20 лет назад произошло знаменательное событие: в с.Искровка, Кировоградской области, в ночь с 16 на 17 сентября были обретены мощи священномученика Николая. Это стало возможным после решения Священного Синода от 17 июля 2001 г., причислившего священника Николая Искровского к лику святых и постановившего останки убиенного священнослужителя считать святыми мощами.
Православная Церковь почитает нетленные останки святых на том основании, что благодатные силы, действующие в их телах при жизни, продолжают действовать и по смерти, т.е. тела святых остаются носителями Божией благодати. Ради Духа Святого и праведных душ человеческих, обитавших в телах святых мужей и жен, самый прах и кости их сохраняют чудодейственную силу. Как сказал свт.Иоанн Златоуст: «Не говори мне о прахе, не представляй пепла и истлевших от времени костей святых, но открой очи веры и посмотри на присущую им силу Божию».
Место упокоения о.Николая почиталось верующими с момента его мученической кончины, которая последовала 2 октября 1919 года. О.Николаю был открыт Господом этот день. Все село знало о том, что именно 2 октября батюшку убьют, к вечеру даже говорили между собой: день прошел , а батюшка жив, наверное, неправду сказал.
2 октября через село проезжала банда махновцев. О.Николай укрылся на колокольне, но его выдал староста Коваль. Он обижался на батюшку за то, что тот будто бы выдал кадетам его сына, хотя это обвинение было совершенно беспочвенным.
О.Николая расстреляли на кладбище рядом с храмом. Сначала люди просто набросали сверху веток, а через день похоронили без гроба. Через год приехало много священников и перехоронили за алтарем храма. Так сбылись слова святого о том, что его будут хоронит трижды.
16 сентября 2001 г. по благословению Преосвященнейшего Пантелеимона, епископа Кировоградского и Александрийского, в 19.30 был отслужен молебен на начало доброго дела, затем – панихида. У часовни, которая находится за алтарем, был установлен аналой для чтения Евангелия, Псалтири и акафистов. Рядом поставили подсвечник с зажженными свечами, а за надмогильным крестом – изготовленный образ священномученика Николая.
Через некоторое время после начала работ по обретению стало ощущаться легкое благоухание. При дальнейшем углублении почва становилась все более сырой, так что приняли решение о расширении ямы.
Вскоре были обнаружены доски ниши, проваленные от ветхости тяжестью земли. После этого работа по обнаружению и полной расчистке места захоронения продолжалась до 4.20 утра.
В 4.20 была найдена верхняя часть гроба, после чего вокруг была расчищена земля.
Все участники события убедились, что на гробе частично сохранена обивочная ткань розового цвета с золотистой бахромой, а сам гроб в некоторых местах подвергся тлению. Там, где располагалась верхняя часть туловища, структура дерева была менее нарушена, и более-менее целыми были предметы, прилегающие вплотную к мощам. В подушке, лежащей под головой Святого, сохранилась стружка, причем она выглядела так, будто ее только что настрогали и положили туда.
Когда открыли крышку, то увидели, что о.Николай был выше среднего роста, на нем было зеленое облачение, а на лице покровец такого же цвета с изображенным восьмиконечным крестом и ангелами по углам. Сохранность облачения и видимых частей тела была хорошей. Рост батюшки, как выяснилось, составлял 1 м 90 см.
Руки священника были сложены ниже груди, в правой был крест и кадило, а левая лежала на Евангелии – она была хорошо сохранена и источала миро. От мощей и мира исходило благоухание.
Когда сняли покровец с лица, то увидели, что рот был открыт, а нос и лоб переломлены, голова же повернута в правую сторону.
После поднятия из могилы, при пении «Святый Боже», мощи обнесены вокруг храма, занесены внутрь и положены на приготовленный стол. На теле о.Николая были четко видны следы побоев и издевательств, что еще раз подтвердило насильственную смерть.
По окончании освидетельствования святых мощей, последние были облачены в полное священническое облачение и положены в раку.
Батюшка нетленно почивает в Крестовоздвиженском храме с.Искровка, призывая всех, кто нуждается в его заступлении и молитвах, ведь он сам при жизни неоднократно говорил: «Кто будет молиться и просить, то Господь будет посылать помощь. Я буду помогать, как помогал живой».

Титул «Вселенский» – исторический термин, который называл Патриархов Церквей тех земель, что принадлежали Византийской империи, напомнил протоиерей Николай.
Первоначально в Православной Церкви титул «Вселенский Патриарх» носили сразу 5 Патриархов Церквей тех земель, что принадлежали Византийской империи, напомнил заместитель главы Отдела внешних церковных связей УПЦ протоиерей Николай Данилевич.
«Титул «Вселенский» первоначально использовался по отношению ко всем 5 Патриархатам, которые были на территории Византийской империи. Именно в этом смысле и Александрийский Патриарх, и папа римский, и Антиохийский Патриарх, и Иерусалимский, и Константинопольский назывались в разных документах «вселенскими»», – передали слова священнослужителя на YouTube-канале «Витражи: о вере в красках».

«Вселенский» (на греческом языке звучит как «ойкумена») тогда означал «имперский», то есть «находящийся на территории империи», пояснил спикер УПЦ. Древние греки во времена Античности этим словом обозначали населенную не варварами, а просвещенными и цивилизованными народами того времени землю. А в Римской империи слово «ойкумена» стало синонимом слова «Римская империя», добавил протоиерей Николай.

«Вспомним Евангелие. Вторая глава первый стих Евангелия от Луки, где говорится о том, что в те дни вышло повеление от кесаря Августа сделать перепись по всей земли. И вот «по всей земли» в греческом языке стоит (слово – Ред.) «ойкумена». И мы понимаем, что имелась ввиду только Римская империя, а не вся Вселенная, не весь мир. Это первое и основное значение этого слова», – подытожил замглавы ОВЦС УПЦ.

Напомним, ранее иерарх Константинопольского патриархата архиепископ Австралийский Макарий (Гриниеза́кис) заявил, что некоторые не могут понять, что в Церкви есть Первый. «Наши единоверцы бросают вызов Константинопольскому патриархату, потому что некоторые не могут принять, что в Православной Церкви есть Первый. Это действительно серьезная проблема», – заявил он.

Вспоминая ныне всех святых, в земле Русской просиявших (а далее мы будем праздновать святых Белорусских, Сербских, Британских, Галицких, Новгородских и др.), кто-то может подумать, что Церковь таким образом поощряет национализм. На самом деле это не так, ибо, как объясняет апостол, во Христе нет эллина или иудея, раба или свободного…

Празднуя память местных святых, Церковь лишь обращает внимание на то, что исполняются пророческие слова и проповедь апостолов распространяется во все концы Вселенной, среди всех народов.

В ветхозаветные времена для хранения истинной веры в Единого Бога был избран один еврейский народ. Именно из его среды родился Спаситель мира, Господь наш Иисус Христос. Но когда иудеи из-за зависти и оскорбленных национальных чувств (ибо Христос не желал восстанавливать Израильское царство, а говорил, что Его Царство не от мира сего) распяли Христа, то после Своего Воскресения в день Пятидесятницы Он создал Церковь, в которой не имеют значения национальность или происхождение, ибо «нет ни Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, скифа, раба, свободного, но все и во всём Христос». (Колос. 3,10). «Все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3, 27-28).

Все люди верою во Христа уравниваются. Лишь когда теряется вера, тогда становится важным национальный вопрос.

Как в большой семье, когда есть мир и согласие, тогда никто не считает, кто сколько трудится, какие материальные вклады делает, ибо все бескорыстно стараются как можно лучше послужить друг другу. Когда же согласие теряется, тогда начинают возникать скандалы из-за любой мелочи, подсчитывается каждая копейка. Ныне Евангелие рассказывает о призвании на проповедь апостолов Андрея и Петра, Иакова и Иоанна. Они по первому призыву Христа оставили всё и последовали за Ним (Мф. 4:18-23).

Этот призыв распространяется и на нас. У всех есть какие-то свои земные обязанности и привязанности, Господь не запрещает их. Но они могут стать препятствием в духовной жизни, вредными и разрушительными, если во главе мы не поставим привязанности ко Христу.

Все святые были такими же людьми, как и мы, но, в отличие от нас, они никогда свои пристрастия не ставили выше любви ко Христу. А потому они старались не поступать вопреки голосу совести, умели держать удар, мужественно идти против пронизывающего ветра соблазнов и искушений.

Помолимся всем нашим русским святым, поскольку они наиболее близки нам по месту проживания и времени подвигов, да и мы воспламенимся ревностью о богоугождении и, как они, будем победоносно следовать по пути ко Христу. Аминь.

В 2018 году исполнилось 154 года со дня рождения баронессы, фрейлины трёх императриц Натальи Модестовны Фредерикс — узницы Соловецкого лагеря, прославленной в сонме новомучеников и исповедников Русской Церкви на Архиерейском Соборе РПЦЗ. Значительную часть своей жизни она провела в селе Знаменовка современного Александровского района Донецкой области, где её родители построили храм. Местный священник заинтересовался её судьбой и собрал материалы, которые не были известны комиссии по канонизации РПЦЗ.

Священник из шахтёрской семьи

Уже 18 лет я служу в Николаевском храме села Петровка-2. Этот приход я открывал и стал первым священником в селе. Здание у нас приспособленное — бывшая больница, построенная до войны. Во время Великой Отечественной здесь был госпиталь: лечили немцев, итальянцев, тут они умирали. С двух сторон госпиталя было два кладбища. Останки итальянцев забрали в 1990-х годах, а немцев в 2000-х.

Историей я интересовался с детства. Любовь к ней мне привил отец. Мы жили под Донецком, в городке Моспино. В II-III веках после Рождества Христова там было поселение черняховской культуры. Отец часто водил меня на пахотное поле, и мы там собирали черепки, осколки древней керамики. Мне это очень нравилось, я туда потом сам очень часто ходил. Много читал.

После окончания школы я пошёл учиться в семинарию. Отец у меня был шахтёр, деды и прадеды — все шахтёры. Никто никогда мне не рассказывал о Христе, вере, Церкви. Недалеко от Моспино сейчас расположен Касперовский монастырь. Тогда ещё монастыря там не было, был старинный храм Смоленской иконы Божией Матери. Когда мы проезжали на поезде мимо него, я всякий раз стоял возле окна и смотрел на этот храм. Мне хотелось в нём побывать.

С 1989 года я начал ходить в церковь, нёс пономарское служение. В тринадцать лет я решил стать священником. Это желание я, слава Богу, воплотил в жизнь. Господь меня призвал к этому служению.

Дворяне-эмигранты в Донбассе

Когда я стал священником в селе Петровка-2, конечно же, заинтересовался его историей. Ещё были живы старожилы, которые были очевидцами событий начала прошлого века. Они рассказывали мне, а я записывал. Одной бабушке было 103 года, она очень много помнила. Сохранились её тетрадки, где она всё подробно описывает.

До революции здесь был деревянный храм в честь Рождества Божией Матери, построенный в 1898 году на пожертвования крестьян. Этот храм помогала строить бабушка местной помещицы — баронессы Натальи Модестовны Фредерикс — графиня Анна Александровна Гейден. Для построенной церкви она пожертвовала 50 гектаров земли. Раньше при каждом храме была земля, чтобы приход имел финансовую опору. Священник мог эту землю или обрабатывать сам, или сдавать в аренду. Таким образом храм содержался и ремонтировался.

Основатели Петровки Второй — Милорадовичи. Самый известный из них — герой Отечественной войны 1812 года, генерал, граф Михаил Андреевич. Он был другом императора Александра I. Генерала Милорадовича убили во время восстания декабристов в 1825 году.

В трёх километрах от Петровки-2 находится село Знаменовка, где расположен наш сельсовет и наш приход. Это село основали родители баронессы Натальи Фредерикс — Модест и Елизавета. Сначала они открыли кирпичный завод. Из этого кирпича построили имение. По рассказу старожилов, имение было очень большое, более десяти зданий. У нас остались кирпичи тех времён, на которых выгравирована буква «Ф».

Фредериксов мы искали долго. Их, как и Милорадовичей, очень много, род имеет несколько десятков представителей. Имён мы не знали. Знали только, что здесь жили Фредериксы, Милорадовичи, Гейдены — очень известные дворянские фамилии. Все они имеют немецкие и голландские корни, изначально были протестантами, но служили российской короне. В основном это были купеческие династии, которым дворянство в России давали за какие-либо заслуги.

Одного Фредерикса, родственника баронессы, я разыскал и написал ему. Он живёт в Петербурге, имеет какую-то научную степень по ядерной физике. Письмо моё он прочитал, но ничего не ответил. Я думаю, что сами Фредериксы мало знакомы между собой, ведь только у одного основателя этой семьи было девятеро детей.

Род Фредериксов берёт своё начало с XVIII века. Предок-основатель этой фамилии был банкиром императрицы Екатерины II, и за особые заслуги ему был дарован баронский титул. Самым знаменитым из Фредериксов был Владимир Борисович, министр императорского двора при Николае II. Он отвечал за всё движимое и недвижимое имущество царской семьи. Даже советские писатели-заключённые пишут, что Наталью Модестовну Фредерикс взяли под арест именно потому, что она была сестрой этого министра императорского двора.

Справедливости ради надо сказать, что не все из этого рода принимали православие, кто-то продолжал придерживаться протестантизма. Родители Натальи Модестовны приняли православие и воспитали дочь в православной вере. Свет евангельской истины затронул самые тонкие струны их душ, они прониклись богослужением, красотой церковной, и, самое главное, учением Христовым.

Найти личное дело

В 2017 году я познакомился с очень интересным историком, краеведом, коллекционером из Днепропетровска — Устыгиной. Я спросил, есть ли у неё информация о помещиках. Она сказала, что в 2016 году вышла книга Виктора Николаевича Зарубы «Дворяне Екатеринославской губернии», пообещала прислать её и прислала в тот же день. Сразу же, как увидел письмо, — в полдвенадцатого ночи — я начал читать. И смотрю — Фредерикс Наталья Модестовна, село Знаменовка, кратенькая статья и фотография. О ней было сказано, что она пострадала на Соловках. Я был под таким впечатлением, что всю ночь не спал, уснул только к утру. Честно говоря, даже прослезился.

В интернете я нашёл ещё несколько статей о Наталье Модестовне. Информации было совсем мало. То, что сейчас написано о ней в «Древе» и на других интернет-ресурсах — это наша работа.

В течение всего этого года я искал информацию, делал запросы. Обратился в Санкт-Петербург, Центральный государственный архив. Оттуда мне пришёл ответ. Писал в Соловецкий монастырь. Там отреагировали быстро. С утра я написал им и думаю: Соловецкий монастырь — это такая величина, обитель, известная на весь православный мир, вряд ли скоро дождусь ответа. И смотрю — вечером уже пришло от них письмо.

Я спрашивал, жива ли память о нашей баронессе и есть ли место её захоронения. Память жива. О ней рассказывают, когда говорят о новомучениках. Там есть целая экспозиция. Но места захоронения нет, потому что она умерла от тифа. Тифозных тогда хоронили в общих могилах.

Я узнал, что она была канонизирована Русской Православной Церковью Заграницей, в Америке, ещё в 1981 году. Там был Архиерейский Собор, на котором было прославлено около 500 новомучеников, которые пострадали после революции. Написал я и в США, в несколько мест. Ответили мне только из Троицкой духовной семинарии в Джорданвилле, Нью-Йорк. Я с ними до сих пор поддерживаю связь, мы переписываемся. Мне сообщили, что это именно она. Но такой информации как та, которую я достал впоследствии, у них не было. В Америке нет доступа к нашим архивам, поэтому они знали очень мало. Я потом собранные сведения отослал и им.

Я загорелся, у меня появилось желание достать личное дело Натальи Модестовны. Заведующий церковно-археологическим кабинетом Соловецкого монастыря отец Афанасий подсказал, что его копия есть в Москве, и с этим личным делом когда-то работала заведующая кафедрой церковного пения Свято-Тихоновского гуманитарного университета Татьяна Ивановна Королёва. Оригинал документа хранится в архиве ФСБ Петербурга, она работала с этим делом, когда ещё жила в этом городе. Естественно, Татьяна Ивановна полностью с него сняла копию. Мы вышли на неё через социальные сети.

Честно сказать, с москвичами было очень непросто работать. «Какого вы патриархата? Предоставьте документы!» К нам было настороженное отношение. Два или три месяца я не мог выпросить у них личное дело.

Надо сказать, что по этому делу, П-82582, Наталья Модестовна шла не сама. Всего обвинялось 35 человек. Среди арестованных по этому делу уже есть один человек, который нашей Церковью канонизирован. Анна Петровна Лыкошина была прославлена в лике новомучеников в 2000 году. В личном деле Натальи Модестовны, в протоколах допросов отмечено, что ей задают вопросы о Лыкошиной.

Естественно, в архив ФСБ я не писал. Обращался я в Центральный государственный архив Петербурга. Признаться честно, на Петербург я возлагал большие надежды, ведь там жила и была арестована баронесса, но пришло всего два документа. Они оставили номер телефона того, кто выполнял работу. Я позвонил, и они ответили, что больше у них ничего нет.

В прошлом году во время отпуска я познакомился с диаконом Александром, редактором православной интернет-энциклопедии «Древо». Благодаря нему наша статья о баронессе появилась в «Древе».

За что крестьяне любят помещиков

Наталья Модестовна Фредерикс родилась в селе Знаменовка Бахмутского уезда Степановской волости Екатеринославской губернии 8 июля 1864 года (по ст. ст.), в день празднования в честь Казанской иконы Божией Матери. В нынешнем году 21 июля мы совершили заупокойную Божественную литургию и панихиду. Так мы отметили день рождения исповедницы Натальи Модестовны.

Отец её был 1822 года рождения, а мать 1844 года рождения. Когда они умерли — информации нет. У неё был ещё старший брат Николай, 1862 года рождения. Он был военным, умер в 1892 году в возрасте 30 лет.

На этом общем фото, которое мне удалось раздобыть, слева запечатлена баронесса Наталья Модестовна Фредерикс, в центре — её двоюродная сестра Наталья Петровна Гейден. Она известна своей благотворительной деятельностью, построила два земских училища. Впоследствии эмигрировала. Скончалась в Иерусалиме в 1961 году во время паломничества, похоронена в монастыре святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании.

Крайняя справа — Анна Борисовна Нейдгардт (в замужестве Сазонова). Её родная сестра была замужем за Петром Аркадьевичем Столыпиным, известным государственным деятелем, реформатором, а её родной брат был канонизирован и причислен к лику святых в 2000 году — он был храмостроитель.

После смерти родителей Наталья Модестовна часто приезжала в Знаменовку. Она жила здесь с лета и до глубокой осени. Я нашёл женщину, бабушка которой была личным врачом Натальи Модестовны в Знаменовке. К сожалению, я не успел с ней подробно пообщаться: она сломала ногу и уехала в Москву, где живут её дети и внуки. В их семье хранятся воспоминания о баронессе и даже две её фотографии, на которых она запечатлена вместе со своими слугами.

