Україна Православна

...

Официальный сайт Украинской Православной Церкви

06.04.2009. ДЖАНКОЙ. Духовник епархии игумен Авель (Апанович): «Наше дело сеять глаголы Божьи»

— Отче, расскажитенемного о себе. Как вы пришли в Церковь и что побудило Вас в своё время принять монашество?
— Господь призвал меня в Церковь в семилетнем возрасте в качестве пономаря. Я родился в Тульской области Киреевского района в 1955 году на праздник Пресвятой Троицы в 4 часа утра и сразу же запел, глядя на небо, таким сильным и высоким голосом, что все окружавшие меня были очень удивлены. Отец мой, будучи человеком неверующим или, скорее, маловерующим, высказал мысль о том, что я, вероятно, буду лётчиком. Мама же предположила, что с таким голосом мне суждено будет стать артистом, скорее всего, оперным певцом. Однако, как показала дальнейшая моя жизнь, все они ошибались. Мама моя происходила из семьи сельского диакона, родилась в Калужской области недалеко от знаменитой Оптиной пустыни.
По линии матери мой прадед был монахом. В начале он был семейным человеком, имел жену и двоих детей. Но его супруга рано скончалась и ему одному пришлось воспитывать сына и дочь. Прадед не захотел вступать во второй брак, сказав по примеру святых отцов, что первый брак от Бога, второй — от человеков, а третий от диавола. Поэтому он решил принять монашество и уйти в монастырь.
Второй мой прадед подвизался в иноческом чине на Афоне, однако, волею судьбы оказавшись в России, стал свидетелем национальной катастрофы, то есть революции 1917 года с её известно-печальными последствиями как для страны в целом, так и для Русской Православной Церкви в частности. В 1924 году он вместе с группой монахов Ново-Афонского монастыря в Абхазии был вывезен большевиками на барже в открытое море, после чего она была затоплена вместе с находившимися на её борту. Таким образом, прадед мой, как и все пострадавшие вместе с ним, стал новомучеником Русской Церкви. Первым храмом, в котором я пономарил, был храм в честь Пресвятой Троицы в г. Армавире. Вторым – храм Преображения Господня. И вот здесь у меня окончательно созрело решение стать в будущем священнослужителем. В Преображенском храме служил настоятелем белый священник. Хотя он и был человеком семейным, однако вёл строгую, подвижническую жизнь и строго требовал от пономарей образцового исполнения своих обязанностей, что в свою очередь весьма положительно влияло на прислужников-пономарей, в числе которых находился и я.

— В чём Вы усматриваете свою основную задачу как духовника епархии?
— Мой духовный отец архимандрит Кирилл (Павлов) в своё время на вопрос, есть ли на Руси старцы, отвечал: «Насчёт старцев не знаю, но старики есть». Старцы, тем не менее, были, например, архимандрит Серафим Тяпочкин, которого я имел счастье знать лично и по благословению которого был рукоположен в диаконский чин 8 января 1981 года. У владыки архиепископа Корсунского Валерия был замечательный обычай привозить кандидатов в священники к своему духовнику. Среди трёх кандидатов, попавших к этому духовнику, был и я. Из трёх кандидатов благословение на рукоположение получили двое, включая и меня. В том, что соизволением правящего епископа я — духовник Джанкойской епархии, я усматриваю Промысл Божий, и мне надлежит с честью и достоинством нести своё послушание во славу Божью, как и сказано у царя-пророка Давида: «Работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему с трепетом». Я испытываю радость не по поводу своего назначения, а оттого, что имею возможность соучаствовать в домостроительстве спасения Божьего.

— Батюшка, каковы на Ваш взгляд перспективы духовно-нравственного совершенствования клириков и верующих нашей епархии?
— Наше дело сеять глаголы Божьи, а уже Господь Сам будет их взращивать. Быть духовником епархии для меня великое и ответственное дело. Ко мне будут приходить равные по чину и достоинству священники. Поэтому мне предстоит быть своего рода умывальником, через который Господь Бог будет посылать Свои водные струи благодати, смывающие духовные нечистоты исповедающихся. Согласно традициям Русской Православной Церкви все священнослужители в период всех четырёх постов церковного года обязаны исповедоваться у духовника епархии. В настоящий момент я уже принимаю исповедь у ставленников в диаконский и священнический чины.

— В чём Вы усматриваете основные трудности своего послушания как духовника?
— Мы все люди грешные и как таковые нуждаемся в очищении и покаянии. Каждый, приходящий на исповедь, выливает, образно выражаясь, на принимающего исповедь духовника ушаты всякой грязи и нечистот, то есть, своего рода яда. И если бы духовник, принимающий на себя этот яд, не был защищён благодатью Божьей в храме, то он мог бы легко погибнуть. Вместе с тем, сам духовник должен быть благочестив, постоянно бодрствовать духовно. В этом случае люди сами будут бежать к нему на исповедь. Только в этом случае сам духовник может сказать о себе словами апостола Павла: «Подражайте мне, якоже и аз Христу».

— Отец Авель, расскажите, пожалуйста, о Вашем рукоположении и монашеском постриге.
— До принятия монашества я служил около 8 месяцев диаконом-целибатом, затем был рукоположен в сан пресвитера и в этом сане также служил несколько лет целибатом. Но когда мне исполнилось 29 лет, бывший в то время патриарх Пимен совершил мой монашеский постриг с наречением имени праведного библейского Авеля.

— Отче, и в заключение, скажите, в каких епархиях Вы служили?
— Служил в самых различных епархиях: в Белгородской, Липецкой, Южно-Сахалинской и других.