідомлення цих речей стане першим поштовхом у роботі над чистотою своєї мови.
Але якщо відкинути лайку в спілкуванні молоді і критично підійти до інших „слів-паразитів” чи „штампів” на кшталт „вівця”, „брат” тощо, то можна помітити їх зв’язок з духовним життям віруючих: ми всі брати і сестри; ми вівці, а наш пастир — Христос тощо. Тут найцікавішим є висловлення “не гони беса”, або його скорочений варіант „не гони”. Спробуємо розібратися. По-перше, якщо „бєс” існує, тоді існує і Бог, а отже, можна визнати Його „перевагу” над нечистою силою. І як висновок з’являється твердження про те, що краще не відганяти від себе Бога, а треба якомога далі відганяти від себе деструктивну силу, яка приносить шкоду і руйнує життя. Якщо ж людина припускається іншого і вважає, що потойбічного життя немає, то навіщо казатидурниці про „бєса»? Можна придумати якусь іншу фразу.
2. Шкідливі звички. Доводи про погіршення стану здоров’я від зваб молоддю не сприймаються зовсім: „У житті треба все спробувати”. Чи можна вплинути у цьому випадку на їх „я”. Пропонуємо розглянути поняття „сила волі” (духу). На запитання „чи можеш кинути палити?” чуємо відповідь: “Зможу, але навіщо це мені?” Найскладніше в цьому діалозі показати співрозмовнику, що це потрібно, хоча б для перевірки його сили волі: чи вистачить у нього духу втриматись бодай деякий час без паління або розпивання спиртних напоїв. Наводячи безліч прикладів прояву сили волі та жертовності у житті наших прадідів (та з позацерковного життя), можна акцентувати, що такі вчинки сучасним людям „не під силу”. Виходить, ми стали слабкіші.
Головна мета таких розмов — поштовх до шляху виховування „сили волі». Але треба домогтися того, щоб дітям було зрозуміло, що це потрібно не нам, а їм, що вони для себе повинні доводити „силу волі”, а не для нас. А якщо вони захочуть отримати конкретні поради (вправи), то в цьому випадку православна аскера стане до речі.
3. Телевізор, комп’ютер, мобілка. Як ми вже зазначали, головною проблемою сучасної людини є відсутність знань про добро і зло. Для того щоб яскраво зобразити стан людини, скористаємось прикладом, який, заздалегідь просимо вибачення, буде трохи бридким. Отже, сучасну людину порівняємо з собакою, яка лиже пилку, причому її зазубрену частину. Собака відчуває смак крові і тому починає лизати сильніше і частіше. Святі Отці досить часто наводили паралелі з безсловесними, і це давало свої позитивні результати, бо тварини були поруч: люди жаліли власну худобу. Зараз цей приклад не повертає увагу людини власне до себе — це будь-хто з оточуючих людей, але не я, у мене все гаразд. А, може, ми просто не знаємо, що таке „гаразд”?
Яка користь від зазначених вище телевізора, телефону, зокрема мобільного? Тут ми можемо перелічити декілька позитивних сторін. А яку шкоду вони нам спричиняють? Може, це лише розмови? Яких же чинників більше: позитивних чи негативних? І за якими критеріями ми розділяємо ці чинники? Уявіть тільки собі: ми ж говоримо погано про гарні речі! Це все одно, що найкращого друга уявляти ворогом. Це неможливо. Ще важче уявити, відчути ворога другом. А коли я розповідаю про шкоду телевізора, комп’ютера чи мобільного телефону, то я сам стаю ворогом. І тому наше найголовніше завдання — довести, що православне вчення — це ліки для душі, що елементи православної культури на уроках — це щеплення проти таких захворювань, як ворожнеча, ненависть, сварки, грабежі, бійки, вбивства, депресія, розпач, самогубство тощо. Коли мені ставлять діагноз „хвалько”, то порад жодних, як зробити так, щоб не хотілося подати себе в суспільстві кращим за інших. Тільки при знайомстві з сильним за духом і рятівним вченням Христа можна знайти відповіді на духовні питання і запити, а ми, здебільшого, обмежуємось тим, що знаємо, коли яке свято і що на це свято робили наші прадіди. Як неможливо відчути аромату квітки, яку ми бачимо на телеекрані, так не можна судити про православну культуру через призму атеїстичного, матеріалістичного чи язичницького світогляду оточуючих. Отже, якщо зволіти спілкуванню з „бездушними ідолами” сьогодення спілкування з живими людьми чи Богом (навчити вести себе в суспільстві може тільки моральний закон), то ми отримаємо міцне підґрунтя для державотворення, бо станемо ближчими один до одного.
4. Ставлення до ближнього. Прірва, яка існує зараз між батьками і дітьми, між сусідами, між тими, хто має різні погляди на якісь речі чи явища, зростає кожного дня. Ми стаємо більш роздратованими і все менш терпимими один до одного. Ми хочемо бути най-най і щоб до нас ставились згідно нашої думки про себе думки. Але виходить не так, і ми не маємо миру в душі. І все це через те, що ми забули просту істину: „Як ви хочете, щоб до вас ставились, так і ви ставтесь до інших”. А як я можу ставитись до іншого доброзичливо, коли я вважаю себе кращим за нього? Отже, треба спочатку подивитися на себе, побачити всі свої недоліки і зусиллями над собою позбавитись їх. Яке ж вчення можна при цьому використати? Саме вчення Христа — вчення любові. Бо приклад його жертовної любові не має більше аналогів в історії людства.