По воспоминаниям других старожилов, Наталья Модестовна была хорошим, добрым человеком. В Знаменовке она построила начальную школу для детей. Раньше школы были церковно-приходскими, потом появились народные, земские школы. Когда баронесса приезжала, она устраивала односельчанам народные праздники, гулянья. Местные крестьяне, которые здесь жили, её любили и почитали. Сейчас уже умерли все, кто её помнил.

Во время Первой мировой войны она была сестрой милосердия. У них был евангельский девиз — «Возлюби ближнего своего как самого себя». Этот девиз баронесса пронесла через всю свою жизнь.

В 1920 годах в селе, как и по всей стране, прошла кампания по изъятию церковных ценностей. Серебряные ризы и оклады икон, богослужебные сосуды изымались из храма силой. Вообще 1920-е годы дали очень много мучеников. Тогда же, в 1924 году, Наталья Модестовна Фредерикс была арестована «за активную церковную деятельность».

Судьба села и храма

Вскоре после ареста баронессы, в 1925 году, священника храма Рождества Богородицы убили местные жители — не за веру, а по бытовым мотивам. Это произошло на Пасху. Как рассказывают односельчане, после пасхальной службы он нагрузил бричку приношениями — куличами, пасхами — и ехал в гости к дочери, поздравить её с праздником. В поле его встретили двое жителей села. Они убили священника Петра Нагорного и извозчика Фёдора Леонова, забрали приношения. Их лошади сами пришли к храму. А на Троицу, через 50 дней, в храм ударила молния, и он сгорел. Сохранилось только две иконы и бронзовый требный крест священника. Сейчас они хранятся в новой церкви.

Это был третий священник, служивший здесь. До него служили отец Пётр Колофатов и отец Николай Никитин. Был ещё диакон — отец Илья Колофатов.

При храме было три школы — церковно-приходская, земская и народная. Эту информацию я узнал из «Справочной книги Екатеринославской губернии». Она выходила в 1908 и 1913 годах. Там есть сведения по всем храмам — опись, в каком году храм основан, кем, деревянный или каменный, штат, священники, их дети, образование. Очень интересная, подробная информация. Эти справочные книги есть в открытом доступе в интернете.

Также выходило периодическое издание «Екатеринославский вестник». Благодаря моему знакомому археологу из Доброполья у меня есть в электронном виде все номера «Вестника» с первого номера 1872 года по 1917 год, когда вышел последний номер. Там я нашёл информацию и о нашем селе, священниках.

Современный Николаевский храм Петровки-2

75 лет церкви в селе не было. В 1960-х годах на месте сгоревшего храма построили клуб. Точное место, где располагалась церковь, тогда никто уже не помнил. Начали строить клуб, копали котлован для фундамента и наткнулись на закладной камень. Когда архиерей освящает место строительства нового храма, в основание кладут первый камень. Сейчас он стоит возле жертвенника в новом храме. Этот камень кубической формы, на нём изображён восьмиконечный крест.

Я часто езжу в соседнее село Знаменовку, на родину баронессы. Храма там сейчас нет. Мы с прихожанами собираемся возле братской могилы, где похоронены усопшие воины, совершаем молебны, панихиды. Я рассказал им всё, что узнал о баронессе. Люди восприняли это с радостью, некоторые даже плакали. Ходил и в школу, рассказывал детям, учителям. О том, что у нас жила такая святая, не знал никто, даже учительница истории. Эта новость поразила всех жителей села, от простых прихожан до администрации.

Я рассказывал о результатах своих поисков и в Александровской районной администрации, отдал копию своей работы в Александровский краеведческий музей. Районная газета «Александровские вести» опубликовала статью о нашей баронессе. Во время местных выборов один из кандидатов в депутаты предложил установить памятную доску в честь нашей баронессы на здание сельского совета. Пока это обещание не материализовалось.

Сейчас молодёжь старается уехать из села в город — здесь нет работы и перспектив. В нашей школе учится всего 106 детей. В районе это вторая школа по наполняемости. Классы маленькие, по пять человек. Если в классе десять человек — это уже много. В этом году было шесть выпускников, все они поехали учиться в Харьков. Село вымирает, остались одни старики.

Храм находится в самом центре села, возле школы, садика и сельсовета. Пять лет назад у нас была воскресная школа. Ученики выросли, а другие не пришли. На молебен перед началом учебного года дети приходят. Иногда приходят просто так, общаются со мной. Я им рассказываю о гонениях на христиан I-III веков, что-то из истории.

К революции отношусь с благодарностью

В Петрограде (Санкт-Петербурге), где Наталья Модестовна проводила зиму, она была членом приходского совета Сергиевского собора на Литейном проспекте. 11 июля 1919 года как «бывшая баронесса» арестована в качестве заложницы и постановлением ПЧК от 11.07.1919 «направлена вместе с делом в ВЧК 24/VII-19 для заключения в Московский лагерь». Однако в феврале 1920 года её освободили.

3 февраля 1924 года в 6:30 утра она вновь была арестована — «за активную церковную деятельность в приходе». Предварительное заключение отбывала в ДПЗ «по I категории». Вместе с ней по одному «групповому делу» проходили епископ Мануил (Лемешевский) и полковник Н. Н. Поляков.

Из показаний Натальи Фредерикс на допросах 1924 года:

«Со мной проживает Будовская Мария Сергеевна, 57 л[ет], она на моём иждивении.

Родственников близких никаких не имею. Елизавета Карловна Фредерикс, жена троюродного брата моего отца, умерла лет 20 тому назад. Знакомых, с кот[орыми] бы постоянно виделась, не имею. Я очень занята делами по Сергиевскому собору и поэтому никуда не хожу и ко мне никто не ходит.

В соборе я заведую регистрацией прихожан, принимаю от них добров[ольные] членские взносы и передаю деньги казначею — Сос[...]ову, или старосте — Шатихину. Там же занимаюсь продажей в соборе просфор. Я член двадцатки.

К Совет[ской] вл[асти] отношусь безразлично. К Революции же с благодарностью, т. к. она освободила меня от имуществ[енны]х и светских пут, от которых самой трудно было бы отказаться. Теперь я всецело отдалась церкви.

Церковь, по-моему, должна быть вне всякой политики и не должна реагировать абсолютно, на какие бы то ни было обществ[енны]е и полит[ические] события. Поэтому я отношусь к новой (т. е. обновленческой. — Ред.) церкви отрицательно.

Из духовных лиц близких знакомых не имею. Моего бывшего духовника Виноградова давно не видала. Еп[ископа] Мануила видела 1 раз, когда пришла к нему по делам собора.

Хорошо знаю духовных лиц нашего собора о. Иоанна Морева, о. Павла Нико[...] и о. Андреева Фёдора.

Когда наш собор был в руках обновленцев, я ходила в собор Спасо-Преображения и Косьмы и Дамиана.

Со служившим в первом соборе о. Михаилом Тихомировым знакома. Он иногда служит у нас заказные обедни. Он меня знает ли про фамилии — не могу сказать. Больше ни с кем не знакома».

На вопрос о её политических убеждениях Наталия Модестовна ответила: «Никаких, т. к. я человек религиозный и политика для меня не сущ[ествуе]т».

В другой раз на настойчивые попытки следователя добиться каких-то политических признаний, а также информации о других людях Наталья Модестовна отвечала в том же духе, что и раньше, а о других предпочитала говорить неопределённо и уклончиво.

«Настоящим заявляю, что я как раньше, так и в настоящее время политикой не занимаюсь.

К Сергиевскому собору или вообще к церкви я отношусь только с духовной стороны — как служение Богу. До 1913 г[ода] я мало касалась к церкви, т. к. не особенно была религиозна, но с 1913 г[ода] я всё больше и больше укреплялась в духовной вере.

Лыкошина вступила в 20-ку Сергиев[ского] собора, кажется, до моего туда вступления. Никакой деят[ельнос]ти она не проявляла и я ещё удивлялась, что она состоя[ла] гл[авой] Совета не быв[ая] на собр[аниях].

При службах еп. Мануила в Серг[иевском] соб[оре] я присутствовала 2 раза.

На последн[ем] служ[ении] он гов[орил] о том, что мы должны твёрдо держаться правосл[авной] веры и церкви, хотя бы нам пришлось нести гонения.

Следователь: Скажите, что, М[ануил] упоминал о каких-то надвигаемых тучах или бурях?

Н. Ф.: Что-то упом[инал], но точно воспроизвести не могу.

Следователь: Скажите, откуда у вас молитва, в которой призыв[ают] сносить народное гонение и пытку палачей.

Н. Ф.: Кто-то дал, но не помню.

Следователь: Кто вас просил навести справку в Лондоне о Юр[ии] Ал[екс...виче] Антонове?

Н. Ф.: Я не знаю. Но письмо в Лондон писала, откуда ответа не получила. Кто такой Николай Ив[анови]ч, кот[орый] просил справиться, я не знаю и не помню.

Больше показать ничего не могу.

Правильность изложенного подтверждаю».

 Верность до конца

26 сентября 1924 Особым совещанием при коллегии ОГПУ Наталья Модестовна Фредерикс по статьям 67, 69, 73 приговорена к двум годам заключения в концлагере и 22 октября выслана в Соловецкий лагерь особого назначения.

В лагере она работала на кирпичном заводе на формовке и переноске сырца, а вечерами долго молилась в бараке. Позднее была гувернанткой у детей руководителей лагеря. В начале 1926 года стала ухаживать за тифозными больными.

Свидетелем подвига Натальи Фредерикс был находившийся в одно время с нею в Соловецком концлагере писатель Борис Ширяев. В своей книге «Неугасимая лампада» он посвятил баронессе целую главу «Фрейлина трёх императриц».

На Соловках не заставляли ухаживать за тифозными больными, а предлагали добровольно. Она вызвалась и пошла сама. Знала, что может заболеть и, тем не менее, пошла. Она была верна девизу сестры милосердия до конца. Из Священного Писания мы знаем, что любовь — это самая высшая добродетель. Наталья Фредерикс воплотила эти слова в жизнь.

Наталья Модестовна Фредерикс скончалась 30 марта 1926 года от тифа. По свидетельству писателя и очевидца страданий баронессы Бориса Ширяева, она смиренно переносила все тяготы лагерной жизни. Относившаяся одинаково ровно и доброжелательно к совершенно разным людям, от аристократок до поначалу издевавшихся над нею представительниц «дна», она сумела снискать их ответную любовь и уважение. Работавшая сперва на самых тяжёлых участках, она позднее «как самая чистоплотная» была выбрана уборщицей барака. Во время эпидемии добровольно вызвалась ухаживать за сыпнотифозными больными в изоляторе. Там она и заразилась тифом.

Наталья Модестовна Фредерикс была реабилитирована прокуратурой г. Ленинграда 10 ноября 1991 года. В 1981 году Архиерейским Собором РПЦЗ прославлена как исповедница в Соборе новомучеников и исповедников Российских. Вполне вероятно, что календарь нашей Церкви также вскоре пополнится этим именем.

Записала Мария Цырлина

Отець Петро Влодек народився 10 січня 1924 року в селі Оженин Острозького району Рівненської області у сім’ї вчителя. Батьки були набожні і виховували своїх п’ятьох дітей у любові до Бога. Батько Афанасій Влодек був псаломщиком у сільській церкві, діти співали у церковному хорі, старший брат Іван теж згодом став священиком. У 7 років малий Петро вперше пішов з мамою та іншими селянами на прощу до Почаєва, витримавши шлях понад 100 км. У рідному селі хлопець закінчив 5 класів середньої школи. Останні два роки навчався у селі Хорів за 7 кілометрів від Оженина, пішки долаючи цю відстань двічі на день.

У 1942 році вступив на пастирські курси при Почаївській Лаврі. З наближенням фронту у 1943 році вийшов наказ німецького військового командування вивезти усіх студентів на примусові роботи до Німеччини, тому хлопців розпустили. Петро Влодек переписав у старшокурсників усі конспекти, продовжив навчання вдома й успішно склав екзамени на право священства.

На Водохреще 19 січня 1944 року в село увійшли радянські війська, і 20-річного юнака мобілізували на фронт.

Про труднощі, жахіття війни, каліцтва, біль та смерть отець Петро говорив дуже стримано, казав тільки, що на фронті щиро молився щодня, і Бог його беріг. Траплялось, що випадкова зустріч чи нав’язлива думка, до якої дослухався, рятували його від вірної смерті. Постановив собі: якщо виживе, присвятить життя Богові. Пройшов пішки усю східну Європу, дійшов до Берліна, брав участь в історичній зустрічі на Ельбі, повернувся з війни живим та неушкодженим. Свої переживання і роздуми виливав у віршах, правдивих і зворушливих.

Після повернення з фронту, 1946 рік

Вірш написаний на Великдень 1945 р., олівцем дописано: «Це мій другий Великдень на         фронті»

У 1946 р. Петро Влодек вступив до Волинської духовної семінарії. Знання, одержані на пастирських курсах, дозволили йому бути зарахованим відразу у третій, найстарший на той час, клас. У 1948 році майбутній пастир на відмінно закінчив семінарію з характеристикою «дуже працелюбний і у праці наполегливий; сила волі, наполегливість та витримка – головні риси його характеру». У тому ж році вступив до Московської духовної академії, яку закінчив у 1952 році кандидатом богослов’я. Навчальним комітетом РПЦ був направлений у Волинську духовну семінарію викладачем церковної історії.

Ректор семінарії о. М. Тучемський з викладачами

Викладачі ВДС: Петро Влодек, о. Никодим Єрмолатій, о. Миколай Сагайдаковський

22 січня 1953 року Петро Влодек обвінчався у Свято-Димитрівській церкві села Красносілля Рівненської області з Ольгою Березицькою, з якою разом виросли і разом співали у хорі Оженинської Свято-Михайлівської церкви. Вінчання відбулось пізно ввечері, лише при двох свідках. У ЗАГС оформили шлюб через півроку, коли Ольга отримала диплом Львівського медінституту, бо одруження з викладачем семінарії навряд чи дозволило б їй успішно завершити навчання.

25 лютого 1956 року єпископом Волинським і Рівненським Палладієм Петро Влодек був рукопокладений у сан диякона, а наступного дня – у священика.

Грамота, видана єпископом Волинським і Рівненським Паладієм, що засвідчує, що «Влодек Петр Афенасьевич на степень иерейства нами рукоположен и благословен» та містить настанови для його пастирського служіння

Протоієрей Петро Влодек, як і більшість викладачів семінарії, звершував богослужіння у Луцькому Свято-Троїцькому соборі. Виконував обов’язки інспектора семінарії, а у 1962 році став її ректором. Це були тяжкі для Церкви часи. На той момент уже було закрито три семінарії, загроза закриття нависла і над ВДС. Проте влада намагалась створити видимість того, що семінарії закриває сама Церква. Тривалий час наполегливо «радили і рекомендували» ректору припинити діяльність семінарії, викликали навіть матушку Ольгу і вмовляли вплинути на чоловіка. Після спілкування з Петром Влодеком уповноважений у справах релігії визнав, що така тактика не спрацює. Ректора він характеризував так: «За характером світосприйняття глибоко релігійний і віруючий. Як ректор володіє адміністративними якостями, інтереси семінарії для нього вище за все … Достатньо розвинутий і грамотний». Врешті-решт різними «законними» методами кілька років поспіль не давали здійснити набір студентів. Хлопців, які їхали на екзамени, затримувала міліція наче б то «за хуліганство», випускала після екзаменів, викладачів та абітурієнтів військкомати на той час забирали на комісії, паспортисти створювали проблеми з припискою… Так під тиском влади у 1964 році Волинська духовна семінарія була «приєднана до Одеської».  Отець Петро пізніше згадував: «Ці роки були найстрашнішими у моєму житті. Я просто висох, знайомі казали: «ти схожий на ’’чахоточного’’». Проблеми зі здоров’ям давалися взнаки ще десятки років потому.

Викладачі семінарії з єпископом Панкратієм. Вгорі зліва направо: Ігор Колобов, Іван Шиманський, І.Й. Блюм, о. Никодим Єрмолатій, ієромонах Феодосій, о. Олексій Вислоцький, Василь Алтунін, Валентин Негода, В.Я.Заміховський. Нижній ряд зліва направо: о. Даміан Ясенчук, о. Олексій Соколовський, ієромонах Мефодій, єп. Панкратій, о. Петро Влодек, о. Миколай Вінцукевич, о. Миколай Сагайдаковський

У серпні 1964 року єпископ Волинський і Рівненський Мефодій призначив протоієрея Петра Влодека настоятелем Свято-Троїцького собору в Луцьку. За роки служіння протоієрея Петра були повністю оновлені потемнілі фрески і розписи верхнього собору. Для цього отець Петро запросив відому художницю-іконописця Лідію Спаську. Жінка довго не згоджувалася, бо мала поважний вік, і їй важко було працювати на високих риштуваннях. Проте після неодноразового наполегливого вмовляння отця Петра погодилась взятись за роботу. Собор засяяв благодатним теплим світлом… А на подвір’ї напередодні великих свят світло ввечері вимикали навмисне, щоб вчителі, яких примушували стояти перед брамою і «виловлювати» своїх учнів, не могли їх впізнати.

У 1970 році протоієрей Петро був відряджений до Берліну і призначений ключарем Свято-Воскресенського кафедрального собору у Західному Берліні, а також завідувачем канцелярії Середньоєвропейського Екзархату. На той час у Західному Берліні мешкало багато росіян і українців, які втекли туди після революції та під час ІІ світової війни. У Берліні було три православних храми (два у Західному і один у Східному), у яких молилися не тільки переселенці і їх родини, але і православні німці. Значна частина прихожан уже не розуміла ні російської, ні старослов’янської мови, тому богослужіння частково відправлялись німецькою. Отець Петро володів кількома мовами, проте німецької майже не знав. Щоденно по кілька годин займався з донькою місцевого священика-переселенця, аж поки одного разу не сказав, що він уже може не тільки промовляти німецькі слова молитви, але і думкою молитися німецькою.

О. Петро з матушкою Ольгою на святковому прийомі у Середньоєвропейському Екзархаті

Богослужіння у домовому храмі Середньоєвропейського Екзархату (Берлін-Карлсхорст)

Свято-Воскресенський Кафедральний собор у Західному Берліні, де о. Петро служив у 1970-1976 роках

Після повернення на батьківщину з 1977 по 1979 рік, за розпорядженням  екзарха України митрополита Філарета (Денисенка), виконував обов’язки керуючого справами Українського екзархату та настоятеля Свято-Володимирського кафедрального собору у Києві. Щодня священик приймав десятки відвідувачів з усієї України, які зверталися в Екзархат зі своїми бідами: місцева влада не дозволяла ремонтувати храми, котрі перебували в аварійному стані, перегороджували церковні подвір’я, щоб не звершувалися хресні ходи, монахів не приписували в монастирі, всіляко утискали священиків… Отець Петро сприймав усе це близько до серця і був дуже засмучений, бо не завжди вдавалось допомогти.

