Свято у Полтаві
Ігумен Тихон (Васильєв)
10 жовтня Блаженніший Митрополит Володимир очолив урочисту Божественну літургію у полтавському Хрестовоздвиженському жіночому монастирі, за якою звершив чин прославлення у лику святих єпископа Афанасія (Вольховського). Ще звечора на в’їзді до Полтавської області Предстоятеля Української Православної Церкви зустрічали архієпископ Полтавський і Миргородський Филип, духовенство та віруючі.
У неділю зранку у Хрестовоздвиженській обителі свого Предстоятеля зустрічали керуючий Полтавською єпархією архієпископ Филип, архієреї з сусідніх єпархій, духовенство, сестри монастиря та чисельні прихожани, які приїхали цього дня до Полтави, щоб разом з Блаженнішим Митрополитом Володимиром помолитися до новопрославленого святого.
За Літургією Блаженнішому Владиці співслужили архієпископ Криворізький і Нікопольський Єфрем, архієпископ Полтавський і Миргородський Филип, секретар Предстоятеля УПЦ єпископ Переяслав-Хмельницький Олександр, духовенство єпархії. Цього дня за Літургією Його Блаженству також співслужив нащадок єпископа Афанасія (Вольховського) клірик Дніпропетровської єпархії протоієрей Георгій Вольховський.
Після входу з Євангелієм була відслужена остання заупокійна літія за спочилим єпископом Афанасієм, після чого з огласительним словом виступили два ієрархи – архієпископ Полтавський і Миргородський Филип зачитав рішення Священного Синоду Української Православної Церкви про причислення єпископа Афанасія (Вольховського) до лику місцевошанованих святих із встановленням дня пам’яті 14 січня за новим стилем (Журнал № 25 від 28 травня 2010 року) та архієпископ Криворізький і Нікопольській Єфрем зачитав житіє новопрославленого святителя.
Після цього під спів тропаря новопрославленому святому з вівтаря була винесена ікона із зображенням подвижника, і Предстоятель УПЦ Блаженніший Митрополит Володимир звершив перше молитовне поклоніння перед святим образом святителя Афанасія. Потім приклад Архіпастиря наслідували інші ієрархи і духовенство. Архієреї і всі, хто молився в обителі заспівали величання святителю Афанасію і тим прославили його у лику святих.
Після читання Євангелія до присутніх із архіпастирським словом звернувся Предстоятель Української Православної Церкви.
На урочистостях цього дня були присутні перші особи міста та області, представники владних структур, директори підприємств, ректори вищих навчальних закладів, представники громадськості, журналісти.
По завершенні богослужіння до Блаженнішого Митрополита Володимира зі словами подяки за святі молитви та радість молитовного та євхаристичного спілкування звернувся архієпископ Филип.
На молитовну згадку про цей візит до Полтави владика Филип подарував Його Блаженству ікону преподобного Серафима Саровського, написану вихованцями Полтавської місіонерської духовної семінарії.
У цей день Блаженніший Митрополит Володимир за заслуги перед Українською Православною Церквою нагородив орденами святителя Димитрія (Туптала), митрополита Ростовського, голову Полтавської обласної державної адміністрації Удовиченка О.В. та голову Полтавської обласної ради Марченка В.О., орденом святого великомученика Георгія Побідоносця Блаженніший Митрополит Володимир нагородив Полтавського міського голову Матковського А.В., а голову Котелевської районної державної адміністрації Корост Т.М. – орденом Священного Синоду Української Православної Церкви в пам’ять святкування 450-річчя принесення на Волинь чудотворної Почаївської ікони Божої Матері.
По завершенні нагородження Митрополит Володимир благословив віруючих. Далі Блаженніший Владика дав інтерв’ю місцевим засобам масової інформації.

Житіє святителя Афанасія Полтавського
(Бл. 1741 р.-1/14 січня 1801 р.)
Афанасій (Вольховський), єпископ Могилівський і Полоцький, народився в м. Полтаві в родині священика Павла Вольховського.
За свідченням рукопису, що зберігся в архівах Полтавської єпархії, при хрещенні дитина була наречена Федором. Дядько ж майбутнього святителя був єпископом Тверським, пізніше Ярославським, і йменувався також Афанасієм (Вольховським).
Федір закінчив Тверську духовну семінарію й Київську духовну академію.
Горе тим часом рано заглянуло в очі тому, для кого призначений був шлях скорбот і напастей. У двадцять три роки він втратив батька, потім благодійника й вихователя – дядька. Залишатися далі на чужій стороні молодому освіченому Вольховському не забажалось. У 1765 році, по закінченні Академії, – висвячений у священика в Миколаївській церкві м. Полтави.
1 жовтня 1769 року, після смерті дружини, прийняв чернецтво в Чернігівському Ільїнському монастирі й найменований Афанасієм, на честь святителя Афанасія, патріарха Цареградського, Лубенського чудотворця; ім’я вибране також і на згадку про вже спочилого на той час дядька його – архієпископа Афанасія. З 1770 року виконував різні послухи при Чернігівському кафедральному соборі й Свято-Троїцькому монастирі. У 1776 році призначений ігуменом Новгородського Кирилова монастиря. У 1781 році став намісником Олександро-Невської Лаври. У 1783 році був переведений спочатку в Новгородський Отенський Покровський Трьохсвятительський монастир, а потім – у Вяжицький (зі зведенням у сан архімандрита). 13 листопада 1785 року призначений архімандритом Новгородського Юр’єва монастиря.
6 травня іменним Її Імператорської Величності Указом архімандрит Афанасій (Вольховський) затверджений на Староруську вікарну кафедру Новгородської єпархії. 14 липня архімандрит Афанасій був наречений, а 30 липня 1788 року хіротонісаний у єпископа Старорусского, вікарія Новгородської єпархії. На цій кафедрі був найближчим помічником маститого старця – митрополита Гавриїла (Петрова).
«Близько п’яти років світив він на цій кафедрі, як на підсвічнику, і на шостому десятці своїх років переведений у місто Могилів – губернський, на самостійну кафедру, і саме в 1795 році, по кончині приснопам’ятного Георгія Конісського», – свідчить життєпис. З 5 березня 1795 року – єпископ Могилівський і Полоцький.
11 травня 1797 року нагороджений орденом святого Олександра Невського. У життєписі відзначено: «Два з половиною роки Святитель Афанасій безтурботно керував Могилівською паствою, серед якої і залишив по собі пам’ять мудрого та доброго пастиря не одним Окружним Посланням своїм до неї, але й тим найбільше, що в середовищі її «багато уніатських церков і народу навернув в благочестя (православ’я)». На увагу до таких, без сумніву, великих подвигаів, Імператор Павло Петрович, при Всемилостивійшому і льстивому рескрипті, 11 травня 1797 року, пожалував Єпископові Афанасію орден святого Олександра Невського. Але ця зірка була вже останньою на життєвому небокраї Святителя Божого та, як емблема земної величі й слави, скоро померкнула».
У тому ж році в Синод надійшов донос диякона Харкевича, в якому на єпископа Афанасія зводилися різні наклепу. У життєписі так описана ця подія: «Один недостойний диаякон, якийсь Харкевич, забувши настанови Слова Божого, по якому не личить диякону бути двоязичним, подібно Іуді Іскаріотському, що продав свого Вчителі й Господа за 30 срібників, продав свого архіпастиря Афанасія духу злості й лукавства, духу гордості й честолюбства: він оббрехав його жахливим наклепом. Посланий у Св. Синод донос зводив на Святителя Божого тяжкі злочини в моральному й навіть громадянському відношенні. Святитель Афанасій обвинувачувався, страшно вимовити, «у перелюбстві, хабарництві, недотриманні табельних днів і в інших не менш тяжких злочинах». Був вірний розрахунок донощика обвинувачувати єпископа, як ченця, – у перелюбстві, як начальника, – у хабарництві, як підданого, – у недотриманні табельних днів, тому що в цих пороках могло позначитися все худе про ненависного диякону свого архіпастиря».
Довідавшись про зміст доносу, Преосвященний Афанасій звернувся із проханням про звільнення його від управління єпархією, маючи за мету також відгородити Православ’я в краї від наруги та підозр.
Указом Імператора, в задоволення прохання, єпископ Афанасій (Вольховський) був зміщений з кафедри та призначений на спочинок у Мгарський Спасо-Преображенський монастир Полтавської губернії (27 серпня 1797 року).
Про несправедливий характер обвинувачень на адресу святителя свідчить той факт, що в справі про настільки тяжкі наклепи не було призначено ніякого слідства, а самому єпископові Імператорським указом була призначена пенсія.
З життєпису відомо наступне: «Отже, Святитель Божий Афанасій, що обрав при вступі до чернецтва Лубенського Угодника Божого, Патріарха Афанасія, своїм патроном, приходить до свого заступника й покровителя вчитися терпінню, яке народжується від скорботи, по слову Апостола. А скорбота у Святителя Божого була велика й сильна. І Царська милість, виражена згодом у даруванні йому пенсії, не утішила його. Більше всього боявся він тієї думки, чи не зробив він собою мимовільної спокуси. Ця, видно, думка була в нього невідчеплива, і тільки Милосердна Цариця неба й землі, наша славна Владичиця й Богородиця Приснодіва Марія, що подає людям «зміст кращий ніж природній», не залишала його й тоді Своїм Покровом, коли він сильно хворів душею, або, точніше сказати, був у великому духовному випробуванні.
Такий важкий стан перед переходом у вічність Святителя Божого Афанасія тривав близько півроку. Він прибув у м. Полтаву як би попрощатися з рідними й спочив у них на руках».
Помер 1 січня 1801 року в Полтаві. Похований у Полтавському Хрестовоздвиженському монастирі. Мощі його почивали нетлінне.
«Весьма утешительно для верующих и благочестивых православных людей узнавать, как протекала жизнь тех подвижников веры и благочестия, которые по кончине своей пребывают нетленны многие десятки лет, и даже сотни, и которые и заживо, и по преставлении своем неоскудно изливали и изливают милости свои всем призывающим их молитвенно на помощь. Такие Угодники Божии, не будучи еще канонизованы святой Церковию, тем не менее, чтятся Боголюбивым народом русским, который, совершая о таковых панихидные моления, прибегает и за их помощью. К числу таких Угодников Божиих относится … и Полтавский святитель, нетленно почивающий в тамошнем Крестовоздвиженском монастыре: епископ Афанасий, преставившийся … в начале 1801-го года. Почивает он под сводами соборного храма Крестовоздвиженского мужского монастыря, в г. Полтаве, в одном из отделений тамошней усыпальницы», – свідчить історичний опис.
У 1882 році призначений на Прилуцьку кафедру (Полтавське вікаріатство) блаженної пам’яті Преосвященний Іларіон (Юшенов), оглядаючи гробницю Преосвященного Афанасія, виявив нетління тіла його. Про це він сповістив Синод, звідки послідувало розпорядження винести труну з усипальниці, а в склепі влаштувати церкву, де поставити мощі й там служити панахиди до часу офіційної канонізації.
Через велику кількість зцілень і чудес матеріали щодо канонізації святителя Афанасія були підготовлені в короткий час. Ім’я святителя було внесено в Полтавський патерик, що готувався до видання.
Так зверталися в молитвах до ще не прославленого угодника Христового: «Скорбный Святитель Божий Афанасий, помолись о нас Господу Богу, аще имаши дерзновение к Нему молитися за ны, прибегающии к тебе. Воззри на наши скорби, на клевету, и нас облегающую, и расторгни узы и мрежи, связующия нашу душу. Дай нам помощь молитвами твоими, да укрепит Господь наши силы и наш ум, умерщвляемые грехами, да ограждаемые крестным знамением и помогаемые Пресвятою Госпожею Девою и Богородицею, поживем в благочестии и чистоте и, тако достигнув вечера жизни нашея, отыдем к незаходимому Свету — Христу. Аминь».
Торжества із нагоди прославлення святителя Афанасія планувалося провести після Собору Російської Церкви 1917 року, однак цьому перешкодила революція, що почалася.
Є численні свідчення про силу молитовного предстательства блаженної пам’яті єпископа Афанасія. Так, у дореволюційних монастирських архівах зберігалися записи про зцілення по молитвах святителя Афанасія:
міщанки Ганни Прокопенкової – від сильної хвороби ніг;
міщанина Ф. Новосільського – від тяжкої хвороби правої руки, якою він протягом півроку не володів;
дівиці Зінаїди Бараново – від тяжкого запалення руки й від ампутації, що загрожувала. Є свідчення губернського секретаря Я. П. Матюхи про чудесну допомогу Полтавського святителя, що проявилась у рятуванні від несправедливого обвинувачення.
У книзі, виданій більше 100 років тому, висловлене тверде переконання: «Жизнь этого Святителя разрешилась скорбями, вследствие перенесенных им людских напастей и клеветы человеческой, и, вероятно поэтому, он, будучи сам искушен клеветою, может и другим, сущим в скорбях от клеветы и напраслины, помогать данною ему от Бога благодатью».
Воістину чудесним образом Господь зберіг чесні останки святого Свого угодника. Мощі, що почивали нетлінно в особливому склепі Хрестовоздвиженського собору Полтавського монастиря, після більшовицького перевороту були передані у краєзнавчий музей Полтави в якості експоната антирелігійної виставки. Там вони перебували до початку Великої Вітчизняної війни, а з приходом окупантів були таємно перенесені в монастир і поховані під підлогою соборного храму обителі. Коли ж краєзнавчий музей згорів, утвердилося переконання в тому, що разом згоріли й святі мощі єпископа Афанасія (Вольховського). І хоча було відомо про справжнє місце знаходження святих останків, церковна влада не квапилася розголошувати це (зі справедливого побоювання можливої наруги над мощами від рук безбожників). Близько 1995 року мощі були перепоховані на монастирському цвинтарі між Хрестовоздвиженським собором і Троїцьким храмом.
У 2009 році за благословенням та при особистій участі архієпископа Полтавського й Миргородського Филипа почалися роботи зі збору матеріалів для канонізації єпископа Афанасія (Вольховського). Був складений проект тропаря й кондака, а також іконописного зображення святого. На засіданні комісії з канонізації святих при Священному Синоді Української Православної Церкви, що відбулося в Києві 2 березня 2010 року, під головуванням глави комісії архієпископа Херсонського й Таврійського Іоанна був розглянутий рапорт керуючого Полтавською єпархією про можливість причислення єпископа Афанасія (Вольховського) до лику місцевошанованих святих.
Комісія ухвалила направити Блаженнішому Митрополиту Володимиру рапорт із проханням розглянути питання про канонізацію святителя Афанасія (Вольховського).
27 травня 2010 року Священний Синод Української Православної Церкви на засіданні розглянув зазначений рапорт голови комісії з канонізації святих.

Діяння Священного Синоду УПЦ
Від 27 травня 2010 року
Журнал № 25
У засіданні Священного Синоду Української Православної Церкви під головуванням Блаженнішого Володимира, Митрополита Київського і всієї України, –
Слухали рапорт Преосвященного Іоанна, архієпископа Херсонського і Таврійського, Голови Комісії по канонізації святих УПЦ про причислення до лику місцевошанованих святих Полтавської єпархії єпископа Афанасія (Вольховського) (+1. 01. 1801 р. ст. ст.).
Розглянувши житіє, труди, подвиги, чудеса та враховуючи народне шанування єпископа Афанасія (Вольховського) –
Ухвалили:
1. Благословити для місцевого прославлення та шанування архієпископа Афанасія (Вольховського).
2. Затвердити іконописне зображення Святителя Афанасія Полтавського, Мгарського.
3. Останки Святителя Афанасія Полтавського, Мгарського, якщо такі є, вважати святими мощами.
4. Пам’ять Святителю Афанасію Полтавському, Мгарському звершувати – 1/14 січня.
Піднести подяку Всемилостивому Богу, дивному у святих Своїх, що явив нам нового молитвеника за нашу Святу Церкву та наш народ.
† Володимир,
Митрополит Київський і всієї України,
Предстоятель Української Православної Церкви
Члени Священного Синоду:
† Никодим, митрополит Харківський і Богодухівський
† Агафангел, митрополит Одеський та Ізмаїльський
† Іоанникій, митрополит Луганський і Алчевський
† Онуфрій, митрополит Чернівецький і Буковинський
† Марк, архієпископ Хустський і Виноградівський
† Іоанн, архієпископ Херсонський і Таврійський
† Феодор, архієпископ Мукачівський і Ужгородський
† Агапіт, єпископ Сєверодонецький і Старобільський
† Митрофан, архієпископ Білоцерківський і Богуславський
Прес-служба Полтавської єпархії УПЦ

Международный фестиваль православного кино «Покров-2010»

Творчий політ – нормальний
Кінофестиваль православного кіно «Покров» і в цьому році засвідчив наявність активної творчої атмосфери

Олександр Яровий,
кандидат філологічних наук
Вже восьмий раз у приміщенні Будинку кіно скликає гостей Покровський кінофестиваль, який став помітним явищем православного життя столиці й культурного контексту сучасної України (та й не тільки України). Нинішній фестиваль приурочений 65-річчю Великої Перемоги та 75-річному ювілею Блаженнішого Митрополита Володимира. Як запевнили організатори кінофоруму, інтерес до православного кіно зростає не тільки в країнах, де традиційно сповідують Православ’я, а й по всьому світу.
На кінофестивалі представляються фільми трьох напрямків: художні, документальні та анімаційні. Цього року було чотири десятки картин: з них п’ять – ігрові фільми різного хронометражу та досить високе число (15) анімаційних стрічок, решта – документалістика. Участь взяли кіномитці із шести країн.
На врочистому відкритті були оприлюднені численні вітання. Зокрема, надійшло найголовніше благословення – від Патріарха Московського та всієї Русі Кирила, яке зачитав архімандрит Іона (один із незмінних учасників та організаторів цієї культурно-мистецької події).
«Дорогие братья и сестры, организаторы, участники и гости VIII Международного фестиваля православного кино «Покров-2010»! Сердечно поздравляю вас с началом этого представительного форума, собравшего в древнем Киеве лучших режиссеров, сценаристов и журналистов, которые в этих непростых условиях создают современное православное кино. Понимаю, как нелегко сегодня, когда требуется особое мужество, чтобы противостоять соблазнам разделений и размыванию нравственных устоев, создавать христианские фильмы и телепередачи. Нелегко добиваться и того, чтобы их увидели миллионы зрителей. Ведь, к сожалению, достоинство плодов культурного творчества в наши дни зачастую измеряется их способностью любой ценой обеспечить материальную выгоду. Надеюсь на то, что православным работникам кино удастся найти такие темы для новых православных фильмов, которые смогли бы увлечь современного зрителя. Надеюсь и на то, что их качество будет соответствовать важности стоящих перед нами задач. Мы не должны отступать от православных традиций, не должны капитулировать перед конъюнктурными требованиями массовой культуры. И в то же время должны создавать такие христианские фильмы, чтобы они были понятны не только воцерковленным людям, но и тем, кто пока еще не укоренился в отеческой вере. Вам дано высокое право быть услышанными и увиденными. Вам дана необходимая возможность создавать кино, говорящее о главном в жизни каждого человека. На вас лежит огромная ответственность за каждое слово, за каждый кадр, который отображает суть и смысл Православия. И одновременно это радостные заботы, потому что вы служите Церкви и людям, которые уповают на спасение и милость Божию.
Призываю Божие благословение на ваши труды и добрые начинания.
Кирилл, Патриарх Московский и всея Руси»
Вітання від Предстоятеля Української Православної Церкви зачитав Архієпископ Митрофан.
«Шановні організатори, учасники та гості кінофестивалю «Покров»!
Євангельське слово – це звістка про Спасителя та про можливість спасіння, а ЗМІ в руках у християн – це засіб розповсюдження цієї звістки. Бог-Слово стає людиною, щоб звернутися до людей безпосередньо. Слово проповіді втілюється в різних темах, кінофільмах, телепрограмах, на сторінках друкованих та інтернет-видань з бажанням бути почутим та зрозумілим кожній людині. Проповідь за допомогою сучасних засобів масової інформації – це важливе і вкрай необхідне для служіння Церкви в сучасному світі. І тому дуже важливо, щоб кіномистецтво розвивалося не на засадах світу цього, а мало «наріжним каменем» самого Христа, християнський спосіб мислення та життя. Тому звертаюся до вас словами апостола Павла: «Стійте, підперезавшись кожен своєю правдою, зодягнувшись у вбрання праведності, візьміть щит віри, яким зможете погасити всі розпечені стріли лукавого, і шолом спасіння візьміть, і меч духовний – Слово Боже». Кожного часу моліться духом і дбайте, щоб могли ви розкривати світові таємниці Євангелія.
Бажаю всім учасникам кінофестивалю «Покров» творчої наснаги, плідної праці, а гостям фестивалю бажаю отримати насолоду та користь від перегляду.
Володимир, Митрополит Київський та всієї України,
Предстоятель Української Православної Церкви»
Не лишився осторонь наш Президент України, який сповідує православ’я. У привітанні Віктор Федорович Янукович зазначає: «Дорогие участники и гости кинофестиваля! Примите мои сердечные и теплые поздравления по случаю открытия VIII Международного фестиваля православного кино «Покров». Из года в год в канун великого православного праздника Покрова Пресвятой Богородицы древний Киев собирает представителей братских православных Церквей, общественность и творческую интеллигенцию, деятелей культуры и искусства, чтобы на несколько дней стать центром дружеского общения людей, объединенных общим желанием сделать этот мир добрее. Ваш кинофорум – это уникальный социально-культурный проект, призванный прежде всего воспитывать милосердие, гуманизм, благочестие, укреплять святую веру и возрождать духовно-нравственные традиции Православия. Уверен, что нынешний фестиваль откроет новые таланты и будет сопутствовать развитию христианского кинематографа, что фестиваль даст мощный импульс этому прекрасному виду искусства. Искренне желаю участникам конкурса крепкого здоровья, огромных успехов во всех делах и начинаниях. Счастья вам, добра и благодарных зрителей!»
Далі на урочистій церемонії виступив голова Комітету у справах національностей та релігій Ю. Богуцький. Було передано вітання від Голови Верховної Ради Володимира Литвина, виступив також Петро Порошенко – голова наглядової ради Національного банку України. Він, зокрема, сказав: «Якщо навіть одну людину якийсь із показаних фільмів приведе до Бога, у храм, на сповідь – це дуже важливо». Відзначив, що головне не комерція, а те, що фільм залишає в душі. Петро Порошенко, до речі, запровадив і персональну премію в розмірі 25 тис. гривень. Директор фестивалю священик Олександр Акулов звернувся до преси і до Президента з пропозицією організувати спеціальний фонд, який би підтримував православне кіно – для його приходу на ТВ, у прокат і т.д.
На відкритті „Покрову” демонструвався фільм «Скоро весна» режисера Віри Сторожевої. У головних ролях: Ксенія Кутепова, Сергій Пускепаліс, Ольга Попова. Фільм залишив неоднозначне враження. Звичайно, тема вкрай цікава. Матушка Катерина (в миру – Тамара, яка вже «померла» для героїні), почала нове життя – під її орудою, духовним наставництвом знаходиться кільканадцять людей, скажемо так… маргінального соціального статуту. Це колишні злочинці, наркомани, алкоголіки, люди тяжких і поламаних доль. Найцікавіше, що матушка Катерина сама прийшла із «благополучного життя», щоправда, переживши непоправну втрату – смерть єдиної дитини. І ось у життя монастиря вторгається її колишній чоловік, бізнесмен Паша, один з крутих «господарів життя», який все-таки бачить в ній «покійну» Тамару, що для нього жива, а не матушку Катерину. Його поведінка, як то кажуть в народі, «куражна». Він грайливо, легковажно ставиться до життя, він – непогана людина, але гроші, успіх, суспільна вага заважають йому збагнути справжні цінності життя. Між іншим, він не знає, що фактично є смертельно хворим – у нього величезна пухлина в мозку, але лікарі йому цього ще не відкрили. Знає про це матушка… Також співчуттям до цього неоднозначного героя сповнена і простодушно-наївна послушниця Ольга. Хоча герой продовжує любити, по суті, вже черницю, але, в той же час прокидається дитяча, наївна любов до нього у душі Ольги.
Звичайно, дещо наївно (і може, десь переграно) зображено у фільмі емоції. Часом це виглядає так, що можна означити жанр як «православну кінокомедію», якщо, звичайно, не зовсім дивним є такий термін. Хтось у залі обурювався: «Ну після такого фільму можуть сказати, що православні – це якісь дурники». Важко скласти струнку думку про цей фільм. Звичайно, й надмірна фарсовість багатьох ситуацій, і певна «зарозумілість» місцями художньої манери (якісь незбагненні видива із царини того кіно, що в обивательському глядацькому побуті називається «кино для сильно умных») – це псує загальне враження від фільму. Очевидно, російській православній картині треба було бути, не побоїмося сказати, більш серйозною і з більш прозорою образністю та й емоційно глибшою… А то є ще й елементи на межі із добре впізнаваною «чорнухою». У тлумаченні творців фільму їхній задум, звичайно, ошляхетнювався: «мовляв, ви будете і сміятися, і плакати, а, з іншого боку, побачите і духовні злети, й найглибше падіння героїв». Це на словах. Але часто, як ми розуміємо, реалізація буває зовсім відмінною від задумів. Як десь писав Достоєвський – думки блякнуть, перекладені на папір. Так і тут: мабуть, благородні задуми значно зблякли, будучи переведені на плівку (чи які там тепер носії в сучасного кіно)…. Фільм не став подією, рівновеликою аналогічним прем’єрам, що вже не раз стрясали глядацькими оваціями стіни Будинку кіно за вісім фестивальних років (як наприклад, стрічки «Острів», «Піп», «Почаїв» чи документальний «Форпост»…). Сенсації не сталося. І взагалі, художнє кіно було представлене слабше, ніж у попередні роки… Але про результати далі.
Звичайно, якщо людина не є професійним кінокритиком, то навряд чи вона зможе всі фестивальні дні проводити в насолоді кіноперегляду. Всі ми зайняті своїми поточними справами, але так чи інакше кожен із глядачів, які на той час утворили свою маленьку комунікативну групу «людей за інтересами», змогли скласти своє уявлення, хай навіть вибірково.
Мені вдалося побачити протягом цих днів кілька цікавих документальних фільмів. Запам’ятався фільм «Лука. Архієпископ Тамбовський» (Росія). Доволі фундаментальний, мало не годинної тривалості. Він, до речі, був удостоєний призу за оригінальне художнє оформлення. Фільм – енергійний, глибоко духовний – оповідає про непросту, навіть трагічну долю архієпископа Луки (Войно-Ясенецького), який поєднав у собі духовний дар окормлення пастви із високим талантом хірурга. Тема протистояння безбожній владі, духовного подвигу незламного архієрея лягла в основу цього фільму.
Фільм«Преображення», також російський, оповідає про монастирі російської Півночі на Білому морі, Ладозі, Онезі. Йдеться про Валаам, Соловки, Кіжі. Цікаву і корисну просвітницьку місію несе фільм українця Б. Браги «Князь-інок Микола Святоша», який вдало сполучає елементи ігрові та документальні. Історія відродження обителі в Молдові – у фільмі «Ново-Нямецький монастир» (Молдова), де згадується про тяжкі часи, коли руйнували храми. Тракторист, який зачепив тросом купол храму, загинув від падіння на нього хреста. Справді, нічого випадкового у цьому світі нема – кара настигає злочинця часом дуже рішуче і очевидно. Такі деталі, звісно, не забуваються. Їх було багато в цьому цікавому фільмі.
Не міг не зворушити глядачів фільм «Великий князь Сергій Олександрович Романов» – про члена імператорського дому, убитого бомбою терориста Каляєва. С.О. Романов був чоловіком великої княгині Єлисавети, нині прославленої в лику святих, яка простою сестрою милосердя спасала душі інших і досягла святості фактично при житті, зреалізувавши Христову заповідь про любов навіть до ворогів. Вона відвідала в тюрмі терориста, вручила йому Євангеліє із пропозицією покаятися. Злочинець сказав: «Я довго примірявся до цього замаху, не хтячи вбивати Вас»… На що велика княгиня з гіркотою відповіла: «Ви не розумієте, що, вбивши Сергія Олександровича, ви вбили мене…» Потім сама вона стала жертвою вже вознесеного в ранг державної політики більшовицького терору, але тепер є святою нашою заступницею на небесах…
Про висоту людського духу в найтяжчих обставинах розповідає фільм «Лєночка Е-105» режисера Володимира Кривцуна (Росія). Фільм 20-хвилинний, недовгий. Йдеться про нині живу жінку, яка була медсестрою в часи Великої Вітчизняної війни. За неправедним доносом втрапила до тюрми (найпарадоксальніше, що вона рятувала життя поранених радянських воїнів, але це було на окупованій території). Вона розказує про тяжкі поневіряння в таборах, оповідає, як за колючим дротом доводилося займатися справою виховання дітей. Діти за ґратами, діти без рідних батьків – це страшно. Але вона зуміла повернути відблиск дитячого щастя знедоленим і, як могла, скрашувала цей страшний побут, безпросвітні злидні й надривну підневільну працю – імпровізаційними концертами, виставами, іншими художніми заняттями, які дозволялися. Інтерв’юер запитує у неї: «Як же можна було вижити в цьому земному пеклі?» Й у відповідь чує, що коли не дбаєш про самого себе, забуваєш власне життя, – тоді ти бачиш сенс у збереженні інших життів. Тільки це й може додати сили. Той, хто дбав про своє життя, той у застінках загинув…
Цікаві також фільми «Патріархи Святої Русі», теж названого В. Кривцуна (коротка «пунктирна» оповідь про Патріархів від Гермогена до нині сущого Патріарха Кирила); «Поки дзвонить дзвонар» – відомого кінорежисера Валентини Матвєєвої, яка не вперше бере участь і не раз бувала призером «Покрову» в різних номінаціях…Із фільму В. Кривцуна дізнаємось багато цікавого про Патріарха Кирила. Дід його за віру тридцять років сидів по тюрмах, був механіком паровоза, змінив… 47 тюрем і 7 заслань! До революції отримував величезні гроші, як на ті часи – 300 рублів, коли 25 рублів коштувала породиста хороша корова, і – посилав більшу частину на Афон. Отже, як кажуть в народі: «Яке коріння, таке насіння». Випадки подібного благочестя в нашому народі руському далеко не поодинокі. До слова скажу: зайдіть у храм Святого Михаїла, першого митрополита Київського, в Олександрівській лікарні (названій так, до речі, на честь чудесного зцілення тоді ще підлітка, майбутнього імператора Олександра ІІІ, між іншим, батька Сергія Олександровича Романова, згаданого великого князя, вбитого терористом). Спустіться до усипальниці, де похований Михайло Парфенійович Дегтярьов, київський, як тепер би сказали, бізнесмен і громадський діяч, який колосальну суму в десять мільйонів рублів(!) пустив на потреби рідного міста. На побудову храмів, влаштування богаділень, на стипендії бідним, довічне утримання калік, на допомогу всім нужденним і голодним… І саме ці зразки повинні мати перед собою юні (та й не тільки юні…), а не бульварні матеріали про «успішних» олігархів, які вихваляються одні перед другими своїми статками над пострадянською руїною…
Окреме слово треба сказати про мультиплікаційні стрічки. Вони були й коротенькими на кілька хвилин, і більш розлогими. Були художньо-філософські фантазії («Про птицю», режисер Ольга Кудрявцева (Росія)), всього – 9 хв. Як сказали самі творці фільму – мультик «про те, що наші мрії часом збуваються не так, як нам хотілося б, але збуваються». Фільм сповнений м’якого гумору і водночас ліризму. Звертають увагу на себе три мультфільми дуже різні, але чимось і споріднені: «Путеводительница», «Про Василія Блаженного» і «Єгорій Хоробрий». Всі три із Росії, і вони є оповідями на теми православної святості. За манерою виконання оригінальні. В них у доступній формі подаються відомості про православні святині, православних святих. Чи не є це певним зниженням, «коміксовим» підходом? Всякий розважливий читач після непростих роздумів усе-таки скаже: «Ні». Вони несуть лагідно-добрий, чимось близький до різдвяного, дух і водночас дуже земні, практичні, життєві істини Православ’я. Оповідь про святість подана, звичайно, в дещо спрощених формах, але – без виходу за формати високого. Могли бути і вкраплення гумору, як у стрічці про Василія Блаженного, і чудова поетична розповідь за кадром (мультфільм «Святий преподобний Серафим Саровський») – все це слугує одній меті: якнайповніше, у доступно-привабливій формі передати нашому юному, хай навіть маленькому, сучасникові ті речі, про які має знати громадянин православної країни. Поетичний текст мультфільму про преп. Серафима не є якоюсь механічною рифмовкою на задану тему, він достатньо художній, барвистий і зворушливий… Процитую строфу: «Он победил гнуснейший род бесовский, молясь на камне тысячу ночей. И мир не знал, о праведник Саровский, ума смиренней, сердца горячей…») Цей мультфільм глядачі взагалі зустріли з криками «браво» ( автор віршів – Наталія Пономарьова, режисери стрічки – Владислав Пономарьов та Аліна Івах). І причому – це стрічка на 8 хвилин! Звичайно, формат вимагав лаконізму, майстерності, місткості деталей.
Мультик «Солдатська пісня» (режисер Є. Чернова, Росія) справді починається і закінчується бравою солдатською піснею, але сенс тут в іншому. Це – екранізація казки Саші Чорного про те, як ангели-хранителі, які є в кожної хрещеної людини (звичайно, є вони і в солдатському підрозділі), допомагають одному повернути свою майже безнадійну пропажу, а іншому – покаятися в злочині. Така собі нарада ангелів, яка робить людей і дійсність кращими, примушує без примусу, апелюючи до богодарованих струн добра в кожній душі.
Не можна не згадати серед ігрових картин і короткометражний фільм режисера Марії Кругленко з України «Маленьке чудо». Бачив зал і дівчинку Віру (яке символічне ім’я!), що була виконавицею однією з двох головних ролей. Власне, йдеться знову про «людей дна». Жінка із маленькою дівчинкою, смертельно хвора; люди, які кидають їй скупі мідяки… Небезпеки вулиці, інші малоприємні життєві несподіванки. Холод, голод, безпросвітність… Але цей фільм про викинуту за межі нормального життя мікроспільноту (включаючи чоловіка, який виписаний недостатньо рельєфно, але, можливо, це й не так потрібно для задуму) все одно лишає світле враження. По молитві дівчинки, яка заходить до храму, мама зцілюється, а сімейство знаходить хоча б якийсь тимчасовий прихисток – у селі, поза байдужою столицею. Фільм дуже виразний, дуже хвилюючий…
А ключовою подією на закритті фестивалю став художній фільм тривалістю в 40 хвилин «Ікона» режисера Олексія Кухаренка (Росія). Його окрасою стала гра Валерія Золотухіна, хоча він задіяний тут не в головній ролі. Майстрові дісталася роль «старого чесного алкоголіка», який, хоча і дійшов до межі фізичної й душевної деградації, ще зберігає в душі слід святого. Він не може погодитися із тим, що син його знайомого (до речі, доволі успішний бізнесмен), щоб погасити кредит, зважується на фактичне святотатство – продаж родової ікони. У цьому фільмі ви побачите навіть стрілянину й динамічну втечу на автомашині; побачите поранення й надію зцілення – як в прямому, так і в переносному розумінні; побачите провину і глибоке каяття. (Власне кажучи, все, як сказали б класики, «очень по-русски»). Наскільки тяжка провина, настільки глибоке каяття і потім глибока надія на всепереможну Господню любов та милосердя. Але, звичайно, не треба грішити в надії на покаяння! Засліплення героїв минає. А щодо тих, хто відійшов за вічну межу…, то у Бога, як відомо, немає живих і мертвих. Для того, хто тримається Бога, для живого душею лишаються живими й інші, він не втрачає з ними зв’язку… Виступивши на закритті, гість фестивалю Валерій Золотухін «зірвав» потужні аплодисменти – зокрема, проникливо прочитавши вірш Іосифа Бродського про Різдво.
На церемонії завершення фестивалю зал з нетерпінням чекав слова Предстоятеля УПЦ Митрополита Володимира. Він, як завжди, стисло і містко преподав благословення учасникам і гостям фестивалю і зазначив: «Ми й надалі чекаємо від вас хороших фільмів. Ви ж самі нас до цього привчили!» Ці слова були схвально і жваво сприйняті публікою, потонули в оплесках.
Фактично, жоден фільм не залишився без відзнаки. Всі були нагороджені як мінімум дипломом учасника фестивалю (що теж лишиться прекрасною пам’яттю про цю подію).
Гран-прі VIII Міжнародного фестивалю «Покров» було присуджено фільму «Зрозуміти людину» (реж. О. Столяров, Росія). Як відзначили творці фільму: головніше, ніж зрозуміти людину, це – полюбити її.
У галузі документального кіно: перша премія – фільм «Братія Карамазових» (І. Васильєва, Росія); дві другі премії – «Космос як послушання» (Л. Смірнова, Росія) та «Лука – архієпископ Тамбовський» (О. Муравйов, Росія); дві треті премії: «Любов і більше ніж любов» (І. Васильєва, Росія) та «Імператор, що знав свою судьбу» (Р. Єршов, Росія).
Анімаційне кіно: перша премія – «Про Василія Блаженного» (Н. Березовая, Росія); друга премія – «Путеводительница» (Н. Федченко, Росія) та «Святий преподобний Серафим Саровский» (В. Пономарьов, А. Івах, Росія); третя премія – «Любов» (А. Дуняєв, Росія) й «Околоколомна» (І. Ролдугін, Росія). А новиною, можливо, не дуже втішною (але такою, що випливала із об’єктивних обставин) стало те, що в галузі художнього кіно призові місця… не присуджувалися. (Можливо, це краще, аніж присуджувати за принципом:«на безриб’ї і рак – риба». Ліпше і справді було проминути цю номінацію й чекати грядущих відкриттів).
Петро Порошенко присудив премію свого фонду багаторічному директору фестивалю священику Олександру Акулову. З традиційним словом на закритті виступив директор кінофестивалю А. Деркач.
Були присуджені також численні дипломи: кращому продюсеру, звукорежисеру, за кращий монтаж, за актуальність теми, за вірність православній традиції, за «особливий погляд», за кращий сценарній… Приз глядацьких симпатій отримав документальний фільм «Лампа не гасне» (реж. М. Михальцова). Як бачимо, у списку призерів переважає російське кіно. Ну що ж, і в наших вітчизняних кінематографістів є стимул тягтися, рости далі!
Загальний висновок такий – немає приголомшливого прориву, та немає й занепаду. Це, зрештою, природно для кризового чи посткризового стану суспільної культурної свідомості. Добре вже те, що робота триває. А от з анімаційним кіно – бачимо приємний небувалий підйом! Отже, творчий політ не переривається. Триває нормально. Православне кіно впевнено завойовує нові позиції. Будемо чекати нових мистецьких відкриттів у подальші роки.
Отже, кажемо «до побачення!» фестивалю «Покров». До зустрічі на його дев’ятилітті! Многая літа його творцям, спонсорам і прихильникам – простим православним людям. Він несе в собі зерно прогресивного саморозвитку. Він переживав значно тяжчі часи. Отже, вистоявши, став іще міцнішим, «дорослішим», впевненим у собі.
Але головна наша надія – не на себе, а на волю Божу, на Покров Пресвятої Богородиці. Під цим святим омофором всяка творчість набуває особливого змісту. Як і особливої відповідальності.