5. Статеві стосунки. Якими мають бути відносини між різними статями? Невже романтичні оповідання і романи допоможуть мені знайти свою половину? Аж ніяк! Мої райдужні думки не мають ніякого зв’язку з сьогоденням. І чим більше я сприймаю інформації про щасливі стосунки між закоханими, тим більше я пристосовую це в своїй уяві до себе, тим далі я відходжу від „свого щастя”, бо не бачу цього в оточуючих. Так навіщо „відриватись від землі”, поглинаючись пристрастями і пороками, в пошуках „свого щастя”, якщо треба просто звернутись до себе і змінити себе. По-перше, ми про цей спосіб отримання земного щастя не знаємо, а, по-друге, не знаємо, як його досягти. Де ж розкривається зміст і форма стосунків між чоловіком та жінкою? Саме в Святому Письмі ми можемо про це дізнатися.
Іншим прикладом роботи в цьому напрямку є відомості про телегонію та наведення безлічі прикладів, які підкреслюють важливість відсутності дошлюбних зв’язків, помірності в стосунках та профілактику захоплення похоттю. І приклади поведінки спортсменів перед змаганнями, і монахів в монастирях, і відомих чи малознаних особистостей — все це може привернути увагу до чистоти і збереження цнотливості. Головне — цей матеріал подати не як систему заборон утіх сучасного життя, а як єдино можливий засіб збереження власного здоров’я і майбутнього наших дітей.
6. Розпорядок дня. Хто з нас додержується систематичності протягом дня? Хто знає, скільки йому треба працювати, щоб не перетрудитися і не стати лінивим? Хто знає, що, коли і як треба їсти? Хто знає, як і скільки треба спати? Чи потрібна ранкова гімнастика? Можна продовжити цей ряд далі, але не в красномовстві заданих питань суть, а в тому, що ми не можемо дати вичерпну відповідь по кожному з них. Ми знаємо, що Адам і Єва, знаходячись в раю, мали дві заповіді щодо посту — не їсти плодів з одного дерева, і щодо роботи — наглядати за раєм. А духовний стан перших людей був таким, що вони постійно прагнули Бога. Ми забули Бога, працювати і поститися не хочемо, бо ми знаємо краще всіх, що нам потрібно і як це треба робити. І як тоді довести сучасному поглиначу їжі, що пост необхідний для здоров’я? Як навчити його відчувати міру у всьому? Можливо, приклади з медицини та сучасні відкриття вчених стануть в нагоді під час переконання молоді в „необхідності” для них утримань, ранніх підйомів, приємної і посильної фізичної роботи протягом дня тощо.
7. Чудеса в нашому житті. Чи можливе чудо в сучасному світі? І що ж таке чудо? Якщо це можливість неможливого, попрання законів буття, якщо все те, про що розповідається в житіях святих, було насправді, то чому зі мною не може відбутися цього (маємо на увазі не подвиг мучеництва, а прояв дарів Духа Святого у пророків, апостолів, преподобних тощо)? Чи буде чудом, що я кину палити під впливом переконань яскравої особистості православного педагога? Якщо цю перемогу над самим собою я вже одержав, то що мені заважає перемогти себе в чомусь іншому? Здобуваючи певний досвід, я пізніше зможу поділитися ним з іншими. Але на початковому етапі, якщо я свідомо підхожу до лікування своєї духовної немочі, мені потрібний досвідчений фахівець (викладач православної культури чи священик) і посібник з цих питань (підручник з православної культури, праці Святих Отців тощо).
Отже, знайомство з Православ’ям, його вченням і традиціями має духовно оздоровити як кожну особистість окремо, так і весь наш народ в цілому. Але це знайомство повинні здійснювати фахівці, бо „найманець”, який не є пастирем, не турбується про стадо і приносить йому шкоду. Тому краще, коли діти зовсім нічого не будуть чути про відповідні речі, бо в противному випадку їм буде здаватися, що вони вже це вивчали і їм це не потрібно. Якщо викладач, який не розуміється на вищезазначених питаннях, спробує їх відтворити без відповідної підготовки, то це призведе до шкоди. Я не можу раптово прийти на урок і почати „вбивати» в голову дітей те, чого вони не можуть сприйняти — вони повинні самі мене про це благати. А це можливе тільки у випадку, якщо нам вдається довести аудиторії, що вона духовно хвора, і ми самі, при цьому, стоїмо на шляху видужання. Тому при умові наявності висококваліфікованих спеціалістів, підручників та методичних посібників з даної теми, при вивченні православних дидактичних напрацювань ми зможемо досягти певного прориву в справі духовного оздоровлення підростаючого покоління.