У 1979 році отець Петро з матушкою вирушив у Канаду, де пастир опікувався шістьма парафіями навколо Едмонтону, провінція Альберта. Цей регіон був найбільш густо заселений вихідцями із Західної України: галичанами, волинянами, лемками. Вони створювали свої поселення на необжитих землях і будували православні храми. Отець Петро відправляв богослужіння, матушка часто була регентом хору, навіть вивчила англійською мовою церковні піснеспіви, бо богослужіння були двомовними. При церквах діяли недільні школи, і священик проводив там заняття. Навчав основ православної віри, розповідав про українські православні народні звичаї. Діти, які ніколи не бачили батьківщини своїх дідусів і бабусь, вивчали українську мову і пісні, ставили вертепи. Важко сказати, хто мав від таких занять більше задоволення: чи діти і їх батьки, чи сам викладач, бо в Україні тоді про недільні школи при церквах годі було мріяти.

Не довго вдалося отцю Петру, повернувшись з-за океану, пожити у рідній хаті і помолитися у Свято-Троїцькому соборі. У1989 році влада дозволила відкрити Київську духовну семінарію і протоієрея Петра Влодека призначили її ректором. Отець Петро згадував, що відкрито семінарію було тільки на папері. Передані корпуси потребували капітального ремонту, один довелось розібрати і збудувати заново. Не було ані викладачів, ані підручників, ані бібліотеки, ані спальні для студентів, ані їдальні. Але з допомогою ченців поступово облаштували побут, викладачі писали конспекти, вихованці кілька місяців ходили допомагати у бібліотеку ім. Вернадського, за що отримали книги, ще й стелажі. Так поступово налагодили навчання. За спогадами отця Петра, два роки, проведені у Київській семінарії, були найщасливішими у його житті.

Проповідь перед студентами

У 1991 році отця Петра Влодека направили до Луцька відновлювати Волинську духовну семінарію. Одночасно він започаткував при Свято-Троїцькому соборі недільну школу, де навчав кілька десятків дітей Закону Божого, а Марія Вислоцька розучувала колядки і піснеспіви. Через рік влада передала собор і семінарію прихильникам Київського Патріархату з усім майном, бібліотекою, підручниками, конспектами. Кілька місяців семінарія УПЦ тіснилася у приміщенні сторожки Покровської церкви. Там проводились по черзі заняття, там і обідали. І уже втретє довелось отцю Петру налагоджувати життя духовної школи у теперішньому приміщенні по вул. Драгоманова. За підтримки владики Ніфонта та духовенства, з допомогою вірян, які приносили до семінарії харчі, посуд, меблі, постіль і усе необхідне, вдалося повністю відновити навчальний процес. І не тільки в семінарії, але також і в недільній школі, де ректор багато років сам проводив заняття. Він дуже любив дітей, тішився спілкуванню з ними. Казав на проповідях: «Коли нас не стане, хтось має зайняти наше місце у храмі».

Семінарію відвідав митрополит Володимир (Сабодан)

Богослужіння на подвір’ї семінарського храму. Трійця, 2001 рік

Молебень з нагоди початку навчального 2006 року

День ангела отця Петра

Виступ на меморіалі Вічної слави у Луцьку. 9 травня 2010 року

Після 1989 року, коли з’явилась можливість вільно сповідувати релігію, люди потягнулись до віри, храми наповнились людьми. Священиків стали запрошувати у школи, садочки, на зустрічі і дискусії. Отець Петро і в Києві, і в Луцьку часто брав участь у таких заходах. Виявилося, що більшість людей не знає азів Православ’я, а ті, що вперше прийшли до церкви, не розуміють богослужіння. Постала потреба у духовній літературі і українських перекладах молитовників та окремих богослужбових текстів. Перші двомовні молитовники отець Петро видав ще у Києві, згодом, опікуючись Волинською семінарією у Луцьку, багато сил і часу присвятив впорядкуванню та виданню підручників і посібників для семінаристів та учнів недільних шкіл. Його книга для недільних шкіл та сім’ї «Закон Божий» виявилася першим україномовним підручником, де викладені основи православної віри, церковної історії та історії Православної Церкви на Україні, історії Старого та Нового Завіту, а також описані устрій храмів та церковні богослужіння.

За свою багаторічну працю і служіння протоієрей Петро Влодек нагороджений орденами і медалями: військовими, церковними та світськими, йому було присвоєне звання Почесного громадянина Волині. Але найбільшою подякою для отця Петра Влодека нехай стануть молитви за нього тих, у чиїх душах він посіяв і зростив зерна віри та любові.

Неоспоримым фактом в истории как гражданской, так и церковной является то, что Церковь Христова была основана в День Пятидесятницы в Иерусалиме, когда Святой Дух сошел на апостолов, а христианизация Руси началась именно с Печерских холмов, где сейчас возвышается Свято-Успенская Киево-Печерская Лавра. Благодаря богатому наследию и той монашеской традиции, которая непрерывно пребывает в этом древнейшем на Руси монастыре, Лавра не только для православных верующих Украины, но и для всего православного христианского мира стала неким духовным ориентиром, к которому нужно идти и которому нужно следовать. Как в Иерусалиме была основана Церковь и распространилось христианство, так и из лаврских пещер воссиял свет благодати на всю Русь

Церковное Предание говорит нам о том, что на этих древних Киевских холмах проповедовал сам апостол Андрей Первозванный, который был одним из самых близких учеников Христа Спасителя. Святой апостол Андрей был первым, кого Христос призвал на проповедь, он следовал за Ним во время земного служения Спасителя, апостол Андрей с прочими апостолами находился рядом со Христом во время Тайной Вечери, он видел Воскресшего Христа и был свидетелем Его Вознесения на небо.

И после того, как ему выпал жребий проповеди, уже здесь, где впоследствии появилась столица нашего государства, он предсказал: «Верьте мне, что на горах сих воссияет благодать Божия: великий город будет здесь, Господь просветит сию землю Святым Крещением и воздвигнет здесь много церквей». Затем апостол Андрей благословил Киевские горы и водрузил на одной из них крест. Этим он предвозвестил принятие веры будущими жителями Киевской Руси.

Прошло почти десять веков после того, как жители Руси того исторического периода смогли принять христианство. Благодаря трудам святого равноапостольного великого князя Владимира и блаженной великой княгини Ольги для нас стало возможным стать соучастниками новой реальности, которую принес нам Христос Спаситель. Наши предки стали частью Православной христианской Церкви, основанной Христом в Иерусалиме. Членами этой Церкви мы являемся и сейчас. Благодаря принятию христианства и жители Киевской Руси, да и сама Русь смогли преобразиться, переродиться. Вся общественная жизнь и жизнь каждого отдельного человека наполнилась совершенно иным смыслом. Люди взирали на пример своего князя, который после совершения над ним Таинства Крещения стал совершенно иным человеком, и под благодатным влиянием Церкви становились лучше и чище. Слова Христа Спасителя «…создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16:18) стали для каждого уверовавшего жителя Киевской Руси тем нравственным ориентиром, которому и мы, их потомки, обязаны следовать в наше непростое время.

И все эти столетия вместе с народом всегда была Лавра. Она во все времена открывала свои врата для каждой жаждущей спасения души. А тот сонм святых, мощи которых в настоящее время почивают в лаврских пещерах, является зримым доказательством того, что преемственность Христова учения и Его благодати пребывает в нашем стольном граде, который по праву теперь именуется «Вторым Иерусалимом».

Иерусалим для всего мира был и остается колыбелью христианства, Лавра и Киев – это колыбель Православия на Руси. С самых первых дней существования Церкви свидетельствовать о своей вере приходилось даже мученичеством, но на крови мучеников Церковь смогла создать для себя нерушимое основание. С первых времен христианизации были мученики и на Руси. Мощи некоторых из них и доныне почивают в пещерах Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры. Это мученик младенец Иоанн, священномученик Кукша, мученик Евстратий, мученики Феодор и Василий.

Украшает сонм Печерских святых имя мученика, который жил не так давно — священномученика Владимира (Богоявленского), Митрополита Киевского и Галицкого. Его имя золотыми буквами вписано не только в историю Православной Церкви, но и в мировую историю как человека, ставшего одним из первых, кто претерпел мученическую кончину от пришедшего к власти тоталитарного безбожного режима в 1917 году. Перед своей кончиной он благословлял убивающих его, тем самым показывая нам пример того, как нужно исполнять слова Христа: «любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас» (Мф. 5:44).

Святейший Патриарх Иерусалимский Феофил, подчеркивая неразрывную духовную связь между Святым Градом Иерусалимом и Киево-Печерской Лаврой, часто вспоминает о своем первом визите в Лавру в 1991 году в качестве представителя Патриарха Иерусалимского Диодора. Святейший Владыка очень тепло говорит о том, как произошло его первое знакомство со святынями Киево-Печерской обители, как он поклонился впервые святым мощам преподобных отцов, помазался миром, источаемым святыми главами, которые пребывают в Дальних пещерах нашей святой обители.

«Тогда я ощутил, что означает выражение “жизнь во гробе”, — сказал однажды Святейший Патриарх Феофил. — Не бойтесь и не страшитесь того, что происходит вокруг Лавры. Дьявол не зайдет туда, он поражен в пещерах, там он горит. Он контролирует весь мир, но его преткновение — Лавра у вас и Гроб здесь. Я вижу, что происходит в Украине, и мое сердце болит от этого. Можно решить все вопросы и все проблемы. Но дьявол не дает возможности их решить тем людям, кто способен это сделать. В Церкви действует Промысл Божий, Господь промышляет обо всем. Мое отношение к Лавре особенное, и я благодарю Бога за возможность всегда посещать Лавру, пребывать в ее стенах и молиться у мощей святых».

Одним из тех угодников Божиих, которых мы особо почитаем, является преподобный Антоний Печерский. Его также именуют первоначальником, и именно с его именем связано то, что на этих холмах уже почти тысячу лет пребывает благословение не только Святого Града Иерусалима, но и Святой Афонской Горы. Мы непрестанно прибегаем к молитвенному заступничеству святых угодников Киево-Печерских, лобызаем иконы, на которых изображены их святые лики, но мало кто обращает внимание на свиток, который держит в своих руках преподобный Антоний. «Да будет на месте сем благословение Святой Афонской Горы», — читаем мы на нем. В этих словах заключается то благословение, которое преподала нашему граду и нашей обители Сама Преблагословенная Владычица Богородица, соделав нашу святую обитель Своим Третьим уделом.

В житии преподобного Антония сохранились сведения о том, что он был родом из Любеча (современная Черниговская область), в молодом возрасте преподобный отправляется на Афон. Скорее всего, там он желает прожить всю свою жизнь, подвизаясь в трудах и подвигах, старясь стать как можно ближе к Богу, отбросить все мирское и суетное. Но он получает иное благословение. Греческий игумен отправляет Антония обратно на Русь. Летопись приводит слова, с которыми он обратился к Антонию: «Иди в Русь опять, и буди благословленье от Святыя Горы… яко от тебе многи чернцы будут». Как настоящий монах, исполняющий обеты, которые он давал перед Господом, он принимает такое благословение как послушание и возвращается на свою родину, к себе домой, где в полной мере исполняет все то, что через благословение игумена повелела сделать ему Пренепорочная Дева Мария. Здесь, на Киевских холмах, он искапывает пещеру, вокруг него начинают собираться братия.

Преподобный Антоний без преувеличения принес в город Киев благословение Горы Афон. Это чувствовали все те, кто был рядом с ним и подвизался в Печерском монастыре тысячу лет назад, эту неоскудевающую благодать ощущают и те, кто и в настоящее время несет здесь свое послушание. Эта благодать неотъемлемо пребывает в Киево-Печерской Лавре до сего дня. И все могут с ней соприкоснуться, опытно ощутить на себе действие благодати Всесвятого Духа, которая пребывает в Церкви и особо почивает на этом намоленном месте.

Преподобный Антоний явился тем мостом, который соединил Святую Гору и Киев, принеся сюда ту богатейшую монашескую традицию, которую в настоящее время подвижники обоих уделов Пресвятой Богородицы самоотверженно по мере своих сил пытаются продолжить. И на Афоне, и в Лавре монахи стараются исполнять свое послушание, стараются изо всех сил молиться о мире всего мира, о том, чтобы был мир в сердцах людей, чтобы все могли примириться и стать единым стадом с Единым Пастырем. Само собой разумеется, что и в монастырях Святой Горы, и в Лавре есть свои уставные особенности, но это никоим образом не означает, что кто-то делает что-то неправильно. Напротив, в этом заключается принцип единства вероучения и единой монашеской традиции в разнообразии форм.

Нельзя оставить без внимания и тот факт, что миллионы паломников посещают Святую Гору Афон и Киево-Печерскую Лавру в надежде, что тут, под Покровом Божией Матери, они смогут очиститься и стать ближе к Богу. Братия Лавры часто посещает Афон, они черпают там тот огромный опыт монашеского делания, который бережно хранит богатейшая афонская церковная сокровищница. С Афона прибывают монахи, чтобы увидеть Третий удел Пречистой Девы, чтобы, спустившись в пещеры, помолиться у мощей тех, кто за эту тысячу лет смог достичь самого главного – святости и вечного пребывания в Царствии Отца Небесного у Престола Творца.

В завершение хотелось бы сказать, что для всех нас очевидным является тот факт, что Иерусалим — прообраз Церкви. Показывая превосходство Евангелия Христова над любым законом, апостол Павел сказал: «А вышний Иерусалим свободен: он — матерь всем нам» (Гал. 4:26). Церковь Христова стоит на этом принципе свободы человека в Духе. А истинная свобода возможна только в Церкви, которую создал Христос и которая призвана спасать человеческие души вопреки всем преградам.

Знаем, что, несмотря на все испытания, искушения и нестроения, Лавра была и останется частью Вселенского Православия, она всегда будет путеводной звездой, за которой должны следовать верующие люди нашего народа. Духовная связь Горы Афон, Святого Града Иерусалима и Киево-Печерской Лавры никогда не прерывалась. Не будет прерываться она и в дальнейшем. Во время одной из бесед с паломниками уже упоминаемый нами Святейший Патриарх Феофил подчеркнул, что древняя монашеская обитель в городе Киеве является тем местом, где до сих пор теплится молитва, и это святое место «должно остаться нетронутым. Потому что невидимый огонь и любовь исходит оттуда. Поэтому это место величественное».

Дорогие о Господе отцы, братья и сестры!
Молитвенно сопереживая торжественное прославление памяти преподобного Антония, «отца древнерусского монашества», с добрым сердцем и христианской любовью приветствую участников богослужений и международной научной конференции, проходящих ныне в священных стенах Киево-Печерской Лавры и посвященных 30-летию возрождению в ней монашеской жизни.

В эти дни невольно вспоминаю архимандритов Димитрия (Биакая) и Геласия (Майбороду), всегда тепло и с благоговением вспоминавших церковную жизнь «Матери городов русских» и ее великих столпов, которых они лично знали. Первый был лаврским постриженником и членом Духовного собора, а потом стал почитаемым в нашей среде Начальником Русской Духовной Миссии в Иерусалиме (РПЦЗ), а последний – начал свой путь в Троицко-Ионинском монастыре и завершил его в служении при Курско-Коренной иконы Божией Матери, будучи благостным старцем-духовником многих архипастырей, духовенства и богомольцев Знаменского собора в Нью-Йорке.
Вероятно, вы будете вспоминать и многих других деятелей, носивших дух нашей великой Киево-Печерской Лавры. Пусть их пример вдохновляет всех нас на всех путях жизни и служения, укрепляет и утешает в скорбях и трудностях.

Вера в постоянную молитвенную помощь светильника иноческого жития – преподобного Антония Киево-Печерского – да будет нашим маяком в волнах бурного житейского моря. Пусть молитва и прочих чудотворцев Киево-Печерских всегда хранит древнюю Киевскую землю, многострадальный народ наш и каждого из вас.

Мысленно лобызая исповеднический подвиг Блаженнейшего митрополита Онуфрия и митрополита Павла с братией, всех архипастырей, духовенства, монашествующих и мирян братской Украинской Православной Церкви, приветствую всех участников конференции и испрашиваю святых молитв о моем недостоинстве, сердечно желая плодотворных и благословенных трудов во славу Божию!

С любовью о Христе,

Иларион,
Митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский,
Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви.

7 травня виповнилось 75 років з дня трагічної передчасної смерті митрополита Алексія (Громадського), діяча Православної Церкви у Західній Україні, котрий загинув під містом Смига Дубенського району на шляху з міста Кременець до Рівного.
У цей день на місці загибелі, де нині встановлений пам’ятник митрополиту, владику Алексія вшанували миряни, священики та ченці Тернопільської та Рівненської єпархії УПЦ. Була відслужена панахида пасхальним чином, вікарієм Тернопільської єпархії єпископом Шумським Серафимом (Залізницьким), та вікарієм Рівненської єпархії єпископом Дубенським Пименом (Воят).
Під час панахиди співав хор семінаристів Почаївської духовної семінарії.

5 мая митрополит Херсонский и Таврический Иоанн посетил с пастырским визитом поселок Хорлы Каланчакского района Херсонской епархии. В недавно обновленном сквере отдыха Хорлов владыку встретили духовенство Каланчакского благочиния, местные прихожане и отдыхающие. Владыка освятил сквер, после чего совершил панихиду о упокоении основательницы Хорлов Софии Богдановны Фальц-Фейн, скульптурное изображение которой находится в этом сквере.

Село Хорлы было основано в 1879 году на землях крупной помещицы и талантливой хозяйственницы Софии Богдановны Фальц-Фейн, матери основателя знаменитого заповедника Аскания-Нова Фридриха Эдуардовича Фальц-Фейна. Возникли Хорлы как морской порт, через который из Херсонщины за границу для продажи экспортировалось зерно и множество иных ценных товаров. Основательница поселка София Богдановна Фальц-Фейн родилась в 1839 году, урожденная немка, она сознательно приняла православную веру и была верующим благочестивым человеком, соверщавшим множество дел милосердия. В июне 1919 года 84-летняя София Богдановна трагически погибла, будучи застреленной большевиками в поселке Хорлы, в здании, которое сейчас находится напротив входа в сквер отдыха.

Долгое время имя Софии Богдановной было незаслуженно забыто, но в последние десятилетия ее память с честью восстанавливается, а ее труды продолжаются усилиями благочестивых верующих людей. Так, 18 октября 2015 года митрополит Херсонский и Таврический Иоанн освятил часовню на берегу залива, на месте источника целебной пресной воды, найденого лично Софией Богдановной Фальц-Фейн. Источник этот в наши дни был расчищен, благоустроен, и над ним сооружена часовня. Внутри часовни находится скульптурный образ Пресвятой Богородицы, перед которым на камне высечена копия отпечатка Ее стопы, по образу чуда, явленного на Почаевской горе.