Члены Священного Синода УПЦ
Никодим, митрополит Харьковский и Богодуховский
Агафангел, митрополит Одесский и Измаильский
Иоанникий, митрополит Луганский и Алчевский
Онуфрий, митрополит Черновицкий и Буковинский
Марк, архиепископ Хустский и Виноградовский
Иоанн, архиепископ Херсонский и Таврический
Феодор, архиепископ Мукачевский и Ужгородский
Агапит, епископ Северодонецкий и Старобельский
Митрофан, архиепископ Белоцерковский и Богуславский,
Управляющий делами УПЦ

В начале месяца группа украинских журналистов отправилась в пресс-тур на родину Предстоятеля УПЦ — в село Марковцы на Хмельнитчине. 23 ноября 75 лет назад здесь родился Виктор Сабодан — будущий митрополит Киевский. Свои впечатления о поездке специально для читателей «Религии в Украине» предложил корреспондент украинского «Коммерсанта» Олег Гавриш.

Чтобы понять человека, надо побывать на его родине. Расспросить людей, с которыми он прожил первые годы своей жизни, с которыми рос, учился, начинал свой путь. Именно поэтому я поехал на родину Предстоятеля Украинской Православной Церкви митрополита Владимира (Сабодана). Хотелось заглянуть за дверь сердца этого человека. Понять, чем он живет, чем дышит и, если хотите, из какого он сделан «теста».
Кого я увидел? Человека простого, но очень сильной веры. Веры первых веков христианства. Доброго пастыря. Настоящего христианина. Какой вынес урок? Тоже простой. Нас учат, что человек, выросший в набожной семье, просто обязан пройти через кризис веры. В трех случаях из четырех такой человек вернется к Богу. Но что, если юноша, впитавший в себя как в губку христианскую веру родителей, не оступится? Если он сохранит ее в целости с самого детства, и не будет у него вовсе никакого кризиса веры, никакого отступления? Может ли быть такое? Теперь я могу точно ответить на этот вопрос: да, такое может быть. И такой человек станет пастырем для народа. Пастырем с большой буквы.

День первый. Монастырь
Выезжаем около 15:00 из Киева. Серое небо. Дождь. В автобусе около двадцати человек – журналисты Первого национального, КРТ, газеты «Сегодня», других изданий. Анастасия Рингис, корреспондент журнала «Фокус», спрашивает меня: «Почему православие такое агрессивное?» Она говорит, что в Индии все люди улыбаются друг другу… Пытаюсь рассказать о том, что Бог есть Любовь, объяснить, что в основе Евангелия лежит весть о Любви. Вспоминаю слова своего духовника, что лучшая проповедь — личный пример. Но сам думаю: а кто из нас, христиан, является примером такой любви?
Поздно вечером добираемся до Преображенского Головчинского женского монастыря. Обитель стоит на берегу Южного Буга. Прямо через реку — Марковцы, село, где родился Блаженнейший. Территориально это Подол, пасcионарный для современного христианства район Украины, который дал множество иерархов и богословов украинскому православию. «Первая моя служба была в этом монастыре, — рассказывает митрополит Владимир. — Когда я принял сан в Одессе, я приехал в этот монастырь и служил тут». Потом монастырь вновь был закрыт. Всю его территорию занял интернат. На месте кладбища сделали стадион. В 1996 году монастырь вновь открылся, но ему вернули только треть принадлежавшей ранее территории.
Монастырская трапеза вечером. Еда очень простая: картофель-пюре, рыба, овощи, чай с травами. Но как же вкусно! Это удивительно, но мы не можем вспомнить, когда так вкусно ели в последний раз. Предупреждают, что в следующий раз будем уже только обедать, поскольку с утра в монастыре не кормят — до окончания литургии никто не ест. Останавливаемся в богадельне — корпусе для паломников и бездомных людей. Уже двенадцать ночи, в монастыре начинается служба. На службу, которая закончилась в три часа ночи, пришли более сорока местных жителей. После службы я спал четыре часа. Когда проснулся, показалось, что проспал два дня: выспался как никогда. Подумалось: что же это за место такое, где спишь мало, но высыпаешься, где местные жители приходят на полуночную службу, причем это же молодые люди: парни, девушки…
С утра игуменья Любовь, настоятельница монастыря, рассказывает, что Виктор (так звали митрополита Владимира в детстве) помогал в храме: пел с хором, разжигал кадило. «Чтобы достигнуть такого большого чина, надо, чтобы ему еще с детства привили любовь к Церкви. Ему привила эту любовь его мама — приснопамятная Феодосия. Она была глубоко верующей. Ходила в Свято-Михайловский храм в родном селе, помогала, поддерживала священника. А Блаженнейший, как губка, впитывал в себя эту веру», — рассказывает игуменья. По ее словам, многому научили Витю Сабодана и отцы Иоанн и Сильвестр — священники сельского храма. И рассказывает историю, как схимонахиня Архелая, в том самом монастыре, где мы остановились, предрекла будущее Блаженнейшему. Об этом говорит и сам митрополит: «Этот день я помню: это было в 1943 году. Тогда монастырь вновь открыли. Мама меня подвела к одной старой монахине. Схимонахиня Архелая была слепа: ослепла в юности. За ней ухаживала другая монашка. Меня подвели к ней, она положила руку на голову и сказала, что с этого ребенка будет толк и что я стану священником». Удивительно, но это не единственное такое пророчество. Когда Блаженнейший прислуживал в храме в своем родном селе, за священником отцом Давидом приехали из КГБ. «Читался канон преподобного Андрея Критского. И когда забрали батюшку, все в храме ахнули. Он же говорит: не бойтесь. А мне: дочитывай канон, сынок. Ты станешь в церкви большим человеком, а я уже не вернусь», — рассказывает Блаженнейший. Отец Давид так и не вернулся…

День второй. Храм
С утра едем в родное село митрополита — Марковцы. В Архангело-Михайловский храм, где он начал служить с девяти лет. Храм очень красивый. Внутри много людей, в том числе приехавшие с нами несколько епископов УПЦ. Нижний хор — для меня открытие. Местные прихожанки поют литургию украинскими народными распевами. Слышать что-то похожее до сих пор не приходилось. Когда мы выходим из храма, вокруг Блаженнейшего сотни людей. Такое впечатление, что сюда пришло все село. И такое впечатление, что он сам не хочет уходить от этих людей.

Родина
Митрополит Владимир любит свою родину. Он плоть от плоти и кровь от крови этой земли. Его любимые светские авторы — Леся Украинка, Иван Франко и Тарас Шевченко. Но больше земной родины он любит Небо. «Люди должны знать, что есть Родина, и она у нас прекрасна. И что пребывание на земле может быть тоже прекрасным. Но есть продолжение нашей жизни на небе. И ради этого продолжения надо жить христианской жизнью сейчас, чтобы унаследовать жизнь вечную», — говорит первоиерарх.
Сразу после храма мы поехали на кладбище, где похоронены родители Блаженнейшего. Я спросил, что он чувствует на своей малой родине. «Ощущения у меня, слава Богу, самые светлые. Я тут родился, тут рос, я начал служить в Церкви тоже здесь. Когда я приезжаю сюда, я как бы возвращаюсь в образ детства. Помню каждую стежку-дорожку, которую здесь босиком приходилось пробегать, — рассказывает владыка. — Тут на кладбище особое чувство. Тут родители мои похоронены. Дедушка, бабушка по отцу и по матери. Здесь могила 128 солдат, которых вылавливал в реке мой отец и привозил в общую могилу. Также здесь огромная могила жертв Голодомора, которая стерлась, но мы тут поставили памятник, дабы воскресить память об односельчанах, чтобы все помнили, как это было и как к этому надо относиться. Все, что ни возьми, все свое, все мое, все родное». Спрашиваю, доволен ли он пройденным путем. «Путем, которым я прошел, доволен. Я недоволен собой».
Во второй половине дня мы подъезжаем к дому владыки. Простая деревенская хата, в которой живет его брат, очень простой дом, где останавливается он, когда приезжает в село. Заходим в дом — на стенах иконы и рушники. «Иконы эти XIX века, они были в этом доме, сколько я себя помню», — говорит митрополит. На столе лежит Новый Завет на украинском языке, выпущенный недавно издательским отделом УПЦ. Блаженнейший рассказывает, что в школе очень любил литературу, но не любил математику. «Я много читал. И в Одессе, когда поступил в семинарию, меня назначили заведующим семинарской библиотекой. Там были прекрасные книги. Я помню, три года не выходил из библиотеки. Особенно вечерами, когда никто не мешает. Читал книги по философии, по истории», — рассказывает он. Любимая его христианская книга, кроме Священного Писания, — «Добротолюбие». Помню, когда-то с удовольствием прочел книгу Блаженнейшего об апостоле Павле. Спрашиваю, будет ли еще что-то выпускать. «У меня есть материалы еще на три тома. Я написал работу об экклезиологии в отечественном богословии. И сейчас пишу докторскую работу о Таинствах Церкви», — говорит Блаженнейший. Никто ни на секунду не усомнился, что глава УПЦ трудится, несмотря на болезнь. Нас всех поразило, что, несмотря на физическую немощь, ум этого человека, его рассуждения, его мысль очень ясные. Признаться, я увидел в этом чудесное подтверждение евангельских слов: «Дух бодр, плоть же немощна». (Мф. 26: 41).
Как выяснилось, глава УПЦ пишет не только богословские произведения, но и стихи. Их тематика — лирика и любовь. В первую очередь к Богу. «Мне привил любовь к поэзии старенький батюшка отец Сильвестр. Он сам писал стихи и научил меня ритму и ямбу», — говорит Блаженнейший.
Митрополит рассказал о своей любви к рыбалке. «Я люблю место в саду с видом на Южный Буг и монастырь. Мой отец был рыбаком и часто ловил там рыбу», — говорит он. Рассказывает, как рыбачил в Сергиевом Посаде. «И вдруг что-то зацепилось и повело меня вместе с удочкой. Я кричу, не знаю, что делать. Потом плеснуло и оборвалось. А рядом стоит кто-то и говорит: ее водить-водить надо было». У митрополита огонек в глазах, когда он рассказывает об этом. Спрашиваю: почему из рыбаков получаются самые лучшие христиане (вспомним апостолов)? «Профессия благодатная», — смеется он. Еще Предстоятелю УПЦ очень нравится скрипка: «Я скрипку люблю с детства. У нас псаломщик играл на скрипке. Когда он брал в руки скрипку, хотите вы или нет, но она могла разбудить человечность, грусть или радость».
Рассказал Блаженнейший и об истории своей жизни. Крестили его в 1935 году в том самом монастыре, где спустя несколько лет ему предрекла будущее схимонахиня Архелая. «Моя мама была очень трудолюбивая. Тяжело работала в колхозе, получала очень мало. Отец был рыбаком. Был другом старосты церкви, пел на клиросе. Маме приходилось тяжело работать. Но все в семье были здоровые, работоспособные», — рассказывает митрополит. В семье было четыре брата. Кроме Блаженнейшего — Михаил и Александр (уже покойные) и Степан. С раннего детства все ходили в церковь, соблюдали посты. Где-то в четвертом классе будущий митрополит начал служить пономарем. Протоиерей Сильвестр научил читать по-церковнославянски. «Научил меня и другим добрым делам, привил любовь к поэзии, заинтересовал службой». В семье регулярно читали Библию. «У нас было старенькое Евангелие, и иногда отец читал его нам, если не был очень уставшим в конце дня. Мы слушали, спрашивали, а отец отвечал, поскольку был начитанным человеком», — рассказывает митрополит. Мама много пела церковных песен. Блаженнейший пел вместе с ней. «Она иногда плакала. Я тоже».
Характер у юноши был застенчивый, но он мог быть непоседой. «Я по натуре человек стеснительный. Но был заводилой во всех компаниях. Начиная от свадеб и заканчивая крестинами».
В 1943 году, когда немцы оккупировали эту территорию, УПЦ могла дважды лишиться своего будущего предстоятеля. Первая история была, можно сказать, случайностью. «Я собирал красивые коробки из-под папирос. И как-то немец спал, а рядом лежала пустая коробка. Я подошел, взял, а он схватился за автомат и говорит мне: что ты делаешь? Я говорю: так вы же сами положили пачку. Некоторые оставляли пустые пачки, чтобы дети могли их брать. Тогда он меня здорово напугал», — рассказывает владыка.
Вторая история была связана уже с сознательным непослушанием немецким властям. «У соседки была свадьба, и она попросила маму котлеты приготовить. Мама нажарила котлет, и я понес их. Возле колодца стояла машина, дававшая электроэнергию. И я половину котлет запихнул в выхлопную трубу этой машины. В результате мне немец так дал по шее, что неделю болела голова», — говорит Блаженнейший.
Досталось владыке не только от нацистов, но и от советской власти. Когда он поступил в семинарию, директор Меджибожской школы созвал собрание. «Мне прислали письмо с проклятиями. Меня вызвал ректор Одесской духовной академии и семинарии и прочел мне это письмо. Я, говорит, иду к уполномоченному по делам религий, еще раз его попрошу за вас. Не знаю, как там получилось, но уполномоченный разрешил остаться. Сказал: пусть поучится два месяца, срок дайте, посмотрите, а потом решайте». А тем временем из школы, где учился Блаженнейший, направилась делегация к нему домой под руководством некого Артура Гервица. «Приехали на грузовой машине. И стращали моих родителей тем, что им казалось самым страшным. Что семинария — непростая вещь, там и Америка недалеко. И это связь с Нью-Йорком. И что работа будет на пользу американцев, подрыв Советского Союза. Разные сплетни и глупости. Мама терпела, терпела, но потом взяла кочергу и начала их гнать по одному из хаты. Разошлась сильно. Они бежали, кто через окно, кто через двери. Такая была сцена», — вспоминает глава УПЦ.
Еще один случай стал для Блаженнейшего жизненным уроком. «У меня было послушание убирать дома. А я очень хотел спать. Мама сказала мне: работай, делай то, что тебе говорят, и это пригодится тебе в жизни». Через много лет, уже будучи епископом, он был в Женеве, работал при Всемирном совете Церквей. И там его попросили сварить украинский красный борщ. «Такое было мнение у некоторых, что в Украине больше нет ничего хорошего, кроме борща. Ну, сало еще». В результате борщ не получался — буряк все время терял цвет. «Я написал маме: правильно ты говорила, чтобы я учился. А она говорит: ты брызни на буряк уксусом и положи его на сковородку, пожарь, и тогда он цвет не потеряет».
Спрашиваем, о чем мечтает глава УПЦ. «Мечтаю что-то еще сделать для Церкви. Если Господь даст мне прожить еще какое-то время. Я старости не чувствую. Слава Богу, и думаю не по-стариковски. Мечтаю, чтобы мы достигли взаимопонимания в Украине».
Блаженнейший рассказал о том, что в свободное время старается посетить тяжких инвалидов и тех, кто нуждается. «И немного помогаю материально и духовно им». По его словам, это общение бывает очень тяжелым. Особенно с теми, кто отбывает наказание. «С мужчинами еще можно говорить, а с женщинами очень сложно. Такое впечатление, что потом неделю нужно, чтобы отойти, потому что они все в отчаянии. Почему так распорядился Бог, что мы тут?.. Все грешат, а мы тут… Доходит до несдержанности и матюков и всего остального. Это миссия нелегкая. Но нам нужно немало смелых людей, чтобы идти на эти встречи», — говорит он. По словам митрополита Владимира, в УПЦ часто обращаются больные люди. «И человек надеется, что если сделать ребенку операцию, то он выздоровеет. Если есть какая копейка — даешь, если нет — обещаешь помолиться и молишься».
Спрашиваем о чудотворных иконах. «Я сам просил у Божьей Матери у иконы и получал ответ. Дело в душе и в сердце человека. По молитве с ним случаются такие чудеса, что человек перерождается, другим становится. Чудес случается много. Кто молится и просит — тот и получает». По мнению владыки, все люди имеют живое чувство, данное Богом. «Господь не оставляет Свое творение. Необходимо всем миром хотеть чего-то, чтобы добиться. Необходимо регулярно исповедоваться, причащаться, принимать участие в жизни Церкви. Если это делать, если верующих во Христа будет много, то мы добьемся любых целей, угодных Богу».

Семья
Выходим из дома Блаженнейшего. Во дворе много епископов и священников, но выглядят они совсем по-домашнему: уселись на лавочке, улыбаются, шутят. Один из присутствующих — благочинный и настоятель храма Рождества Богородицы в Староконстантинове отец Василий. «Двадцать один год назад в этом дворе я встретил свою будущую жену. Владыка нас познакомил, и с его благословления мы живем вместе. Меня рукоположили через месяц после женитьбы». Спрашиваем, каков глава УПЦ как человек. «Как человек он очень простой. У него очень чуткое сердце. Он любит и уважает людей. И даже если простые люди, бабушки из села придут к нему, он всегда их примет и выслушает». Блаженнейший выходит во двор со своим братом. Они идут в конец двора. Митрополит долго любуется Южным Бугом — рекой, где его отец ловил так много рыбы. Сам же он стал «ловцом человеков».