Протоієрей Владислав Софійчук (Київське відділення Всеукраїнського Педагогічного товариства): «Нинішнє засідання пройшло в конструктивному руслі. У своєму розвитку ми пройшли за короткий час дуже великий шлях. Приємно, що у кожного православного просвітника зустріч з колегами викликає радість та бажання поділитись досвідом. Ми можемо розраховувати на підтримку один одного і в методичному обміні, і у молитовній підтримці.
Ми зрозуміли, що зі своїми проблемами нам не слід залишатися наодинці, але йти назустріч один одному як у регіонах, так і на всеукраїнському рівні, об’єднувати спільні зусилля у боротьбі за виховання морально здорового молодого покоління.
Ми домовилися про створення при Синодальному відділі місіонерства і катехизації центрального методичного кабінету Української Православної Церкви, де б усі православні педагоги на місцях, хто відчуває нестачу посібників, наглядового матеріалу чи має бажання збагатитись концептуально, приїжджали у столицю і отримували дієву допомогу. Раніше обговорювали це питання з владикою Филипом, а сьогодні відшукали охочих поділитись власним досвідом”.

Сергей Волков Харьковская епархия, преподаватель миссионерско-катехизаторских курсов):( «Конференция очень хорошо подготовлена. Подняты серьезные вопросы, которые дают возможность не только священнослужителю, но даже и светскому, воцерковляющемуся педагогу разобраться во многих духовных вопросах. Многим подобные встречи дали мощное целеопределение в жизни, а именно духовное познание основополагающих моментов педагогического процесса.
В нашей епархии открыт православный телеканал, проводятся телепередачи, в том числе рассчитанные на молодежную аудиторию. В их создании принимают деятельное участие православные педагоги. Этим опытом мы делились со своими собратьями».

Валерий Хильченко (доцент Восточно-украинского национального университета, кафедра религиоведения): «Вне основ педагогического образования, вне основ святости, на которых должна строиться педагогика, нельзя созидать личность. Потому что личность — это существо, восходящее к Богу. Православному педагогу, как и каждому человеку, главное понять, что задача и смысл его жизни — по ступеням восходить к святому, Божественному. Часто в философии, риторике и других дисциплинах бравируют словом «духовность». В Евангелии сказано: «Испытывайте духов». Ведь ступени могут не только возвышаться, но и опускаться. Нам надо определиться, куда эти ступени ведут. Есть два уровня духовной вертикали. Вверх — к святому или вниз — к инфернальному.
Путь к святости — один из них. Он предполагает огромный труд души, и настоящему духовному учителю надо знать, как привести своих воспитанников к высокому. В этом случае замечательны слова святого Игнатия Брянчанинова. Он говорил: «Я всматриваюсь в зеркало. А зеркало — удивительная вещь. На одной стороне я вижу свой искаженный образ, а на другой — абсолют». А что это за абсолют? Оказывается, педагогика не может существовать вне педагогического идеала. И таким идеалом, я считаю, есть Христос».

Сергій Микуланинець (голова відділу місіонерства та катехизації Мукачівської єпархії): “Подібні конференції і з’їзди стимулюють гуртуватися педагогів на місцях. Декілька місяців назад педагогічна конференція відбулась в Ужгороді, а у лютому на прохання місцевих православних викладачів та при дієвій участі ректора Ужгородської богословської православної академії професора диякона Віктора Бедя у кожному благочинні Мукачівської і Хустської єпархій були організовані відділи Всеукраїнського Православного товариства. Педагоги на місцях побачили, що вони не одні, їх вже багато. Завдячуючи піклуванню викладачів, батьківських комітетів, громадських діячів, у декотрих школах почали запроваджувати викладання православних дисциплін. Нинішня конференція дає змогу побачити, до представників якого регіону слід у першу чергу звернутися, щоб збагатитися досвідом, отримати належні матеріали для налагодження викладання церковних дисциплін”.

Підготував Володимир Свистун