Над благоустройством святого источника, как и сквера отдыха, особенно потрудились местный предприниматель Бобер Игорь Ярославович со своими сподвижниками, местные власти, а также прихожане Хорловского храма в честь святого великомученика и целителя Пантелеимона.

Уже более 100 лет украшением Южного берега Крыма является церковь Воскресения Христова на Красной скале над поселком Форос. Богата и трагична история и самой церкви, и двух ее первых настоятелей – отца Павла Ундольского и архимандрита Петра (Посаднева).
Первым с 1891 года и единственным до революции священником Форосского храма был отец Павел Ундольский. Он был женат на Манефе Виноградовой, дочери протоиерея Александра Виноградова, настоятеля Успенского собора г. Владимира.

В семье форосского священника было 12 детей. Проживала большая семья о. Павла Ундольского в 100 метрах от Форосской церкви, в доме, построенном специально для священника. Ундольские поддерживали дружеские отношения с хозяином имения «Форос» Кузнецовым, с писателем А.П. Чеховым. Чехов помогал батюшке в строительстве школы грамотности в поселке Мухалатка. Сохранилась их переписка.

О. Павел многие годы трудился на своем посту, исполнял все обряды, крестил детей, венчал новобрачных, отпевал и хоронил умерших. Тяжелыми были послереволюционные годы. Голод заставил семью Ундольских продать все ценные вещи, подаренные Кузнецовым.

Советская власть экспроприировала драгоценную церковную утварь – золоченные ризы с икон, сосуды для богослужения. Сбросили с колокольни храма и увезли на переплавку колокола…

В последние годы жизни форосского священника произошли события, которые окончательно подорвали его здоровье: расстрел старшего сына Василия, реквизиция церковных ценностей, война, революция, смерть от голода двух детей, и наконец, крымское землетрясение 1927 года.

Отец Павел Ундольский, первый священник храма Воскресения Христова в Форосе, ушел из жизни в ночь на 13 декабря 1927 года, прожив 63 года. Из церкви при селе Скели приехали греческие священники – отец Стилиан и отец Стефан. Они отпели о. Павла, прихожане попрощались с ним. Затем тело отца Павла Ундольского на подводе увезли в Байдарскую долину и похоронили в ограде греческой церкви села Скели (ныне с. Родниковое). Жена и дети батюшки уехали в г. Владимир.

В наши дни ни греческий храм, ни кладбище при нем не сохранились. Сейчас на месте храма – автобусная остановка и заасфальтированная территория.

Есть в нынешнем поселке Родниковое неравнодушные люди, старающиеся сохранить память о церкви и предполагаемом месте захоронения отца Павла Ундольского. В 2017 году, указом правящего архиерея Симферопольской и Крымской епархии, Митрополита Лазаря, в селе Родниковом зарегистрирована православная община, назначен настоятель будущей церкви – иерей Иоанн Лучин. В планах у жителей построить новую церковь, установить место захоронения о. Павла. Так исторически сложилось, что именно на нашей севастопольской земле покоится первый настоятель церкви Воскресения Христова в Форосе.

13 декабря, в день 90-летия смерти первого настоятеля храма Воскресения Христова, на месте его захоронения будет отслужена панихида. По традиции в ней примут участие жители Байдарской долины и г. Севастополя.

9 жовтня цього року в храмі Волинської Духовної Семінарії відбувся чин похорону над протоієреєм Петром Влодеком, великим подвижником. Так, я не помилився, саме подвижником. Часто ми під цим словом уявляємо якогось старця-затворника з бородою до колін, посника, молитвенника і, обов’язково, монаха. Отець Петро таким не був. Його образ не вкладається в те звичне для нас розуміння святості і праведності. Але немає нічого дивного. Праведність і святість саме так сприймалися ще старозавітніми вождями юдейського народу «фарисеями». Для них образ Іоанна Хрестителя (якого не любили ці «породження єхиднині») був більш привабливішим, ніж Самого Христа, Котрий був другом митарям і грішникам, Котрий дозволяв блудниці торкатися Його ніг. «Для чого Учитель ваш їсть і п’є з митарями і грішниками?» (Матф. 9:11), – запитували вони в апостолів. «Чому учні Іоаннові та фарисейські постяться, а Твої учні не постять?» (Мк. 2:18), – докоряли вони Христу. Відокремлення від інших людей, піст тілесний, показова молитовність для цих «праведників» були головнішими за любов до Бога і ближнього. Але наскільки влучною являється відповідь фарисеям Самого Христа. «Я прийшов призвати не праведників, а грішників на покаяння» (Лук. 5:32). Пастирство Христа проявлялося в Його любові до людей. Саме таке пастирство стало основою життя і отця Петра Влодека. І це був його найбільший подвиг.

Отець Петро був справжнім подвижником, тому що все його життя було подвигом. Пройти Велику Вітчизняну війну, вижити, зберегти віру, людяність, любов до людей, не озлобитися на всіх і на вся. Невже це не подвиг?! «Бувало так, що я не спав місяць», – говорив батюшка про воєнні будні.

А чи не подвигом було рукоположитися в сан священика в ті післявоєнні роки, коли державною політикою залишався войовничий атеїзм? А чи не подвигом була боротьба з тією страшною машиною, яка перемелювала священиків, роблячи їх вигнанцями суспільства? «Мої діти вчилися «на відмінно», але я розумів, що їм ніколи не поступити в престижний вуз по одній простій причині: вони діти священика», – говорив з сумом отець Ректор. А чи не подвигом була боротьба проти закриття Волинської Духовної Семінарії під час хрущовських гонінь? Хоча отець Ректор не раз наголошував: «Якби ми протрималися ще хоча би трошки, то семінарію не закрили б. Хоча офіційно її просто перевели в Одесу».

А чи не подвигом було ректорство під час відкриття Київської та Волинської семінарій в 90-х роках ХХ століття? Це зараз ми можемо знайти будь-яку книгу, конспект, послухати викладача в аудіозаписі. А тоді, зі слів батюшки, не було достатньо навіть ложок і вилок. Та й в 2000-х роках для семінаристів не вистачало хліба. Але ми були раді і тому, бо бачили, як переживає отець Ректор і за кухню, і за навчальний процес і за нас самих.

В батюшки було особливе відношення до богослужіння. В надгробному слові проректор КДА отець Сергій Ющик дуже влучно нагадав всім нам, що батюшка любив повторювати: «Не спішіть». Отець Петро намагався привити нам любов до молитви. Для нього було важливим не сліпе вичитування або відспівування служби, а справжня молитва. Пам’ятаю, коли дівчата з регентського та хлопці семінаристи починали співати або читати швидше звичайного, одразу з вівтаря виходив посланець отця Ректора – паламар з проханням: «Не спішіть». І такий вихід повторювався декілька разів за службу. Згодом паламар почав виносити табличку, на якій по-латині були написані відомі слова «FESTINA LENTE» («Спішіть повільніше»). І справді, на похороні отця Ректора ніхто не спішив: ні хор, ні священики, ні той само колишній паламар, а нині протодиякон, який гарно і виразно виголошував «Паки и паки…».

Отець Ректор не любив тараториння. Він не міг терпіти, коли читець ігнорував розділовий знак або не робив паузи між приспівом канону і його тропарем.

Батюшка намагався привити нам любов до свого рідного, волинського. Я не пам’ятаю жодного разу, коли на Всенічному бдінні співалося не волинське «Ныне отпущаеши». Літургія в семінарському храмі співалася всім народом. Це справді була загальна справа всього приходу (саме так і перекладається «Літургія»). Співали всі: від студента до простої бабці-прихожанки. Якесь особливе відчуття перехоплювало дух, коли у Великий піст на «запричасному псалмі» всі співали про страждання Христа. З благословення отця Ректора текст твору завчасно роздавався прихожанам і навіть вивішувався на стіні.

А з яким благоговінням батюшка звершував богослужіння! Страх Божий, смирення цього старця проявлялися в найменших речах. Наприклад, при кадінні він ніколи не піднімав кадила вище пояса, підносячи фіміам до ікони, а не вище неї.

Він любив храм, який був для нього рідною домівкою. Батюшка ніколи не спішив із церкви. Після вечірнього богослужіння майже завжди проводилася співанка. «Я живу біля протестантської кірхи. Коли не йду, вони завжди там співають. А ми ж не гірші за них», – говорив він. Всі пам’ятають, як на початку служби і в кінці отець Петро завжди сам протирав хустинкою ікони, розпилюючи на них пахощі, аромат яких розносився по храму, нагадуючи семінаристам, що отець Ректор вже прийшов.

Після Літургії завжди проводилася недільна школа для дітей і дорослих. Батюшка дуже любив дітей, бо сам мав дитячі якості: простоту та незлобивість Він, за словами М.С. Лєскова, був справжнім «младенцем у митрі». І усміхався, як дитина.

Отець Петро не любив нагород і ніколи до них не прагнув. Хоча в особливі святкові дні ми бачили, які значущі ордени та медалі покривали його груди. Простеньке облачення, хрест і митра, яку він інколи вдягав трішечки набік, були абсолютно без всяких дорогоцінних прикрас. Отець Ректор любив наголошувати, що його митра і дорогоцінності – це люди, які ввірені йому як пастирю. «Не про те, які митри треба носити ми повинні думати, а про майбутнє нашої Церкви, про молодь, про проповідь слова Божого, про хворих, сиріт та знедолених», – говорив отець Петро. Нічого не пригадуєте? Адже теж саме сказав колись святий архідиякон Лаврентій (+258), коли імператор повелів йому принести золото Римської Церкви. Мученик привів до царя бідняків зі словами: «Ось наше багатство».

Він давав нам поради, як пекти просфори і як вибирати матушку. До речі, батюшка наголошував, що саме матушка повинна пекти просфори. Сім’я була для нього справжньою «малою Церквою». Про свою матушку він говорив з трепетом і глибокою любов’ю. Батюшка щиро радів, коли семінаристи одружувалися на дівчатах з регентського відділення. А ще більше радів, коли в молодих сім’ях чекали поповнення. В одному з випускних класів було багато вагітних матушок. «Цікаво, – з посмішкою говорив отець Ректор, – хтось в семінарію поступав один, а випускаються двоє».

«Де просто, там ангелів зо сто, а де мудрено, там не одного», – любив повторювати преподобний Амвросій Оптинський (1812-1891). Ці слова характеризують все життя отця Ректора. Його свята простота проявлялася у всьому: в манерах, в розмові, в лекціях, в зовнішньому вигляді, в його складених конспектах по різним предметам. Він однаково з повагою ставився до студентів будь-якого курсу. Я ніколи не чув, щоб отець Ректор сказав на когось «ти». При вітанні він неодмінно знімав капелюха. Володіючи англійською та німецькою мовами (отець Ректор служив в Канаді та Німеччині), батюшка ніколи не хизувався цим, ставлячись до співбесідника з повагою.

У скромному пальто, одягненому поверх підрясника, зі старим коричневим чемоданом в руках кожен ранок отець Петро йшов у семінарію. Тут було його життя. На багато речей ми не звертали увагу, настільки звичними вони стали для нас. Наприклад, ніхто не міг сказати, коли приймає отець Ректор. Чому? А тому що в нього не було днів та годин прийому. Двері ректорського кабінету завжди було відчинено. Вони закривалися лише тоді, коли батюшка виходив. Будь-хто і будь-коли міг зайти до нього. Пригадується, що про Блаженнішого митрополита Володимира (Сабодана), коли він був ректором МДА, говорили те ж саме.

Чомусь тоді семінаристи підмітили одну річ: отець Ректор схожий на святителя Миколая, а його сподвижник, отець Валентин Негода – на преподобного Серафима Саровського. Можливо, хтось з іронією, або навіть з праведним гнівом сприйме мої слова і скаже: «Як можна прирівнювати простих волинських священиків до таких святих». Не знаю, що відповісти, але ми, тоді ще 17-20-літні юнаки, саме так вважали. Можливо, через те, що все життя цих старців було одним великим чудом. Їхня скромність і простота були непомітними для багатьох. Ці якості, якщо можна так сказати, були закладені ще в самому народженні отця Ректора. Навіть названий він був Петром не на честь Первоверховного апостола, а на честь «простого» мученика Никомидійського, бо народився саме 10 січня в день його пам’яті.

В отця Ректора не було багато духовних чад або шанувателів. Він не був прозорливим старцем, яких так часто шукають по монастирях богомольці. Він навіть не був монахом. Отець Петро вважав, що не чернецтво, не сан, а любов наближає нас до Бога. Тут пригадується одне древнє чудо, коли погребли схимника і послушника. Через деякий час їхні тіла дістали і побачили, що на схимнику був одяг послушника, а на послушнику – схимника.

Адже не були монахами ні праведні Іоанн Кронштадський, ні Олексій Мечов, ні тисячі сповідників ХХ століття. Пригадаймо приклад з житія преподобного Антонія Великого (251-356), який дізнався, що він не досяг міри смирення простого чоботаря. Або приклад двох жінок, простоті та незлобивості яких дивувався преподобний Макарій Великий (330-391). І як разюче звучать слова цього великого єгипетського подвижника: «Воістину Бог не шукає ні вдови, ні заміжньої, ні інока, ні мирянина, але вільний намір, приймаючи його, як саме діло, і добрій волі всякого подає благодать Святого Духа, діючого в людині і керуючого життям кожного, хто бажає спастись».

Отець Ректор не терпів лицемірства або кар’єризму. Він ніколи ні від кого не вимагав грошей. Це був справжній безсрібреник, який радів навіть малому. Батюшка розповідав, що коли вони жили в Канаді, то посадили забагато картоплі (як справжні українці!). «Коли картопля вродила, то ми не знали, що з нею робити і куди дівати», – говорив отець Петро. «Велике надбання – бути благочестивим і задоволеним» (1Тим.6:6), – пише Апостол. В отця Петра було це надбання, яке він намагався передати нам, але не моральними нотаціями, а своїм власним прикладом.

На початку 2000-х років отець Петро видав новий «Закон Божий», який продав по собівартості видавництва, не беручи за свою працю жодної копійки.

І наостанок. Одного року перед Пасхою батюшка сильно захворів. Ми навіть думали, що він вже не видужає (все-таки старцю добігав восьмий десяток). І ось наступила Пасхальна ніч. Дванадцята година ночі, а його немає, пів на першу – його немає. Ми чуємо, як в Покровській церкві б’ють дзвони, лунає з колонок «Христос воскрес!», а в нас служба ще не починається. Всі ждуть отця Петра. Ніхто не хоче починати службу без нього. І ось близько першої години батюшка прийшов. Ми уявляли, як важко було йому служити і в нас на очах мимоволі виступали сльози. Але це були сльози радості, бо з нами був наш пастир і отець, який виголошував вічно живі слова «Христос воскрес!».

7 жовтня батюшка відійшов в обителі Небесні, щоб там з Христом зустріти свою Пасху, вічну, сповнену неземного блаженства і радості. Того дня на Літургії читався уривок з Послання до Коринфян про воскресіння: «Так і при воскресінні мертвих: сіється у тління, встає в нетлінні; сіється в приниженні, встає у славі; сіється в немочі, встає у силі» (1 Кор. 15:42,43).

Наступного дня, в неділю тіло отця Ректора перенесли з Покровської церкви в семінарський храм Святих Рівноапостольних Мефодія і Кирила, де він прослужив чверть століття. Тоді читалося літургійне Євангеліє про призвання апостола Петра. «І сказав Симону Іісус: не бійся; віднині будеш ловити людей» (Лук.5:10). Покликаний на служіння Христом, в тому храмі батюшка закидав сіті слова Божого і ловив людей для Небесного Царства.

Отця Ректора ховали в день пам’яті апостола Іоанна Богослова, коли за Літургією читалися прекрасні слова Євангелія: «Іісус, побачивши Матір і учня, що тут стояв, котрого любив, говорить до Матері Своєї: Жено! ось, син Твій. Потім каже учневі: ось, Мати твоя!» (Іоан.19:26,27). Ми молимося за отця Петра, і віримо, що Матір Божа забрала його до Себе, бо він любив Пречисту Богородицю і Її Божественного Сина. Преклоняючи коліна перед Її Почаївською іконою батюшка молився і за свою родину, і за семінарію, і за нашу Церкву. Воістину він міг сказати разом з апостолом Павлом: «Подвигом добрим я подвизався, свій біг закінчив, віру зберіг; а тепер готується мені вінець правди, який дасть мені Господь, праведний Суддя, в день той; і не тільки мені, але всім, що полюбили явлення Його» (2Тим.4:7,8).

У М.С. Лєскова є прекрасний опис святителя Філарета (Амфітеатрова) (1779-1857), який надзвичайно вдало підходить і для отця Петра Влодека. «Так детски чист и прост был этот добрейший человек, что всякая мелочь из воспоминаний о нем наполняет душу приятнейшею теплотою настоящего добра, которое как будто с ним родилось, жило с ним и… с ним умерло… По крайней мере для людей, знавших Филарета, долго будет казаться, что органически ему присущее добро умерло с ним в том отношении, что их глаз нигде не находит другого такого человека, который был бы так подчинен кроткому добротолюбию, не по теории, не в силу морали воспитания и, еще более, не в силу сухой и несостоятельной морали направления, а именно подчинялся этому требованию самым сильным образом. Он родился с своею добротою, как фиалка с своим запахом, и она была его природою».

Я не знайшов кращих слів, які так вдало і живописно розкрили би образ нашого дорогого Наставника. Впевнений, що всі, хто знав отця Ректора підпишуться під кожним словом Лєскова. А ми і надалі будемо молитися за отця Петра і віримо, що він в обителях праведних не забуде «убогих своих до конца». Вічна пам’ять дорогому Батюшці!

Протоієрей Вадим Петровський

вихованець ВДС (1999-2003)

Поиски мощей святогорского старца были осуществлены в рамках подготовки Международным институтом афонского наследия в Украине книги о подвижнике.

Главный редактор альманаха «Афонское наследие» Сергей Шумило, уже 25 лет как мощи старца Аникиты (князя Ширинского-Шихматова, 1783-1837) считались утраченными. Было приложено много усилий, чтобы выяснить их точное месторасположение и разыскать на Афоне великую святыню.

По словам Сергея Шумило, мощи старца медового цвета и от них исходит тонкое приятное благоухание. Такие же сведения о мощах подвижника известны и из источников кон. XIX — нач. ХХ вв.

Поиски мощей старца Аникиты были предприняты в рамках подготовки Международным институтом афонского наследия в Украине (МИАНУ) книги о подвижнике под названием «Старец Аникита: духовный путь святости». Работу над этой книгой незадолго до своей праведной кончины благословил Сергею Шумило 100-летний игумен Афонского Свято-Пантелеимонова монастыря схиархимандрит Иеремия (Алехин, 1915 — 2016).