Вера
Блаженнейший считает, что украинцы уже образумились и поняли, что жить в расколе — большой грех. Ни Константинопольский патриарх, ни Московский, по его мнению, сами по себе ничего не сделают с расколом. Но Богу все возможно. «Сегодня что-то кажется совсем невозможным для Церкви. Но, вспомним, как случилось с нашим бывшим государством — Советским Союзом. Разве кто-то верил, что такая махина может развалиться? Но это случилось за несколько дней. Так происходит: Бог промышляет. И нам нужно больше прислушиваться к Евангелию, к словам Господа. Тогда скорее произойдет объединение».
Интересуюсь, что, по его мнению, будет дальше с Украиной. «Все будет лучше. Такая земля и такой народ не имеют права жить так, как сегодня. Надеюсь, что мы будем жить более достойно, а значит, более благочестиво. Меньше будет воровства, меньше наркомании, которые просто истребляют украинский народ. Через Киев пришло христианство на Русь. Украина имеет право на будущее. Духовная жизнь — сложная вещь. Можно смотреть с разных точек зрения, видеть в духовности лишь утешение для слабых. Но нет, духовность — это сущность христианина. Я думаю, что духовность — это природа человека». Главу УПЦ утешает то, что народ снова поворачивается к Богу. Много молодежи исповедуется, причащается. Жертвуют собой в социальном служении. «Мою душу и сердце радует, что народ не погиб духовно. Мы спрашиваем, что такое духовность. Это содержание сердца и ума. Ум должен проходить через сердце, а сердце через ум. Так что это скорее потребность, природа человека».
В конце встречи мы спрашиваем, что же такое вера для главы УПЦ. «Для меня это цель жизни. Это дар Божий для людей, чтобы они верой могли достигнуть того, что иначе недостижимо. Вера открывает невидимое. Вера помогает людям найти ориентиры в жизни. Кроме веры, есть только два великих чувства: Надежда и Любовь».

***
Возвращаясь, некоторое время едем молча. Затем Анастасия Рингис признаётся: «Мне эта поездка принесла целый ряд открытий. Я увидела совсем другое христианство». Не могу не согласиться с ней. Мы все увидели здесь христианскую Веру, полную Надежды и Любви. Редкое сочетание в наше время.
Религия в Украине

— Блаженнейший Митрополит Владимир обладает такими чертами (я бы сказал: дарами) характера, которые позволяют очень и очень многим его любить. Это человек невероятной доброты и уникального терпения, глубокой мудрости и рассудительности. Такое великое терпение, которое ему понадобилась, чтобы управлять Церковью в начале 1990-х гг., после избрания Его Блаженства Предстоятелем Украинской Православной Церкви, мог иметь только одаренный от Бога человек.
Церковь буквально пребывала в политической, юридической, информационной блокаде. Сейчас Президенты почитают за честь посетить Его Блаженство в Лавре, но тогда было иначе. Представители власти игнорировали каноническую Церковь. Блаженнейший смиренно переносил все это, своей мудростью и терпением удержав Церковь от противостояния. Чрезмерно ревностным верующим он говорил: “Братья, давайте утишим наши порывы…”.
По сути, в то непростое время было скрытое гонение, и именно Митрополит Владимир сумел сохранить церковный корабль без потерь, создавая новые епархии, новые приходы, рукополагая священнослужителей.
Такое мудрое управление Церковью позволило за эти 18 лет поднять ее на высочайший мировой уровень. Ныне Украинскую Православную Церковь по праву можно назвать одной из великих Церквей мира. И мы можем сейчас констатировать: в Украине есть Поместная Церковь, т. к. УПЦ обладает всеми правами Поместной Церкви.
Сегодня Украинская Православная Церковь включает в себя 12 000 приходов. Только в Киеве их более 200. В начале 1990-х, когда я стал секретарем Митрополии, их было чуть больше 30-ти. Замечу, что лишь за юбилейный 2008 г., когда праздновалось 1020-летие Крещения Руси, мы открыли в Киеве 35 (!) храмов. И каждый из них освящал сам Блаженнейший. И ныне он открывает, освящает новые храмы не только в Киеве, но и по всей Украине.
Я уж не говорю о таких исторических явлениях, как возведение Великой церкви — Успенского собора Киево-Печерской Лавры, возрожденной из руин Второй мировой войны; Владимирского собора в Херсонесе; множества соборов, монастырских храмов, целых обителей… Это — целая летопись, целая эпоха, насыщенная, динамичная, эпоха возрождения, духовного ренессанса, которая, я думаю, не имела аналогов в истории.
На протяжении многих лет приходилось неотлучно пребывать с Блаженнейшим в командировках и поездках, встречаться с выдающимися людьми и видеть, какое благотворное действие на них оказывает общение с Митрополитом Владимиром. Это касается и многих политических деятелей — они с огромным почтением относятся к Блаженнейшему, почитая его, как отца, как человека, который направляет их не только в этом земном измерении, но и в измерении духовном. Направляет, я бы сказал, к православной государственности, к разумному управлению страной. Знаю также, что даже радикально настроенные политики выказывают Его Блаженству огромное уважение и почтение. Они ценят нашего Блаженнейшего как духовного руководителя, как старейшину, как Всеукраинского Пастыря.
Я благодарен Его Блаженству за эту многолетнюю школу жизни, которую мы все имели и имеем возможность проходить возле него. Блаженнейший очень прост в общении. Он часто напоминал нам такую мудрость: “Глубокие воды текут спокойно…”. Мне по роду послушаний приходится сталкиваться со всевозможными ситуациями и внутрицерковного, и церковно-государственного характера. И я всегда помню этот мудрый совет Блаженнейшего — не принимать скоропоспешных решений. Ответ должен вызреть. Все должно проходить размеренно и спокойно.
Я бы так сказал: Блаженнейший — это Человек с большой буквы. Вспомним, как говорит апостол Павел о любви. Он не говорит, что такое любовь, но называет параметры любви: “Любовь долготерпит, милосердствует, <…> не превозносится, не гордится, <…> не раздражается, <…> все покрывает, <…> все переносит” (1 Кор. 13: 4–7). Вот эти все качества любви я мог бы отнести к основным и главным качествам характера Его Блаженства.

Свято у Полтаві
Ігумен Тихон (Васильєв)
10 жовтня Блаженніший Митрополит Володимир очолив урочисту Божественну літургію у полтавському Хрестовоздвиженському жіночому монастирі, за якою звершив чин прославлення у лику святих єпископа Афанасія (Вольховського). Ще звечора на в’їзді до Полтавської області Предстоятеля Української Православної Церкви зустрічали архієпископ Полтавський і Миргородський Филип, духовенство та віруючі.
У неділю зранку у Хрестовоздвиженській обителі свого Предстоятеля зустрічали керуючий Полтавською єпархією архієпископ Филип, архієреї з сусідніх єпархій, духовенство, сестри монастиря та чисельні прихожани, які приїхали цього дня до Полтави, щоб разом з Блаженнішим Митрополитом Володимиром помолитися до новопрославленого святого.
За Літургією Блаженнішому Владиці співслужили архієпископ Криворізький і Нікопольський Єфрем, архієпископ Полтавський і Миргородський Филип, секретар Предстоятеля УПЦ єпископ Переяслав-Хмельницький Олександр, духовенство єпархії. Цього дня за Літургією Його Блаженству також співслужив нащадок єпископа Афанасія (Вольховського) клірик Дніпропетровської єпархії протоієрей Георгій Вольховський.
Після входу з Євангелієм була відслужена остання заупокійна літія за спочилим єпископом Афанасієм, після чого з огласительним словом виступили два ієрархи – архієпископ Полтавський і Миргородський Филип зачитав рішення Священного Синоду Української Православної Церкви про причислення єпископа Афанасія (Вольховського) до лику місцевошанованих святих із встановленням дня пам’яті 14 січня за новим стилем (Журнал № 25 від 28 травня 2010 року) та архієпископ Криворізький і Нікопольській Єфрем зачитав житіє новопрославленого святителя.
Після цього під спів тропаря новопрославленому святому з вівтаря була винесена ікона із зображенням подвижника, і Предстоятель УПЦ Блаженніший Митрополит Володимир звершив перше молитовне поклоніння перед святим образом святителя Афанасія. Потім приклад Архіпастиря наслідували інші ієрархи і духовенство. Архієреї і всі, хто молився в обителі заспівали величання святителю Афанасію і тим прославили його у лику святих.
Після читання Євангелія до присутніх із архіпастирським словом звернувся Предстоятель Української Православної Церкви.
На урочистостях цього дня були присутні перші особи міста та області, представники владних структур, директори підприємств, ректори вищих навчальних закладів, представники громадськості, журналісти.
По завершенні богослужіння до Блаженнішого Митрополита Володимира зі словами подяки за святі молитви та радість молитовного та євхаристичного спілкування звернувся архієпископ Филип.
На молитовну згадку про цей візит до Полтави владика Филип подарував Його Блаженству ікону преподобного Серафима Саровського, написану вихованцями Полтавської місіонерської духовної семінарії.
У цей день Блаженніший Митрополит Володимир за заслуги перед Українською Православною Церквою нагородив орденами святителя Димитрія (Туптала), митрополита Ростовського, голову Полтавської обласної державної адміністрації Удовиченка О.В. та голову Полтавської обласної ради Марченка В.О., орденом святого великомученика Георгія Побідоносця Блаженніший Митрополит Володимир нагородив Полтавського міського голову Матковського А.В., а голову Котелевської районної державної адміністрації Корост Т.М. – орденом Священного Синоду Української Православної Церкви в пам’ять святкування 450-річчя принесення на Волинь чудотворної Почаївської ікони Божої Матері.
По завершенні нагородження Митрополит Володимир благословив віруючих. Далі Блаженніший Владика дав інтерв’ю місцевим засобам масової інформації.

Житіє святителя Афанасія Полтавського
(Бл. 1741 р.-1/14 січня 1801 р.)
Афанасій (Вольховський), єпископ Могилівський і Полоцький, народився в м. Полтаві в родині священика Павла Вольховського.
За свідченням рукопису, що зберігся в архівах Полтавської єпархії, при хрещенні дитина була наречена Федором. Дядько ж майбутнього святителя був єпископом Тверським, пізніше Ярославським, і йменувався також Афанасієм (Вольховським).
Федір закінчив Тверську духовну семінарію й Київську духовну академію.
Горе тим часом рано заглянуло в очі тому, для кого призначений був шлях скорбот і напастей. У двадцять три роки він втратив батька, потім благодійника й вихователя – дядька. Залишатися далі на чужій стороні молодому освіченому Вольховському не забажалось. У 1765 році, по закінченні Академії, – висвячений у священика в Миколаївській церкві м. Полтави.
1 жовтня 1769 року, після смерті дружини, прийняв чернецтво в Чернігівському Ільїнському монастирі й найменований Афанасієм, на честь святителя Афанасія, патріарха Цареградського, Лубенського чудотворця; ім’я вибране також і на згадку про вже спочилого на той час дядька його – архієпископа Афанасія. З 1770 року виконував різні послухи при Чернігівському кафедральному соборі й Свято-Троїцькому монастирі. У 1776 році призначений ігуменом Новгородського Кирилова монастиря. У 1781 році став намісником Олександро-Невської Лаври. У 1783 році був переведений спочатку в Новгородський Отенський Покровський Трьохсвятительський монастир, а потім – у Вяжицький (зі зведенням у сан архімандрита). 13 листопада 1785 року призначений архімандритом Новгородського Юр’єва монастиря.
6 травня іменним Її Імператорської Величності Указом архімандрит Афанасій (Вольховський) затверджений на Староруську вікарну кафедру Новгородської єпархії. 14 липня архімандрит Афанасій був наречений, а 30 липня 1788 року хіротонісаний у єпископа Старорусского, вікарія Новгородської єпархії. На цій кафедрі був найближчим помічником маститого старця – митрополита Гавриїла (Петрова).
«Близько п’яти років світив він на цій кафедрі, як на підсвічнику, і на шостому десятці своїх років переведений у місто Могилів – губернський, на самостійну кафедру, і саме в 1795 році, по кончині приснопам’ятного Георгія Конісського», – свідчить життєпис. З 5 березня 1795 року – єпископ Могилівський і Полоцький.
11 травня 1797 року нагороджений орденом святого Олександра Невського. У життєписі відзначено: «Два з половиною роки Святитель Афанасій безтурботно керував Могилівською паствою, серед якої і залишив по собі пам’ять мудрого та доброго пастиря не одним Окружним Посланням своїм до неї, але й тим найбільше, що в середовищі її «багато уніатських церков і народу навернув в благочестя (православ’я)». На увагу до таких, без сумніву, великих подвигаів, Імператор Павло Петрович, при Всемилостивійшому і льстивому рескрипті, 11 травня 1797 року, пожалував Єпископові Афанасію орден святого Олександра Невського. Але ця зірка була вже останньою на життєвому небокраї Святителя Божого та, як емблема земної величі й слави, скоро померкнула».
У тому ж році в Синод надійшов донос диякона Харкевича, в якому на єпископа Афанасія зводилися різні наклепу. У життєписі так описана ця подія: «Один недостойний диаякон, якийсь Харкевич, забувши настанови Слова Божого, по якому не личить диякону бути двоязичним, подібно Іуді Іскаріотському, що продав свого Вчителі й Господа за 30 срібників, продав свого архіпастиря Афанасія духу злості й лукавства, духу гордості й честолюбства: він оббрехав його жахливим наклепом. Посланий у Св. Синод донос зводив на Святителя Божого тяжкі злочини в моральному й навіть громадянському відношенні. Святитель Афанасій обвинувачувався, страшно вимовити, «у перелюбстві, хабарництві, недотриманні табельних днів і в інших не менш тяжких злочинах». Був вірний розрахунок донощика обвинувачувати єпископа, як ченця, – у перелюбстві, як начальника, – у хабарництві, як підданого, – у недотриманні табельних днів, тому що в цих пороках могло позначитися все худе про ненависного диякону свого архіпастиря».
Довідавшись про зміст доносу, Преосвященний Афанасій звернувся із проханням про звільнення його від управління єпархією, маючи за мету також відгородити Православ’я в краї від наруги та підозр.
Указом Імператора, в задоволення прохання, єпископ Афанасій (Вольховський) був зміщений з кафедри та призначений на спочинок у Мгарський Спасо-Преображенський монастир Полтавської губернії (27 серпня 1797 року).
Про несправедливий характер обвинувачень на адресу святителя свідчить той факт, що в справі про настільки тяжкі наклепи не було призначено ніякого слідства, а самому єпископові Імператорським указом була призначена пенсія.
З життєпису відомо наступне: «Отже, Святитель Божий Афанасій, що обрав при вступі до чернецтва Лубенського Угодника Божого, Патріарха Афанасія, своїм патроном, приходить до свого заступника й покровителя вчитися терпінню, яке народжується від скорботи, по слову Апостола. А скорбота у Святителя Божого була велика й сильна. І Царська милість, виражена згодом у даруванні йому пенсії, не утішила його. Більше всього боявся він тієї думки, чи не зробив він собою мимовільної спокуси. Ця, видно, думка була в нього невідчеплива, і тільки Милосердна Цариця неба й землі, наша славна Владичиця й Богородиця Приснодіва Марія, що подає людям «зміст кращий ніж природній», не залишала його й тоді Своїм Покровом, коли він сильно хворів душею, або, точніше сказати, був у великому духовному випробуванні.
Такий важкий стан перед переходом у вічність Святителя Божого Афанасія тривав близько півроку. Він прибув у м. Полтаву як би попрощатися з рідними й спочив у них на руках».
Помер 1 січня 1801 року в Полтаві. Похований у Полтавському Хрестовоздвиженському монастирі. Мощі його почивали нетлінне.
«Весьма утешительно для верующих и благочестивых православных людей узнавать, как протекала жизнь тех подвижников веры и благочестия, которые по кончине своей пребывают нетленны многие десятки лет, и даже сотни, и которые и заживо, и по преставлении своем неоскудно изливали и изливают милости свои всем призывающим их молитвенно на помощь. Такие Угодники Божии, не будучи еще канонизованы святой Церковию, тем не менее, чтятся Боголюбивым народом русским, который, совершая о таковых панихидные моления, прибегает и за их помощью. К числу таких Угодников Божиих относится … и Полтавский святитель, нетленно почивающий в тамошнем Крестовоздвиженском монастыре: епископ Афанасий, преставившийся … в начале 1801-го года. Почивает он под сводами соборного храма Крестовоздвиженского мужского монастыря, в г. Полтаве, в одном из отделений тамошней усыпальницы», – свідчить історичний опис.
У 1882 році призначений на Прилуцьку кафедру (Полтавське вікаріатство) блаженної пам’яті Преосвященний Іларіон (Юшенов), оглядаючи гробницю Преосвященного Афанасія, виявив нетління тіла його. Про це він сповістив Синод, звідки послідувало розпорядження винести труну з усипальниці, а в склепі влаштувати церкву, де поставити мощі й там служити панахиди до часу офіційної канонізації.
Через велику кількість зцілень і чудес матеріали щодо канонізації святителя Афанасія були підготовлені в короткий час. Ім’я святителя було внесено в Полтавський патерик, що готувався до видання.
Так зверталися в молитвах до ще не прославленого угодника Христового: «Скорбный Святитель Божий Афанасий, помолись о нас Господу Богу, аще имаши дерзновение к Нему молитися за ны, прибегающии к тебе. Воззри на наши скорби, на клевету, и нас облегающую, и расторгни узы и мрежи, связующия нашу душу. Дай нам помощь молитвами твоими, да укрепит Господь наши силы и наш ум, умерщвляемые грехами, да ограждаемые крестным знамением и помогаемые Пресвятою Госпожею Девою и Богородицею, поживем в благочестии и чистоте и, тако достигнув вечера жизни нашея, отыдем к незаходимому Свету — Христу. Аминь».
Торжества із нагоди прославлення святителя Афанасія планувалося провести після Собору Російської Церкви 1917 року, однак цьому перешкодила революція, що почалася.
Є численні свідчення про силу молитовного предстательства блаженної пам’яті єпископа Афанасія. Так, у дореволюційних монастирських архівах зберігалися записи про зцілення по молитвах святителя Афанасія:
міщанки Ганни Прокопенкової – від сильної хвороби ніг;
міщанина Ф. Новосільського – від тяжкої хвороби правої руки, якою він протягом півроку не володів;
дівиці Зінаїди Бараново – від тяжкого запалення руки й від ампутації, що загрожувала. Є свідчення губернського секретаря Я. П. Матюхи про чудесну допомогу Полтавського святителя, що проявилась у рятуванні від несправедливого обвинувачення.
У книзі, виданій більше 100 років тому, висловлене тверде переконання: «Жизнь этого Святителя разрешилась скорбями, вследствие перенесенных им людских напастей и клеветы человеческой, и, вероятно поэтому, он, будучи сам искушен клеветою, может и другим, сущим в скорбях от клеветы и напраслины, помогать данною ему от Бога благодатью».
Воістину чудесним образом Господь зберіг чесні останки святого Свого угодника. Мощі, що почивали нетлінно в особливому склепі Хрестовоздвиженського собору Полтавського монастиря, після більшовицького перевороту були передані у краєзнавчий музей Полтави в якості експоната антирелігійної виставки. Там вони перебували до початку Великої Вітчизняної війни, а з приходом окупантів були таємно перенесені в монастир і поховані під підлогою соборного храму обителі. Коли ж краєзнавчий музей згорів, утвердилося переконання в тому, що разом згоріли й святі мощі єпископа Афанасія (Вольховського). І хоча було відомо про справжнє місце знаходження святих останків, церковна влада не квапилася розголошувати це (зі справедливого побоювання можливої наруги над мощами від рук безбожників). Близько 1995 року мощі були перепоховані на монастирському цвинтарі між Хрестовоздвиженським собором і Троїцьким храмом.
У 2009 році за благословенням та при особистій участі архієпископа Полтавського й Миргородського Филипа почалися роботи зі збору матеріалів для канонізації єпископа Афанасія (Вольховського). Був складений проект тропаря й кондака, а також іконописного зображення святого. На засіданні комісії з канонізації святих при Священному Синоді Української Православної Церкви, що відбулося в Києві 2 березня 2010 року, під головуванням глави комісії архієпископа Херсонського й Таврійського Іоанна був розглянутий рапорт керуючого Полтавською єпархією про можливість причислення єпископа Афанасія (Вольховського) до лику місцевошанованих святих.
Комісія ухвалила направити Блаженнішому Митрополиту Володимиру рапорт із проханням розглянути питання про канонізацію святителя Афанасія (Вольховського).
27 травня 2010 року Священний Синод Української Православної Церкви на засіданні розглянув зазначений рапорт голови комісії з канонізації святих.

Діяння Священного Синоду УПЦ
Від 27 травня 2010 року
Журнал № 25
У засіданні Священного Синоду Української Православної Церкви під головуванням Блаженнішого Володимира, Митрополита Київського і всієї України, –
Слухали рапорт Преосвященного Іоанна, архієпископа Херсонського і Таврійського, Голови Комісії по канонізації святих УПЦ про причислення до лику місцевошанованих святих Полтавської єпархії єпископа Афанасія (Вольховського) (+1. 01. 1801 р. ст. ст.).
Розглянувши житіє, труди, подвиги, чудеса та враховуючи народне шанування єпископа Афанасія (Вольховського) –
Ухвалили:
1. Благословити для місцевого прославлення та шанування архієпископа Афанасія (Вольховського).
2. Затвердити іконописне зображення Святителя Афанасія Полтавського, Мгарського.
3. Останки Святителя Афанасія Полтавського, Мгарського, якщо такі є, вважати святими мощами.
4. Пам’ять Святителю Афанасію Полтавському, Мгарському звершувати – 1/14 січня.
Піднести подяку Всемилостивому Богу, дивному у святих Своїх, що явив нам нового молитвеника за нашу Святу Церкву та наш народ.
† Володимир,
Митрополит Київський і всієї України,
Предстоятель Української Православної Церкви
Члени Священного Синоду:
† Никодим, митрополит Харківський і Богодухівський
† Агафангел, митрополит Одеський та Ізмаїльський
† Іоанникій, митрополит Луганський і Алчевський
† Онуфрій, митрополит Чернівецький і Буковинський
† Марк, архієпископ Хустський і Виноградівський
† Іоанн, архієпископ Херсонський і Таврійський
† Феодор, архієпископ Мукачівський і Ужгородський
† Агапіт, єпископ Сєверодонецький і Старобільський
† Митрофан, архієпископ Білоцерківський і Богуславський
Прес-служба Полтавської єпархії УПЦ

Международный фестиваль православного кино «Покров-2010»

Творчий політ – нормальний
Кінофестиваль православного кіно «Покров» і в цьому році засвідчив наявність активної творчої атмосфери