Старец Аникита был выдающимся афонским подвижником, его усилиями на Афоне в начале XIX в. были восстановлены Ильинский скит и Пантелеимоновский монастырь.

«Этот выдающийся афонский подвижник прославился не только своими молитвенными подвигами. Будучи князем, он много жертвовал на православные монастыри и храмы, в частности на Святой Горе. Его стараниями в Пантелеимоновом монастыре на Афоне после векового перерыва было восстановлено славянское братство. Кроме того, он был талантливым писателем и поэтом. Перед отъездом на Святую Гору он некоторое время подвизался в Успенском монастыре в Одессе. На Афоне был сподвижником старца Арсения Святогорца. Его мощи были открыты для поклонения в 1875 году и прославились многими чудесами», — отметил исследователь наследия Афона.

Директор МИАНУ особую благодарность за содействие в поисках святыни выразил британскому ученому д-ру Николасу Феннелу и директору Паломнического центра УПЦ Владимиру Телиженко.

По благословению митрополита Херсонского и Таврического Иоанна клирики Крестовоздвиженского храма г. Херсона совершили богослужения в тюремных храмах в честь иконы Божией Матери «Нечаянная Радость» при УИН-90 (19 ноября) и прп. Варсонофия Херсонского при УИН-61 (30 ноября).
В храме «Нечаянная радость» состоялся молебен, а также исповедь и причастие Святых Христовых Таин. В этот день из Крестовоздвиженского храма были привезены икона вмч. Димитрия Солунского и ковчежец с частицей его святых мощей. Осужденные имели возможность помолиться, получить назидание о посте, а также ознакомиться с житием святого Димитрия.
В храме прп. Варсонофия Херсонского тоже совершались молебен, исповедь и причастие Святых Христовых Таин. С осужденными была проведена беседа о пользе поста для христианина. Клирики посетили также осужденных на пожизненное содержание, которые исповедовались и причастились Святых Христовых Таин.

К 900-ЛЕТИЮ БЛАЖЕННОЙ КОНЧИНЫ ОТЦА РУССКОЙ ИСТОРИИ

В истории каждой цивилизации есть личности первого ряда – основатели и родоначальники. К столпам Святой Руси принадлежит преподобный Печерский инок Нестор (память 9 ноября), которого справедливо называют отцом русской истории и начальником летописания. В нынешнем году 900 лет как почил прп. Нестор Летописец. В день памяти святого историка его мощи по традиции вынесли из Ближних пещер и после праздничной литургии крестным ходом прошли с ними по Лавре от Трапезного храма. Ровно год тому назад в Киево-Печерской Лавре прошли Славянские чтения «Истоки нашей истории. 900 лет «Повести временных лет» прп. Нестора Летописца». Слушая выступления участников Чтений в вековых стенах Удела Богородицы, кто бы мог тогда предположить, что вскоре вспыхнет новый виток междоусобной брани между русичами, о которых сугубо скорбел прп. Нестор в своей «Повести».

Лето жизни

Зачастую наши суждения о выдающихся людях бывают слишком человеческими. Избыток частностей и подробностей иногда заслоняет масштаб личности, а главное промысел Божий о ней. А ведь это самое важное: увидеть как Господь, ведающий все о всех от начала до конца мира, среди бездонного моря человеческого материала воздвигает одну трепетную душу, полагая ей назначение начала и основания. Таков наш преподобный Нестор. Христос избрал его стать отцом истории Святой Руси и летописцем Третьего Рима.

 Личных сведений о Несторе, как и подобает монаху – аскетический минимум. Он пришел в Печерский монастырь в совсем юном возрасте – 17-ти лет. Родился он в 1056 году. И городом его рождения, вероятно, был Киев: во всяком случае здесь видим его по летописи в1064 г., когда он еще жил в миру. О его происхождении нам доподлинно неизвестно. Создав летописание Отечества, он по смирению нигде не обмолвился о своих родителях и роде. Однако понятно, что семейство Нестора принадлежало к людям родовитым и состоятельным. Ведь в то время, состоя только в таком сословии можно было получить образование, которое имел будущий летописец. Да и среди знати средневековья нередко встречались люди неученые. Однако Нестор не просто знал грамоту и умел писать – он обладал блестящим образованием, знал иностранные языки, свободно читал на греческом Святое писание и Византийские хроники, первоисточники на латыни. Безусловно, он принадлежал к самым образованным и просвещенным людям своего времени. Но главное он был щедро одарен Богом.

Господь привел Нестора в монастырь в 1073 году, когда еще был жив один из его основателей – преподобный Феодосий. Промыслительно было устроено, чтоб он застал его лично,  получил от него благословение на труды и послушание. Он воспринял необходимое из первых рук, был принят в число братии первым игуменом. Преподобный Феодосий установил: поступающего не спешить постригать в монахи, а велеть ему ходить в своей одежде, пока ознакомится с монастырским чином. После этого одеть его в черную одежду и испытывать послушаниями, а затем уже облекать в монашескую мантию. Так и для блаженного Нестора трехгодичный искус окончился уже при преп. Стефане, при котором он был удостоен и диаконского сана. Произошло это не раньше 1081 года ибо посвящаемому в диакона следует быть не меньше 25 лет.

Нестор начал трудиться в летописании вскоре по поступлении в монастырь. Это стало его основным послушанием. В1091 г. ему поручено было с двумя другими братиями отыскать мощи преподобного Феодосия, и стать свидетелем чудес, которые при этом совершались. Что он потом и описал в «Житии преподобного Феодосия Печерского». В летописи прп. Нестор упоминает о себе еще при описании событий 1096 и 1106 гг. Из его творений, кроме «Повести временных лет» и «Жития преподобного Феодосия Печерского» до нас дошли еще «Жития святых Бориса и Глеба».

О его высокой духовной жизни говорит то, что он в числе других преподобных отцов участвовал в изгнании беса из Никиты затворника (впоследствии Новгородского святителя), прельщенного в иудейское мудрствование. Преподобный Нестор глубоко ценил истинное знание. Он любил читать, изучал творения святых отцов и назидал в том других: «Великая бывает польза от учения книжного, – говорил он, – книги наказуют и учат нас пути к покаянию, ибо от книжных слов обретаем мудрость и воздержание. Это реки, напояющие вселенную, от которых исходит мудрость. В книгах неисчетная глубина, ими утешаемся в печали, они узда воздержания. Если прилежно поищешь в книгах мудрости, то приобретешь великую пользу для своей души. Ибо тот, кто читает книги, беседует с Богом или святыми мужами».

Как было глубоко его собственное смирение видно каждый раз, как только он упоминает о себе. Он не называет себя иначе, как худым, недостойным, грешным Нестором, окаянным, с грубым и неразумным сердцем, меньшим из всех в монастыре преподобного отца Феодосия.

В трудах и молитвах он провел в Печерской обители 41 год и преставился в 58 лет. Преподобный Нестор Летописец был пострижен с именем мученика Нестора Солунского,  принявшего смерть вместе с великомучеником Димитрием Солунским (+ 8 ноября306 г.) Память Нестора Солунского Церковь отмечает 9 ноября. Эта дата стала днем тезоименитства Печерского Летописца. По мнению церковных историков память преподобного Нестора Летописца установлена также 9 ноября ввиду дня его тезоименитства. День кончины преподобного остался неизвестен, мы знаем только, что преставился он в 1114 году.

Нам мало известно о его жизни, в «Патерике Печерском» сказано только, что он «поживе лета довольна, труждаясь в делах Летописания и лета вечная поминая, и тако добро угоди Творцу летом, к нему же по летех временных довольных преставися на вечность, и положен есть в Пещере». Мощи прп. Нестора Летописца почивают нетленными в Антониевых пещерах Киево-Печерской Лавры.

Нет «Повести…» прекраснее на свете

Имя преподобного Нестора Летописца со школьной скамьи известно всем и каждому на Украине, России и Беларуси. Его чтут как былинного героя, первого отечественного историка и агиографа, запечатлевшего для последующих поколений устроение промыслом Божиим великой державы, ставшей оплотом православной веры на одной шестой части планеты. Девять столетий назад преподобный Нестор Летописец завершил свой главный труд «Повесть временных лет», основу наших знаний о Руси, летопись утверждения в нашем Отечестве православной веры. «Повесть временных лет» является одним из важнейших творений мировой письменности и самым значительным документом эпохи, свидетельствующим о монументальной истории народов Древней Руси как части всемирной истории. Летопись святого Нестора – это духовный и исторический паспорт народов Руси, вышедших из единой купели Владимирова крещения и непреложное свидетельство их судьбоносного выбора.

Труд поднятый достославным Печерским иноком пр. Нестором – без преувеличения сверхъестественен. С дистанции дальностью в 900 лет ясно видно, что его повествование имеет масштаб вселенской эпопеи, отражающей вышний замысел по спасению восточно-славянских народов от языческого рабства. Нестор запечатлел в духе и слове как в горниле православной веры сгорало и обугливалось славянское язычество с его идолами и капищами. И разрозненные славянские племена Божией благодатью были переплавлены в единый русский народ, в великую Святую Русь.

Преподобный летописец показал существование больших племенных союзов, занимавших огромные территории и послуживших той основой, на которой сложилось Древнерусское государство. «Так же и эти славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, а другие — древлянами, потому что сели в лесах, а еще другие сели между Припятью и Двиною и назвались дреговичами, иные сели по Двине и назвались полочанами по речи которая впадает в Двину и носит название Полота. Те славяне, которые сели около озера Ильмень, прозвались своим именем — славянами. И построили город и назвали его Новгородом. А другие сели на Десне, и по Сейму, и по Суле и назвались северянами. И так разошелся славянский народ, а по его имени грамота назвалась «славянская».

Киевская старина

Первые два ранние свода, составленные до Нестора начинались с изложения предания о Кие, Щеке, Хориве и их сестре Лыбеди. Но Летописец для своей «Повести временных лет» отказался от заведенного начала и создал этногеографическое введение к «Повести», где поведал о происхождении и расселении славян. Вместе с тем Нестор поместил в своем труде новое, уже историческое предание о Кие, дал развернутую биографию основателя «матери городов русских».

Были у прп. Нестора и другие источники. Академик Б. А. Рыбаков считает, что устные сведения Нестор получал от полян, живших в его время в Киеве. Сам Нестор однажды точно указал один из источников своих известий. Под1106 г. читаем в его «Повести»: В тот же год скончался Янь, старец добрый, прожив девяносто лет… От него и я много рассказов слышал, которые и записал в летописанье этом». Теплые слова Нестора, говорят, что он любил и братски почитал Яня, в заветных беседах с которым провел много тихих вечеров.

Глубоко изучивший «Повесть временных лет» Д. С. Лихачев пришел к выводу, что множество записей в ней сделано «на основании рассказов двух лиц: Вышаты и его сына Яня Вышатича, об участи которого в летописании прямо отмечено под 1106 годом». Из этого следует, что «Повесть временных лет» впитала некоторые родовые и исторические предания, передававшиеся из поколения в поколение в среде киевской родовой, а затем и феодальной знати. Например, семейство Вышатичей близко стояло к княжескому столу, служило киевским князьям с середины X в. Очевидно, подобные рассказчики были не единичными, и Нестор и другие летописцы выслушивали предания о прошлом Русской земли и от других людей.

Обилие, разнообразие и полнота материала, хронографическая последовательность, с которой велось летописание Нестором Печерским, сделало его неповторимым феноменом книжности, которому не было равных в Европе. Сами иностранцы отдали честь Нестору выписывая из него в свои Истории многие сведения с применением к своим народам, не найдя ничего достовернее. «Шлецер, искусный и разборчивый историк и критик, снесши его со всеми северными летописателями, нашел его единственным и настоящим Историком Русским. «Сей русс, — говорит он, — в сравнении с позднейшими шотландцами и поляками, так превосходен, как не затмевающийся рассудок пред беспрестанной глупостью»».

«Дух повествования в Несторовой летописи, — пишет архиепископ Филарет Дроздов, — близок к библейским повествованиям; Нестор — благоговейный созерцатель невидимого Промысла Божия; от сказаний он переходит к нравственным размышлениям, не опускает из вида наставлений слова Божия; действующие лица говорят у него сами; характеры лиц не оставлены без внимания».

Издавна прп. Нестора чтут как помощника просящим и чудотворца. По молитвам к нему в институты и семинарии поступило множество учащихся, покровителем которых он является. Недавно раба Божья Ирина рассказала о явном чуде, которое произошло в Киево-Печерской Лавре с ее знакомыми лет десять назад. Мальчик Кирилл в четыре года все еще не говорил предложениями, лишь иногда отдельными словами. Родные его не были воцерковлены. Тетя мальчика взяла его с собой в Лавру, когда из Самары приехали родственники. Какая-то женщина, оказавшись рядом в Ближних пещерах, и поняв в чем дело, посоветовала положить ребенка на раку преподобного Нестора Летописца. На следующий день Кирилл заговорил связными предложениями. Так Господь через чудо исцеления по молитвам святого Нестора призвал людей в Свою Церковь.

Верный раб, приумноживший таланты

            Его писательский талант со временем отточился в высочайшее мастерство, искусное, точное владение словом, блестящую авторскую стилистику. Как историку ему просто нет равных. Преподобный Нестор был и остается нашим первым историком, и отнюдь не только лишь по счету. Он классик и титан предмета, патриарх истории Руси. Изучению труда Летописца посвящали себя тысячи его младших коллег. Изданы сотни книг, проведены сотни конференций, защищены тысячи диссертаций. От него питались и питаются миллионы ищущих истинных знаний и духовной пользы. Он остается вершиной, с которой открывается грандиозная захватывающая дух панорама — рассвет триединой Святой Руси.

Времяисчисление в «Повести» преподобного Нестора начинается с852 г. А первое упоминание о русском народе в церковных источниках встречается под 866 годом, при патриархе Константинопольском Фотии. Труд Летописца повествует о создании святыми братьями Кириллом и Мефодием славянской грамоты, о путешествии княгини Ольги в Константинополь для принятия крещения, о первом православном храме в Киеве, о многих других важных событиях, включая и самое важное из них — Крещение Руси.

Печерский инок описал не только внешнюю историю становления великой державы, но ее внутреннюю, духовную жизнь, зарождение и утверждение русского монашества и Русской Церкви. Широко используя библейские и византийские источники, наш летописатель нашел свою собственную манеру и стиль изложения событий.

Специалисты справедливо указывают, что и до Нестора были хронисты, внесшие вклад в создание летописания, были таковые и после него. Но несравнимой славой в веках в роды родов Господь вознаградил именно Нестора Печерского. Он Сам его поставил, Сам и прославил. Здесь нет и не может быть случайностей, ибо случай – псевдоним Бога как сказал кто-то из великих.

Семь столетий продолжалась эпопея по созданию «Повести временных лет». Вслед за Нестором эстафету приняли другие монахи, продолжившие скрижали русской летописи. Подлинник Несторовой Летописи давно утерян, остались только многочисленные списки с нее в разных российских библиотеках. Из рукописных ныне нам известны Лаврентьевский написанный в1377 г., потом Ипатьевский, Хлебниковский, Кенигсбергский, Радзивиловский и другие.

И хотя «Повесть» как книга в бумажном виде давно окончена, повесть Святой Руси продолжается. Еще длится время мира, пишется сценарий последних эпизодов. Дух его с каждым летом все более темен и лют. Великое вытесняется ничтожным. Деформируется сюжет, опрощается и унижается жанр, демонтируется и перевирается история. Некие  шулеры и псевдоспециалисты пытаются убедить народы исторической Руси в том, что они чужие друг другу, украсть у них общее прошлое единой православного семьи, выбить из-под ног основу, перекодировать матрицу памяти. И подчинить обманутых рабству и диктатуре нового Евро-Вавилона. Мощную и богатую историю заменяют идеологическим эрзацем, предназначенным для ускоренного переформатирования граждан в легко управляемое и бездумное стадо в том духе, которое необходимо трансконтинентальным структурам, стремящимся к глобальному господству.

В этом свете значение «Повести временных лет» прп. Нестора Летописца вырастает до сверхактуального документа, приобретает чрезвычайную важность исторического паспорта, который необходимо знать каждому православному во всех концах триединой Святой Руси. Всем лукавым «историкам» и подтасовщикам обвинителем на Страшном суде будет инок-патриот преподобный Нестор. Ангельским горном звучат в веках знаменитые первые слова его труда: «Се Повести временных лет, откуда пошла Русская земля, кто в Киеве стал первым княжити и как возникла Русская земля».

Вечная история

История один из главных элементов формирования нации и народа, удостоверяющий его легитимность. Именно поэтому такой накал с каждым днем приобретает битва за Историю. Развелось огромное количество, шарлатанов и манипуляторов, которые популяризируют безумные идеи о том, что русские и украинцы разные этносы даже антропологически, не говоря об остальном. Разделяя нас, враг жаждет власти все тем же способом, о котором предупреждал Христос.

Народ, не знающий и не помнящий собственную историю неизбежно повторяет свои ошибки, с каждым разом еще более ужесточая расплату за них. Украсть историю – значит лишить духовной памяти. Покушение на память народа может быть приравнено к покушению на его душу и возможность спасения. И сегодня мы наблюдаем печальный этому пример, смиренно моля Бога положить конец каинову греху братоубийства между русичами.

Увы, история эта не нова и мало чему нас научила. Полымя междоусобных браней вспыхивало, и братская кровь лилась и при Несторе, о чем скорбел он сугубо. Когда в разгаре усобиц из-за Киева в конце 40-х годов ХII в. между могущественными княжескими кланами Мстиславичей, Мономашичей, Давидовичей и Ольговичей была предпринята попытка положить конец княжеским ссорам и заключить мир, летописец с горькой иронией вкладывает в княжеские уста саморазоблачительные слова: «То есть было прежде дед наших и при отцих наших, мир стоить до рати, а рать до мира. Ныне же на нас про то не жалуй, уже есмы устали на рать». А далее враждующие князья «на том целоваша крест у Святем Спасе, ворожду…отложити, а Русской земли блюсти и быти всим за один брат».

Этот завет прп. Нестора «быти всим за один брат» нам ныне крайне необходим. Как и его «глаголы живота», которыми изобилует «Повесть временных лет».  Современного читателя труда летописца ожидают самые сильные впечатления, потрясения и прозрения. А главное Несторова «Повесть» незаметно погружает читателя в мистический словесный ковчег, в котором вдруг обнаруживаешь себя вместе с предками. С великими воинами и молитвенниками, верными дружинами и благочестивыми княгинями.

Слух ловит протяжный пеленающий звук молитвы-плача. Все поколения в одном ковчеге как в колыбели. И надо доплыть до спасительного берега… А буря нарастает, выплевывая с грязной пеной нечто нечистое, злоумышляющее русичей рассорить, расколоть и погубить. Но не умолкает пеленающий звук молитвы-плача: «Пресвятая Богородица, спаси их, спаси их». Узловатые руки седовласого с графическим ликом старца тянутся к келейной Византийской иконе: «Пресвятая Богородица, просвети их светом Сына Твоего…»  Просвети и вразуми нас и ты, святый отче Нестор. Со всеми преподобными Киево-Печерскими моли Бога спасти Святую Русь и всех верных Христу русичей.

Валентина Серикова, кавалер ордена преп. Нестора Летописца

Киев

Блаженная АлипияНа северной окраине Киева среди сосен и старых берез на несколько километров простирается Лесное кладбище. В глубине, справа от центральных ворот, один из кладбищенских участков будто вырвался из небытия и атеистического плена — резко отличается от ставшего уже привычным мраморного засилья черно-коричневых памятников и надгробий. Белые крестики на смиренных могилах говорят о жизни вечной, преображенной и радостной. Эта кладбищенская земля принадлежит старинному Флоровскому женскому монастырю: здесь покоятся инокини и священство, почившие во второй половине прошлого века.
Лесное кладбище возникло в 1960-х годах, и тогда же игуменья Вознесенского Флоровского монастыря Антония внесла в горисполком деньги за 8-й кладбищенский участок. Игуменья не предполагала, конечно, что место сие со временем привлечет паломников из разных уголков Украины, Белоруссии, России и даже из-за океана. Осенью 1988 года здесь была похоронена блаженная монахиня Алипия (Авдеева), известная в миру как Христа ради юродивая прозорливая старица. Ныне почитание ее киевлянами можно сравнить разве что с почитанием Матрены Московской, хотя блаженная Алипия еще не причислена к лику святых. Документы лишь собираются и изучаются, но, по мнению наместника Покровской Голосеевской пустыни архимандрита Исаакия (Андроника), возглавившего эту возрожденную в 1990-х годах обитель, канонизация блаженной совершится в скором времени. Попутно заметим, что блаженная Алипия подвизалась как раз на развалинах уничтоженной в 1926 году Голосеевской пустыни, молилась угодникам Божиим, которые в ХIХ и начале ХХ века подвизались тут, а некоторые были и погребены здесь: митрополиту Киевскому Филарету (Амфитеатрову; † 1857; его мощи почивают в пещерах Киево-Печерской лавры) и его духовнику иеросхимонаху Парфению († 1855), Христа ради юродивым старцам иеросхимонаху Феофилу († 1853) и монаху Паисию († 1893), старцу-духовнику иеромонаху Алексию (Шепелеву; † 1917). Блаженная Алипия как бы приняла эту духовную эстафету подвижников Голосеевских и многие годы молилась о возрождении Голосеевской пустыни. Прикровенно она говорила своим чадам, что будет пребывать здесь «всегда, но не сразу».
Могила блаженной на Лесном кладбище.
Но вернемся на Лесное кладбище. Впервые на Флоровском участке мне довелось побывать в 1990-м, еще до развала Союза, когда о могиле матушки Алипии знали лишь ее духовные чада. В их числе были и некоторые флоровские монахини, приведшие меня на могилу блаженной. Дорогой они рассказывали о старице, о том, как жила она когда-то в дупле огромной липы на территории Киево-Печерской лавры до ее закрытия в 1961 году, как по ее молитвам совершались чудеса исцелений и помощи Божией — будто открытую книгу, читала она сердца приходящих к ней людей. Многих благословила на священство и монашество, многих вырвала из холодных лап смертельных болезней, многих спасла от нищеты и жизненного краха.
Из житийных записок о блаженной Алипии
Как часто случается при сборе и составлении житийных материалов, в биографию угодников Божиих порой закрадываются разного рода факты, вызывающие сомнение, особенно когда это касается людей, несших подвиг юродства. Известно, что матушка была мордовка по национальности и по-русски говорила с ошибками, к тому же, как все блаженные, о себе рассказывала отрывисто и непоследовательно, часто прикровенно и без всяких комментариев. Тем не менее, ее ближайшим послушницам, или, как их называют, хожалкам, а также некоторым духовным чадам — филологам и журналистам — удалось изложить жизненный путь блаженной на страницах книг, журналов и электронных сайтов. Вот что можно прочесть о ее детстве на киевском сайте «Блаженная Алипия»:

«Родилась блаженная Алипия (Агапия Тихоновна Авдеева) предположительно в 1910 году в Пензенской области в благочестивой семье Тихона и Вассы Авдеевых. Блаженная старица рассказывала, что отец был строгий, а мама очень добрая, большая труженица и очень аккуратная. Бывало, положит в передничек всяких угощений и велит ей разнести бедным в их селе; особенно много гостинцев раздавала мама в праздники. Когда пришло время учиться, Агапию отдали в школу. Живая, быстрая, сообразительная, она не могла удержаться и всем подсказывала. Девочку перевели в другой класс, и среди детей старше ее на год Агапия отличалась умом и сообразительностью. В 1918 году родителей Агапии расстреляли. Всю ночь восьмилетняя девочка сама читала Псалтирь по умершим. Некоторое время Агапия жила у дяди; проучившись в школе только два года, отправилась «странствовать» по святым местам… В годы безверия десять лет провела в заключении; несмотря на тяжелые условия содержания, старалась соблюдать пост, непрестанно молилась».
Вид с озера на Голосеево
Далее в житии рассказывается о чудесном освобождении из заключения, о явлении угоднице апостола Петра. Сопоставляя этот факт с дальнейшей молитвенной жизнью старицы, можно понять, почему она множество лет молилась в киевском Демеевском храме непосредственно у большой иконы апостолов Петра и Павла в правом приделе. В жизнеописании также упоминается о встрече странницы Агапии с прозорливым иеросхимонахом Феодосием, жившим в послевоенное время под Новороссийском в поселке Горный (бывшая станица Крымская) и благословившим ее на подвиг юродства. Об этом сама матушка говаривала: «Я у Феодосия был, я Феодосия видел, я Феодосия знаю».
Но наиболее полно описана жизнь блаженной в Киеве — с 1960-х по 1988 год, — ибо имеются и документальные подтверждения фактов, и многочисленные свидетельства ее духовных чад и всех, кто общался с ней. Матушка носила вериги в виде огромной связки ключей, а на груди, также под одеждой, — икону. Почти ежедневно привозила в храм сумки с хлебом, который приносили ей люди, покупала множество свечей и сама расставляла их перед иконами. Кстати, задолго до раскола обличила однажды бывшего митрополита Филарета (Денисенко) прямо во время службы, за что была изгнана из храма. Известно также, что накануне 1986 года, когда произошла Чернобыльская катастрофа, матушка очень волновалась, говорила о «страшных пожарах». Рассказывают, что в начале апреля 1986 года она на многие дни покинула свою хижину в Голосеевском лесу и обошла с посохом весь город, молясь о его спасении.
Много чего чудесного услышал и узнал я о жизни блаженной. Но тогда, на кладбище, все это воспринималось, как сказка.
И все же я поверил
К рассказам монахинь я тогда отнесся с известной долей недоверия «образованного советского журналиста», выросшего в атеистической среде, хотя и воцерковленного. Пока совершалась лития, я вглядывался в лик блаженной на овальной фотографии надгробного креста с надписью «Бойся Бога!» Как выяснил потом, какой-то одержимый приходил сюда неоднократно, выворачивал крест и отшвыривал его в сторону. Видимо, надпись эта была предназначена для его вразумления. Пронзительный взгляд юродивой проникал в самое сердце, и мирный покой снисходил в душу.
- Ты проси у матушки помощи, если есть какие-то жизненные проблемы, — посоветовали монахини. — Она всем помогает.
Храм в нижней части которого почивют мощи блаженной АлипииО чем просить, я и не знал. Разве о том, чтобы на киностудии «Научфильм» приняли мой сценарий об отце Михаиле Бойко, известном киевском духовнике, сыне репрессированного священника, прошедшем добровольцем-минометчиком всю Великую Отечественную войну? Как узнал я впоследствии, сам отец Михаил относился к блаженной Алипии с крайним недоверием, считая ее просто болящей. В свое время ему довелось служить диаконом в Вознесенском храме на Демеевке, где многие годы молилась юродивая. И все же я молитвенно обратился к матушке Алипии: «Помолись, блаженная матушка, чтобы мой сценарий был принят и люди узнали о гонениях на Церковь и о ее служителях». Моему удивлению не было предела, когда буквально через несколько дней мне позвонил редактор киностудии и сообщил, что сценарий принят. Мало того, режиссер, снимавший фильм об отце Михаиле нашел в архивах кадры хроники, на которых было запечатлено отпевание умерших от голода крестьян в Полтавской области. И что удивительно: в кадр попал отец протоиерея Михаила Бойко — священник Павел Бойко, а прислуживавший ему маленький мальчик был его сыном Михаилом. Сам режиссер понятия не имел, что в его фильм попал будущий отец Михаил. А герой фильма на просмотре воскликнул:
- Это же мой отец! А я — вон, рядышком, босиком!
После просмотра фильма я рассказал отцу Михаилу о своей молитве на могилке блаженной, о том, как сценарий долго не принимали, а потом вдруг приняли. И о том, что такая находка кадров кинохроники — тоже по молитвам блаженной. На что старец удивленно покачал головой и молвил после паузы:
- Дивен Бог во святых Своих!..
Потом, навещая могилу родителей, я бывал и у матушки, познакомился с Верой Федоровной Удовиченко — составителем книг о блаженной Алипии, в которые вошли десятки воспоминаний духовенства, монашествующих и мирян — и знавших матушку при жизни, и тех, кто получил по ее молитвам помощь уже после ее кончины.

«И память ее в род и род…»

Многих из духовенства я знал лично и потом, после знакомства с книгой «Стяжавшая любовь», выпущенной по благословению митрополита Владимира в 2005 году, беседовал с ними, расспрашивал о монахине Алипии. Бывший настоятель Вознесенской Демеевской церкви отец Мефодий Финкевич (на склоне лет принявший монашество в Почаевской лавре) очень почитал матушку, рассказывал, как еще при жизни Алипии он проведывал ее домик в Голосеевском лесу. Тогда отец Мефодий, еще молодой священник, служил во Владимирском кафедральном соборе, и матушка все его спрашивала:
- А вот ты на Демеевке служишь?
- Да нет, матушка, я из собора к вам приехал…
- А-а, из собора…
Рака с мощами блаженной Алипии
И так каждый раз. «Да, уже забывается старица», — думал отец Мефодий. Но вскоре был назначен настоятелем Демеевской церкви, где и прослужил более 20 лет. Когда я рассказал отцу Мефодию о случае с кинофильмом, он заметил:
- Она была воплощением кротости и незлобивости. Я ей молюсь даже в мелочах.
А в книге о матушке приведены рассказы, как помогла она людям в тяжелейших жизненных ситуациях — тем, кто был уже на краю могилы, пропадал от пьянства, пребывал в сетях сектантства, терял детей, мужей и жен, стоял перед сложным жизненным выбором, не зная как поступить…
В числе ее духовных чад — бывший епископ Тульчинский и Брацлавский Ипполит (Хилько), ныне пребывающий на покое. В своих воспоминаниях о старице владыка поведал, как она предрекла ему епископство, а еще о пожаре, случившемся, когда он учился в Московской духовной академии: пожар вспыхнул в 1986 году как раз под праздник Воздвижения Креста Господня — пять студентов тогда отдали Христу свои души.
- А моей сестре, еще ничего не знавшей, о пожаре сообщила матушка Алипия: «Пожар случился! А он не спа-а-л! Туда-сюда ходил!» По молитвам матушки все обошлось — я действительно не спал в ту ночь.
Епископ перечислил еще несколько удивительных случаев из своей жизни, как по молитвам блаженной ему удалось сохранить палец, который он чуть не потерял, работая с электропилой — ей было это открыто, как помогла ему в перелете в Иерусалим, где он нес послушание в Русской духовной миссии, и многое другое. Приведу эпизод их последней встречи. Это было перед самым отъездом в Иерусалим. Матушка очень любила цветы, и владыка принес букет.
- Матушка, примите цветы. Говорят, они символ жизни.
- Жизни, говоришь? Тогда сам и поставь.
Эта была их последняя встреча на земле.
Бог открыл блаженной время ее кончины. Матушка отошла ко Господу 30 октября 1988 года. Она спрашивала: «На какой день припадает 30 октября?» Говорила также, что на похоронах ее пойдет снег, что и случилось после.
* * *
Она живет в памяти народной. Ее имя звучит на поминании во всех храмах Киева и за его пределами. Уже давно написаны почитателями иконы блаженной и составлен акафист. Но, видимо, должна исполниться неведомая нам «полнота времен», прежде чем раздадутся под сводами храмов слова ее небесного прославления.
Ныне блаженная покоится в нижнем ярусе Покровского храма Голосеевского монастыря — сюда ее мощи были перенесены пять лет назад, в октябре 2006 года, и нескончаемым потоком идут к матушке люди. Особенно переполнен монастырь в день преставления матушки Алипии — 30 октября.