Олександр Яровий,
кандидат філологічних наук
Вже восьмий раз у приміщенні Будинку кіно скликає гостей Покровський кінофестиваль, який став помітним явищем православного життя столиці й культурного контексту сучасної України (та й не тільки України). Нинішній фестиваль приурочений 65-річчю Великої Перемоги та 75-річному ювілею Блаженнішого Митрополита Володимира. Як запевнили організатори кінофоруму, інтерес до православного кіно зростає не тільки в країнах, де традиційно сповідують Православ’я, а й по всьому світу.
На кінофестивалі представляються фільми трьох напрямків: художні, документальні та анімаційні. Цього року було чотири десятки картин: з них п’ять – ігрові фільми різного хронометражу та досить високе число (15) анімаційних стрічок, решта – документалістика. Участь взяли кіномитці із шести країн.
На врочистому відкритті були оприлюднені численні вітання. Зокрема, надійшло найголовніше благословення – від Патріарха Московського та всієї Русі Кирила, яке зачитав архімандрит Іона (один із незмінних учасників та організаторів цієї культурно-мистецької події).
«Дорогие братья и сестры, организаторы, участники и гости VIII Международного фестиваля православного кино «Покров-2010»! Сердечно поздравляю вас с началом этого представительного форума, собравшего в древнем Киеве лучших режиссеров, сценаристов и журналистов, которые в этих непростых условиях создают современное православное кино. Понимаю, как нелегко сегодня, когда требуется особое мужество, чтобы противостоять соблазнам разделений и размыванию нравственных устоев, создавать христианские фильмы и телепередачи. Нелегко добиваться и того, чтобы их увидели миллионы зрителей. Ведь, к сожалению, достоинство плодов культурного творчества в наши дни зачастую измеряется их способностью любой ценой обеспечить материальную выгоду. Надеюсь на то, что православным работникам кино удастся найти такие темы для новых православных фильмов, которые смогли бы увлечь современного зрителя. Надеюсь и на то, что их качество будет соответствовать важности стоящих перед нами задач. Мы не должны отступать от православных традиций, не должны капитулировать перед конъюнктурными требованиями массовой культуры. И в то же время должны создавать такие христианские фильмы, чтобы они были понятны не только воцерковленным людям, но и тем, кто пока еще не укоренился в отеческой вере. Вам дано высокое право быть услышанными и увиденными. Вам дана необходимая возможность создавать кино, говорящее о главном в жизни каждого человека. На вас лежит огромная ответственность за каждое слово, за каждый кадр, который отображает суть и смысл Православия. И одновременно это радостные заботы, потому что вы служите Церкви и людям, которые уповают на спасение и милость Божию.
Призываю Божие благословение на ваши труды и добрые начинания.
Кирилл, Патриарх Московский и всея Руси»
Вітання від Предстоятеля Української Православної Церкви зачитав Архієпископ Митрофан.
«Шановні організатори, учасники та гості кінофестивалю «Покров»!
Євангельське слово – це звістка про Спасителя та про можливість спасіння, а ЗМІ в руках у християн – це засіб розповсюдження цієї звістки. Бог-Слово стає людиною, щоб звернутися до людей безпосередньо. Слово проповіді втілюється в різних темах, кінофільмах, телепрограмах, на сторінках друкованих та інтернет-видань з бажанням бути почутим та зрозумілим кожній людині. Проповідь за допомогою сучасних засобів масової інформації – це важливе і вкрай необхідне для служіння Церкви в сучасному світі. І тому дуже важливо, щоб кіномистецтво розвивалося не на засадах світу цього, а мало «наріжним каменем» самого Христа, християнський спосіб мислення та життя. Тому звертаюся до вас словами апостола Павла: «Стійте, підперезавшись кожен своєю правдою, зодягнувшись у вбрання праведності, візьміть щит віри, яким зможете погасити всі розпечені стріли лукавого, і шолом спасіння візьміть, і меч духовний – Слово Боже». Кожного часу моліться духом і дбайте, щоб могли ви розкривати світові таємниці Євангелія.
Бажаю всім учасникам кінофестивалю «Покров» творчої наснаги, плідної праці, а гостям фестивалю бажаю отримати насолоду та користь від перегляду.
Володимир, Митрополит Київський та всієї України,
Предстоятель Української Православної Церкви»
Не лишився осторонь наш Президент України, який сповідує православ’я. У привітанні Віктор Федорович Янукович зазначає: «Дорогие участники и гости кинофестиваля! Примите мои сердечные и теплые поздравления по случаю открытия VIII Международного фестиваля православного кино «Покров». Из года в год в канун великого православного праздника Покрова Пресвятой Богородицы древний Киев собирает представителей братских православных Церквей, общественность и творческую интеллигенцию, деятелей культуры и искусства, чтобы на несколько дней стать центром дружеского общения людей, объединенных общим желанием сделать этот мир добрее. Ваш кинофорум – это уникальный социально-культурный проект, призванный прежде всего воспитывать милосердие, гуманизм, благочестие, укреплять святую веру и возрождать духовно-нравственные традиции Православия. Уверен, что нынешний фестиваль откроет новые таланты и будет сопутствовать развитию христианского кинематографа, что фестиваль даст мощный импульс этому прекрасному виду искусства. Искренне желаю участникам конкурса крепкого здоровья, огромных успехов во всех делах и начинаниях. Счастья вам, добра и благодарных зрителей!»
Далі на урочистій церемонії виступив голова Комітету у справах національностей та релігій Ю. Богуцький. Було передано вітання від Голови Верховної Ради Володимира Литвина, виступив також Петро Порошенко – голова наглядової ради Національного банку України. Він, зокрема, сказав: «Якщо навіть одну людину якийсь із показаних фільмів приведе до Бога, у храм, на сповідь – це дуже важливо». Відзначив, що головне не комерція, а те, що фільм залишає в душі. Петро Порошенко, до речі, запровадив і персональну премію в розмірі 25 тис. гривень. Директор фестивалю священик Олександр Акулов звернувся до преси і до Президента з пропозицією організувати спеціальний фонд, який би підтримував православне кіно – для його приходу на ТВ, у прокат і т.д.
На відкритті „Покрову” демонструвався фільм «Скоро весна» режисера Віри Сторожевої. У головних ролях: Ксенія Кутепова, Сергій Пускепаліс, Ольга Попова. Фільм залишив неоднозначне враження. Звичайно, тема вкрай цікава. Матушка Катерина (в миру – Тамара, яка вже «померла» для героїні), почала нове життя – під її орудою, духовним наставництвом знаходиться кільканадцять людей, скажемо так… маргінального соціального статуту. Це колишні злочинці, наркомани, алкоголіки, люди тяжких і поламаних доль. Найцікавіше, що матушка Катерина сама прийшла із «благополучного життя», щоправда, переживши непоправну втрату – смерть єдиної дитини. І ось у життя монастиря вторгається її колишній чоловік, бізнесмен Паша, один з крутих «господарів життя», який все-таки бачить в ній «покійну» Тамару, що для нього жива, а не матушку Катерину. Його поведінка, як то кажуть в народі, «куражна». Він грайливо, легковажно ставиться до життя, він – непогана людина, але гроші, успіх, суспільна вага заважають йому збагнути справжні цінності життя. Між іншим, він не знає, що фактично є смертельно хворим – у нього величезна пухлина в мозку, але лікарі йому цього ще не відкрили. Знає про це матушка… Також співчуттям до цього неоднозначного героя сповнена і простодушно-наївна послушниця Ольга. Хоча герой продовжує любити, по суті, вже черницю, але, в той же час прокидається дитяча, наївна любов до нього у душі Ольги.
Звичайно, дещо наївно (і може, десь переграно) зображено у фільмі емоції. Часом це виглядає так, що можна означити жанр як «православну кінокомедію», якщо, звичайно, не зовсім дивним є такий термін. Хтось у залі обурювався: «Ну після такого фільму можуть сказати, що православні – це якісь дурники». Важко скласти струнку думку про цей фільм. Звичайно, й надмірна фарсовість багатьох ситуацій, і певна «зарозумілість» місцями художньої манери (якісь незбагненні видива із царини того кіно, що в обивательському глядацькому побуті називається «кино для сильно умных») – це псує загальне враження від фільму. Очевидно, російській православній картині треба було бути, не побоїмося сказати, більш серйозною і з більш прозорою образністю та й емоційно глибшою… А то є ще й елементи на межі із добре впізнаваною «чорнухою». У тлумаченні творців фільму їхній задум, звичайно, ошляхетнювався: «мовляв, ви будете і сміятися, і плакати, а, з іншого боку, побачите і духовні злети, й найглибше падіння героїв». Це на словах. Але часто, як ми розуміємо, реалізація буває зовсім відмінною від задумів. Як десь писав Достоєвський – думки блякнуть, перекладені на папір. Так і тут: мабуть, благородні задуми значно зблякли, будучи переведені на плівку (чи які там тепер носії в сучасного кіно)…. Фільм не став подією, рівновеликою аналогічним прем’єрам, що вже не раз стрясали глядацькими оваціями стіни Будинку кіно за вісім фестивальних років (як наприклад, стрічки «Острів», «Піп», «Почаїв» чи документальний «Форпост»…). Сенсації не сталося. І взагалі, художнє кіно було представлене слабше, ніж у попередні роки… Але про результати далі.
Звичайно, якщо людина не є професійним кінокритиком, то навряд чи вона зможе всі фестивальні дні проводити в насолоді кіноперегляду. Всі ми зайняті своїми поточними справами, але так чи інакше кожен із глядачів, які на той час утворили свою маленьку комунікативну групу «людей за інтересами», змогли скласти своє уявлення, хай навіть вибірково.
Мені вдалося побачити протягом цих днів кілька цікавих документальних фільмів. Запам’ятався фільм «Лука. Архієпископ Тамбовський» (Росія). Доволі фундаментальний, мало не годинної тривалості. Він, до речі, був удостоєний призу за оригінальне художнє оформлення. Фільм – енергійний, глибоко духовний – оповідає про непросту, навіть трагічну долю архієпископа Луки (Войно-Ясенецького), який поєднав у собі духовний дар окормлення пастви із високим талантом хірурга. Тема протистояння безбожній владі, духовного подвигу незламного архієрея лягла в основу цього фільму.
Фільм«Преображення», також російський, оповідає про монастирі російської Півночі на Білому морі, Ладозі, Онезі. Йдеться про Валаам, Соловки, Кіжі. Цікаву і корисну просвітницьку місію несе фільм українця Б. Браги «Князь-інок Микола Святоша», який вдало сполучає елементи ігрові та документальні. Історія відродження обителі в Молдові – у фільмі «Ново-Нямецький монастир» (Молдова), де згадується про тяжкі часи, коли руйнували храми. Тракторист, який зачепив тросом купол храму, загинув від падіння на нього хреста. Справді, нічого випадкового у цьому світі нема – кара настигає злочинця часом дуже рішуче і очевидно. Такі деталі, звісно, не забуваються. Їх було багато в цьому цікавому фільмі.
Не міг не зворушити глядачів фільм «Великий князь Сергій Олександрович Романов» – про члена імператорського дому, убитого бомбою терориста Каляєва. С.О. Романов був чоловіком великої княгині Єлисавети, нині прославленої в лику святих, яка простою сестрою милосердя спасала душі інших і досягла святості фактично при житті, зреалізувавши Христову заповідь про любов навіть до ворогів. Вона відвідала в тюрмі терориста, вручила йому Євангеліє із пропозицією покаятися. Злочинець сказав: «Я довго примірявся до цього замаху, не хтячи вбивати Вас»… На що велика княгиня з гіркотою відповіла: «Ви не розумієте, що, вбивши Сергія Олександровича, ви вбили мене…» Потім сама вона стала жертвою вже вознесеного в ранг державної політики більшовицького терору, але тепер є святою нашою заступницею на небесах…
Про висоту людського духу в найтяжчих обставинах розповідає фільм «Лєночка Е-105» режисера Володимира Кривцуна (Росія). Фільм 20-хвилинний, недовгий. Йдеться про нині живу жінку, яка була медсестрою в часи Великої Вітчизняної війни. За неправедним доносом втрапила до тюрми (найпарадоксальніше, що вона рятувала життя поранених радянських воїнів, але це було на окупованій території). Вона розказує про тяжкі поневіряння в таборах, оповідає, як за колючим дротом доводилося займатися справою виховання дітей. Діти за ґратами, діти без рідних батьків – це страшно. Але вона зуміла повернути відблиск дитячого щастя знедоленим і, як могла, скрашувала цей страшний побут, безпросвітні злидні й надривну підневільну працю – імпровізаційними концертами, виставами, іншими художніми заняттями, які дозволялися. Інтерв’юер запитує у неї: «Як же можна було вижити в цьому земному пеклі?» Й у відповідь чує, що коли не дбаєш про самого себе, забуваєш власне життя, – тоді ти бачиш сенс у збереженні інших життів. Тільки це й може додати сили. Той, хто дбав про своє життя, той у застінках загинув…
Цікаві також фільми «Патріархи Святої Русі», теж названого В. Кривцуна (коротка «пунктирна» оповідь про Патріархів від Гермогена до нині сущого Патріарха Кирила); «Поки дзвонить дзвонар» – відомого кінорежисера Валентини Матвєєвої, яка не вперше бере участь і не раз бувала призером «Покрову» в різних номінаціях…Із фільму В. Кривцуна дізнаємось багато цікавого про Патріарха Кирила. Дід його за віру тридцять років сидів по тюрмах, був механіком паровоза, змінив… 47 тюрем і 7 заслань! До революції отримував величезні гроші, як на ті часи – 300 рублів, коли 25 рублів коштувала породиста хороша корова, і – посилав більшу частину на Афон. Отже, як кажуть в народі: «Яке коріння, таке насіння». Випадки подібного благочестя в нашому народі руському далеко не поодинокі. До слова скажу: зайдіть у храм Святого Михаїла, першого митрополита Київського, в Олександрівській лікарні (названій так, до речі, на честь чудесного зцілення тоді ще підлітка, майбутнього імператора Олександра ІІІ, між іншим, батька Сергія Олександровича Романова, згаданого великого князя, вбитого терористом). Спустіться до усипальниці, де похований Михайло Парфенійович Дегтярьов, київський, як тепер би сказали, бізнесмен і громадський діяч, який колосальну суму в десять мільйонів рублів(!) пустив на потреби рідного міста. На побудову храмів, влаштування богаділень, на стипендії бідним, довічне утримання калік, на допомогу всім нужденним і голодним… І саме ці зразки повинні мати перед собою юні (та й не тільки юні…), а не бульварні матеріали про «успішних» олігархів, які вихваляються одні перед другими своїми статками над пострадянською руїною…
Окреме слово треба сказати про мультиплікаційні стрічки. Вони були й коротенькими на кілька хвилин, і більш розлогими. Були художньо-філософські фантазії («Про птицю», режисер Ольга Кудрявцева (Росія)), всього – 9 хв. Як сказали самі творці фільму – мультик «про те, що наші мрії часом збуваються не так, як нам хотілося б, але збуваються». Фільм сповнений м’якого гумору і водночас ліризму. Звертають увагу на себе три мультфільми дуже різні, але чимось і споріднені: «Путеводительница», «Про Василія Блаженного» і «Єгорій Хоробрий». Всі три із Росії, і вони є оповідями на теми православної святості. За манерою виконання оригінальні. В них у доступній формі подаються відомості про православні святині, православних святих. Чи не є це певним зниженням, «коміксовим» підходом? Всякий розважливий читач після непростих роздумів усе-таки скаже: «Ні». Вони несуть лагідно-добрий, чимось близький до різдвяного, дух і водночас дуже земні, практичні, життєві істини Православ’я. Оповідь про святість подана, звичайно, в дещо спрощених формах, але – без виходу за формати високого. Могли бути і вкраплення гумору, як у стрічці про Василія Блаженного, і чудова поетична розповідь за кадром (мультфільм «Святий преподобний Серафим Саровський») – все це слугує одній меті: якнайповніше, у доступно-привабливій формі передати нашому юному, хай навіть маленькому, сучасникові ті речі, про які має знати громадянин православної країни. Поетичний текст мультфільму про преп. Серафима не є якоюсь механічною рифмовкою на задану тему, він достатньо художній, барвистий і зворушливий… Процитую строфу: «Он победил гнуснейший род бесовский, молясь на камне тысячу ночей. И мир не знал, о праведник Саровский, ума смиренней, сердца горячей…») Цей мультфільм глядачі взагалі зустріли з криками «браво» ( автор віршів – Наталія Пономарьова, режисери стрічки – Владислав Пономарьов та Аліна Івах). І причому – це стрічка на 8 хвилин! Звичайно, формат вимагав лаконізму, майстерності, місткості деталей.
Мультик «Солдатська пісня» (режисер Є. Чернова, Росія) справді починається і закінчується бравою солдатською піснею, але сенс тут в іншому. Це – екранізація казки Саші Чорного про те, як ангели-хранителі, які є в кожної хрещеної людини (звичайно, є вони і в солдатському підрозділі), допомагають одному повернути свою майже безнадійну пропажу, а іншому – покаятися в злочині. Така собі нарада ангелів, яка робить людей і дійсність кращими, примушує без примусу, апелюючи до богодарованих струн добра в кожній душі.
Не можна не згадати серед ігрових картин і короткометражний фільм режисера Марії Кругленко з України «Маленьке чудо». Бачив зал і дівчинку Віру (яке символічне ім’я!), що була виконавицею однією з двох головних ролей. Власне, йдеться знову про «людей дна». Жінка із маленькою дівчинкою, смертельно хвора; люди, які кидають їй скупі мідяки… Небезпеки вулиці, інші малоприємні життєві несподіванки. Холод, голод, безпросвітність… Але цей фільм про викинуту за межі нормального життя мікроспільноту (включаючи чоловіка, який виписаний недостатньо рельєфно, але, можливо, це й не так потрібно для задуму) все одно лишає світле враження. По молитві дівчинки, яка заходить до храму, мама зцілюється, а сімейство знаходить хоча б якийсь тимчасовий прихисток – у селі, поза байдужою столицею. Фільм дуже виразний, дуже хвилюючий…
А ключовою подією на закритті фестивалю став художній фільм тривалістю в 40 хвилин «Ікона» режисера Олексія Кухаренка (Росія). Його окрасою стала гра Валерія Золотухіна, хоча він задіяний тут не в головній ролі. Майстрові дісталася роль «старого чесного алкоголіка», який, хоча і дійшов до межі фізичної й душевної деградації, ще зберігає в душі слід святого. Він не може погодитися із тим, що син його знайомого (до речі, доволі успішний бізнесмен), щоб погасити кредит, зважується на фактичне святотатство – продаж родової ікони. У цьому фільмі ви побачите навіть стрілянину й динамічну втечу на автомашині; побачите поранення й надію зцілення – як в прямому, так і в переносному розумінні; побачите провину і глибоке каяття. (Власне кажучи, все, як сказали б класики, «очень по-русски»). Наскільки тяжка провина, настільки глибоке каяття і потім глибока надія на всепереможну Господню любов та милосердя. Але, звичайно, не треба грішити в надії на покаяння! Засліплення героїв минає. А щодо тих, хто відійшов за вічну межу…, то у Бога, як відомо, немає живих і мертвих. Для того, хто тримається Бога, для живого душею лишаються живими й інші, він не втрачає з ними зв’язку… Виступивши на закритті, гість фестивалю Валерій Золотухін «зірвав» потужні аплодисменти – зокрема, проникливо прочитавши вірш Іосифа Бродського про Різдво.
На церемонії завершення фестивалю зал з нетерпінням чекав слова Предстоятеля УПЦ Митрополита Володимира. Він, як завжди, стисло і містко преподав благословення учасникам і гостям фестивалю і зазначив: «Ми й надалі чекаємо від вас хороших фільмів. Ви ж самі нас до цього привчили!» Ці слова були схвально і жваво сприйняті публікою, потонули в оплесках.
Фактично, жоден фільм не залишився без відзнаки. Всі були нагороджені як мінімум дипломом учасника фестивалю (що теж лишиться прекрасною пам’яттю про цю подію).
Гран-прі VIII Міжнародного фестивалю «Покров» було присуджено фільму «Зрозуміти людину» (реж. О. Столяров, Росія). Як відзначили творці фільму: головніше, ніж зрозуміти людину, це – полюбити її.
У галузі документального кіно: перша премія – фільм «Братія Карамазових» (І. Васильєва, Росія); дві другі премії – «Космос як послушання» (Л. Смірнова, Росія) та «Лука – архієпископ Тамбовський» (О. Муравйов, Росія); дві треті премії: «Любов і більше ніж любов» (І. Васильєва, Росія) та «Імператор, що знав свою судьбу» (Р. Єршов, Росія).
Анімаційне кіно: перша премія – «Про Василія Блаженного» (Н. Березовая, Росія); друга премія – «Путеводительница» (Н. Федченко, Росія) та «Святий преподобний Серафим Саровский» (В. Пономарьов, А. Івах, Росія); третя премія – «Любов» (А. Дуняєв, Росія) й «Околоколомна» (І. Ролдугін, Росія). А новиною, можливо, не дуже втішною (але такою, що випливала із об’єктивних обставин) стало те, що в галузі художнього кіно призові місця… не присуджувалися. (Можливо, це краще, аніж присуджувати за принципом:«на безриб’ї і рак – риба». Ліпше і справді було проминути цю номінацію й чекати грядущих відкриттів).
Петро Порошенко присудив премію свого фонду багаторічному директору фестивалю священику Олександру Акулову. З традиційним словом на закритті виступив директор кінофестивалю А. Деркач.
Були присуджені також численні дипломи: кращому продюсеру, звукорежисеру, за кращий монтаж, за актуальність теми, за вірність православній традиції, за «особливий погляд», за кращий сценарній… Приз глядацьких симпатій отримав документальний фільм «Лампа не гасне» (реж. М. Михальцова). Як бачимо, у списку призерів переважає російське кіно. Ну що ж, і в наших вітчизняних кінематографістів є стимул тягтися, рости далі!
Загальний висновок такий – немає приголомшливого прориву, та немає й занепаду. Це, зрештою, природно для кризового чи посткризового стану суспільної культурної свідомості. Добре вже те, що робота триває. А от з анімаційним кіно – бачимо приємний небувалий підйом! Отже, творчий політ не переривається. Триває нормально. Православне кіно впевнено завойовує нові позиції. Будемо чекати нових мистецьких відкриттів у подальші роки.
Отже, кажемо «до побачення!» фестивалю «Покров». До зустрічі на його дев’ятилітті! Многая літа його творцям, спонсорам і прихильникам – простим православним людям. Він несе в собі зерно прогресивного саморозвитку. Він переживав значно тяжчі часи. Отже, вистоявши, став іще міцнішим, «дорослішим», впевненим у собі.
Але головна наша надія – не на себе, а на волю Божу, на Покров Пресвятої Богородиці. Під цим святим омофором всяка творчість набуває особливого змісту. Як і особливої відповідальності.

Реплика

Обвиняют, даже когда молчишь о расколе, как рыба. Месяцами. Не мешаешь людям идти к покаянию. Ведь время не ждет, оно неотвратимо. А тут – опять достают. Якобы мечтаю, чтобы филаретовство ударилось в эмиграцию. Куда? К награбленному? Вон Павел Иванович уехал, и что? Ни его, ни денег. Напротив, надеюсь, что раскол рассосется, как всякая болезнь, и не где-нибудь, а здесь в Украине. Ну, не можем мы так долго болеть! А тут читаешь – у отлученного от Церкви Филарета вдруг обнаружили возможность «второго дыхания».
Пришел вот в филармонию на 15-летие «патриаршества», поскольку был на избрании, был на 80-летии Филарета– интересно посмотреть, что изменилось. Благо, вход свободный: ни приглашений, ни удостоверений никто не спрашивает. Демократия, а может, просто денег не хватает. Появятся – быстро заведут аккредитации, пропуска, кордоны, «вы кто?», «вы куда?», хотя никто никуда не ломится.
Накрапывает дождь. Люди подтягиваются, некоторые с цветами, но говорят вполголоса. Глубокая осень раскола! Встретил в раздевалке Гудыму и прочих раскольничьих дебоширов, заверил, что вопить в мегафон не буду, тихо посижу, наслаждаясь хоровым пением и всеобщим увяданием. Окрест – тишина. Ни бурного потока, ни реки, ни даже ручейка счастливых чиновников. Где они? Два года назад Михаила Антоновича в Оперном заставили корзинами, как витрину цветочного магазина. Прошло ничего, иных уж нет, а те далече.
Знакомых – мало. Встретил однокашника В. Ризуна, он теперь руководит Институтом журналистики. Букетик скромный – пришел поздравить, застенчиво мнет в руке. Зал уютный, свободные места есть, хотя людей много, но все бесшумные, как призраки Борисова-Мусатова. Со второго этажа выглядывают молодые люди в подрясниках – следят за заполняемостью. Элегическое настроение едва не испортил Евстратий Зоря, поздоровавшись так, будто я был в скафандре. Видимо, репетировал голос перед выступлением. Садитесь, где хотите – у нас свобода. Сели там, где обычно сидит пресса – в первом ряду слева. Кроме нас были два юных фотографа и одна девушка, которая, держась за колонну, тянула к сцене диктофон, хотя непонятно для чего. ТВ замечено не было.
По краям сцены стояли два кресла: одно для юбиляра, в другом за журнальным столиком с микрофоном сидел, как выстрел из ружья, неизменный Дмитрий Степовик, бывший парторг, ставший на пенсии раскольничьим «богословом». Столик обшарпанный, кресла с потертой позолотой, бутафорские – в них умирали Аида и Пиковая Дама.
В вип-ряду расселись филаретовские «архиереи», но часть мест пустовала.
Собрание начали без молитвы, выступлением мужского хора из Луцка, который исполнял почему-то рождественские песнопения. Видимо, готовился уже к святкам – не пропадать же добру. Тихо прошел Виктор Ющенко, за ним еще какие-то люди. Говорили, что от новой власти должен приветствовать председатель Госкомрелигий Юрий Богуцкий, но он нигде не обнаруживался. Предположили даже, что он поздравляет в составе хора, что называется, поет в терновнике. Но и там его не было. Оказывается, поздравил юбиляра накануне вечером.
Едва начал говорить Степовик, экс-президент задремал и далее постоянно боролся со сном: все-таки мероприятие в 15-00 для интеллектуалов – это рановато. Рядом с Виктором Ющенко обнаружилось то, чего нигде, кроме как на филаретовских вечерах, уже и не увидишь. Тени забытых предков – едва ли не весь партком Союза писателей Украины. Поэты-коммунисты, классики украинской советской литературы, чьи стихи о партии, революции, Советской родине, Ленине (и даже Сталине) учила от мала до велика вся страна: Дмитрий Павлычко, Иван Драч, Павел Мовчан. Возглавлял бессмертную плеяду тоже бывший коммунист и комсорг Союза писателей, а ныне его руководитель – Владимир Яворивский. Правда, последний сидел рядом с Виктором Андреевичем как на иголках и при первой возможности сбежал: как-никак ныне он тимошенковец.
Степовик неожиданно быстро закруглился и пригласил на сцену Филарета. Почему-то никто не стал его сопровождать, а Степовик (ведь тоже под 80) и не подумал пойти навстречу, поэтому, дойдя до сцены, Филарет растерялся, потерял ориентацию (старенький совсем), не понимая, как на нее взобраться. Пришлось пресс-службе УПЦ (кто бы мог подумать!) направлять его в нужную сторону, к ступенькам: ведь юбиляр должен все-таки сидеть на сцене, а не под ней.
Неожиданно появился депутат (может, уже тоже бывший) Ратушный и забился с букетом роз в угол на последнее кресло в нашем ряду. Степовик объявил «Слово о патриархе» в бессменном исполнении Дмитрия Рудюка. Последний уже сто раз это слово зачитывал, мог бы и наизусть выучить, нет же – читал по бумажке, рассказывая о «подвиге» Филарета, «оставившего все земное во имя небесного». Правда, опять скрыл, где именно он это «земное» оставил и кому? Любопытна была горячая благодарность Филарету за строгость и суровость по отношению к архиереям и священникам, что, по слову Рудюка, удерживает их от нарушений «канонов». Завершил оратор свой спич утверждением, что Филарет не дает «дремать державным деятелям».
На этой фразе Виктор Ющенко и впрямь очнулся. Тут же ему дали слово. Выступая в своей обычной философской манере, третий президент напомнил, что делал все, чтобы филаретовская организация утверждалась. Правда, в отличие от торжеств двухлетней давности, он уже не называл Филарета «Божьим даром украинскому народу», а тот, скажем наперед, уже не именовал Ющенко «посланным Украине Богом», и вообще его никак не именовал. Статус обоих, скажем прямо, был сильно и перекрестно понижен. Оратор выразил уверенность, что в Украине когда-нибудь будет такая же Церковь, как в Армении, Болгарии, России и Белоруссии. Чем она у нас хуже – так и осталось загадкой. А напоследок он посочувствовал юбиляру, который весь изранен «иголками из-под роз». В букете Виктора Ющенко, который стоял перед нами, действительно, ни одной розы не было, зато все остальные гости (включая «духовенство» и политиков), как назло, приволокли исключительно розы, и метафора президента наполнилась особым смыслом.
Затем слово для зачтения обращения к патрону от подчиненных предоставили Евстратию Зоре. Он, действительно, зычно отчеканил его, как пионеры – речевку. Пока Зоря декламировал, Степовик со сцены выяснял у зала, есть ли в наличии Кириленко, которому и предоставили слово. Этот депутат, очень забавный, похожий на Пятачка, по манере выступать напоминает позднего Леонида Ильича: лицо почти неподвижно, а глаза поворачиваются только вместе с туловищем. Он как-то оживил в общем-то мрачноватое и унылое действо. Когда Кириленко заявил, что нынешняя власть покушается на две оставшиеся у нас святыни – язык и Филарета, – юбиляр оживился и заиграл глазами. Трибун выразил убежденность, что в будущем на подобных мероприятиях будут сидеть президент, премьер-министр и голова Верховной Рады. Вполне справедливое желание: без них юбиляр, действительно, выглядел сиротливо.
Интерес вызвал некий «великий рыцарь» какого-то «приората» международного ордена Архистратига Михаила (видимо, заместитель великого магистра) по фамилии Минухин (если я правильно расслышал Степовика). С золотой цепью на груди он в сопровождении еще одного рыцаря поднялся на трибуну и зачитал приветствие «главе братской церкви» Филарету. Однако вручил юбиляру не мастерок и череп, а орден, который и стал единственной наградой в тот вечер.
А вот мастера писательского цеха не оправдали ожиданий. Владимир Яворивский суетился, не смог настроиться на возвышенный лад. С тропами вообще не клеилось. «Мы спокойны, потому что есть Вы, голова, которая излучает свет». Ну, что это за метафора? В какие двери? Намек на лысину юбиляра? Где корректность? В свое время мы с Владимиром Александровичем немало сделали материалов по чернобыльской проблематике. Он уверял меня, что Филарет – «лучший секретарь обкома». Я полагал, что писатель говорил это с сарказмом, но никак не с любовью. И каким образом секретарь вдруг начал излучать свет? В перерыве уже на улице я не преминул спросить его об этом парадоксе. «Не заводись, друже», – отмахнулся он, вскочил в попутку и укатил. Такая вот у нас «творческая интеллигенция»!
Впрочем, в своем выступлении Яворивский отметил, что Юлия Тимошенко накануне уже поздравила Филарета. Он передал ее поздравление, не зачитывая, что тут же отметили злые языки. Оказывается, главный писатель должен был зачитать и даже корзину с цветами от нее поставить. Но не сделал ни того, ни другого, чтобы лишний раз не ранить сидевшего в зале Виктора Ющенко.
Великий поэт Дмитрий Павлычко начал выступление с самобичевания (мы сами виноваты в том, что всех и вся разъединили и т.п.) и только в конце вырулил на тему мероприятия, назвав Филарета «проводником украинской души». Красиво. Но по адресу ли?
Наконец слово предоставили юбиляру. В последнее время им овладела страсть к каким-то софистским оборотам: «Это не мой праздник – это ваш праздник. Не было бы вас – не было бы меня, не было бы меня – не было бы вас». Все друг другом обусловлены и все повязаны, как герои известного романа Федора Михайловича. Затем оратор обратился к примеру Иова Многострадального, которого «даже жена убеждала отречься от Бога». Но тот не отрекся, как и филаретовцы не должны отрекаться от своего Киевского патриархата. Далее ударился в обычное вранье, сообщив, что в филаретовстве пребывают 18,5 млн. человек (как он, интересно, их посчитал?) – хорошо, если полмиллиона наберется. Заявил, что, когда его «избрали патриархом», у него было всего 700 общин, а сейчас их уже до 5 тысяч. Если бы он взял свои речи 15-летней давности, то увидел бы цифру в 3 тысячи общин. То есть всегда перевирал более, чем в четыре раза. И ныне – не исключение. Тем не менее Михаил Антонович строго предупредил, чтобы «никто не посягал на Киевский патриархат» ни в Украине, ни в далекой Москве. Было бы и впрямь на что посягать! Тщеславное и жалкое сообщество, хотя и не лишенное некой ностальгической очертательности.
Закончил свою речь юбиляр уверениями: «Мы идем верной дорогой!» (как традиционно завершали выступления вожди и генсеки от В. Ленина до М. Горбачева). Так и сказал, но никто не вздрогнул, а Ющенко с Драчом продолжали дремать. Путешествие по замкнутому кругу лжи уже никого не пробуждает. Хотя Рудюк и заверял в обратном.
Степовик предложил всем желающим подниматься на сцену и поздравлять самозваного «патриарха». На сем официальные торжества окончились (уложились в час времени), мероприятие перешло в концерт хоровой музыки и банкет, на который еще надо было топать в Михайловский.
Я не знаю, как можно увидеть во всем этом «второе дыхание», скорее нам был представлен выдох, причем явно затянувшийся.