Сергей Герук

Чим більше богів, тим вони слабкіші.
Святитель Миколай Сербський

Хто з нас не захоплювався міфами Давньої Греції, Скандинавії, казками різних народів? Хто не грався фігурками войовничих, проте симпатичних вікінгів? Хто не любить художньої фантазії? Але біда буттєвого розладу настає тоді, коли фантазії починають посягати на реальність, тим більше – на реальність духовного життя. Ось кіноекрани окупувала нова голлівудська стрічка – «Тор». «Сказка – ложь…», – писав Пушкін. «Да в чем намек?» – хочеться продовжити, видозмінивши рядки поета. На що натякає нібито безвинна квазі-реальність, спробуємо розібратися…
Власне, подібні фільми час від часу переглядаєш, аби із суто професійної точки зору орієнтуватися: куди йде сучасна індустрія кіновидовищ, чим «живляться» нові покоління глядачів? Як міняється художня мова кіномистецтва?
Перед нами – звичайна собі голлівудська поробка, від якої відніми комп’ютерні спецефекти – й залишиться «безбарвність» акторів, карнавальна бутафорія, дуже схематична подієвість у дусі підручникових відомостей про скандинавську міфологію. «Всіх батько» Один, син його Тор із традиційним молотом, що часом перетворюється на якийсь реактивний снаряд… Давно вже помічаємо, що західна манера «освіти» «культурою» (обидва слова беремо в лапки), американські переробки відомих мотивів дивують примітивністю і створюють химерну мішанку в неокріплих мізках юного глядача. У цих, ніби поєднаних божевільним, фрагментах «пазла» перемішуються пірати й динозаври, інопланетяни і міфічні герої, елементи науки й середньовічна європейська дрімучість. От і тут: боги скандинавів стають… мешканцями іншого Всесвіту. Молодий бог Тор, не витримавши іспиту на успадкування королівського звання від свого батька-Одина, за нерозумний авантюрний похід проти «інійних велетів» до іншого світу, «падає» у вигнання на нашу землю. Саме падає. Оці всі «космічні колодязі», «енергетичні вихори», що супроводжуються нестерпним шварканням у динаміках кінозалу та мигтінням комп’ютерних блискавок, стали вже загальним місцем подібних голлівудських казок (що, на жаль, часто копіюються і в пострадянському (російському) кінематографі: елементи голлівудщини ми бачимо в намаганні поєднати фольклорні мотиви із засобами американського кіно в російському фільмі «Книга майстрів»).
Втрапляє Тор у земні обшири звичайною людиною, – щоправда, доволі дужою, але й він не може відірвати від землі колись покірний собі молот… Молота грізний Один шпурнув у пустельні простори Нью-Мехіко, і навколо нього труться тепер армія, ФБР і НАСА… Але життя вирує. Молодий бородатий уродженець неземного Асгарду знайомиться із вченим-професором, а головне – з його гарненькою асистенткою. Ну, далі зрозуміло… Мости між світами продовжують переносити і добрих, і злих з місця на місце, між ними відбуваються потасовки зі спаленням та вибухами будівель, автомобілів, гуркотом, вихорами і світловими ефектами. Друзі головного героя – типажі цілком у дусі американської політкоректності. Страж-негр(!) на Райдужному мості; воїн виразної китайської зовнішності і, звичайно, маскулінізована дівиця в обладунках. Словом, штатівський «плавильний казан», а не Асгард. Загалом, все як у кіно. Американському.
Але що примушує замислитися?
Не тільки (і не стільки) факт пізнавальної плюсклості фільму. Примітив уже не дивує… Зараз взагалі дуже багато розвелося вчених мудрагелів, які не втомлюються повторювати: та то радянщина несла дидактику, ідеологію, одновимірність позицій; то тоді всіх треба було «навчати»: як працює турбіна чи яка формула ракетного палива!.. А зараз – просто розвага, «прикол», кайф, драйв і т.д. Ну, власне, згадаймо: пізнавальний струмінь є визначальним навіть на зорі наукової фантастики – у її зачинателя Жуля Верна. По-друге, із читачів фантастики виростали вчені і мандрівники, що таки реально «сказку делали былью».
Та вкрай засмутило інше. Фільм спродуковано цілковито у традиціях так званого «нью-ейджу», вчення про «новий вік» та окультну «еру Водолія», яке століттями визрівало на суміші понурої кабалістики, алхімії та астрології і в сучасних виявах набуло рис пропаганди магічних практик, так званих «екстрасенсорних здібностей» і взагалі, як казали колись, просто і переконливо, – всякої бісівщини. Тор переконує вчену землянку: «Твої предки називали це магією, ви іменуєте наукою, а в нас це – одне й те саме». Он воно що! Ось – квінтесенція фільму. Але глядачеві з нехристиянською свідомістю – що це промовить про небезпеку того «фону уявлень», тієї димової завіси, яка окутує молоде покоління, вирвавшись із безодні богоборства?
Зроблю маленький відступ. У вигляді як проміжного навчального підсумку, так і з метою певного експерименту дав самостійну роботу студентам першого курсу філології. Завдання складалося із двох питань: 1) Література й релігія; 2) Розказати про прочитану книгу. У відповідях на перше питання переважали загальники. На жаль, сучасна молода людина не те що не живе Євангелієм – вона не знає його змісту! Про церковну обрядовість – якесь фольклорно-язичницьке уявлення. Одиниці респондентів назвали літературні твори, базовані на ґрунті християнства. Це при тому, що наша тисячолітня словесність фактично вся, підкреслимо – вся, виростала на християнській вірі – навіть у радянські часи, у специфічних комуністичних уявленнях про добро і зло, про взаємини між людьми й народами, про завдання людини й людства. Зате друге питання викликало помітне пожвавлення: половина групи на значно більшому, ніж для першого питання, обсязі описували книжки, де діють відьми і маги, привиди та демони, де йде боротьба за чарівні амулети, право володіння земним світом чи людськими душами! Скажу відверто: відчув, що ми – православні люди – часом перебуваємо у щасливому невіданні: щό коїться за межами церковних родин, приходів; чим отруєна наймолодша частина суспільства, яка має будувати завтрашній світ! (Будувати можна тільки з Богом…)
Отруєне молоде покоління найбільше безвір’ям (або ж невіданням істинного Бога), незнанням батьківської православної віри, забобонністю, ілюзорними фантазіями, симпатією до магії, вірою у фетиш-предмети, власне – ідолопоклонством.
Услід за преподобним Макарієм Єгипетським такий стан влучно можна назвати «розрідженням розуму». Дуже точно! Твердість думки губиться. Хворобливе розм’якшення робить душу сприятливою («толерантною»!) до всякої духовної інфекції. За словами преподобного, «много есть людей, имеющих вовне вид живущих, а ум у них разжижен, невозвратно блуждает. А нужно пробрести в новом человеке сердце новое, ум небесный, в душе – душу божественную». (Макарий Египетский. Новые духовные беседы. Беседа Х).
Як пояснити сучасній людині, що вигадка Дена Брауна про, прости Господи, земну любов Месії до жінки – це явне (й потворне) богохульство? «А що тут такого… це так романтично!» – вигукує сучасний «культурний» обиватель. Ну, коли в нас «любов’ю» називають самі знаєте що, а ідеалом сучасної краси і юної свободи стає дивна істота в одязі унісекс, із малозрозумілими зовнішньо-статевими ознаками, металевими заклепками у носі й губах, із цигаркою та пляшкою пива, – то що тут говорити? Прошу вибачити печальну іронію! Насправді молодих людей шкода. Вони екзистенційно заблукані. Їм ніхто не допоможе, крім святої Церкви. Вони стоять над прірвою чужих лжесвітів, бездонне дно якої займає собою пекло богозалишеності.
Автори фільму «Тор» та йому подібних і справді моделюють якісь фантастичні світи, гігантські гори, скелі, водоспади, незвичайні будівлі, химерні пристрої, дивовижні костюми… Наче і красиво, і привабливо, але ловиш себе на думці: якась неприродна, холодно-безрадісна і демонічна це краса, якась наркоманська ілюзія. Невже заблукані сиротливі душі покликані блукати в морозно-сиротливих мареннях, «в космічнім хладі, як бездомні пси»? (Б. Олійник). Задум Божий про людину – дарувати їй живодайне тепло вічної Радості.
…Настає проречений світилами християнства час, коли послідовників Спасителя будуть вважати безумними (як казав прп. Антоній Великий, «люди стануть безумствувати і назвуть безумцями тих, хто не з ними»). Власне, ми це вже бачимо. Але якого роду наше християнське «безумство?» Ще пару десятиліть тому людину, яка б серйозно говорила про можливість сполучення комп’ютера і живої істоти, оголосили б фантазером. Тепер подібні досліди ідуть успішно, ще й прискореними темпами! Проводяться досліди по «вгадуванню думок» за хвилями та випроміненнями від мозку, щосили йде підготовка до нумерації-ідентифікації, шириться біометричний контроль… Мине якийсь час, і людина житиме з «телевізором у голові», безвільна й керована зовні, у світі своїх псевдокрасивих, згубних, демонічних ілюзій, які робитимуть її покірним рабом, споживачем симулякру, мешканцем гаданого («мнимого») світу. Голлівудські «міста» і «світи» – попередники «ікони звіра», змодельованої псевдодійсності, пустої або гріховної, що однакове у своїй непридатності в ділі спасіння. У цій симульованій дійсності не буде місця для віри Спасителю і праці над власною душею. До кінця земного життя прийдуть браковані душі. Смерть стане пробудженням від ілюзій: і куди піде душа, яка забула Бога, не працювала над собою, не дбала про вічне життя й безсило плуталася в тенетах диявольських примар? Наркотичний сон закінчиться. Пробудження буде страшним. І головне – нічого не виправиш!..
На ловця, як кажуть, і звір біжить. Буквально того ж дня втрапила мені до рук книга «Скандинавская мифология: Энциклопедия», видана в Москві 2007 року, упорядник К. Корольов. З чисто фаховою цікавістю вирішив поновити і поповнити свої знання скандинавської міфології. Це одна з вкрай цікавих тем: нащадки вікінгів створили потужну літературу (Андерсен, Лагерлеф, Ібсен, Ліндгрен…). Читаю, і… не покидає думка, що тут щось підмішано, наче в сектантських листках. І десь на останніх розділах книжки задум «енциклопедистів» розкривається! Вже не приховано, як у попередніх розділах, а відверто висловлюють вони неприязнь до християнства. Півбіди, що вони називають його «винуватцем» занепаду скандинавської автентики, – такого й ми вже наслухались за тисячу років; бо далі – перераховують численні секти неоязичницького спрямування, які діють на всьому євроатлантичному просторі; для ввічливості трохи ганять нацистів, які зробили пропаганду «тевтонського духу» і «Північного Шляху» своїм агресивним прапором, і знов у знайомому солодкавому дусі «нью-ейджу» (у цій солодкавості сполучається приторність наркотика із присмаком трупної отрути), проголошують християнство «таким, що не вдалося». Знайома пісенька! Тим більше, самі розумієте, християнство закликає до якихось заповідей, рамок і норм. А тут автори популяризують «легкий» принцип: роби, що хочеш, аби не шкодило іншим. Та не може діяльність без Бога не шкодити іншим, а наприкінці – не нашкодити останній у ланцюгу жертві зла, самому адептові люциферіанства. Між іншим, як на наукову працю, тут посилаються на книгу А. Кроулі – «батька» сучасного сатанізму на Заході!
І чого ж навчають ці культурологи з подвійним дном, сектанти- псевдовікінги? Що, виявляється, не Бог є володарем світу – а поклонятися треба, як вони пишуть, «великій богині» і «рогатому богу» (так і написано, навіть – з великої). Зрозуміло, про яких «богів» ідеться… Симпатики нацизму перерядилися в інші шкури. Тепер ідеться не про верховенство арійської нації, а про вибраність «посвячених», магів, практичних знавців стародавніх рун, забобонів та заклинань. Для нас планують (намагаючись вирвати душі з руки Христової) відродити тьму волхвування та відьмацтва, яка було рішуче повержена силою Господнього Хреста.
Православні б’ють у набат. І б’ють з багатьох тривожних приводів: ювенальна юстиція, апологетизація магії, засилля розпусти, восхвалення вседозволеності під вивіскою «свободи»… Чи чує суспільство? Чи розбудимо його?
Ми повинні створити противагу, спорудити стіну позитивного мистецького сенсу – в кіно, літературі, базуючись на наших руських, православних традиціях: у нас свої богатирі, мудреці, свої красуні і власні «чарівні предмети». Ну, не повертається язик назвати це все магією чи обманом! Бо таки світло несуть ці казки, легенди і перекази. Господнє, оптимістично-сонячне начало освітлює всі діяння наших героїв. Неповторний і дивовижний флер духовності передала християнська віра і творам вітчизняної класики…
Боротьба триває. Ми ще маємо шанс – до закінчення земної історії. Так чи інакше перемога буде за Богом, і святий Хрест безкінечно могутніший за міфічний молот Тора, який сучасні сили тьми намагнічують згубним демонізмом. Рано чи пізно відновиться остаточна гармонія світу, і навіки восторжествує Добро. Але нам треба вберегти землю людей іще до Страшного Суду, врятувати духовність для ще багатьох поколінь, бо інакше – навіщо ми жили? Щоб, опустивши руки, сказати: все одно це колись та закінчиться. Добро без нас воскресне «на новій землі, під новим небом»…
– А ви що робили? – запитає Господь.
Давайте ж пильнувати і діяти.

Мы живем в счастливое время. Открываются архивы, прежде остававшиеся недоступными для исследователей. Время мифов, догадок и гипотез о российском прошлом уходит в небытие.
Вышел в свет двухтомник «Письма патриарха Алексия I в Совет по делам Русской Православной Церкви при Совете министров СССР. 1945-1953 гг.», подготовленный коллективом историков – Ю.Г. Орловой, О.В. Лавинской, К.Г. Ляшенко под редакцией докторов наук С.В. Мироненко, В.А. Козлова и Н.А. Кривовой. Период, рассматриваемый историками, охватывает четверть века. Двухтомник опирается на архивы Совета по делам религий при Совете министров СССР. Каждое письмо откомментировано, воспроизведены резолюции чиновников Совета по делам религий.
Исследование ярко показывает, что совет, данный Сталиным уполномоченному по делам Церкви майору НКВД Георгию Карпову во время исторической встречи в сентябре 1943 года с тремя митрополитами РПЦ, «не стремиться быть обер-прокурором», не был им исполнен. Для Патриарха Алексия (Симанского) и других иерархов Московской патриархии Карпов стал не просто обер-прокурором, а въедливым и придирчивым начальником. Патриарх советовался с ним по малейшим делам, направлял ему тексты своих докладов и черновики писем. Такая власть не снилась обер-прокурорам царского периода, исключая, быть может, всесильного К.П. Победоносцева.
Напомним о событиях, которые предшествовали исторической встрече Сталина с митрополитами РПЦ. К 1939 году казалось, что легальная Русская Церковь практически уничтожена коммунистами. На свободе оставались четыре архиерея Московской патриархии, которые продолжали, правда, в весьма усеченном виде, свое служение. Большой террор упразднил деление на епархии и даже сам Синод Патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия. Ситуация изменилась после вторжения Красной армии на территории Западной Украины, Бессарабии, Беларуси и прибалтийских республик в 1939-40 гг. На вновь оккупированных СССР территориях продолжали действовать 64 православных монастыря, а количество служащих епископов увеличилось на 15 человек. Количество приходов в Украине резко превысило 5 тысяч. Именно поэтому митрополит Сергий счел необходимым отправить правящим архиереем на оккупированные территории своего экзарха – Николая (Ярушевича). Он руководил присоединением к РПЦ западноукраинских и западнобелорусских епархий, которые ранее находились в юрисдикции Польской Православной Церкви. 9 марта 1941 года архиепископ Николай был возведен в сан митрополита, а с 15 июля стал экзархом Украины.
22 июня 1941 года митрополит Сергий обратился к пастве с призывом встать на защиту отечества, предрекая поражение фашизма. Когда в октябре 1941 года фашисты начали подходить к Москве, из столицы было эвакуировано не только правительство, но и митрополит Сергий с несколькими епископами. В Москве его замещал митрополит Киевский и Галицкий Николай (Ярушевич). Коммунисты на время забыли о том, что считали Церковь врагом. Во время смертельной схватки с фашизмом им нужны были союзники, причем не только за рубежами СССР, но и в самой стране. В ноябре 1942 года митрополит Николай вместе с членами ЦК КПСС Ждановым и Шверником, писателем Алексеем Толстым и академиками Тарле, Лысенко и Бурденко вошел полноправным членом в Чрезвычайную Государственную комиссию по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков.
До августа 1943 года митрополит Сергий жил в Ульяновске. Предвоенные сталинские репрессии не пощадили многих из тех, кто был рядом с Сергием. На дипломатических встречах периода войны руководители Англии и США ставили Сталину условие – военная помощь будут продолжена, если будет прекращено уничтожение Церкви. Немцы на оккупированных территориях открывали храмы и монастыри, разрешая богослужения. В 1942 году были открыты Киево-Печерский монастырь и Глинская пустынь, которые в то время находились на территории, оккупированной немцами. Эти действия вызывали горячую поддержку населения. Все это создавало для Сталина и коммунистического руководства проблему, которая требовала неотложного решения.
Летом 1943 года стало известно, что глава Англиканской Церкви намерен посетить Москву и встретиться с главой Русской Церкви. Сталин принял решение о встрече с митрополитом Сергием (Страгородским). В это время делами Церкви занимался майор НКВД Георгий Карпов, которому и было поручено подготовить встречу в Кремле. Карпов Георгий Григорьевич (1898-1967) – член партии большевиков с 1920 года. С 1922 года в рядах ОГПУ. До 1936 года – замначальника УНКВД Ленинградской области по Карельской АСССР. В 1937 году назначен начальником 4-го отдела УГБ УНКВД Ленинградской области. В 1938 году награжден орденом Трудового Красного Знамени «за выполнение важнейших заданий правительства». В конце 1941 года назначен начальником 4-го отдела 3 Управления НКВД. С 1943 года полковник госбезопасности и председатель вновь созданного Совета по делам Русской Православной Церкви. Будучи председателем Совета, продолжал штатную службу в рядах госбезопасности: в 1945 году он стал начальником 5-ого отдела 2-ого управления НКГБ СССР. В 1945 году, после проведения Поместного Собора РПЦ, награжден орденом Ленина и званием генерал-майор. В 1947 году – начальник отдела «О» МГБ СССР. Был уволен из рядов госбезопасности лишь в 1955 году. Во второй половине 40-х годов успешно отбивал атаки на Церковь со стороны Михаила Суслова. В то же время не сумел добиться отмены очередного антирелигиозного штурма в 1958 году. В 1960 году был отстранен от должности председателя Совета по делам Русской Православной Церкви.
Историческая встреча в Кремле состоялась 4 сентября 1943 года. Воспоминания о ней сохранились благодаря записям Георгия Карпова. Помимо трех митрополитов, на встрече со Сталиным присутствовали министр иностранных дел Вячеслав Молотов и сам Георгий Карпов. Встреча началась поздно – почти в 11 часов ночи. Митрополит Сергий, которому исполнилось 76 лет, почти совершенно оглох – обычно близкие общались с ним, громко крича ему в ухо. Незадолго до встречи со Сталиным из-за границы ему прислали слуховой аппарат, которым он не пользовался. Но на встречу в Кремль он надел его. «Тов. Сталин, коротко отметив положительное значение патриотической деятельности церкви за время войны, просил митрополитов Сергия, Алексия и Николая высказаться об имеющихся у патриархии и у них лично назревших, но неразрешенных вопросах. Митрополит Сергий сказал т. Сталину, что самым главным и назревшим вопросом является вопрос о центральном руководстве церкви, т.к. почти 18 лет он является патриаршим местоблюстителем и лично думает, что вряд ли где есть столь продолжительные вреды (трудности), что Синода в Советском Союзе нет с 1935 г., а потому он считает желательным, чтоб Правительство разрешило собрать архиерейский собор, который и изберет патриарха, а также образует при нём синодальный орган в составе 5-6 архиереев».
Подготовка к встрече в Кремле шла с июля 1943 года, и митрополиты были прекрасно осведомлены о позиции и требованиях Запада. У них было время подготовиться ко встрече со Сталиным и изложить свои проблемы. Беседа длилась, как пунктуально указал в своей записке Карпов, 1 час 55 минут. Митрополиты на первое место поставили проблему созыва Собора для восстановления патриаршества и Синода. Причем Собора не Поместного, как было предусмотрено канонами 1917-18 гг., а только Архиерейского. Дальше беседа касалась уже деталей: «Т. Сталин спросил: а. как будет называться патриарх, б. Когда может быть созван архиерейский собор, в. Нужна ли какая помощь со стороны Правительства для успешного проведения Собора (имеется ли помещение, нужен ли транспорт, нужны ли деньги и т.д.).
Митрополит Сергий ответил, что эти вопросы между ними предварительно обсуждались и они считали бы желательным и правильным, если бы Правительство разрешило принять для патриарха титул патриарха Московского и всея Руси, хотя патриарх Тихон, избранный в 1917 году, при Временном правительстве, назывался патриархом «Московским и всея России». Тов. Сталин согласился, сказав, что это правильно. На второй вопрос митрополит Сергий ответил, что архиерейский Собор можно будет собрать через месяц, и тогда, т. Сталин, улыбнувшись, сказал: «А нельзя ли проявить большевистские темпы?» Обратившись ко мне, спросил мое мнение, я высказался, что если мы поможем митрополиту Сергию соответствующим транспортом для быстрейшей доставки епископата в Москву (самолетами), то Собор мог бы быть собран и через 3-4 дня. После короткого обмена мнениями, договорились, что архиерейский Собор соберется в Москве 8 сентября».
Через четыре дня после беседы со Сталиным, 8 сентября, 19 иерархов – 3 митрополита, 11 архиепископов и 5 епископов – собрались в Москве. Карпов сдержал обещание, несмотря на военное время, помог с транспортом. Единодушным поднятием рук епископы избрали митрополита Сергия (Страгородского) первым Патриархом советского периода. 12 сентября 1943 года состоялась интронизация нового Патриарха. И в этот же день в дарованном Церкви здании германского посольства в Чистом переулке Патриарх Сергий приветствовал прибывшую из Англии делегацию Англиканской Церкви во главе с архиепископом Йоркским Кириллом Гарбеттом. 14 сентября при Совете народных комиссаров СССР начал свою работу Совет по делам Русской Православной Церкви. Накануне этого события Молотов, курировавший новый государственный орган, посоветовал Карпову набрать сотрудников из числа работников госбезопасности. Заместителем председателя стал полковник К.А. Зайцев. Карпов вникал во все, даже самые мелкие вопросы церковной жизни и диктовал Патриарху, что ему надлежит делать и кого куда назначать.
Во время Парада Победы летом 1945 года находились на гостевой трибуне вместе с иностранными гостями. Патриарх Сергий скончался 15 мая 1944 года. Лишь спустя 8 месяцев был созван Поместный Собор, на заседаниях которого присутствовали три Патриарха – Александрийский Христофор, Антиохийский Александр III и Грузинский Каллистрат. Присутствовали также представители Константинопольского патриархата и других Церквей. На этот раз Сталин продемонстрировал союзникам, что в СССР православие будто бы абсолютно свободно. Было принято новое Положение об управлении Русской Православной Церковью. Решения Поместного Собора 1945 года, избравшего Патриархом Алексия (Симанского), были признаны определенной частью «непоминающих». Им казалось, что с канонической точки зрения Поместный Собор, в отличие от Архиерейского Собора 1943 года, выглядит более убедительно. Сообщая в СНК СССР о смерти Патриарха Сергия, Г.Г. Карпов докладывал о результатах осмотра его кабинета: «Осмотром было обнаружено в ящике письменного стола посмертное завещание Сергия, которое было запечатано личной сургучной печатью Сергия и датировано 12 октября 1941 года. В данном завещании говорится, что в случае его смерти в должность патриаршего местоблюстителя вступает Ленинградский митрополит Алексий (Симанский). Других завещательных документов не обнаружено» (ГАРФ, Ф. 6991, оп. 1, д. 3, л. 87-87 об.).
Георгий Карпов в записке, адресованной Сталину, писал: «Русская Православная Церковь, в прошлом не прилагавшая достаточных усилий для борьбы с католицизмом, в настоящее время может и должна сыграть значительную роль в борьбе против римско-католической Церкви (и против униатства), ставшей на путь защиты фашизма и добивающейся своего влияния на послевоенное устройство. Совет предлагает: а. Организовать в г. Львове православную епархию, поставив во главе ее епископа с титулом епископа Львовского и Тернопольского, который объединит православные приходы Львовской, Станиславской, Дрогобычской и Тернопольской областей». Так Совет по делам Русской Православной Церкви вбил клин в отношения православных и католиков.
Вместо списка репрессированных епископов, который передал Карпову митрополит Сергий накануне Архиерейского Собора, председатель Совета предложил свои кандидатуры из числа обновленческих епископов. Несмотря на сопротивление Патриарха Сергия, 38 епископов были приняты из обновленчества и направлены управлять епархиями. Подобное внедрение на долгие десятилетия отравило нормальное существование РПЦ, приобщив ее к «обновленческой закваске». Патриарх Алексий в письмах неоднократно жаловался Карпову на то, что епископы, принятые из обновленчества, такие как Сергий (Ларин), по-прежнему открыто продолжают жить с женами.
Когда весной 1945 года Патриарх посетил Сирию и Ливан, ему были вручены два церковных ордена – сирийская звезда I степени с лентой и ливанский орден «Кедры». 26 декабря 1945 года Патриарх обращается с письмом к Карпову, чтобы тот доложил правительству об этих наградах и получил разрешение на их ношение. Контроль за деятельностью РПЦ был настолько скрупулезным, что Патриарх Алексий отсылал Карпову на утверждение свои статьи и речи. Как гром среди ясного неба разразилось новое гонение, получившее у историков название «хрущевского», хотя инициатором и разработчиком уничтожения РПЦ был главный идеолог коммунистов М.И. Суслов. Первые попытки «прижать» РПЦ он попытался предпринять еще в 1948 году, но тогда Карпов сумел противостать Суслову. Церковь отделалась достаточно легко – посадили нескольких епископов и священнослужителей. Но, начиная с 1958 года, кампания против РПЦ нарастала с каждым годом – закрывались монастыри и семинарии, вновь бесновалась антирелигиозная пропаганда. Карпов пытался противостоять, но на этот раз последнее слово осталось за Сусловым. В 1960 году на посту председателя Совета по делам РПЦ Карпова сменил партийный чиновник Владимир Куроедов. Изменился тон писем, хотя по-прежнему все документы направлялись в Совет по делам РПЦ на утверждение. Документы свидетельствуют, что новое гонение поначалу застало врасплох священноначалие РПЦ. Патриарх Алексий решил добиваться встречи с тогдашним главой государства Н.С. Хрущевым.
7 ноября 1959 года, находясь на приеме в Кремле по случаю очередной годовщины Октябрьской революции, Патриарх подошел к Хрущеву и попросил его о встрече. Было дано поручение Карпову выяснить, чего именно хочет Патриарх. Во втором томе сборника публикуется письмо Патриарха Карпову, в котором излагается ряд проблем, которые Патриарх рассчитывал обсудить с Хрущевым в том случае, если он соизволит принять его. Письмо датировано 30 ноября 1959 года и содержит 11 вопросов, начиная от прямых оскорблений чувств верующих со стороны антирелигиозной пропаганды и кончая астрономическим повышением налогов не только на духовенство, но и на церковное производство.
Вместо встречи с Хрущевым Патриарх и митрополит Николай (Ярушевич) были вызваны 10 декабря 1959 года к Карпову. Состоялась длительная беседа, во время которой Карпов внимательно выслушал все претензии, а потом попытался ответить на них, понимая, что дни его пребывания на посту председателя сочтены. В заключение сказал: «Таким образом, подводя итоги нашей беседы, мы еще раз говорим, что с нашей точки зрения, в этих вопросах нет вопроса для постановки в правительстве».
Весной 1960 года Совет по делам РПЦ возглавил В.А. Куроедов. 13 января 1960 года ЦК КПСС принял постановление «О мерах по ликвидации нарушений духовенством советского законодательства о культах». В состав нарушений входило: строительство молитвенных зданий и покупка духовенством домов, приобретение автотранспорта, благотворительная деятельность, привлечение духовенством в храмы молодежи, а также «недемократичные» методы управления общинами. 13 марта этого же года была проведена в Совете беседа с Патриархом и митрополитом Николаем. По сути, это была угроза со стороны Куроедова и Совета прекратить какие-либо попытки противостоять антирелигиозному натиску.
Но ни Патриарх, ни митрополит Николай не вняли предупреждениям Куроедова. Они решили дать бой. 16 февраля 1960 года в помещении Кремлевского театра состоялась конференция советской общественности за разоружение. В ней от РПЦ приняли участие Патриарх Алексий I, митрополит Крутицкий и Коломенский Николай и протопресвитер Николай Колчицкий. Именно на этой конференции решено было дать отпор гонителям. Речь для Патриарха написал ответственный секретарь «Журнала Московской Патриархии» А.В. Ведерников. Текст показался излишне резким, и поначалу Патриарх отказался произнести его. Но митрополит Николай употребил всю силу своего красноречия и настоял на том, чтобы речь все-таки была произнесена. Она, видимо, потрясла обычно дремлющих на подобных мероприятиях партаппаратчиков: «Моими устами говорит с Вами Русская Православная Церковь, объединяющая миллионы православных христиан – граждан нашего государства… Как свидетельствует история, это есть та самая Церковь, которая на заре русской государственности содействовала устроению гражданского порядка на Руси, укрепляла христианским назиданием правовые основы семьи, утверждала гражданскую правоспособность женщины, осуждала ростовщичество и рабовладение, воспитывала в людях чувство ответственности и долга и своим законодательством нередко восполняла пробелы государственного закона…».
Патриарх стремился еще раз напомнить государству и чиновникам о полезности Русской Церкви. Но такая речь привела лишь к новым негативным изменениям – митрополит Николай (Ярушевич) был уволен с поста председателя Отдела внешних церковных сношений, а затем отправлен на покой. Удар, нанесенный партийными чиновниками, был настолько силен, что в конце 1960 года он скончался. Начиналась новая эпоха, и пришли новые люди.
После расправы над митрополитом Николаем Патриарх все реже вмешивался в конфликты епархиальных архиереев с уполномоченными Совета по делам РПЦ. 9 и 10 июня 1961 года заместитель председателя Совета Василий Фуров навестил отдыхавшего в Одессе Патриарха Алексия. Накануне решительной схватки коммунисты решили еще раз проверить настроения Патриарха. Сохранилась справка о беседах с Патриархом: «Патриарх выразил беспокойство тем, что «во многих районах и в целом по стране закрыто значительное количество церквей». По его мнению, «местные советские органы оказывают нажим на уполномоченных Совета по делам РПЦ…
Уполномоченные, выполняя волю местных органов власти, стали командовать епархиями, не считаясь с желанием верующих сохранить церковь и молитвенные дома». «Правящим в епархии, – говорил А(лексий), – по церковным канонам считается архиерей. Но архиерей в настоящее время не управляет, а архиерействует, а уполномоченный управляет». …Далее он стал жаловаться, что не может попасть на прием к главе правительства и лично рассказать о закрытии церквей. «Мне пишут, – говорил А(лексий), – что я плохой глава Церкви, что я не информирую и не вхожу в правительство с просьбой поддержать Церковь». Патриарх несколько раз пытался подчеркнуть, что на него плохо смотрят верующие и духовенство, считают, что «патриарх потерял своим бездействием авторитет в глазах верующих и духовенства и не пользуется уважением в глазах светских властей, правительства, которое не хочет его принять». Эти документы дают возможность проследить скрытую для посторонних глаз борьбу, которую тонко и умело вели работники Совета с Патриархом.
Терпеливо выслушивая жалобы 80-летнего Патриарха, они добивались своего: «Патриарх положительно встретил и поддержал почти все конкретные вопросы, поставленные мною в беседе по рекомендации Совета. Он выразил готовность дать указание наместнику Троице-Сергиевой лавры о прекращении торговли в иконной лавке и ликвидации «водного источника»…, давал согласие на закрытие Михайловского, Лебединского, Липчанского монастырей и монастыря «Глинская пустынь», принял предложение о переводе Одесской духовной семинарии в другое помещение. Вместе с тем, он заявил, что писать Указ о закрытии монастырей ему, как главе Церкви тяжело, но что он даст соответствующее указание правящим архиереям другим путем, устно или через Синод».
Оставались, впрочем, в РПЦ епископы, которые продолжали сопротивление. Известна позиция архиепископа Ермогена (Голубева) и девяти епископов, которые поддержали его и обратились с письмом на имя Патриарха и главы правительства после снятия Хрущева осенью 1964 года.
Изучая двухтомник, приходится признать, что наилучший способ существования Церкви и государства – раздельный. Церковь – это островок Царства Божия на земле, она призвана напоминать людям об их Божественном призвании. Цель государства – ограждать своих граждан от внешних и внутренних опасностей, чтобы их жизнь не превратилась в ад. Для этого государство часто прибегает к насилию, чего не должна делать Церковь. Сборник призывает российских христиан к осмыслению своей недавней истории.

(Статья Сергея Бычкова дана в сокращении).

– Александр Леонидович, Русскую Православную Церковь нередко упрекают в излишней обеспокоенности борьбой с так называемыми «сектами». Говорят, что это борьба между собой конкурентов за «влияние на массы»…
– Это типичный сектантский взгляд. Церковь, конечно, обеспокоена, но не потому, что «борется с конкурентами». Секты – это ни в коем случае не «конкуренты» Церкви, их борьба против неё во все времена проходила и проходит на не церковном, а на общественном поле. Современные тоталитарные секты – это общественно опасное явление, его сопровождает шлейф из разрушенных человеческих жизней, разрушенных семей… Вот это заставляет обращать на них внимание. Покойный Святейший Патриарх Алексий говорил, что Церковь у нас отделена от государства, но не отделена от общества. В этом смысле всё, что делает Церковь в деле предупреждения сектантской угрозы, – это её вклад в жизнь общества. Помогает же она бороться с алкоголизмом, наркоманией, преступностью… Это всё – явления одного порядка.

– Какой может быть реальная опасность, если влияние сект станет значительным?

– Такую ситуацию несложно представить: достаточно посмотреть, что сегодня происходит на Украине… Расколота Церковь – расколото и само общество, процветают всевозможные секты – «Свидетели Иеговы», например. Их количество в России и на Украине примерно равно – около 150 тысяч. Но если учесть, что населения на Украине в три раза меньше, чем в России, то, соответственно, в три раза больше иеговистов на душу населения. И если мы говорим о неопятидесятниках – на мой взгляд, одной из самых страшных угроз современного мира, – то мэр Киева, например, один из них, то есть секта вошла во власть. Не без их помощи прошла «оранжевая революция». Не дай Бог, чтобы этот сценарий повторился у нас.

– Можно ли сказать, что в подрывной для общества нашей страны деятельности сект заинтересованы далеко не наши друзья?
– Секты – это уже давно политический фактор, который активно используется прежде всего во внешней политике Соединённых Штатов Америки. Не нужно думать, что это специально «антирусский» или «антироссийский заговор». Это, собственно, один из инструментов политического влияния на все страны мира. США сейчас поддерживают самые разные секты во всём мире: в России, во Франции, Германии, Китае и так далее. Есть, например, «Фалуньгун» – деструктивная китайская секта, в Китае к ней очень жёстко отнеслись, её лидер сбежал в Америку. Если бы такой секты не было, американским спецслужбам её стоило бы выдумать, это – очень удобный метод воздействия на Китай. Они ведут активную антикитайскую деятельность по всей России, пикетируют китайские представительства, взламывают интернет-сайты… Если вы мне скажете, что это делают наполовину свихнувшиеся сектанты-фанатики, то я вам не поверю. В России, кстати, в «Фалуньгун» очень много русских ребят. Главный фалуньгуновец России – московский парень Ваня Шкадюк. Работают они в тесном тандеме с саентологией, хотя у них разное управление, работают они и с харизматиками: вот только что у них прошла большая международная конференция в Санкт-Петербурге, там они плечом к плечу с саентологами раздавали очень близкие по содержанию листовки.

– То есть секты, несмотря на кажущуюся разницу в их идеологии, делают какое-то общее разрушительное дело?
– Сами они могут этого и не осознавать. Потому что у каждой секты есть свои собственные планы и каждая секта стремится к мировому господству, но так или иначе все они используются теми, кто заинтересован в их использовании. Собственно, спецслужбы во всей истории использовали секты в своей деятельности. Такая секта, как бахаи, например, исламского происхождения. В общем-то, в том, что они сейчас существуют, есть вина наших российских спецслужб царского времени. Потому что их из Персии выжили, они перешли в Ашхабад, им наши русские спецслужбы оказали очень мощную подпитку, потому что рассматривали их как агентов своего влияния на Персию, где шла борьба с англичанами.

– Очень часто сектанты возмущаются, когда их организацию называют «сектой»…
– У нас действительно нет такого юридического термина «секта», все они действительно регистрируются именно как « религиозные организации», или «общественные», «политические», или ещё какие. А возмущение их схоже, скажем, с возмущением какого-нибудь рецидивиста, который возмущается: «Почему это вы меня называете рецидивистом, а не гражданином?» Организация – да, это организация. Но если мы будем исследовать, как она оценивается религиоведением, богословием, то мы имеем право употреблять те термины, которые свойственны этим наукам. Да, юридического термина «секта» пока не существует, но это не значит, что мы не можем их так называть, это не значит, что это слово не может использоваться в суде. Если нет у нас такого юридического термина – «холодильник», то это не значит опять-таки, что в суде это слово произносить нельзя. Термин «секта» введён в законодательство пока только во Франции и в Бельгии.
Что же касается разницы между Церковью и сектами, то здесь критериев очень много. Среди основных, присущих именно тоталитарным сектам, можно назвать, например, такой: вам никогда не дают полной информации об организации, куда вас вовлекают. Задача сектантского вербовщика – затащить человека в организацию прежде, чем он о ней что-либо узнал. Потому что чем больше он о ней узнает, тем меньше шансов, что человек согласился бы туда идти. Другой пример. В нашей Церкви и в других традиционных религиях нет механизмов обратного контроля. Есть определённые правила, но соблюдение их – дело совести каждого отдельного члена Церкви. Можете представить себе такую ситуацию, когда священник после литургии приказывает прихожанам не расходиться, а остаться, потому что он-де посылал по домам прихожан группу проверки, которая Великим постом обнаружила в холодильнике Ивана Петровича молоко! Иван Петрович, выйди на середину храма и объясни, почему это у тебя молоко в посту?! Но в сектах эти механизмы обратного контроля есть: человек принуждается к определённым правилам поведения, причём достаточно жёстко. Наконец, ещё один критерий, который понятен, наверное, каждому, – это наличие критического мышления. Без него не бывает свободы: свободный человек всегда критически воспринимает себя, окружающий мир, действительность. В этом легко убедиться: спросите любого православного, что ему не нравится в его храме, епархии, он может долго рассказывать, что не так. С его мнением можно соглашаться или нет, но это – факт. Когда к вам в дверь постучатся какие-нибудь иеговисты и будут расписывать, какая замечательная у них организация, можно их попросить назвать три вещи, которые им не нравятся в их организации. Посмотрите на их реакцию. Отсутствие критического мышления присуще любой тоталитарной организации, потому что если они даже помыслят хоть что-нибудь критичное, то автоматически оказываются вне секты.

– На каких людей нацелена деятельность сект?
– У каждой секты есть своя социальная ниша, у каждой секты есть своя приманка, на которую «клюёт» определённый тип людей. Кто-то интересуется восточной мудростью – к его услугам «Общество сознания Кришны», кому важна карьера – он «клиент» саентологов и т. д. С другой стороны, в секты, как правило, попадают люди, переживающие стрессовые состояния. Людям тяжело, сложно, возрастные перемены дают о себе знать (переходный возраст, стресс среднего возраста и так далее) – в этот момент внушаемость людей повышается. И если к нему в «нужный» момент подойдёт «нужный» человек, то вероятность того, что он окажется в секте, возрастает – об этом нужно помнить.

– Какой бы вы дали совет людям, которые сейчас переживают те самые стрессы?
– Всегда сохранять здравый, критический ум. Помните, что если вам обещают все, много, сразу и бесплатно, если незнакомые люди ведут себя с вами как лучшие друзья через две минуты после знакомства, то это, скорее всего, неискренне. И если от вас требуют принять решение «сейчас, немедленно, потому что потом уже будет поздно», то вам просто не дают времени на раздумье. Потому что настоящая Истина не боится сомнений, не боится проверок… Не бойся спрашивать и не бойся откладывать принятие решения. Потому что чем уклончивее будут ответы, тем больше стоит остерегаться. Проверяйте, думайте, сомневайтесь и сохраняйте здравый смысл и голову на плечах. Другой совет тем людям, чьи близкие оказались в сложной ситуации: не отворачивайтесь от ваших близких, вы можете им помочь. Потому что если вы не будете обращать на них внимания, то вы рискуете потерять близких навсегда.

– Можно ли человека вытащить из секты?
– Да, но лучший способ выйти из неё – это никогда туда не попадать. Если человек попал в секту, то его реабилитация – это длительный, сложный процесс, схожий с работой с наркозависимыми, алкоголиками. И чем крепче семья, чем крепче любовь между близкими, тем больше шансов на выздоровление.
Пётр Давыдов
Сайт Вологодской епархии

Посещение Свято-Троицкого Ионинского монастыря
27 июля 2010 года, пребывая в Киеве, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил Свято-Троицкий Ионинский мужской монастырь. Святейшего Владыку сопровождали председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата митрополит Волоколамский Иларион, руководитель Административного секретариата Московской Патриархии епископ Солнечногорский Сергий, председатель Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин, председатель Синодального информационного отдела В.Р. Легойда, заместитель председателя ОВЦС протоиерей Николай Балашов.
Предстоятеля Русской Православной Церкви встречал наместник монастыря архимандрит Иона (Черепанов) с братией обители.
В крипте Свято-Троицкого собора Его Святейшество поклонился мощам преподобного Ионы Киевского, основателя монастыря. Далее Святейший Патриарх Кирилл прошел в алтарь монастырского храма. С амвона Святейший Владыка благословил собравшихся в храме представителей православных молодежных организаций.
После вступительного слова архимандрита Ионы Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу был представлен ряд молодежных просветительских и социальных проектов: «Духовные беседы для православной молодежи», «Православное волонтерское движение «Молодость неравнодушна», «Движение православных скаутов Украины», «Международная общественная организация «Верное казачество», «Духовно-просветительская работа с православной общиной глухих», «Православный журнал для молодежи Отрок.ua». Презентации сопровождались показом фото- и видеоматериалов. Святейшему Владыке был вручен комплект полного собрания сочинений Н.В. Гоголя.
В заключительном слове Его Святейшество поделился своими размышлениями о перспективах развития молодежной работы в Церкви.
На молитвенную память о встрече Предстоятель РПЦ передал Свято-Троицкому Ионинскому монастырю икону преподобного Сергия Радонежского. Также Святейший Владыка благословил раздать всем молящимся, которые пребывали в храме, иконки Пресвятой Богородицы.