Каждая историческая эпоха ставит перед Церковью свои задачи. Последние двадцать лет были особым периодом в жизни Украинской Православной Церкви. Изменился мир, в котором мы живем. И изменилась Церковь, которая, с одной стороны, всегда сохраняет верность вечной истине Православия, а с другой – всегда ищет пути донести эту истину до своих современников.
Храмостроительство, христианская миссия, развитие церковных средств массовой информации – за последние десятилетия наша Церковь, ее священноначалие и духовенство уже привыкли к каждодневной и напряженной работе, когда сегодня нужно сделать больше, чем вчера, а завтра – больше, чем сегодня. В последние два десятилетия Украинская Православная Церковь уже не раз сталкивалась с ситуацией, когда возрождение церковной жизни требует от нас умножить свои усилия в том или ином направлении христианской миссии. Позволим себе привести несколько примеров. Церковь всегда занимается строительством храмов, но последние двадцать лет стали эпохой, когда ведется небывалая ранее храмостроительная деятельность. Церковь на протяжении столетий издает собственные журналы и газеты. Однако в последнее десятилетие происходит активное становление новых церковных средств массовой информации. Телеканал «Глас», православная церковная газета, официальный сайт Украинской Православной Церкви и интернет-портал «Православие в Украине», православный журнал для отрочества «Отрок». Каждый из этих проектов имеет свою целевую аудиторию, решает собственные миссионерские задачи, ориентирован на особую методику ведения миссии. Однако все они объединены единой духовной задачей: содействовать воцерковлению современного человека, культуры и общества.
Волей Божественного Провидения, которое действует многоразличными путями, сегодня мы стоим в начале нового этапа нашей церковной жизни, когда особые усилия должны быть направлены на развитие богословия во всех формах его существования. Церковь всегда заботилась о развитии богословской мысли. Но сегодня существуют обстоятельства, свидетельствующие, что и Церкви, и церковным людям необходимо эту заботу увеличить многократно.
Богословие — одно из главных церковных призваний. Как свидетельствует апостол языков божественный Павел, все многообразие христианских призваний существует в Церкви и для Церкви. «И иных Бог, — пишет апостол в своем Первом Послании к Коринфянам, — поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями; далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки» (1 Кор. 12, 28). Как видим, богословие не упоминается здесь как отдельное церковное служение. Однако как опыт богооткровения и боговедения – богословие было и остается средоточием всех упомянутыми апостолом служений, подобно тому, как сердце, согласно мысли святых отцов, является средоточием человеческого организма.
Дары Святого Духа преподаются на общую церковную пользу (1 Кор. 12, 7). Таким образом, богословие как церковное призвание также существует в Церкви и для Церкви. Богословие немыслимо вне Церкви. Оно также не может быть «частным делом» христианина. Богословие — дело кафолическое и литургическое, это литургия, или «общее дело» всей церковной полноты.
Сегодня часто говорят, что богословие имеет своим истоком опыт церковной жизни богослова или общины. Но в слове «опыт» всегда скрыта возможность для субъективности, которой не должно знать богословие. Ведь при всей общезначимости для нас, православных христиан, опыта церковной жизни каждый имеет свои особенные переживания, мысли, интерпретации пережитого опытно. Именно поэтому необходим надежный фундамент для христианской жизни каждого верующего вообще и богослова особенно.
Такой объективный фундамент один — это личная встреча со Христом в таинстве Евхаристии. Богословие должно рождаться от Причастия, от личного прикосновения каждого богослова к этому средоточию церковной христианской жизни. Богословы также призваны и создаваемое ими приносить как дар Господу, духовно представляя все написанное пред лицом Воскресшего. Богословие должно быть освящаемо в Церкви так же, как и вся христианская жизнь. Мы — «жертва живая» на «словесной службе», на логосном жертвоприношении. И богословы должны понимать свое служение как дар и жертву. Ясно, что такое возможно, только если это богословие подлинно, а не формально существует в Церкви и для нее.
Потому богословие должно быть именно таким подлинным приношением, как и приносимые на жертвенник хлеб и вино. Как дар Господу, богословие должно быть чистым от всякой скверны. Бог дает богословам прекрасные таланты — и разум, и способность к творчеству, и умение созерцать, и знание языков. Такими же прекрасными должны быть и приобретаемые богословами таланты, поскольку, в конце концов, они приносятся Господу.
Итак, богословие имеет вечный источник и существует вне суетной жизни мира сего, пребывает в покое и мире евхаристического собрания, в самой сердцевине церковной жизни. Поэтому и реформа церковного образования, и аккредитация богословия как научной дисциплины органами государственной власти, и новые возможности для присутствия богословия в университетах или в научном дискурсе — это лишь внешние поводы для развития богословской мысли. Подлинная же причина такого развития только одна — это Господь, подающий многоразличные дары Церкви как евхаристическому собранию.
Возрождение православного богословия должно стать одной из приоритетных задач развития нашей Церкви. И усилия, прикладываемые нами к выполнению этой задачи, должны быть не меньшими, чем уделяемые нами сегодня храмостроительству или развитию церковных средств массовой информации. К такому выводу нас приводят три важных соображения.
Во-первых, верующие нашей Церкви зачастую имеют высшее образование, и, как правило, у них есть потребность в богословских знаниях. Церковь должна адекватно ответить на эту потребность. В этом направлении должна вестись ежедневная и систематическая работа. Нужны качественные богословские публикации и книги, специальные образовательные программы, телевизионные передачи, богословские журналы и интернет-издания.
Во-вторых, сегодня мы должны показать и государству, и университетским профессорам, что богословие является высокоразвитой академической наукой. Наукой, которая имеет не меньшее право на аккредитацию, чем философия или психология, культурология или история, литературоведение или языкознание. Да, богословие не похоже на физику или математику, где можно достичь строго доказательного знания. Предмет богословия – это, с одной стороны, Тайна, а с другой — индивидуальные события, произошедшие в истории. Но аналогично и предметы изучения гуманитарных наук являются такими, что в гуманитаристике невозможно достичь такой строгости, которая существует в физике или математике. Тем не менее гуманитарные науки признаются как научное знание. Тем более таковым должно признаваться богословие, которое есть не менее научно организованный дискурс, чем философия или литературоведение. Можно даже сказать, что у богословия более строгая научная методология, чем у большинства гуманитарных наук. Это значит, что мы можем и должны защищать право богословия на аккредитацию в качестве научной специальности.
В-третьих, современное общество, а в особенности интеллектуальная и политическая элита, стремится сегодня знать социальное учение Церкви касательно всех проблем, возникающих в современной жизни. Поэтому одной из актуальных задач православного богословия в Украине сегодня является развитие и популяризация социального учения Церкви. Времена, когда главным средством в решении этого вопроса была проповедь с церковного амвона, прошли. Задачей современного богослова является как разъяснение, так и развитие социального учения Церкви. Современность нуждается в динамичном, но вместе с тем глубоком, православном осмыслении проблем жизни общества. Поэтому православные богословы должны сегодня уделять особое внимание социальной проблематике, а церковные и светские средства массовой информации – предоставить нашим богословам возможность донести свои мысли и мнения обществу.
Итак, мы должны развивать богословскую мысль ради масштабного христианского просвещения, ради полноценного присутствия богословия в университетском образовании и научном дискурсе, ради разъяснения нашего церковного социального учения общественной элите, которая сформировалась в Украине. Богословы Украинской Православной Церкви должны решать эти задачи как сообщество единомышленников, а Церкви и церковным меценатам следует всячески помогать этому сообществу.
Некоторые важные начинания для будущего богословского развития уже существуют. Инициатива любящих богословие преподавателей превратила за последние годы «Труды Киевской Духовной Академии» в полноценный научный журнал, о котором с одобрением отзываются не только в среде церковной интеллигенции, но и в кругах светской академической науки. Издательский отдел совместно с Киевской духовной академией начал публиковать научные труды наших кандидатов богословия, и об этих книгах уже имеются прекрасные отзывы со стороны историков, культурологов, философов. В этой связи следует особо отметить книгу преподавателя КДАиС протоиерея Олега Кожушного «Преподобный Роман Сладкопевец и византийская гимнография». Высокий научный уровень последних номеров «Трудов Киевской Духовной Академии» и монография протоиерея Олега Кожушного вселяют надежду, что традиции киевской богословской школы живы и будут восприняты и развиты молодым поколением богословов и священнослужителей Украинской Православной Церкви.
Отдельного упоминания достойна и работа «Духа и литеры» – киевского университетского издательства, которое является соучредителем Успенских чтений и уделяет существенное внимание изданию богословских книг, специализируясь, в частности, на переводной литературе в этой области. Читательская аудитория «Духа и литеры» – это преимущественно гуманитарная интеллигенция, преподаватели и студенты крупнейших университетов страны. Поэтому нам особенно отрадно, что многие книги, выпущенные издательством, являются своеобразным «введением в христианство» и могут послужить делу христианизации и воцерковления отечественной интеллектуальной элиты.
В этой связи хочется особо упомянуть труды митрополитов Каллиста (Уэра), Иоанна (Зизиуласа), Филарета (Вахромеева), Илариона (Алфеева), Георгия (Ходра), Ярослава Пеликана, священников Бориса Бобринского, Владимира Зелинского и Михаила Аксёнова. Важными для понимания современного богословия являются книги кардинала Вальтера Каспера и архиепископа Роуэна Уильямса. Богословские труды, опубликованные издательством «Дух и литера», способствовали созданию той атмосферы терпимости и заинтересованного диалога, в которой стала возможна дискуссия о признании государством специальности богословия как научной дисциплины. Сборники докладов ежегодных Успенских чтений стали зримым символом сотрудничества Церкви и научного сообщества, богословия и философии, Академии и Университета.
Теперь о наших конкретных задачах в различных областях богословской науки.
Особого внимания требует библеистика, где сегодня задают высокую планку католические и протестантские исследователи. Чтобы приобрести полноценный научный авторитет в этой области, православным богословам необходимо создавать фундаментальные монографии. Вместе с тем состояние отечественной библеистики можно назвать критическим, и надеяться на успех здесь можно лишь при наличии систематических усилий. В некоторых церковных кругах сегодня принято с тотальным недоверием относиться ко всем достижениям западной библеистики. Такие стереотипы необходимо изживать. Следует отметить, что современная западная библеистика уже давно отказалась от былого гиперкритицизма и ориентируется на более традиционные подходы к Священному Писанию. Вместе с тем, пользуясь достижениями западной библеистики, православный богослов не должен терять живой связи с церковным преданием и традицией православного богословствования.
В области патристики украинские богословы могли бы выступить создателями «Патрологии», которая охватила бы весь период творчества святых отцов. Существующие сегодня православные учебники по патрологии останавливаются, как правило, на анализе наследия каппадокийцев. А ведь эпоха патристики продолжалась и далее, и необходимо создание полноценных учебников, в которых бы анализировались святые отцы и церковные писатели, творившие не только до, но и после каппадокийцев. Таким образом, насущной богословской задачей является создание отечественными богословами многотомного фундаментального учебника Патрологии, который бы охватил материал от мужей апостольских до прп. Иоанна Дамаскина. А значительно повысить научную ценность такого труда могло бы и включение в нее анализа творчества византийских святых отцов до патриарха Геннадия Схолария включительно. Взяв за образцы в формальном отношении многотомные классические издания по истории философии, мы можем и должны создать учебники, которые бы действительно, с одной стороны, были безукоризненно православны, а с другой – полностью соответствовали мировым научным стандартам.
Систематические усилия требуются в области социального учения Церкви как богословской дисциплины. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл постоянно акцентирует внимание на необходимости популяризации Основ социальной доктрины РПЦ, одним из авторов которой он является. Тем не менее до сих пор работа отечественных богословов в этой области остается малорезультативной.
Отсутствуют соответствующие учебники, научные монографии, недостаточным является количество и качество публикаций, освещающих социальное учение Церкви в богословских и церковных изданиях. А ведь социальная доктрина разрабатывается Православной Церковью не для того, дабы просто заявить о ее наличии в ответ на то, что аналогичное учение существует в других Церквах. Социальное учение – это ответы Церкви на самые насущные вопрошания современного человека. И этот самый человек зачастую не слышит наших ответов на свои вопросы. Почему? Ответ неутешителен. Если голос Церкви не слышен, значит, наши усилия по популяризации и разъяснению социального учения Церкви должны быть признаны недостаточными.
В области догматики также возможно и необходимо сделать многое. В девятнадцатом веке лучший многотомный труд – «Опыт Православного догматического богословия» — был создан в Киеве Преосвященным епископом Сильвестром (Малеванским). В двадцатом веке было несколько интересных попыток создать такое изложение православного догматического богословия, которое было бы по своему характеру не схоластическим, а святоотеческим. Хотелось бы особенно выделить «Православную догматику» отца Думитру Станилоае, которая написана в научном стиле и близка по своему духу к творчеству прп. Максима Исповедника. Также интересна «Догматика Православной церкви» прп. Иустина (Поповича), которая поэтична, как творения святых Романа Сладкопевца и Ефрема Сирина. К сожалению, не осуществили своих замыслов по написанию подобных трудов отец Георгий Флоровский и Владимир Лосский. Сегодня украинские богословы могли бы создать новое многотомное изложение православной догматики, учитывающее достижения православного богословия двадцатого столетия.
Отдельно хотелось бы подчеркнуть необходимость интенсификации исследований в области экклесиологии. Всем нам известны проблемы украинского православия, поэтому необходимость особого внимания к глубокому пониманию православной экклесиологии – это требование самой жизни.
Особого внимания требуют также такие актуальные для современного сознания сферы исследования, как христианская антропология и богословие культуры. По словам митрополита Каллиста Уэра, главной проблемой для богословия двадцать первого столетия будет развитие православной антропологии. Эпоха непрекращающегося антропологического кризиса нуждается в православном благовестии о том, что человек не только сотворен «хорошо весьма» (Быт. 1, 31), но действительно является образом Божиим — как бы он реально ни был далек от богоподобия. Развитие православной антропологии в двадцать первом столетии возможно благодаря достижениям православного богословия двадцатого столетия в области экклесиологии. Также и современная философия, отвергающая метафизику модерна и ограниченный рационализм Просвещения, интересуется только человеком как личностью, творящей вокруг себя мир культуры или же скатывающейся к деструктивной деятельности.
Православное богословие может и должно вступить в диалог с философской антропологией, явить в новой форме вечную истину как о подлинном призвании человека, так и страшную правду о корнях антропологического кризиса в греховных наклонностях человека. От антропологий эссенциальной или экзистенциальной, коллективисткой или индивидуалистической человечество должно перейти к антропологии персоналистичной и диалогичной. Тогда в глубинах личности возможно будет новое открытие человеческой богообразности и снова станет востребованным понимание человека как существа подлинно общающегося с Богом и другими.
Осознание христианским персонализмом человека как существующего подлинно только в «кенонии» откроет и возможность для позитивного богословия культуры в двадцать первом столетии. Культура как пространство общения есть условие возможности существования человека как существа, созданного для «кенонии». Не только семья возникла из того факта, что «не хорошо быть человеку одному» (Быт. 2, 18). Но и общество, и культура. Всестороннее развитие православной антропологии неизбежно приведет к выводу о том, что зримая общественная культура есть преддверие культуры невидимой, культуры Духа, культуры Церкви Небесной. А общество в целом есть предвосхищение Царства Божьего. Понимание высоты призвания человека, культуры, общества должно вразумить человечество, обратить его к христианскому способу бытия.
В области апологетики православное богословие сегодня призвано к полноценному диалогу со светской наукой. Нам нужна новая апологетика – апологетика, рождающаяся в живом диалоге. Науки развиваются столь стремительно, что, только лишь непосредственно зная их сегодняшнее состояние, будет возможно формировать такие богословские концепции, к которым ученые отнесутся с должным вниманием. Иначе могут иметь место ситуации, когда священник критикует за ограниченность, например, те варианты научных теорий эволюции, которые существовали в девятнадцатом веке или в начале-середине двадцатого. Между тем знания биологов в области, относящейся к эволюционной теории, за последнее десятилетие удвоились. Мы можем не принимать эволюционной теории, но мы должны рассуждать при этом о современной ее версии, а не о теориях прошлых веков.
Наиболее, однако, выигрышным направлением современной апологетики может быть диалог с современной философией. Идеи Просвещения и секуляризации уже не являются сегодня магистральными для современной философии. Многие философы заявляют о своей открытости к религиозным теориям и практикам. Более того, в борьбе за человеческое в человеке многие современные философы обращаются к христианскому наследию. Таким образом, полноценный диалог философии и богословия возможен как никогда ранее. И ответственность за судьбу этого диалога лежит, прежде всего, на людях Церкви, которые должны знать современные науку и философию не хуже самих ученых и философов. Существенную помощь в деле воцерковления ученого или философа может оказать церковный собеседник. Но для того, чтобы он был услышан и принят собеседником-ученым, православный богослов-апологет должен не только обладать прекрасным богословским образованием, но и быть широко эрудирован. Мы должны понять и принять потребность ученных в такого рода богословах-апологетах. Философы и ученые действительно готовы к содержательному диалогу, и мы должны сделать все, чтобы этот диалог состоялся и был плодотворен.
Наконец, особой задачей для православного богословия в Украине является изучение собственной богословской традиции. Увы, многие сочинения богословов, творивших на территории Украины, до сих пор не изданы и не изучены. До сих пор не написана и история отечественного православного богословия, которая отметила бы как достижения, так и ошибки на путях развития отечественной богословской мысли. Необходим особый издательский проект как для публикации сочинений богослов, творивших в Украине, так и для написания истории православного богословия в Украине.
Памятуя о величайшей ответственности богослова, о возрастающей общественной и антропологической потребности в развитии богословия, Церковь сегодня осознает свою ответственность за то, чтобы качественно новая страница в истории богословия не осталась в области чаемого, но стала реальностью. Православное богословие двадцать первого века в Украине должно стать той закваской, которая преобразит мировоззрение народа и общественной элиты, ученых и философов, верующих и священников, учащих и учащихся. И да благословит нас в этих начинаниях Господь Иисус Христос – единый истинный Учитель Церкви и человечества!
Богословие – дар Святого Духа и общецерковное дело. Поэтому призвание и служение богослова требуют не только личного усилия, но общецерковной молитвы и поддержки. Мы должны беречь и возгревать этот дар. Должны общей молитвой и трудом найти способ решить стоящие сегодня перед Церковью насущные задачи. Размышляя и трудясь над богословскими задачами, мы должны помнить, что богословие – священно, и оно требует от нас освящения, святости жизни, желания до конца, полностью отдаться в руки Бога Живого, Который есть Альфой и Омегой всякого богословствования, всякого подлинного богословского опыта.

27 октября 1990 года Архиерейский Собор Русской Православной Церкви принял Определение об Украинской Православной Церкви, которым нашей Церкви была дарована самостоятельность в управлении. В тот же день Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II подписал Грамоту, которой благословлялось «быть отныне Православной Украинской Церкви независимой и самостоятельной в своем управлении». Так начался новый этап в истории Православия в Украине. Украинская Православная Церковь получила право самостоятельно решать все существенные вопросы своей внутренней жизни и по своему статусу приблизилась к Автономным Церквам. В 1990 году Украинская Церковь получила право самостоятельно учреждать и упразднять епархии в пределах Украины, а также избирать и поставлять правящих и викарных архиереев. Предстоятелю Украинской Православной Церкви был усвоен титул «Блаженнейший Митрополит Киевский и всея Украины». Отныне он избирался украинским епископатом и благословлялся Святейшим Патриархом Московским и всея Руси. Также Митрополит Киевский и всея Украины получил право ношения двух панагий и предношения креста во время богослужения . Сегодня, отмечая двадцатилетний юбилей этих судьбоносных решений, мы имеем хороший повод оценить документы 1990 года в широком историко-каноническом контексте, подвести итоги минувшего двадцатилетия.
Документы, изданные Русской Православной Церковью в 1990 году, порой воспринимают лишь как плод политической конъюнктуры, сложившейся в то время в России и в Украине. Действительно, Советский Союз находился уже на грани распада, стремление республик (и прежде всего Украины) пересмотреть свой политический статус и добиться государственного суверенитета звучали все настойчивей. И в этой ситуации как украинский епископат, так и священноначалие Русской Православной Церкви искали такую форму церковного управления в Украине, которая бы максимально соответствовала новым историческим реалиям. Однако, если рассмотреть документы 1990 года в более широкой исторической перспективе, то станет очевидно, что они вполне соответствовали давней традиции канонического бытия Церкви на территории Украины.
Пожалуй, не будет преувеличением сказать, что фактически с момента своего создания Киевская митрополия существовала как самоуправляемый митрополичий округ. Хотя точная дата учреждения Киевской митрополии остается дискуссионной, все же мы можем вполне определенно говорить, что в 90-е годы Х века она уже существовала и с тех пор стала церковно-административной структурой, которая духовно объединяла все русские земли. На протяжении семисот лет (до 1686 года) Киевская митрополия входила в состав Константинопольского Патриархата. Поскольку Русь находилась на значительном географическом отдалении от Константинополя, Киевская митрополия фактически пользовалась правом широкого самоуправления.
Как видно из документов домонгольского периода, назначение и рукоположение местных епископов, открытие новых епархий, сбор церковной дани — все эти дела решались на Руси без согласования с Константинополем. За Константинопольским Патриархом сохранялось лишь безусловное право поставления Киевских митрополитов. В домонгольский период практически все Киевские митрополиты были греками. Они поставлялись в Византии без согласования их кандидатур с Киевом, что нередко вызывало недовольство киевских князей. К тому же на Русь назначались далеко не самые выдающиеся представители греческого епископата. За первые 250 лет существования Киевской митрополии нам известны имена двадцати двух митрополитов-греков, которые занимали Киевскую кафедру. Однако заметный след в истории Русской Церкви оставили лишь шесть из них. А о некоторых из них отечественные летописцы прямо отзывались как о людях, не имеющих ни учености, ни дара слова. Что же касается Константинопольских Патриархов, то за весь 700-летний период пребывания Киевской митрополии в их юрисдикции лишь один патриарх — Иеремия II Транос — посетил территорию Украины (это было в 1588-89 годах). Все это свидетельствует о том, что с самого начала своего исторического бытия Киевская митрополия существовала как самоуправляемый церковный округ, и все внутренние вопросы церковной жизни решались иерархами на месте без согласования с Патриархом.
После татаро-монгольского погрома Киевская митрополия сохранила свой статус, хотя при этом порядок поставления митрополитов неоднократно изменялся. Несмотря на фактическое разделение земель Киевской Руси сначала между Галицко-Волынскими и Владимиро-Суздальскими князьями, а позже — между Московским и Литовским княжествами, Киевская митрополия до середины XV века оставалась единой. Тем не менее уже с XIII века местные политические элиты (как в Северо-Восточной, так и в Юго-Западной Руси) предпринимают попытки установить контроль над процедурой поставления митрополитов. Так постепенно формируется новый порядок поставления митрополитов. Отныне кандидатуру на Киевский митрополичий престол все чаще определяют уже не Константинопольские Патриархи, а местные князья. Именно князья, как правило, выбирают и отправляют для посвящения в Константинополь достойных с их точки зрения кандидатов. Поэтому, начиная с XIII века, на Киевском митрополичьем престоле чередуются этнические греки и русские. Причем среди выходцев из территории Руси мы видим ставленников как московских, так и галицко-волынских, а позже — литовских князей.

С середины XV века, когда, во-первых, произошло окончательное разделение между Киевской и Московской митрополиями, а, во-вторых, Византийская империя пала под ударами турок, Киевские митрополиты избираются уже, как правило, на местных Соборах, после чего этот выбор лишь утверждается в Константинополе. Посвящение Киевских митрополитов с этого времени также происходило в пределах территории митрополии. И хотя светская власть неоднократно вмешивалась в процесс поставления Киевских митрополитов, все же порядок, оформившийся во второй половине XV века, считался нормативным и в последующие десятилетия. Так, в XVII веке процедура избрания митрополита предполагала созыв специального избирательного Собора, в состав которого входили епископы, представители духовенства и мирян. После избрания кандидата на митрополичий престол предполагалось утверждение его кандидатуры Константинопольским Патриархом и затем совершалась его хиротония и интронизация.
Подобный порядок сохранялся и после перехода Киевской митрополии в юрисдикцию Московского Патриархата в 1686 году. Митрополиты Гедеон Четвертинский, Варлаам Ясинский и Иоасаф Кроковский избирались в Киеве «вольными голосами» и затем посвящались в сан митрополита в Москве. Также по документам 1686 года за Киевскими митрополитами сохранялись верховная судебная власть на территории их митрополии и ряд других привилегий. Таким образом, вплоть до начала XVIII века Киевская митрополия продолжала существовать как самоуправляемый церковный округ.
Однако упразднение Патриаршества на Руси и введение Синодальной формы правления привели к существенным переменам в жизни Киевской митрополии. В 1722 году, когда уже существовал Святейший Синод, назначение иерарха на Киевскую кафедру проходило по новой схеме. Синод предложил Петру І четыре кандидатуры, из которых император выбрал одного — Варлаама Вонятовича. При этом Варлааму был усвоен титул не митрополита, а лишь архиепископа. С этого времени Киевская митрополия постепенно утратила черты автономного округа и, по выражению профессора Киевской духовной академии протоиерея Федора Титова, постепенно «сделалась во всем одинаковой с другими епархиями Русской Церкви, за исключением некоторых чисто местных и внешних особенностей в быте и положении духовенства, равно как и в жизни мирян». Определенное завершение этого процесса произошло в 1797 году, когда была образована «первоклассная Киевская епархия», которая в своих границах совпадала с Киевской губернией. Хотя правящие архиереи этой епархии по традиции носили титул митрополитов, все же в своих правах они ничем не отличались от других епархиальных архиереев Русской Церкви. Таким образом, в Синодальный период фактически прервалась многовековая традиция самоуправления Православной Церкви в пределах современной Украины.
Возможность возрождения традиций автономного бытия Киевской митрополии появилась лишь после восстановления в России Патриаршества. Как Всероссийский Церковный Собор 1917-1918 гг., так и Всеукраинский Собор 1918 года активно обсуждали вопрос о реформе церковного управления, стремясь найти наиболее оптимальную форму церковно-административного устройства в новых исторических условиях. В результате 9 июля 1918 года Всеукраинский Церковный Собор принял «Положение о временном высшем церковном управлении Православной Церкви на Украине». 20 сентября 1918 года это «Положение» было утверждено Всероссийским Церковным Собором в Москве. Определение Всероссийского Собора по этому вопросу гласило, что отныне из епархий в пределах Украинского государства создается церковная область «с особыми преимуществами на началах автономии». По отношению к этой области в документах 1918 года употребляется термин «Православная Церковь на Украине» или «Украинская Церковь».
Высшим органом «церковной законодательной, правительственной и судебной власти» в пределах Украины отныне становился Украинский Церковный Собор, созываемый не реже одного раза в три года. В состав Собора входили все правящие и викарные архиереи Украины, а также представители клира и мирян. В период между Соборами исполнительным органом Собора являлся Священный Синод всех правящих епископов украинских епархий и Высший Церковный Совет. Хотя положение ясно не устанавливает порядок избрания Митрополита Киевского и епархиальных архиереев Украины, все же здесь оговорено, что Московский Патриарх «утверждает и благословляет Киевского Митрополита, а всех Епископов Украинских епархий утверждает Священный Собор Украинских Епископов и благословляет Святейший Патриарх». Таким образом, предполагалось, что Киевский Митрополит должен избираться самой Украинской Церковью с обязательным утверждением этого выбора Московским Патриархом. При этом Киевский Митрополит оставался членом Священного Синода Российской Православной Церкви. Также все украинские архиереи были объединены в одну группу, из которой по очереди должны были вызываться епископы для присутствия в Священном Синоде в Москве . Таким образом, определение Всероссийского Собора 1918 года, предоставив Украинской Церкви самоуправление, ясно подчеркнуло и сохранение единства Русской Церкви.
К сожалению, установление в России, а затем и в Украине советской власти и начало массовых гонений на Церковь не позволили реализовать в полной мере постановления Всероссийского Собора 1917-1918 годов. Русская Православная Церковь в течение нескольких десятилетий фактически была лишена возможности свободного самостоятельного развития. Поэтому и определение о новой форме церковного управления Украинской Церкви фактически не было воплощено в жизнь. В результате многочисленных церковных расколов, активно поддержанных советской властью, а затем и жестоких гонений 1930-х годов Церковь в Украине, как и на всей территории Советского Союза, оказалась на грани выживания. В этих условиях управление епархиями в пределах Украины было организовано на началах Экзархата, хотя вплоть до 1990 года нормативных документов, ясно оговаривающих каноническое наполнение этого термина, в Русской Православной Церкви не существовало.
После великого юбилея – 1000-летия Крещения Руси – в истории Русской Православной Церкви начинается новый этап. С одной стороны, Церковь получила возможность свободного развития, избавившись от пресса атеистического государства, но, с другой стороны, свобода принесла Церкви и новые испытания. Так, с 1989 года в западных областях Украины начинается возрождение Украинской Греко-Католической Церкви, сопровождавшееся насильственными захватами православных храмов и приведшее к нарушению гражданского мира в регионе. Практически одновременно с этим так называемая «Украинская Автокефальная Православная Церковь», существовавшая прежде лишь в эмиграции, также возрождает свою деятельность в пределах Украины. Все это создает совершенно новые условия существования канонической Православной Церкви в Украине и вынуждает искать новые, более эффективные формы организации церковного управления.
Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, работавший в Москве 30-31 января 1990 года, принял «Положение об Экзархатах Московского Патриархата», которое было внесено в качестве отдельной главы в Устав об управлении Русской Православной Церкви. В силу этого «Положения» Украинский Экзархат получил второе официальное наименование: «Украинская Православная Церковь». Также был создан Синод Экзархата, которому была усвоена высшая «законодательная, исполнительная и судебная власть» в пределах Экзархата. Синод Экзархата получил право избирать и рекомендовать Священному Синоду Русской Православной Церкви кандидатуру Экзарха, а также правящих и викарных архиереев украинских епархий . Таким образом, был сделан важный шаг на пути восстановления самоуправления Украинской Православной Церкви.
Однако события продолжали стремительно развиваться. 3 мая 1990 года скончался Святейший Патриарх Московский и всея Руси Пимен, а 7 июня 1990 года Поместный Собор Русской Православной Церкви избрал нового Предстоятеля — Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. В своем Послании к верным чадам Русской Православной Церкви Поместный Собор специально отметил свою обеспокоенность церковной ситуацией в Украине. Собор подчеркнул, что Украинская Православная Церковь имеет «широкую самостоятельность». Кроме того, в Послании отмечалось, что «не закрыт путь и для дальнейшего усовершенствования и расширения этой самостоятельности».
Уже 10 июля 1990 года Синод Украинской Православной Церкви направил Святейшему Патриарху Алексию обращение, в котором содержалась просьба расширить права Украинской Церкви. В частности, предлагалось предоставить Синоду Украинской Православной Церкви право учреждать и упразднять епархии, назначать правящих и викарных архиереев в пределах Украины. Также предлагалось дать епископату Украинской Церкви право самостоятельно избирать своего Предстоятеля с последующим утверждением этого избрания Патриархом Московским и всея Руси . Священный Синод Русской Православной Церкви рассмотрел обращение Синода Украинской Православной Церкви и создал Комиссию под председательством митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, которой поручалось тщательно изучить предложения Синода Украинской Православной Церкви в их связи с широким кругом исторических, канонических, пастырских и межнациональных проблем. Предварительные результаты работы Комиссии были представлены Священному Синоду уже 1 октября 1990 года. Синод одобрил деятельность Комиссии и принял решение о созыве внеочередного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви для рассмотрения проектов документов, выработанных Комиссией. Кроме того, материалы и предложения по вопросу о будущем статусе Украинской Православной Церкви были направлены всем архиереям Русской Православной Церкви.
25-27 октября 1990 года в Москве был созван Архиерейский Собор, на котором и было принято историческое Определение об Украинской Православной Церкви. Выше мы уже обозначили основные положения этого документа. Здесь лишь отметим, что хотя это Определение фактически вступило в силу уже 28 октября 1990 года (когда Святейший Патриарх Алексий вручил занимавшему тогда Киевскую кафедру митрополиту Филарету соответствующую Грамоту), все же это Определение еще подлежало «утверждению Поместным Собором Русской Православной Церкви с внесением соответствующих изменений в Устав об управлении Русской Православной Церкви».
К настоящему времени документы 1990 года уже прошли процедуру окончательного утверждения. В 2000 году Юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви принял новый Устав Русской Православной Церкви, в котором отражен особый статус Украинской Православной Церкви. Пункт 17 восьмой главы Устава гласит: «Украинская Православная Церковь является самоуправляемой с правами широкой автономии. В своей жизни и деятельности она руководствуется Томосом Патриарха Московского и всея Руси 1990 года и Уставом Украинской Православной Церкви, который утверждается ее Предстоятелем и одобряется Патриархом Московским и всея Руси». Поместный Собор Русской Православной Церкви 2009 года утвердил все решения Архиерейских Соборов, принятые в период с 1990 по 2008 год.
Таким образом, Определение об Украинской Православной Церкви, принятое в 1990 году, во-первых, стало плодом тщательного и всестороннего обсуждения инициатив, высказанных украинским епископатом. А, во-вторых, это Определение прошло важный путь признания всей полнотой Русской Православной Церкви. Сегодня этот документ является неотъемлемой частью действующего законодательства Русской Православной Церкви, а его положения полностью инкорпорированы в уставные документы Московского Патриархата.
Говоря о том значении, которое сыграли в истории нашей Церкви документы, изданные в 1990 году, прежде всего следует отметить, что, как мы видим, свой современный статус Украинская Православная Церковь получила еще до распада Советского Союза. И наличие самостоятельности в управлении позволило Православной Церкви в пределах ныне уже независимого Украинского государства успешно осуществлять свою спасительную миссию. Определение 1990 года о самостоятельности Украинской Церкви создало благоприятные условия для развития нашей Церкви в независимой Украине.
Хотя дарование Украинской Православной Церкви особого статуса было мотивировано стремлением противодействовать тогда еще только начинавшемуся «автокефалистскому» расколу, все же мы должны с сожалением признать, что нам не удалось приостановить этот раскол.
Однако здесь, опять же с сожалением, нужно отметить, что чрезвычайное усиление раскола было связано, прежде всего, с деятельностью бывшего Киевского митрополита Филарета (Денисенко), который ныне отлучен от Церкви. Именно его уход в раскол в 1992 году и та поддержка, которую он получил от тогдашнего высшего государственного руководства Украины, и стали причиной существенного углубления раскола, рана которого не уврачевана и по сей день.
Но, несмотря на это, Грамота Патриарха Алексия, изданная в 1990 году, предопределила развитие Украинской Православной Церкви на несколько десятилетий вперед. Благодаря статусу Самоуправляемой Церкви с правами широкой автономии, Украинская Церковь сумела существенно упрочить свое положение в украинском государстве. За последние двадцать лет мы наблюдаем неуклонный количественный рост нашей Церкви. Несмотря на чрезвычайно непростые условия своего существования, Украинская Православная Церковь остается наиболее многочисленной конфессией Украины. За минувшие два десятилетия нашей Церкви удалось заметно развить свою внутреннюю структуру. Сегодня активно осваиваются принципиально новые для Церкви сферы деятельности, действуют синодальные учреждения, занимающиеся миссионерством, социальным служением, внешними церковными связями, религиозным образованием и катехизацией. На территории Украины действует целая сеть духовных семинарий и училищ, пастырских курсов и православных гимназий. Важным показателем зрелости нашей Церкви является также восстановление старых и открытие новых монастырей. Сегодня Украинская Церковь несет свое свидетельство миру, используя самые новые технологии: транслируются православные теле- и радиопрограммы, создаются посвященные христианству интернет-ресурсы.
Однако перед нами стоит еще немало актуальных задач. Прежде всего, остается неуврачеванной кровоточащая рана церковного раскола. Наличие раскола наносит огромный урон православной миссии в современном украинском обществе и создает условия для распространения различных сектантских движений неохаризматического толка. В последние годы мы предприняли немало усилий в направлении преодоления церковных разделений в Украине, однако достичь каких-то заметных результатов в этом чрезвычайно нелегком деле нам, увы, пока не удалось. Сегодня обсуждение проблем преодоления расколов активно ведется в рамках Межсоборного присутствия Русской Православной Церкви. Будем надеяться, что Господь Сам укажет нам путь к преодолению церковных разделений в Украине.
Кроме того, несмотря на значительный количественный рост нашей Церкви за годы независимости, все же мы не можем сказать, что христианские ценности являются определяющими для украинского общества. К сожалению, практикующие члены Церкви составляют относительно небольшой процент населения Украины. Большинство наших соотечественников остаются так называемыми «номинальными христианами». В своей жизни они руководствуются ценностями, далекими от Евангельских заповедей. Поэтому остается актуальной задача реального воцерковления украинского общества, приобщения наших сограждан к духовным сокровищам Православной Церкви.
И все же минувшие два десятилетия стали зримым свидетельством внутренней духовной силы Православия, которая торжествует, несмотря на все человеческие немощи. Наша Церковь сохранила верность Христу, она несет в этот мир свидетельство о том, что именно Христос есть Путь и Истина и Жизнь (Ин. 14, 6). Верим, что с помощью Божией нам удастся и далее нести в мир Свет Христов, просвещать этим светом наш боголюбивый народ и наше богоспасаемое Отечество.

Сноски:
1 См.: Документы Архиерейского Собора Русской Православной Церкви (Москва, 25-27 октября 1990 года) // Журнал Московской Патриархии. 1991. № 2.
2 Богословская энциклопедия / Под ред. Н.Н. Глубоковского. Том Х. СПб., 1909. С . 597.
3 Священный Собор Православной Российской Церкви. Собрание определений и постановлений. Выпуск четвертый. Приложение к «Деяниям» второе. М., 1918. С. 15-19.
4 См.: Положення про Екзархати Московського Патріархату (Розділ Уставу про управління РПЦ) // Православний вісник. 1990. № 4. С. 9-12.
5 Православний вісник. 1990. № 9. С. 22.
6 Православний вісник. 1990. № 10. С. 2-3.

Если есть эпоха Второго Крещения, то есть и крестители. Думаю, именно так наименуют потомки Блаженнейшего Митрополита Владимира, архиереев и священников этого трагического и возвышенного времени. Трагического, поскольку бедствий и потрясений на их долю выпало немало, а возвышенного – поскольку оно было связано с духовным подъемом, что, согласимся, случается не так уж часто в истории народов и стран.
Сегодня, читая отклики и высокие оценки, данные личности и трудам Блаженнейшего Митрополита Владимира всеми президентами Украины, не верится, что в июне 1992 года, после его избрания Предстоятелем Православной Церкви Украины, власть всеми способами старалась не допустить Его Блаженство в Киев. Владыке пришлось пережить время прямого насилия, погромов и захватов храмов при Леониде Кравчуке, десятилетие мытья и катанья Леонида Кучмы, пять лет попыток расчленения Церкви и «удушения в объятиях» Виктором Ющенко. Агония тоталитарной практики управления Церковью растянулась на 18 лет, да и сегодня нет уверенности в том, что эта практика сдана в архив истории.
После распада Союза бывшие советские республики оказались в разных общественно-политических условиях. В России был арестован ГКЧП, продолжен курс на демократизацию, упразднен Совет по делам религий и прочие органы, осуществлявшие надзор за Церковью. В Украине, напротив, к власти пришли вчерашние гэкачеписты, партноменклатура, осуществлявшая реванш и мстившая за тяготы, страхи и лишения перестроечных времен. Самым трагичным оказалось то, что во главе государства стал не просто воинствующий атеист (их было пруд пруди), а человек, для которого удушение Церкви было профессией. Именно Леонид Кравчук курировал атеистическую работу в ЦК КПУ. Поэтому в Украине все структуры атеистического ГУЛАГа были сохранены, ленинские принципы оставались незыблемыми: принятый весной 1992 года Закон «О свободе совести и религиозных организациях» (действующий и поныне) не предоставлял Церкви даже статуса юридического лица. Бесправной Церковью легче помыкать, управлять и, по меткому выражению кучмовского председателя Госкомрелигий Виктора Бондаренко, загонять ее, как бильярдный шар, в нужную лузу. Что все последующие 18 лет власть и пыталась делать.

Партия, как известно, берегла традиции и ценила кадры. Два десятилетия она доверяла осуществление своей церковной политики ветерану КГБ по кличке «товарищ Антонов» Михаилу Денисенко (Филарету), который, собственно говоря, и являлся олицетворением советской партийно-государственной системы. Вместе со своим закадычным другом Леонидом Кравчуком он закрыл в Украине несколько тысяч православных храмов, сдал в органы не одну сотню священников (того же митрополита Питирима заманил во Владимирский собор, где несчастный и был арестован прямо во время богослужения), что не мешало ему по заданию партии и КГБ посетить более 60-ти стран мира и доказывать, что Православная Церковь в Украине процветает, а не преследуется. Сохранилась фотография, запечатлевшая Филарета и Кравчука, застывших в поцелуе, как Брежнев с Хонеккером. Она свидетельствовала о нерасторжимом единстве партноменклатуры и киевского экзарха. Их объединяла и всепобеждающая любовь к власти, ради которой они, как хамелеоны, легко меняли убеждения, принципы, предавали всех и вся, беспробудно лгали и даже разрушали то, чему рьяно служили, вылезая из собственной кожи. Бывают люди, которые без власти бессмысленны и несущественны.
Филарет был сталинистом, гэкачепистом, ненавидел демократию, предлагал «давить ее танками», украинофобствовал (утверждал, что украинского языка не существует, а есть лишь «польско-жидовский гибрид»), был уличен в аморальном для монаха образе жизни (имел супругу Евгению Петровну и детей), связях с репрессивными органами и уже одним своим существованием дискредитировал Церковь в глазах общественности. Он, действительно, «встал на пути духовного возрождения народа и Православной Церкви, пытаясь удержать ее в руках единовластной диктатуры», как писали в своих обращениях Вячеслав Чорновил и прочие правозащитники. Однако цеплялся за власть (и, естественно, церковные деньги) с отчаяньем обреченного, придумывал всевозможные способы, чтобы удержаться в кресле, вплоть до пожизненного статуса экзарха. Что называется: навеки ваш! Православные общины бежали от его позора и самодурства в унию, расколы, монастыри и целые епархии прекратили поминать его имя за богослужениями, десятки тысяч жалоб шли в патриархию. Филарет отвечал привычными репрессиями духовенства – гонениями, смещением с кафедр неугодных архиереев, запрещением священников. Это лишь подливало масла в огонь: монастыри и епархии выходили на политические демонстрации в защиту своих архиереев. Но тоталитарная власть поддерживала Филарета, вопреки рассудку.
В конце 1991 года Филарет умудрился подставить Церковь и под удар общественно-политический, причем исключительно из желания прогнуться перед властью. На президентских выборах он не только публично поддержал Леонида Кравчука, но создал предвыборный фонд в его поддержку, перечислив в него 600 тысяч рублей. Оппоненты Кравчука, национал-демократы, от такой наглости оторопели: это не только нарушало действующее законодательство, но и воочию свидетельствовало о «преступном сращивании имперской московско-гэбисткой церкви с коммунистической партноменклатурой». Выборы национал-демократы проиграли, но «отыгрались», «зачистив» православие в трех галицких областях Украины, где они были при власти, причем делали это с особой жестокостью – штурмами и насилием. Захваченные храмы, а их были сотни, передавались, естественно, униатам, которые сами и инициировали погромы. Когда побитые – страшно было смотреть, – потравленные «черемухой» православные священники Галиции добирались до Киева, Филарет собирал нас на пресс-конференции, чтобы мы воочию убедились в вопиющем попрании законов, свобод и прав православных верующих Галиции. Однако мало что просачивалось на телеэкраны и страницы газет: дискредитированная самим же Филаретом Церковь воспринималась прогнившим, деморализованным, стукачестским, антиукраинским сообществом, цепляющимся ради выживания за еще более прогнившую и дискредитированную партноменклатуру. Ее избиение – издержки восстановления правды и справедливости. В таком незавидном положении оказалось Православие в Украине, принесшее на алтарь Христа невиданные в истории жертвы.
Если бы Филарет хоть немного любил Церковь, а не себя в ней, то сам добровольно бы ушел из руководства, «позорно бросив щит, творя обеты и молитвы». Если бы Кравчук, Плющ и прочие партбонзы хоть немного уважили Церковь и верующих, то не навязывали бы им Филарета в руководители и не поддерживали бы его власть насилием. Но лучшего руководителя церковным хозяйством Украины, чем проверенный чекист-орденоносец Филарет, они не видели. «Мы не дадим Михаила Антоновича в обиду!» – заявлял голова Верховной Рады Плющ. И не давали, ведь кадры на дороге не валяются.
Несомненно, Кравчука и Филарета связывали не только задушевные беседы о всемирно-историческом значении научного атеизма, но и бренные финансовые дела. Вместе они перегоняли церковные деньги в контролируемые партией фонды, именно Филарету Леонид Кравчук после самозапрещение Компартии подарил оставшиеся на ее счетах миллионы. Компартия до сих пор не может выяснить, на что же он их потратил.
Многие пытались отыскать у Филарета и прочее «золото партии», ведь на что-то он учредил коммерческий банк, создавал различные фирмочки «с криминальным уклонением от налогообложения» – щупальца и присоски своего псевдорелигиозного мафиозного спрута. Но и филаретовские, и партийные финансисты, как сговорились, кончали жизнь самоубийством, бросаясь в лестничные проемы, унося с собой эти тайны. Последней жертвой поисков уже трех миллиардов сокрытых за границей рублей стал фикс-начальник Филарета Владимир Романюк, умученный неизвестными на скамейке Ботсада в 1995 году. Так что альянс Кравчука и Филарета имел и экономический фундамент.

Гордиев узел тоталитарного прошлого и беспредельного настоящего в церковно-государственных отношениях разрубил в мае 1992 года Харьковский Архиерейский Собор УПЦ, ставший знаменательной вехой в истории Православной Церкви. «Если бы мы промолчали, то возвопили бы камни», – вспоминал его участник митрополит Черновицкий и Буковинский Онуфрий. Это был Собор свободы, разорвавший 70-летние путы атеистического государственного удушения Церкви и бросивший вызов власти. О предыстории и истории его проведения, которая напоминает детектив, написано немало. От православных епископов потребовалось немало мужества: их преследовали и шантажировали. Они собрались в Харькове, но Леонид Кравчук достал их и там, ежечасно (через помощников) выдергивая к телефону, угрожая и требуя, чтобы они «не трогали Филарета». После каждого разговора с Киевом митрополит Харьковский Никодим возвращался на соборные заседания бледный, как мел. Решения принимались сложно, поскольку все понимали ответственность перед Церковью, но понимали и масштабность проблем, которые возникнут в связи с неизбежным конфликтом с властью. Тем не менее за многочисленные преступления перед Церковью Филарет был смещен с должности Предстоятеля УПЦ, лишен всех степеней священства и расстрижен в монахи. Это решение поддержали 19 из 21 епископов Украины (кроме самого Филарета и епископа Иакова). Так отцы Харьковского Собора перевернули самую трагическую (советскую) страницу в истории Православной Церкви в Украине и открыли новую. Она была тоже сложной и трагической, но это была уже история другой Церкви – свободной от атеистической власти, диктата КГБ, свободной ото лжи.
А открывалась эта страница избранием Блаженнейшего Митрополита Владимира Предстоятелем Украинской Православной Церкви. Избранием демократичным: на альтернативной основе, путем тайного голосования. Сегодня существует немало точек зрения и объяснений, почему большинство украинских архиереев отдало свои голоса за митрополита Ростовского и Новочеркасского. Мне представляется, что они руководствовались сугубо прагматичными критериями. Во главе Церкви должен был стать человек, который смог бы не столько противостоять репрессиям властей (которые не заставили долго ждать), разбойничьему беспределу унии, натиску раскольников и националистических политических сил, сколько вернуть Церкви, ее руководству доверие народа, объединить верующих, что после растлевающего и деморализующего властвования партии, КГБ, Филарета и Евгении Петровны было отнюдь не просто. Это была главная задача, потому что лишь единая Церковь, пронизанная взаимным доверием народа Божьего, духовенства и священноначалия, могла дать достойный ответ вызовам того очень сложного времени.
Кандидатура митрополита Владимира более всего подходила для этих целей. Выборы Патриарха в 1990 году, где он уступил лишь Святейшему Патриарху Алексию II, показали, что Блаженнейший пользуется огромным авторитетом во всей Русской Православной Церкви. Его авторская программа на центральном канале союзного телевидения, охватывавшем 300-миллионнное население страны, принесла митрополиту славу выдающегося проповедника и богослова. В церковной среде он был известен как ученик и собеседник Псково-Печерских старцев, прошедших Соловки, а также почитаемых в Украине святых – прп. Лаврентия Черниговского, прп. Кукши Одесского, святителя Луки Крымского. Митрополит родился на Хмельнитчине, большую часть жизни прожил в Украине, в том числе и в Киеве, имел опыт управления не только православными епархиями в Украине и России, но и всей Православной Церковью – возглавлял управление делами РПЦ. Международная, церковно-дипломатическая деятельность также не была ему чужда: он был экзархом Западной Европы, в его интервью мы находим любопытные рассказы о служении в Иерусалиме, Женеве, беседах с известными религиозными деятелями (среди которых и нынешний Папа Римский Бенедикт XVI, у которого он однажды гостил в Германии), встречах и даже дружбе с государственными деятелями и венценосными особами Европы. Доклады и выступления митрополита на международных форумах вошли в один из томов собрания его сочинений.
И все-таки, думается, определяющей была его педагогическая деятельность: он учился в Одесской духовной семинарии, затем был в ней преподавателем и ректором, учился в Ленинградской духовной академии, много лет возглавлял Московскую духовную академию и семинарию – главный православный учебный центр страны. Будучи ректором МДА, он рукоположил около пятисот священников для православных приходов Украины. Таким образом, его учениками, однокурсниками и однокашниками была большая часть православного духовенства Украины. Собственно говоря, это была его родная семинарско-академическая семья, в которой он пользовался неизменным уважением и где – с его феноменальной памятью –не надо было наводить мосты и налаживать контакты. Недаром уже в первые полгода его пребывания в Украине полтора десятка раскольничьих «епископов» с покаянием вернулись в лоно Церкви обыкновенными священниками. Все они объясняли свой поступок словами: во-первых, я всегда глубоко уважал Блаженнейшего Митрополита Владимира, я помню его по семинарии, где он был ректором, и т.д. В советское время вся Русская Православная Церковь имела раза в три меньше приходов, чем сегодня имеет только одна УПЦ, и священническая корпорация была относительно невелика, все были выпускниками духовных школ, коих было всего четыре, и даже если не были лично знакомы, то имели общих учителей и наставников. Таким образом, долгие труды учительства Блаженнейшего проросли в деле восстановления и возрождения Православной Церкви в Украине.
Знал митрополит Владимир и Филарета, и нравы его двора, поскольку несколько лет был викарным епископом Киевской Митрополии. Думаю, никаких особых иллюзий в отношении бывшего начальника он не питал, знал, что тот будет цепляться за власть и много бед принесет Церкви, но ни до, ни после избрания никто не услышал ни одного едкого или уничижительного слова в его адрес. Он относился к Филарету как к очень несчастному человеку, изъязвленному гордыней и тщеславием. Возможно, какие-то надежды на духовное выздоровление Филарета у его и были: ведь почему-то он пять лет оттягивал отлучение клятвопреступника и расколоучителя от Церкви.
Многие считали очевидным минусом кандидатуры митрополита Владимира его малую осведомленность об общественно-политических реалиях в Украине: все-таки он отсутствовал в ней почти 20 лет. Он не был знаком и с партийно-хозяйственной активом, оказавшимся у власти в Украине в 1992 году, хотя такое знакомство, полагаю, скорее могло ввергнуть в глубокое уныние, чем вселить хоть какой-то интерес и энтузиазм. Впрочем, этот минус можно было считать и плюсом: в новых условиях, которые Церковь (в кои-то веки!) сама себе создала Харьковским Собором, это позволяло строить отношения с властью на новых принципах и с чистого листа.

Весть об избрании застала митрополита Владимира в Финляндии, где он принимал участие в международной конференции. Первым ее сообщил и поздравил митрополита президент Финляндии. Нам неведомо, как воспринял он это известие – с воодушевлением, огорчением, недоумением. Очевидно, это были смешанные чувства. С одной стороны, возглавить древнейшую кафедру Руси и Православную Церковь в Украине – это великая честь, с другой – Блаженнейший прекрасно знал, в какой катастрофической ситуации находится Церковь в Украине. Впервые со времен Михаила Рогозы (Киевского митрополита, основателя униатского раскола, преданного анафеме), заручившись всецелой поддержкой государственной власти, Киевский митрополит (Михаил Денисенко-Филарет) решился на предательство Церкви, клятвопреступление и учинение нового раскола. К двум бедам – унии и автокефальному расколу – прибавлялась третья: «гремучая смесь» двух уязвленных самолюбий (Филарета и Кравчука), за которыми стоял весь государственно-гэбистский аппарат насилия, где не привыкли церемониться с церковниками.
Приняв решение Собора, митрополит не оставил себе выбора: он уже не имел права дрогнуть и не выстоять. Говорят, перед приездом в Киев он молился в Донском монастыре перед обретенными мощами святителя Тихона, Патриарха Всероссийского, который был объявлен советской властью «врагом №1» и умер под домашним арестом. Блаженнейшему Митрополиту тоже предстояло пройти испытание украинской властью, шельмованием, информационной блокадой, всевозможными унижениями, к тому же без всяких гарантий на благополучный исход. Мог ли он отказаться от всего этого? Конечно, мог. Мы знаем немало выдающихся украинцев, которые в последние 20 лет покинули разграбленную, обнищавшую, вымирающую родину в поисках лучшей жизни, и лишь немногих, кто, напротив, возвратился, причем отнюдь не для лучшей жизни. На вскидку, кроме самого Блаженнейшего, и припомнить некого. Были, правда, и такие, кто приезжал, а затем быстренько уезжал, предпочитая мучиться страной родной из благополучного далека. Митрополит возвращался к своей земле, к своей стране, к своей Церкви в трудное для них время, и это лучшее свидетельство преданности и любви к родине.
План Кравчука – Филарета по нейтрализации УПЦ был прост и топорен, как и все, что делала партноменклатура. Он заключался в том, чтобы не допустить Блаженнейшего Митрополита к управлению Церковью. Если же этого сделать не удастся, то создать невыносимые условия для его пребывания в Украине. «Как приехал, так и уедет», – говорил Филарет. Парализовав управление Церковью в столице, расправиться с архиереями в регионах. Первым делом руководители державы – президент Л. Кравчук и Голова Верховной Рады И. Плющ – заявили, что не признают законными ни сам Харьковский Архиерейский Собор, ни его решения. Президиум парламента даже принял специальное обращение. Это было грубым попранием конституционных норм и только что принятого Закона «О свободе совести и религиозных организациях», который гарантировал невмешательство светской власти во внутренние дела Церкви. Законность-незаконность могли определять прокуратура и суд, но к ним никто не обращался. Да и оснований не было. Неужели и впрямь нарушением законов архиереями можно было считать то, что они не послушали телефонных команд с Банковой? Разумеется, это был пиар-ход, чтобы поднять очередную антиправославную волну в Украине и не допустить приезда нового Предстоятеля. По всем СМИ началась кампания дискредитации Харьковского Собора и Блаженнейшего Митрополита. Архиереи были объявлены заговорщиками, врагами Украины, народа, а митрополит – наймитом и агентом ненавистной Москвы. Травля была несправедливой, бессовестной и недостойной.
И здесь мы опять должны вернуться к проблеме разного восприятия реальностей властью и народом, вернее – полным несовпадением. Если власть крайне враждебно отнеслась к Харьковскому Собору, стремилась его «отыграть» назад, то православные верующие, напротив, – с воодушевлением и поразительным единодушием. Они понимали, как трудно было архиереям принять такие решения, как непросто им будет отныне нести свое служение. Епископам возвращалось утраченное доверие, вокруг них стал сплачиваться народ Божий. Мужественные и справедливые поступки не остаются без благодарного отклика. Все епархии и монастыри признали законными деяния Харьковского Собора, в Почаеве единственного поддержавшего Филарета епископа монахи выдворили из обители. В Киеве все приходы и монастыри стали поминать нового Предстоятеля, во Владимирском соборе даже митрополичий хор в присутствии Филарета спел многолетие Блаженнейшему Владимиру и покинул храм. Филарет с Евгенией Петровной, как Антоний с Клеопатрой, остались лишь с преданной челядью.
Власть не придумала ничего лучшего, как провести акцию устрашения верующих. Накануне прибытия Блаженнейшего Митрополита Владимира в Киев в ночь с 18 на 19 июня был осуществлен ночной штурм Киево-Печерской Лавры, в которой пребывали три-четыре десятка монахов во главе с уже упомянутым выше митрополитом Питиримом (он был тогда наместником монастыря). Под прикрытием милиции полторы сотни боевиков УНА-УНСО во главе с Корчинским, вооруженные железными прутьями и палками, на веревках преодолели южную стену монастыря, стали врываться в монастырские помещения, круша все на своем пути и избивая насельников. Монахи ударили в колокол, православные побежали в Лавру защищать свою святыню, побоище стало приобретать большие масштабы. Операция (ее курировал заместитель министра МВД генерал Недригайло) была преступной, а потому тайной, о ее проведении не был уведомлен другой замминистра – генерал Барташевич, которому подчинялся ОМОН. Ему-то и позвонил единственный находившийся в городе православный архиерей – митрополит Винницкий Макарий, – потребовав прекратить бесчинства боевиков. Генерал прислал ОМОН, который побил и боевиков, и прикрывавшую их милицию. Более ста захватчиков были арестованы, заведены уголовные дела. Впрочем, на следующий день боевики были отпущены (их отправили «защищать» от верующих Владимирский собор и здание митрополии на Пушкинской, где они и забаррикадировались), уголовные дела изъяты, а сам генерал Недригайло прибыл в разгромленную Лавру утихомиривать верующих, которые все стягивались и стягивались в монастырь.
Сохранились видеозаписи и штурма, и побоища, и «уламывания» генералом верующих. «Зачем вам чужак? У нас есть свой митрополит Филарет, его все знают, он хороший, а будет еще лучше и т.д.», – говорил генерал. Более нелепых увещеваний на фоне лаврского погрома и придумать было нельзя. Киевлянин митрополит Макарий взошел на верхнюю площадку лестницы на Дальних пещерах и обратился к народу: «Идите во все концы Киева, во все храмы и объявите, что Филарет преступник и бандит, он лишен всех степеней священства, у нас новый Предстоятель – Блаженнейший Митрополит Владимир». Валентин Недригайло не верил ни собственным ушам, ни собственным глазам.
Власть спровоцировала гражданский конфликт, первые жертвы могли быть уже в Лавре. Хроника зафиксировала, как в окружение верующих попал о. Борис Табачек, правая рука Филарета, который прибыл, видимо, вместе с замминистра: милиции с трудом удалось вырвать и спасти его от разгневанной толпы. Филарета с Евгенией Петровной, безусловно, постигла бы судьба четы Чаушеску, окажись они в руках православных, настолько была накалена обстановка.

Известно, что заповеди и принципы легко декларировать, но очень сложно им следовать. Блаженнейший возвращался в страну победившего ГКЧП, «непуганой партноменклатуры» (как именовали Украину наши демократы), зажима прав и свобод, в страну ограбленного и обнищавшего народа, беззакония, пустых прилавков, купонов, гиперинфляции, массовой безработицы, социальных, политических и религиозных противостояний. Власть воровала все и вся и на любом уровне. Кто чем руководил, то и прихватизировал (Филарет, естественно, – церковную кассу и имущество). В воздухе «пахло» гражданской войной, которая уже полыхала на просторах бывшего Союза, в том числе и у ближайших соседей – в Молдавии и в регионах России.
20 июня 1992 года власть сделала последнюю попытку заблокировать приезд Блаженнейшего Владимира в Украину: в поезде к нему подсели представители власти и спецслужб и «настоятельно рекомендовали» выйти, не доезжая до Киевского вокзала столицы, где его ждали десятки тысяч верующих. Митрополит отказался. Естественно, никто ни из исполнительной власти, ни из депутатского корпуса (за исключением митрополита Агафангела, который был народным депутатом Украины) его не встречал. Зато с пасхальными песнопениями встречали тысячи верующих столицы. Это был праздник.
Но главные испытания были еще впереди. Блаженнейший Митрополит первым делом созвал на 26 июня в Киеве церковный Собор, чтобы продемонстрировать и власти, и обществу, что Украинская Православная Церковь едина, законопослушна, легитимна и ничего в ней, кроме избрания нового руководителя, не произошло. Это переполошило власть, в панике она не придумала ничего лучшего, как «упразднить» УПЦ, а заодно и УАПЦ, к которой Филарет вообще не имел никакого отношения (она состояла из бежавших от Филарета и им же запрещенных священников). Было заявлено, что на их месте создана новая структура У(А)ПЦ-Киевский патриархат, хотя ни верующие, ни даже руководители этих структур о своем упразднении не ведали ни сном ни духом. Тем не менее новая структура объявила себя «правопреемницей» всего имущества, монастырей, финансов и расчетных счетов в отечественных и зарубежных банках «упраздненных» церквей. Во главе поставили 90-летнего «патриарха УАПЦ» Мстислава Скрипника, который, опять-таки, об этом не знал (а узнал – обратился в Генеральную прокуратуру, чтобы та наказала всех беззаконников этого действа), а заместителем – свежерасстриженного монаха Филарета (Денисенко), фактического руководителя этой структуры, коим он и является по сей день. Правовой беспредел был столь очевиден, что даже председатель Украинского совета по делам религий Н. Колесник написал докладную, обосновывая совершенную незаконность создания УПЦ-КП и нарушения прав Церквей и верующих. В последующим дважды (в 1993 и 2001 гг.) Генпрокуратура снимала с регистрации УПЦ-КП как незаконно созданную организацию, но президенты Кравчук и Кучма отказывались ее упразднять.
Руководитель УАПЦ в Украине «митрополит» Антоний Масендич подробно описал хронику этого преступления (как нардепы и СБУ шантажом и насилием заставляли «объединиться» с Филаретом, не трогать его деньги, как обманывали общественность и организовывали провокации и т.д.). Он с пятью сотоварищами с покаянием вернулся в УПЦ простым священником и призвал всех верующих уходить из УПЦ-КП, поскольку она ведет обманутых людей к «вечной погибели».
Зачем Леониду Кравчуку вообще нужно было организовывать эту церковную аферу? Филарет в одном из интервью заявил, что именно Кравчук убедил его нарушить клятву, данную перед Крестом и Евангелие, не выполнять решения Собора и организовать раскол. Деятели диаспоры (тот же Мстислав Скрипник) считали, что виной всему деньги: они доказывали, что Филарет контролировал финансы Компартии, которые отмывались через церковные счета. Этой версии придерживалась и старшая дочь Филарета Вера Денисенко, рассказывавшая о сотрудничестве отца и сотрудников КГБ в деле переводов средств за границу. Однако совершенно непонятно, для чего надо было организовывать погромы епархий и приходов, сотрясать и без того хрупкий гражданский мир в Украине? Зачем надо было лепить из крупного вора жертву «московских гонений», из сталиниста и гэкачеписта – борца за независимость, из украинофоба – патриота? Украл – так украл. Кто в нашей власти был без такого греха?
Тем не менее мы должны констатировать, что власть, вопреки здравому смыслу, действительно собиралась загнать все православные приходы и епархии под воронье филаретово крыло. Неизвестно, клялся ли Леонид Макарович на ПСС В.И. Ленина, но твердые гарантии, несомненно, Филарет получил. Президент разогнал прежний состав руководства Совета по делам религий, ввел в него других людей во главе с бывшим коммунистом Арсеном Зинченко, который бросился создавать новую филаретовскую «церковь». Кравчук распорядился передать ей по одному храму в областных центрах (чтобы была крыша над головой), остальные стали переводить в филаретовство насилием. Начались захваты боевиками и милицией епархиальных управлений, кафедральных соборов в Виннице, Херсоне, Тернополе, Ровно, Луцке, избиение священников и архиереев (при этом архиепископу Сергию Тернопольскому поломали руку, митрополиту Нифонту Луцкому порезали вены на руках, архиепископа Ионафана едва не задушили цепочкой от панагии и т.д.). К боевикам УНСО Корчинского присоединились отряды «казачков»- погромщиков под предводительством нардепов Червония и Поровского, бывших комсомольских вожаков.
Некоторые считают УНСО туповатыми хлопцами с улицы, которых невесть где собирают, чтобы за деньги устраивать побоища и погромы. На самом деле это военизированные, хорошо обученные для организации захватов, провокаций и беспорядков боевики. Мне довелось побывать на их тренировочной базе под Киевом: Дмитрий Корчинский не без гордости показывал коллекцию оружия, условия тренировок и даже предложил освежить армейские навыки стрельбой из БТРа по движущимся мишеням на их стрельбище. Эта структура была создана еще КГБ и в независимой Украине повсеместно использовалась властью против своих оппонентов, политических и общественных. Известный галицкий депутат Игорь Юхновский обосновывал необходимость ее существование тем, что «не все, что нужно державе, можно делать законными способами». И это узаконенное беззаконие, с гарантированной безнаказанностью, занималось захватами храмов. Корчинский совершенно откровенно рассказывает об этом в своих книжках. Структуры Госкомрелигий штамповали бумажные филаретовские общины, боевики отбивали храмы, власть потворствовала. Червоний с Поровским на Ровенщине и Волыни практиковали и устрашительно-воспитательные акции: православную общину (а это, как правило, пожилые люди) выгоняли из храма и, как скот, гнали «по направлению к Москве». Планировалось, что до 1994 года насилием и давлением все общины загонят в филаретовство.
Обычно, если власть кого-то преследует по политическим или идеологическим мотивам, то преследуемые едва ли не автоматически становятся друзьями оппозиции. УПЦ была лишена этой поддержки: левые, как принципиальные атеисты, считали церковную проблематику чуждой и в государственно-церковный конфликт не вмешивались, а правая оппозиция была униатской и травила православных не хуже власти. Православная Церковь не имела права даже на свободу слова: на центральных каналах УТ лишь через полгода руководителю крупнейшей Церкви страны дали возможность выступить с двухминутным поздравлением по случаю Нового года и Рождества Христова.
Куда ни кинь – всюду клин. В такой ситуации оказался Блаженнейший Митрополит. Без канцелярии, документов, средств. Он даже не привез с собой команду, чтобы никого не подвергать опасности – ведь никто не гарантировал безопасности. Первая же встреча со столичным начальством (он нанес визит меру Киева Ивану Салию) продемонстрировала «вектор» будущих отношений с властью – давление, хамство и угрозы. И этой линии в более жесткой или мягкой форме власть придерживалась все эти 18 лет. Даже «толерантный» Леонид Кучма в «воспоминаниях» пленок майора Мельниченко, говоря о православных архиереях, не выполнявших предначертаний власти, не мог обойтись без мата.

Христианство победило, потому что удивило человечество. Блаженнейший Митрополит Владимир удивил и оппонентов, и сторонников. Леонид Кравчук, закоренелый марксист-ленинец, полагал, что бытие определяет сознание, и, если это бытие сделать человеку невыносимым (ограбить, сделать беззащитным от произвола, шельмовать и пр.), то оно повлияет на сознание: человек сломается, будет делать то, что укажут. По этой же традиции он (как и В. Ленин в 1921 году) полагал, что деморализованный тотальным обнищанием, экономическими и социальными бедствиями народ не станет защищать свои храмы, свою Церковь, и можно будет безболезненно на долгие годы вперед (как и многие коммунистические лидеры бывших советских республик, он надеялся, что будет у власти не одно десятилетие) восстановить дорогую ему систему церковно-государственных отношений. Заодно и проучить архиереев-ослушников.
Митрополит не дрогнул. Когда через пару недель мы приехали с ним познакомиться, то увидели спокойного, простого и легкого в общении человека. Он рассказывал о ситуации в Церкви и вокруг нее. На его лице не было ни следа от переживаемых потрясений, испуга или затравленности. То, что для обычных людей было бы катастрофой – шутка ли, оказаться под таким прессом! – на нем как бы и не отразилось. Решили, что у него невероятное самообладание. Много лет спустя Митрополит признается, что ему никогда так легко не молилось, как в эти годы преследований и насилия. «Мы ничего не нарушили, не делали ничего плохого, с нами поступали несправедливо. Христос предупреждал своих учеников, что они гонимы будут за правду», – говорил он.
Однако более всего Блаженнейший Митрополит поразил свою паству. Все ждали, что он возглавит всецерковное сопротивление произволу, пусть не умением, а числом православные отобьют храмы, воздадут по заслугам насильникам и лжецам. Встречать Блаженнейшего на Киевский вокзал пришло 50 тысяч верующих (некоторые утверждали – 200 тысяч). Что стоило расправиться с горсткой перепуганных боевиков и филаретовцев, забаррикадировавшихся во Владимирском соборе и резиденции Киевских митрополитов на Пушкинской, и выгнать раскольников из столицы раз и навсегда? После филаретовского погрома Лавры руки-то были развязаны. Почему каким-то проходимцам в спортивных костюмах с железной арматурой можно творить беззаконие, а православным, законным владельцам своих храмов, нельзя на своей земле самим утверждать «правду и волю»? Это заставило бы и власть (которая уважает только силу) считаться с реалиями. Можно было воспользоваться униатской тактикой захватов православных храмов: организовать, науськать людей, а самим потом объяснять: мол, это не мы, а сам народ отбил храм для нас и избил общину, мы же взывали к христианским добродетелям, удерживали – но ничего не помогло! Жаль побитых, покалеченных и выброшенных на улицу, но, что поделаешь, справедливость требует жертв!
Но Митрополит никогда не допускал двурушничества и лицемерия. Он не благословил отбить у Филарета Владимирский и свою резиденцию, а всех встречавших, радостных, разгоряченных, готовых к подвигам и дракам отправил по домам. Поначалу подумалось, что это временно: все-таки устраивать филаретовцам Варфоломееву ночь в день приезда не вполне некорректно. Однако ко всеобщему удивлению запрет на насильственные действия распространялся на последующие дни и годы и, как оказалось, на все время его предстоятельства, и не только на Киев, но и на всю Украину. Сегодня даже не верится, что за 18 лет филаретовских безобразий, беззаконий православные нигде не ответили насилием на насилие, ни одного филатетовца – а среди них были и редкие мерзавцы – даже не отлупцевали по-казацки – батогом ниже спины. А ведь возможности были везде и всегда.
«Если мы будем захватывать храмы, избивать людей, то чем же будем отличаться от наших оппонентов?» – спрашивал Блаженнейший Митрополит. «Всем! Добро должно быть с кулаками! Мы обязаны восстанавливать справедливость, утверждать правду Христову!» – отвечали ему. «Вы уверены, что правда Христова утверждается мордобоем?» – обезоруживал он.
Блаженнейший Владимир призвал православных к молитве и терпению – традиционным и вечным ценностям нашего народа, которые за годы советской власти были и высмеяны, и забыты. Едва ли не в каждом его послании за все прошедшие 18 лет мы встречаем именно эти слова. Молитва и терпение – не самый близкий путь к торжеству справедливости, это и движением назвать-то нельзя. Он благословил молитвенное стояние архиереев у Верховной Рады, Кабмина и Администрации президента Кравчука. Кадры телехроники сохранили это поразительное событие. Без плакатов и транспарантов, не толпой, а по одному православные епископы стояли на тротуарах вдоль всего спуска от парламента к Крещатику, молились о своей стране, народе, Церкви Христовой, разговаривали с депутатами, прохожими и благословляли их. Депутаты реагируют по-разному: одни заинтересованно беседуют, другие не скрывают своего смущения, третьи крайне раздражены. Вот маленькая и злобная униатка Лариса Скорик кричит на епископа, слюна летит изо рта, в ответ – слова увещевания и любви, ее благословляют, Лариса Павловна переходит на визг.
Непонятное бесит недругов и смущает друзей.

Помнится, мы обсуждали сложившуюся ситуацию с приятелем-писателем, потомственным киевлянином, из старообрядцев, знатоком древней истории Руси. Надо организовывать людей, выбивать из столицы раскол, возвращать кафедральный собор, а вместо этого у нас – стояния, молитвы – Бог весть что! «Блаженнейший Владимир не позволит ни на кого поднять руку, – сказал он, – судя по всему, к нам вернулся древний Киевский Митрополит».
Действительно, редкий из исследователей не обращался к известному афоризму из Лаврентьевской летописи «Не в силе Бог, а в правде», который стал символом предстоятельского служения Блаженнейшего Митрополита Владимира. Он много раз повторял эти слова.
Житийное предание свидетельствует, что впервые с ними обратился св. благоверный князь Александр Невский к своей дружине перед битвой со шведами 15 (28) июля 1240 года. Она произошла в день преставления великого Киевского князя Владимира, крестителя Руси, и, как считают исследователи, стала поводом для его канонизации. Небесными помощниками молодого князя в Невской битве выступили святые страстотерпцы братья Борис и Глеб, дети Владимира, принявшие мученическую смерть и спасшие Русь от очередной братоубийственной распри. В утро перед сражением в видении некого Пелгусия они явились в ладье, посреди гребцов, «одетых мглою», положив руки на плечи друг другу. «Брате Глебе, – сказал Борис, – вели грести, да поможем сроднику (родственнику) нашему Александру». Пилгусий сообщил о своем видении князю, тот приказал никому этого не рассказывать, а сам, окрыленный, поспешил напасть на неприятеля и одержал блестящую победу, принесшую ему великую славу.
Многие исследователи отмечали иррациональность (Г. Федотов называл это уникальностью) нашей древней церковной истории. Александр Ярославич после молитвы в Софии Новгородской, храме Христа Распятого, произнес знаменитую фразу, чтобы ободрить дружинников. Он сослался при этом и на Псалмопевца Давида: «Одни с оружием, на конях, мы же имя Господа нашего призовем; они поверженные пали, мы же устояли и стоим прямо». Главное не то, с чем ты идешь в бой, а что несешь в себе. Шведы несли в себе алчность, желание наживы, дружинники – родину, веру, – собственно говоря, правду. С этой точки зрения напоминание воинам о том, что «не в силе Бог, а в правде», вполне логично. Наше дело правое, победа будет за нами.
Нелогичными представляются «великая вера к святым мученикам Борису и Глебу» молодого князя перед битвой и само их заступничество в сражении. Святые братья, будучи князьями, ни одной битвы не выиграли, ничем, кроме свой поразительной смерти, не прославились. С точки зрения средневековой княжеской традиции и этики они совершенно бесславно пали. Князья обязаны быть храбрыми, стяжать ратную славу, уметь защитить и свой народ, и свое княжество, и себя, а не с молитвой отдаваться в руки наемных убийц. Но вот Промысел Божий о Руси заключался и в том, чтобы первыми нашими святыми стали не великие просветили, полководцы или церковные подвижники, а миряне, молодые люди, «незлобные непротивленцы», преданные Господу и вручившие Ему свои жизни. Они становятся даже во главе небесных сил, обороняющих родную землю от врагов.
Блаженнейший Митрополит Владимир вернул древнекиевскую борисоглебскую духовную проблематику в контекст не только церковной, но и общественно-политической жизни Украины, куда Церковь была втянута Филаретом, Кравчуком и униатами. Одним из первых его дел было обретение мощей священномученика Владимира, Митрополита Киевского и Галицкого, великого «непротивленца», ставшего первой жертвой братоубийственной гражданской войны (он был расстрелян у стен Лавры в январе 1918 года).
Блаженнейший Владимир не только поддержал верующих напоминанием, что «Бог не в силе, а в правде», но всю эту силу распустил по домам, предложив терпением и молитвой созидать правду. Более того, он назвал раскольников «нашими единоверными и единокровными братьями» и заявил о недопустимости столкновений и кровопролитий. Сказано вовремя, поскольку в 1992 году в общественном сознании эскалация различных «многовекторных» конфликтов была уже тотальной и шла по нарастающей. Злость и злоба, обида и беспомощность, нищета и безработица толкали людей на самые безрассудные действия. Провокаторов, тогдашних недоумков-тягнибоков тоже было пруд пруди: одни Крым объявляли «либо украинским, любо безлюдным», другие голодных шахтеров вели маршем, чтобы разнести столицу в щепки, третьи набирали добровольцев для боев в регионах вели в открытую на Крещатике, а в Галиции уже вовсю униаты с властью громили православные епархии. Никто не хотел (да и не умел) иными методами, кроме насилия, утверждать свою правоту и идеологию. Хотя оно могло привести к совершенно необратимым последствиям для самого независимого государства.
Довелось в это время побывать в Приднестровье, на одном блокпосту (обыкновенный типовой пост ГАИ на перекрестке дорог) в украинском анклаве, где только что закончился бой. Внутри здания все было изрешечено пулями, залито подсохшей кровью: кишиневские молдаване пытались отбить его у молдаван приднестровских. Каждая из сторон потеряла по три человека: с одной стороны погибли молдаванин, украинец и русский, с другой – молдаванин и два украинца. В близлежащем селе, куда мы заехали, как раз хоронили одного из погибших в этой схватке парней. Не надо было долго вглядываться в лица его односельчан, чтобы понять, что этих людей никакие ООН и Евросоюз не заставят жить в одном государстве с кишиневскими, по крайней мере, до тех пор, пока родители не забудут о гибели сына, вдова – супруга, а дети – отца. Так насилие рушит собственные государства, независимо от того, какими высокими мотивами оно обусловлено.
В Украине сама власть раздувала и даже организовывала гражданские конфликты (Кравчук – тот же церковный), вопила об угрозе потери свободы и независимости (хотя никто на них и не покушался), поскольку пока голодный ссорится и дерется с бедным, правящий – ворует. Ведь в это же время через прихватизацию вся общенародная собственность (экономический потенциал, входящий в двадцатку самых крупных в мире), созданная рабским трудом целых поколений советских людей, была распределена партноменклатурой между своими и стала залогом их светлого будущего. Им не было дела до Украины, они готовы были разрушить все, лишь бы отхватить свое. Украина вообще никому не была нужна, кроме «маленького украинца», потому что у этого маленького украинца ничего, кроме самой Украины и не осталось (личные сбережения сожгли гиперинфляцией), общенародную собственность – отобрали.
То, что должна была делать власть (гасить гражданские конфликты, чтобы они не переросли в гражданскую войну), если бы, конечно, она не была «преступной», как наименовал ее оранжевый Майдан, стал осуществлять Киевский Митрополит, преследуемый той самой властью. Впрочем, это была его исконная функция. В обязанности древних Киевских митрополитов входило удерживать народ и власть от братоубийственных междоусобиц. Летопись сохранила жесткое обращение одного из Киевских митрополитов к великому князю: «Мы поставлены Богом, чтобы удерживать вас от кровопролития».
Через десять лет Блаженнейший Митрополит скажет Леониду Кучме, что все эти годы он только то и делал, что сдерживал народ Божий от праведного гнева и ответных действий на несправедливости властей и расколов. Сдерживал он и в дальнейшем. В его Рождественском послании 2006 года читаем: «Подводя итоги прожитого года, мы возносим благодарение Богу за Его милости к нам и за те скорби, которые Он посылает нам. Без скорбей нет спасения. Мы с печалью констатируем факты нарушения прав наших верующих в отдельных регионах страны, захваты храмов, но мы верим, что Бог не в силе, а в правде. Я призываю всех к терпению и к молитве за нашу землю и за Святую Церковь».
Сдерживая свою многомиллионную паству от соблазна утвердить правоту насилием, он пробуждал и укреплял в ней христианский образ мыслей и образ действий: терпеть, молиться, не отрекаться. Этим же сдерживанием он внес свою весьма весомую лепту в созидание и укрепление гражданского мира, благодаря чему Украина, в отличие от многих других республик бывшего Союза, сумела избежать кровопролитных братоубийственных конфликтов, сохранила себя единым независимым государством. За это Блаженнейшего Митрополита Владимира благодарили (когда «отямылысь») даже вчерашние гонители.
Вместе с тем, как мне казалось, у него была и убежденность в непременном торжестве законности (все-таки высшее юридическое образование), он вообще считал Украину, по крайней мере, как независимое государство не каким-то вдохновением, придуманным Гоголем и Шевченко, а законом, которая существует, лишь когда этот закон исполняют. Наивно-патриотическое, можно сказать, поэтическое восприятие, вопреки очевидному и здравому смыслу (вон Филарет жирует на беззаконии столько лет и в ус не дует). Поэтому православные обращались в суды, те выносили решения о возвращении УПЦ захваченных храмов (в том числе кафедральных соборов в Ровно и Луцке) и имущества, но никто, включая всех наших президентов, гарантов Конституции, воплощавших эту самую Украину-закон, вердикты судов не выполняли. Митрополит больше верил в Украину, чем сами властоимцы.

Позиция Блаженнейшего Владимира и всей Украинской Православной Церкви, отказавшихся от противления произволу, беззаконию и лжи насилием, естественно, была воспринята атеистической властью и расколами (которые от атеистов недалеко упали) как свидетельство трусости и слабости. Усилилась пропаганда лжи и расколов, Филарет, как поп-звезда, не сходил с телеэкранов, захваты храмов приняли системный, целенаправленный характер. Нардепы Червоний и Поровский, возглавившие это благородное дело, даже мне предлагали (при свидетелях!) поспорить, что к выборам 1994 года они «зачистят» от УПЦ если не всю Украину, то Волынь, по крайней мере, свои избирательные округа на родине любимого президента Кравчука в Ровенской области. Мы даже публиковали письменные распоряжения Василия Червония боевикам: такому-то взводу прибыть в такое-то село, к такому-то храму и пр.
Но Бог действительно в правде, а не в силе. Даже обладая всей полнотой административных и силовых ресурсов, власть в процессе создания раскольничьей «церкви» встречалась с непредвиденными препятствиями. И все потому, что партноменклатура не знала своего народа и была страшно далека от него.
Казалось бы, какие трудности могут возникнуть при захвате какого-нибудь сельского храма, где двадцать прихожан-старушек и такой же старенький священник? Что стоило боевикам обидеть старуху, национально несознательную, неказистую, пинками выгнав ее из храма? Вроде бы проще простого. Но обнаруживалось, что у старушки есть и дети, и внуки, которые, хоть и в церковь ходят лишь по праздникам, но умеют и драться. В Украине вообще нельзя трогать и обижать старух, потому что каждая из них для кого-то «рідна мати моя», которая ночей недоспала, абсолютно культовая фигура, конкретное воплощение любви, страданий, добра, тепла, часто – самого дорого, что у человека было и есть в жизни. Поэтому он легко простит обиду, нанесенную ему самому (чего не бывает в перебранке да по пьянке), но обиду, нанесенную его матери, не простит никогда и никому. Какими бы национально-освободительными устремлениями бывшие комсомольцы ее ни обосновывали. Поэтому на защиту храма поднималось все село, власть на подмогу боевикам высылала милицию – и разгорался конфликт на ровном месте.
Выяснилось также, что правда Божия и мордобой, действительно, не совместимы. Изгнанные, как правило, не шли в раскольничий храм, а хоть и далековато, но шли в соседнее село. Когда же филаретовцы и там захватывали храм, то православные создавали новые общины, иногда по две и по три, и начинали строить новые храмы. Так вместо одной переведенный в раскол общины возникали две-три православные, и титанические труды захватчиков шли насмарку.
В 1993 году униатам и раскольникам удалось через парламент провести поправки к закону «О свободе совести», о так называемых «поочередных богослужениях», которые облегчали захваты православных храмов униатам в Галиции, а раскольникам – на остальной территории. Храм можно было захватывать уже не приезжими, а местными силами, а православную общину вообще запрещать (снимать с регистрации). Для это власть регистрировала «параллельную» (раскольничью или униатскую) общину, которая требовала храм под «поочередные» богослужения, если на это шли, то «параллельщики» входили в храм, а православных уже не пускали, в случае же отказа от «поочередки» общину просто снимали с регистрации. Впрочем, эффект был тот же: Украинская Православная Церковь не сокращалась в численности приходов, а росла. За время предстоятельства Блаженнейшего Митрополита Владимира она ежегодно (в среднем) увеличивалась на четыреста приходов и двадцать монастырей.
К началу 1994 года для всех стало очевидным, что афера с созданием филаретовской лжецеркви провалилась: в нее смогли загнать лишь несколько сот общин. К тому же власть сама напугалась количества и размаха созданных ею же конфликтов и бед, поэтому пошла на внеочередные президентские и парламентские выборы. По ее отмашке УНСО и казачки Червония и Поровского прекратили системные захваты храмов. Филарет забился в истерике, объявив предателями и Кравчука, и спецслужбы, и боевиков, и уполномоченных: ведь обещали в кратчайшие сроки всех загнать в его УПЦ-КП. А тут – слили. Выборы Кравчук, как известно, проиграл, и раскол на время завис на волоске.
Леонид Кучма, сменивший Леонида Кравчука на посту президента Украины, был технарем, «красным директором», ракетостроителем. Однако гуманитарную сферу отдал на откуп униатам и националистам, которые продолжили линию Кравчука в отношении УПЦ, только не погромами, а административно-командным прессом. Можно по годам расписывать антиправославные акции, проведенные властью при Кучме. Среди них – незаконная передача расколам Выдубицкого монастыря, Михайловского Златоверхого собора и Андреевской Церкви – крупнейших храмов столицы, попытка перерегистрации общин УПЦ в УПЦ-КП и пр. Вершиной деяний Леонида Даниловича на церковном поприще стали организация «планетарного визита» Папы Римского в Украину и почти годовое шельмование УПЦ, выступавшей против этой прозелитической акции. Украина – не Россия, нам без Папы – не обойтись. Многовекторность!
Условием же восстановления законности и справедливости по отношению к УПЦ, благосклонности власти был разрыв единства с Русской Православной Церковью, создание автокефалии. «Хотя бы объявите, что вы готовы порвать с Москвой, и у вас не будет никаких проблем», – говорил один из просвещенных идеологов кучмовского режима. Предавший многих, Леонид Кучма был жестоко предан и сам, в том числе и своим закадычным приятелем М. Денисенко (Филаретом), который на организованном выкормышами Кучмы Майдане назвал своего покровителя «старой преступной властью».
Пять лет оранжевого правления ознаменовались усилением давления на Православную Церковь в Украине. Вместе с обычным прессом и даже шантажом, который власть практиковала в западных регионах, Виктор Ющенко, считавший себя «духовным сыном» отлученного от Церкви М. Денисенко, начал применять и новые западные технологии влияния. Одна из них называлась «удушение в объятиях» и заключалась в том, чтобы так плотно обнять оппонента, чтобы тот и дохнуть не мог, а затем поворачивать и вести его в нужном направлении. Ее он разрабатывал вместе с Филаретом, и при этом, по словам президента, им даже «светила» радуга. Новая тактика «игры с Церковью», «игры на подтекстах» предполагала создание в лагере оппонентов своих «групп влияния», «групп разобщения» и их руками, без видимого внешнего воздействия проталкивать нужные решения. Некоторых архиереев приглашали в секретариат президента, минуя Предстоятеля Церкви. Однажды встретил в Киеве известного и заслуженного владыку: вызвали в секретариат! Встретился с главой секретариата, которого хорошо знал (брал у него интервью, когда он был еще секретарем ЦК ВЛКСМ в Москве), спрашиваю: что вы-то с Церковью мутите? «Мы сделаем в Церкви то, что не делалось столетиями!» – ошарашил он. Лучше бы вернулись к строительству коммунизма – привычнее, да и реальнее как-то. Однако мессианский порыв Виктора Ющенко к богостроительству передался даже продвинутым и вполне адекватным комсомольцам. Блаженнейшему Митрополиту Владимиру и всей Православной Церкви пришлось пережить и это наваждение власти. Венцом ее усилий стала провокация на празднование 1020-летия Крещения Руси, во время которой при помощи Константинопольского Патриарха решили легитимизировать богоотступный раскол, создать в Украине параллельную УПЦ юрисдикцию Константинополя. Это акция уже бы навсегда разъединила православие в Украине. Но она провалилась: Бог и народ Божий не позволили ей осуществиться.
Голова Верховной Рады, старейший и мудрейший политик Украины Александр Мороз, комментируя богостроительные потуги трех наших президентов, не без яда, отметил: «История Советского Союза и независимой Украины свидетельствует, что человеческими руками ни разрушить, ни создать Церковь невозможно».

В одной из лекций Блаженнейшего Митрополита Владимира, посвященных св. апостолу Павлу, есть сравнение жизни священнослужителя с актером, стоящим на «позорище», посреди арены в театре. И он один, просматриваемый со всех сторон, должен свидетельствовать о Христе. И словом, и делом, и самой жизнью. Блаженнейший Митрополит, человек огромной самодисциплины и сосредоточенности, сам соответствует тому, к чему призывает свою паству. Наверное, никто и никогда не видел его негодующим, взорвавшимся, даже сильно взволнованным. Когда митрополит чем-то очень расстроен, он встанет и молча уйдет.
Он возглавил Православную Церковь в Украине на переломе эпох, времени бурных общественно-политических и социальных катаклизмов. Скажем, Святейшему Патриарху Алексию II тоже несладко было в бурные 1990-е. Однако у Святейшего Патриарха под рукой находились, по крайней мере, несколько великих архиереев (митрополиты Кирилл, Ювеналий, Питирим), которые своими трудами не только «закрывали» целые сектора важнейшей общецерковной работы, но и могли сформулировать, изложить и отстоять церковную точку зрения на любом уровне, перед любой властью. Блаженнейший Митрополит в Киеве был один, как перст. Влиятельные православные архиереи, отцы Харьковского Собора, служили на епархиях, укрепляли Церковь в регионах. У одних ситуация была более-менее сносной, другим приходилось очень тяжело, но труднее всех было Блаженнейшему Митрополиту, в столице, на переднем плане. Его помощники выполняли сугубо технические функции, все вопросы он решал лично, принимая на себя любой удар и ответственность.
Я не знаю, сколько десятков, а может, и сотен раз за эти 18 лет приходили к нему всевозможные начальники, государственные и политические деятели угрожать, «прессовать», додавливать, выкручивать руки. Ведь хамство и напор – вечные атрибуты нашей власти. Я несколько раз видел Блаженнейшего после таких встреч: он был вымотанный и выжатый, как лимон, но всегда отшучивался.
Иногда, после очередного «наезда» властей на Церковь, приходы охватывала тревога и даже смятение. Митрополит собирал священников, произносил перед ними возвышенную и всегда – радостную речь и спрашивал: скажите, кому из вас не дают править службы в вашем храме, кому не разрешают нести людям слово Божие, кого не пускают в приюты, интернаты, больницы и тюрьмы помогать страждущим? Выяснялось, что никто никому не мешает и всех всюду пускают. «Так что же еще надо нам?» – спрашивал Митрополит.
Он обладал какой-то всепоглощающей уверенностью в том, что Церковь Христа непоколебима и неодолима, а все нестроения даны нам в испытание веры и душ наших. И эта уверенность передалась людям.
Как истинный архипастырь, он проблемы брал на себя, но оберегал общины, давая возможность приходам выполнять свои функции. Некоторые оппоненты в концентрации власти в руках Блаженнейшего видели даже особую стратегию. Мол, пока возились в столице с этим митрополитом, не знали, как его переломать да обломать, даже патриаршество и все на свете блага обещали, забыли о провинции, где общины росли, как грибы, бросились в провинцию – а там уже сила силющая – не одолеть.
Действительно, когда дело касалось проблемных и конфликтных вопросов, священник говорил: это, простите, не моя компетенция, по этим вопросам обращайтесь к Блаженнейшему. У Митрополита же всех ждала нерушимая стена права и правды. Блаженнейший Владимир умел говорить и с «давителями», и с ревнителями, и с завзятыми полемистами. Одним предлагал отказаться от угроз, потому что «свое он уже отбоялся», других поражал глубиной и ясностью богословской мысли, третьих обезоруживал культурологической и философской компетентностью. Известен случай, когда один известный, очень злобный, «затятый» националист по окончании встречи с Блаженнейшим, которого они «прессовали» целой делегацией, долго мялся, а потом попросил: «Ваше Блаженство, можно на прощание поцеловаться с Вами трижды, как христианин с христианином!»
Однако человек не железный и сердце у него не каменное. Душа душой, но есть еще и тело – «ненадежное жилье». Постоянное напряжение, стрессы не могли не сказаться на здоровье. Помню, мы, человек десять, ждали в приемной его кабинета. После того, как он попал в больницу, мы его долго не видели, все переживали. Когда он появился на пороге, все замерли: было видно, как сильно скрутила его болезнь, – он был бледен, подергивалась рука, а голос, который держал целые аудитории, был еле слышен. «Они таки его добили», – произнес кто-то за плечом. Блаженнейший прошел в кабинет и начал прием. Во время разговора мне казалось, что ему трудно и сидеть, и говорить, и смотреть. Поэтому не удержался и спросил, как он себя чувствует? Блаженнейший прищурил глаза, улыбнулся и сказал :«Знаете, как на такой вопрос отвечают у нас в Одессе? Не дождетесь!»
Он выстоял. Великий Митрополит, великих испытаний! В чем он в корне отличается от своего народа, и светского, и церковного, которому – хлебом не корми, а дай пожаловаться на неурядицы, болезни, безденежье и просто на жизнь, так это в совершенном отсутствии сетований по какому бы ни было поводу. Я вообще не помню, чтобы он хоть раз на что-то пожаловался.
Митрополит – человек очень сосредоточенной мысли: о чем ни спросишь, отвечает так, словно думал об этом, и думал долго. Вместе с тем это человек подкупающей, какой-то народной простоты, напрочь лишенный заносчивости, наигранности и чванства. Недаром первыми в Украине под его омофор потянулись ветеранские, афганские, чернобыльские общественные организации, объединяющие людей, смотревших смерти в глаза, нутром отличающих правду от фальши и более всего ценящих искренность и простоту. Он пользуется доверием и любовью народа, а это многого стоит.

Блаженнейший – человек уединения, но никто не знает, где он его находит. У него нет даже загородной резиденции, не то что приморской или заграничной. Даже свом любимым занятием в Лавре – подрезанием роз и кустарников – он занимается, кого-то выслушивая или кому-то отвечая. Мы не знаем тех мест, где ему легко думалось и писалось. Он не из тех, кто выставляет душу напоказ. Впрочем, один из его стихов посвящен вполне христианскому растению – подорожнику, который путники затаптывают, но именно его прикладывают к ранам, чтобы их исцелить. Это говорит о его привязанности к проселочным дорожкам, родным Марковцам, живописным пейзажам Хмельнитчины и Южного Буга, которые с годами становятся еще более близкими и щемящими. Однажды он обмолвился, что плодотворной была его творческая работа в Иерусалиме. Наверное, есть у Митрополита заветные места в Петербурге, Москве, Загорске. Нам известно одно такое место – в Одессе. Его мне показал сам Митрополит.
Мы были в знаменитом Успенском монастыре, расположившемся у самого моря. На его территории находятся Одесская духовная семинария, виноградник, небольшой уютный парк с резиденцией московских патриархов. Блаженнейший предложил прогуляться тропинками его молодости. Мы прошли по монастырю, вышли за его ограду на склон, который круто обрывался к морю. Вниз вела железная лестница с дощатыми ступеньками, а у самой ограды примостилась скамейка. Отсюда открывался захватывающий вид на обширное морское пространство. Митрополит сказал, что когда он был семинаристом, то часто прибегал сюда и часами смотрел на море, небо и звезды. В последующим я несколько раз останавливался в монастыре погостить и часто приходил на митрополичье место полюбоваться рассветами и закатами.
Надо отметить, что море в Одессе на первый взгляд какое-то бессодержательное. Его не сравнишь с морем в Крыму, где прибой взбирается на скалы, небо насыщено синевой, белая пена взлетает веером и пучина извергает гигантские волны. Это стихия романтиков и буревестников. В Одессе море белесое, по утрам оно смеется. За это определение Чехов ругал Горького, предлагая писать о нем так, как пишут дети – «море было большое». Но оно, действительно, какое-то легкое, детское, смеющееся, с мелкими, как ракушки, волнами, поблескивающими на солнце. К полудню выцветшее небо сливается с такой же бесцветной водной гладью. И непонятно; то ли небо стало морем, то ли море – небом. А может так «и происходит встреча предельности мечты с бескрайностью морей»?
Но самое любопытное начинается при закате солнца или появлении луны. Твердь отделяется от хляби и прорезается линия горизонта. Затем где-то в средине моря зарождается таинственное свечение, которое разрастается, а потом начинает вытягиваться в переливающуюся дорожку солнечного света. При появлении луны это зрелище выглядит еще более грандиозным, поскольку темнота укрывает ненужные детали берегового пейзажа. Звезды, бескрайнее небо, бескрайнее море, луна и святящейся путь. Высота холма как бы подвигает тебя вглубь этой захватывающей мистерии несуетливого величия мироздания. Но самое поразительное – это дорога света: как бы ты ни перемещался вдоль берега, она непременно тянется к твоим ногам. Или начинается у ног твоих.
Думаю, этот образ не мог не запечатлеться в душе юноши, будущего Киевского Митрополита. Блаженнейший Владимир и сам является воплощением несуетливого величия нашей тысячелетней веры. В своих проповедях он не перестает напоминать, что «Христос первым делает шаг нам навстречу», только вступи на эту дорожку света, ведущую к Нему.
Наверное, много миллионов украинцев, пришедших или сделавших первые шаги ко Христу, могут сказать Блаженнейшему: «Уже не по твоим речам веруем, ибо сами слышали и узнали, что Он истинно Спаситель мира, Христос» (Ин. 4, 42)». Однако важно помнить и другое: Блаженнейший Митрополит Владимир не только призывал словом, но и шел вместе с нами.
Он чувствовал измученную душу народа, его тягу к покаянию, к возращению в отчий дом своей тысячелетней веры. Он не просто распахнул его двери и, как добрый пастырь, с радостью встречал блудных сынов на пороге. Он вернулся к своему народу в тяжелое для него время и вместе с ним, преодолевая множество трудностей, прошел этот путь. Путь Второго Крещения.

Католицизм
Ватикан предложил установить «Всемирный день социальных коммуникаций и средств массовой информации»
Ватикан выступил с предложением отметить в 2011 году «Всемирный день социальных коммуникаций и средств массовой информации» и посвятить его деятельности католических СМИ в свете новых коммуникационных технологий. Днем праздника предлагают установить 24 января – день памяти Франциска Сальского – покровителя всех журналистов. Объявлена и тема, которую предлагается обсудить в этот день в журналистской среде – «Правдивость, истина и достоверность в эпоху цифровых технологий». Предпосылкой выполнениях этих требований, отмечается в заявлении отдела социальных коммуникаций Ватикана, являются личная ответственность журналистов, стремящихся в своей профессиональной деятельности как можно более правдиво и достоверно излагать в своих репортажах все имеющиеся в их распоряжении факты.
Католический день средств массовой информации отмечается в большинстве стран в воскресенье перед Троицей по григорианскому календарю, а в Германии он проходит в сентябре.
В католическом соборе состоялась церемония благословения Корана
Представители различных религий, включая католиков, протестантов, иудеев, мусульман и даже язычников-друидов, приняли участие в экуменическом богослужении в католическом кафедральном соборе Святых Таин в калифорнийском городе Сакраменто, которое состоялось 11 сентября, в 9-ю годовщину терактов в Нью-Йорке и Вашингтоне. Во время богослужения состоялась церемония благословения Корана. Священник Майкл Кирнэн, ректор (настоятель) собора, прочел суры Корана. «Большинство людей не хочет, чтобы святыни других людей были осквернены, – сказал священник Энтони Гарибальди в интервью местному телевидению. – Как христиане мы не хотим делать чего-либо, чего сами мы не желали бы себе».
Арестованы пятеро алжирцев, готовивших покушение на Папу Римского
Задержаны пять человек, которые представляли потенциальную угрозу для безопасности Папы Римского Бенедикта XVI, находившегося в Великобритании с визитом. Возраст задержанных – от 25 до 50 лет.
Отвечая на вопрос о национальной принадлежности арестованных, в полиции ограничились заявлением, что все они «не британцы». Там выразили удовлетворение предпринятыми мерами безопасности, добавив, что в настоящее время идут обыски по ряду столичных адресов.
По данным BBC, аресты провело контртеррористическое полицейское подразделение на основе сведений, полученных от служб разведки. При этом не уточняется, шла ли речь об угрозе для Папы или для кого-то из его окружения.
В то же время британский телеканал Sky News передает со ссылкой на собственные источники, что все арестованные – алжирцы. Однако, как подчеркнули источники, замысел возможного нападения вынашивался на территории Британии.
Папа Римский совершил чин беатификации кардинала Ньюмена
Центральным литургическим моментом четырехдневного визита Папы Римского Бенедикта XVI в Великобританию стала церемония беатификации кардинала Джона Генри Ньюмэна, о котором понтифик сказал, что его видение роли религии в жизни общества должно служить моделью сегодня.
Совершив Мессу в Бирмингеме 19 сентября (за богослужением собралось более 50 тысяч человек), Папа Римский зачитал вслух декрет о признании кардинала Ньюмэна блаженным Католической Церкви, что является главным шагом на пути к его официальному причислению к лику святых.
Гигантский портрет Ньюмэна был размещен близ алтаря, за которым Папа совершал Мессу в парке Кофтон в пригороде Бирмингема.
Джон Генри Ньюмэн (1801-1890), крупный богослов 19-го столетия, плодовитый духовный писатель, покинул Англиканскую церковь и перешел в католицизм в возрасте 44 лет в 1845 г.
Папа Римский объявил, что его праздник будет отмечаться в Католической Церкви 9 октября, в день его соединения с Католической Церковью, которое, по словам понтифика не было разрывом отношений с Англиканским вероисповеданием.
В своей проповеди Папа Римский говорил о Ньюмэне как о человеке, который имел глубокое понимание христианского призыва к святости и важности молитвы и чья красноречивая проза смогла вдохновить на христианскую жизнь многих его современников и представителей последующих поколений.

Протестантизм
Большинство опрошенных немцев согласилось с высказываниями автора нашумевшей книги «Германия самоликвидируется»
Подавляющее количество немцев одобряет высказывания Тило Саррацина о том, что мусульмане не в состоянии интегрироваться в немецкое общество и большинство из них выступает против исключения из правления бундесбанка автора книги «Германия самоликвидируется». Об этом свидетельствуют данные опроса, проведенного социологическим институтом Forsa по заказу журнала Stern. 70 процентов респондентов одобряют высказывания Тило Саррацина том, что мусульманские иммигранты не способны интегрироваться в немецкое общество, а также о том, что их предполагаемый низкий интеллект якобы обусловлен генетически. При этом 61 процент опрошенных согласен с утверждениями Саррацина частично, а 9 процентов – полностью.
Скандальная книга «Германия самоликвидируется» Тило Саррацина стала главным бестселлером на книжном рынке Германии.
В США в годовщину терактов 11 сентября двое пасторов устроили сожжение Корана
В штате Теннеси (США) в городе Нашвилл двое протестантских пасторов сожгли 11 сентября по экземпляру Корана, несмотря на то, что пастор Терри Джонс, ранее намеревавшийся предать публичному осквернению священную книгу ислама, подвергся всеобщему осуждению и отказался от своих планов.
Инциденты с Кораном имели место и в Нью-Йорке: один человек оторвал страницы из священной для мусульман книги и поджег их, другой также оторвал страницы из Корана и делал при этом неприличные жесты.
Барак Обама впервые на посту президента США подробно рассказал о своей вере в Бога
Президент США Барак Обама подтвердил, что является христианином и видит свое спасение в Боге. В ходе двухдневной поездки по стране в преддверии намеченных на 2 ноября выборов в Конгресс и избрания губернаторов в 37 штатах он впервые подробно рассказал о своей вере.
Отвечая на вопросы одной избирательницы во время посещения города Альбукерке (штат Нью-Мексико), Барак Обама упомянул о своем детстве, отметив, что его семья ходила в церковь не каждую неделю: «Моя мать была самым духовным человеком, которого я только знал, но она не воспитала меня в Церкви».
Он признался, что позднее самостоятельно пришел к вере, и помогли ему в этом «заповеди Иисуса Христа», предложившие тот образ жизни, который он и хотел вести: «Быть ответственными за наших братьев и сестер, поступать с другими так, как хотим, чтобы и с нами поступали».
«Понимание того, что Иисус Христос умер за наши грехи, говорит нам о том, что все мы должны иметь смирение.., о том, что мы, люди, грешны и несовершенны, мы делаем ошибки и достигаем спасения лишь благодатью Божией», – сказал американский президент.
По его мнению, люди, будучи несовершенными, могут «видеть Бога в других людях и делать все возможное, чтобы помочь им обрести благодать».
При этом он добавил, что сам старается жить по христианским принципам, каждый день молиться и служить народу.
Он напомнил о том, что в США, преимущественно христианской стране, проживают и представители других религий, и призвал религиозное большинство уважать их путь к Богу.
Также вновь озвучил свою позицию в отношении абортов, заявив, что они должны быть «безопасными, легальными и редкими».
Как напоминает газета «Дейли телеграф», Барак Обама – сын бывшего мусульманина из Кении, который позднее стал атеистом. Мать президента, родом из Канзаса, хотя номинально и была христианкой, придерживалась скорее светского гуманизма. Ее вторым мужем был мусульманин из Индонезии, а юный Барак непродолжительное время посещал исламскую школу в Джакарте.
В настоящее время лишь около трети американцев считают, что их президент – христианин (в прошлом году так считала половина населения США). Кроме того, недавний опрос показал, что примерно 18% жителей Соединенных Штатов считают Барака Обаму мусульманином. Остальные жители не знают, какую религию исповедует их президент.

Ислам
Индийские мусульмане в отместку за сожжение Корана американскими пасторами сожгли христианскую церковь и школу
В столкновениях полиции с индийскими мусульманами в штате Кашмир, протестующими против осквернения Корана в США, погибли 18 человек. Как сообщает Би-би-си, на улицы городов штата вышли десятки тысяч верующих, недовольных поведением американских священников.
Аналогичный инцидент произошел накануне в Афганистане. В результате агрессивных действий мусульман, протестующих против сожжения Корана 11 сентября, полицейские открыли огонь на поражение. Жертвами столкновений стали два человека, еще пятеро получили огнестрельные ранения.
Напомним, с инициативой сжечь Коран 11 сентября в память жертв теракта в Нью-Йорке выступил пастор церкви «Голубка» из Флориды Терри Джонс. Его предложение вызвало резкое осуждение американского руководства и мирового сообщества. Против этой публичной акции высказался Пентагон, представители Ватикана, администрация Белого дома и лично президент США Барак Обама.
Под давлением общественности и политиков Т. Джонс отказался от своего намерения, однако его идею воплотили в жизнь другие священники – пасторы Боб Олд и Дэнни Аллен. Несколько подобных поступков совершено и на улицах нижнего Манхэттена, где раньше находились башни-близнецы Всемирного торгового центра, подвергшиеся в 2001 г. атаке террористов.
В ответ на действия американских священников индийские мусульмане сожгли школу и христианскую церковь.
Фильм о похищенных и убитых исламистами монахах собирает зрителей
Фильм французского режиссера Ксавье Бовуа «О богах и людях» собрал миллион зрителей за две недели. Фильм основан на реальных событиях и рассказывает историю семи алжирских монахов-траппистов, похищенных и убитых исламистами в 1996 году.
Картина получила главный приз на Каннском фестивале и будет представлять Францию на соискании премии «Оскар» (в номинации «Лучший фильм на иностранном языке»). Генеральный директор кинокомпании «Mars Distribution» Стефани Селерье призналась агентству «Франс-пресс», что сама не ожидала столь быстрого успеха картины. Селерье отметила также, что, по ее мнению, «О богах и людях» – «глубокий фильм, фильм о смерти, о призвании».
В Саудовской Аравии арестованы десятки иностранцев-христиан за участие в «немусульманской» молитве
Религиозная полиция Саудовской Аравии арестовала десятки эмигрантов за участие в немусульманской молитве. Среди арестованных были 12 рабочих-филиппинцев, молившихся на мессе вместе с французским священником. На следующий день после их ареста представителям посольства удалось уговорить полицию отпустить 11 задержанных филиппинцев. Сейчас посольство ведет переговоры с работодателем до сих пор остающегося под арестом филиппинца, чтобы тот смог ходатайствовать о его освобождении. Как сказали в посольстве, оно пристально следит за развитием событий.
В целом за участие в молитве были арестованы, по меньшей мере, 90 человек. Хотя до сих пор не удалось установить их национальную принадлежность, однако, по некоторым источникам, все или почти все они тоже иностранцы. Судьба их пока неизвестна.
В Саудовской Аравии, Конституция которой основана на Коране и Сунне (предания и слова, приписываемые пророку Мухаммеду), запрещены любые общественные богослужения и молитвы немусульман. Власти королевства разрешают немусульманам только проводить частные богослужения и совершать молитвы у себя дома.
Правительство Саудовской Аравии, по-своему интерпретируя исламский закон, официально не признает и не поддерживает свободу вероисповедания, которая на практике бывает сильно ограничена. Так, саудовская Комиссия по распространению добродетели и предотвращению порока время от время совершает рейды на немусульманские общины и конфискует у них религиозные материалы.
85-90% населения Саудовской Аравии составляют мусульмане-сунниты. Согласно действующему в этом королевстве закону, переход мусульман в другую религию (апостасия), а также миссионерская деятельность немусульман карается смертной казнью.
Христиане Индонезии все чаще становятся жертвами нападений исламских экстремистов
Христиане в Индонезии, особенно на Западной Яве, все чаще становятся жертвами усиливающейся кампании запугивания и преследования со стороны экстремистских исламистских групп.
12 сентября лидер «Протестантской христианской церкви Батак» в Бекаси, Западная Ява, по пути на богослужение получил удары ножом в сердце и живот. Пастор Луспида Симаньюнтак был избит исламистами, которые нанесли ему ряд ударов по голове, лицу и спине деревянной палкой. В августе несколько сот членов исламского «Народного форума» и «Исламского фронта защитников» напали на членов христианской общины, которые совершали богослужение под открытым небом после того, как их вынудили закрыть свою церковь.
Согласно данным Института демократии и мира Сетара, по крайней мере, 30 нападений на христианские церкви Индонезии было совершено исламистами в этом году.

Иудаизм
В Израиле арестовали 400 вернувшихся из Украины хасидов
Израильская полиция задержала в аэропортах около 400 брацлавских хасидов, вернувшихся из паломничества в Украину к могиле основателя их учения цадика Нахмана. 91 паломник подозревается в уклонении от обязательной в Израиле воинской повинности, у остальных обнаружились невыплаченные долги и кредиты. Кроме того, за два дня до этого по прибытии в Израиль были арестованы двое хасидов, которые напали на стюардессу, отказавшуюся налить им спиртное.
В украинском городе Умань, где похоронен цадик, паломники тоже успели принять участие в конфликте – в ходе бытовой ссоры они побили одного местного жителя и нанесли ножевые ранения другому.
На празднование еврейского нового года в Украину в 2010 году прибыли до 30 тысяч хасидов – преимущественно из Израиля. В целом их пребывание в стране обошлось без существенных эксцессов.

Разное
Британская библиотека выложит в Интернет 250 оцифрованных версий греческих рукописей
Британская библиотека в ближайшее время выложит в Интернет более 250 древнегреческих рукописей. Среди оцифрованных рукописей, которые будут опубликованы, – тексты басен Эзопа, найденные в 1844 году в районе Святой Горы Афон. К 2012 году библиотека планирует отсканировать еще четверть архива, состоящего из тысячи манускриптов.
Куратор программы Скот Маккендрик отметил, что рукописи смогут увидеть все пользователи Интернета бесплатно. По его словам, публикация рукописей окажет значительную помощь историкам, исследователям Библии и студентам отделений классической филологии.
Британская библиотека уже оцифровала значительную часть своего собрания. В 2009 году сотрудники библиотеки опубликовали в сети 800 листов Синайского кодекса, одного из двух старейших греческих списков Ветхого и Нового Заветов. Вместе с Британской библиотекой над проектом на протяжении четырех лет работали Российская национальная библиотека, Библиотека Лейпцигского университета, а также Библиотека монастыря Святой Екатерины на Синае.
Кроме того, британцы обеспечили пользователям онлайн-доступ к Евангелию из Линдисфарна, иллюстрированной рукописной книге, созданной в конце VII – начале VIII веков. Библиотека также выложила в для просмотра несколько набросков и чертежей Леонардо да Винчи.

По материалам информагентств
подготовил Игорь Стокалич