Митрополит Вострский Тимофей, Экзарх Пресвятого Гроба Господня на Кипре представлял Иерусалимскую Православную Церковь на торжествах по случаю 30-летия возрождения монашества в Свято-Успенской Киево-Печерской Лавре. О своих визитах в Киев 30 и 40 лет назад и о том, как изменилась Лавра с тех пор, об опыте Патриарха Иерусалимского Диодора в попытках преодолеть разделения в Церкви и о своих взглядах на проблему раскола и единения Церкви в Украине, а также о роли государства в религиозной жизни и последствиях вмешательства в дела церковные.

О Киево-Печерской Лавре: к 30-летию возрождения монашеской жизни

Мне посчастливилось посетить Киево-Печерскую Лавру в разные этапы ее жизни.

В 1974-ом году я прибыл в Киев как член делегации Иерусалимского Патриархата в ответ на визит в Иерусалим Патриарха Пимена (1910 – + 1990). Мы посетили Лавру — как музей. Душу охватывала боль, что такое святое место, где чувствовалась благодать подвижников — Печерских преподобных, оставалось без богослужений и монашеской жизни.

Конечно, в таких святых местах никогда не оскудевает благодать Божия, поэтому верующие люди не должны терять надежды или сомневаться в их возрождении. Даже когда эти святые места являются объектами гонений, всегда нужно надеяться и верить, что будет лучшее время, более приятное…

В 1988-ом году мы приезжали в Киев с Патриархом Диодором (1923 – +2000). Это было первое посещение Киева для Иерусалимского Патриарха, и мне приходилось исполнять роль гида, поскольку я лучше других делегатов знал эти края. Я рассказывал Патриарху Диодору о Лавре и он был очень тронут.

Советская власть в это время разрешила возобновить церковную жизнь в обители. Это произошло по милости Божией и по требованию Церкви. Так сложилось, что именно Патриарх Диодор возглавлял первое Патриаршее богослужение в Киево-Печерской Лавре. Служба совершалась под открытым небом возле Дальних пещер, чувствовалось, что кроме окружавших нас архиереев, духовенства и верующих, присутствовали там печерские святые угодники.

Я с трепетом вспоминаю это событие, которое было потрясающим духовным опытом! Моим глазам открылось чудо Божие! Кто мог ожидать во времена Советского Союза, когда все еще помнили слова Н.Хрущева «Обещаю, вскоре мы покажем последнего священника по телевизору!», что будет возрождение Лавры и многих других монастырей и церквей. Это великое дело!

Таким образом, Патриарх Диодор своим служением в Киево-Печерской Лавре, своим присутствием поставил как будто печать на новой, духовной жизни Лавры. И я глубоко тронут, что ныне мне вновь посчастливилось участвовать в праздновании 30-летия возрождения монашества в Киево-Печерской Лавре. Я расцениваю это как особое благословение для меня. Это историческое событие не только для Украинской Церкви, но и для Иерусалимской Церкви.

Нельзя забывать, что Иерусалимские Патриархи играли важную роль в утверждении Православия в Украине. Когда Украина была под властью Польши, здесь имело сильное распространение униатство. Но Иерусалимский Патриарх Феофан III (1608 —+1644), защищая Православие, тайно рукополагал украинских архиереев, дабы возобновить иерархию и утвердить Православие в Украине. Этот святитель достоин прославления в лике святых. Иерусалимская Церковь не чужда Украине. Можно с уверенностью сказать: Иерусалимские Патриархи часто являлись духовными руководителями Православной Церкви в Украине.

Теперь вы можете представить, какие чувства переполняли мою душу и с каким духовным подъемом я служил на Божественной литургии 23 июля 2018 года в Успенском соборе Киево-Печерской Лавры.

После визита в Киев в 1988-ом году мне нечасто доводилось посещать Лавру. Сегодня могу свидетельствовать о том большом возрождении Лавры, можно сказать, что это процесс от тьмы — к свету. Это колоссальная работа братии, нынешнего наместника митрополита Павла. Произошли изменения не только внешние, но и в духовной жизни. После открытия Лавры здесь подвизалось немногочисленное братство, а сейчас это — 220 монахов. Духовная жизнь в обители возродилась — и теперь добавляются новые и новые братия, которые молятся за мир во всем мире и в Украине в частности.

Каждый паломник, в том числе и я, посещая Лавру, обращаемся к святым затворникам и мученикам Печерским с молитвами о заступничестве в трудностях. Особенно почитаемы мною, естественно, основатель обители прп. Антоний и прп. Варлаам, первый игумен Киево-Печерской Лавры, который посещал Иерусалим и привез сюда благословение Святой Земли. Также среди многочисленных киево-печерских преподобных мне близок святой Агапит, который являлся безмездным целителем и врачом.

О паломничестве на Святую Землю: что не упустить

Для каждого православного паломничество — это пятое Евангелие. Потому что то, о чем человек слышит во время Богослужения или читает в Евангелии, на Святой Земле может потрогать. Если христианин прикасается к святыням и видит своими глазами святые места, связанные с Господом, то ощущает особую благодать и утверждается в вере. Но это не значит, что для обретения крепкой веры обязательно посещать Святую Землю. Если человек живет со Христом, то может одним лишь духовным взором охватить все святые места.

Конечно, не у каждого паломника такая глубокая вера, которая позволяет избегнуть всех искушений и соблазнов во время паломничества. Поэтому паломник должен сосредоточиться на спасительных делах Господа и ощутить, что Господь Бог воплотился для нашего спасения.

О Патриархе Иерусалимском Диодоре и его трудах по преодолению разделений в Церкви

Я прожил рядом с Патриархом Диодором 21 год. Утром, днем, вечером мы трудились и молились бок о бок. По моему скромному мнению, Патриарх Диодор был утверждением Православной веры, и это он доказывал своими действиями и словами. Патриарх стремился к тому, чтобы все Православные Церкви были едины. Иногда он задавался вопросом: «Как мы, православные христиане, можем иметь диалог с иноверцами, и в то же время не ищем путей единения между православными?». Патриарх, к примеру, иногда принимал у себя и беседовал со старостильниками Греции, и он с любовью старался им объяснить важность каноничности и единства Церкви. Патриарх Диодор с любовью относился ко всем православным!

Результатом его желания видеть единство Православной Церкви было его предложение всем православным предстоятелям собраться вместе и обсудить актуальные вопросы вселенского православия. В основе первой встречи Глав Православных Церквей, которая произошла в Константинополе в 1992 году, лежала инициатива Иерусалимского Патриарха Диодора. Я лично помню, что во всех его визитах к православным предстоятелям Поместных Церквей он подчеркивал важность таких встреч. Он был сторонником диалога, но чтобы диалог имел какой-то разумный процесс. Например, причина, которая побудила его прекратить диалог с инославными церквями, это введение женского священства в Англиканской церкви и неприемлемые для православия вопросы, стоявшие перед Всемирным советом церквей. Например, там решали, есть ли Бог женского или мужского рода и тому подобное.

О расколе в Украине и главном условии объединения украинского Православия

Православная Церковь всегда молится за объединение всех. Это является заповедью Господа, чтобы были все едины. Если мы — православные, то не должны оскудевать в своих стараниях приблизиться друг к другу и быть едиными. Но, согласно заповеди Христа, на это должна быть и человеческая воля.

Что касается раскола в Украине, то это печальное событие. Относительно объединения слышны разные сценарии. В Украине Православная Церковь достойно несет свое служение под омофором Блаженнейшего Митрополита Онуфрия, которого все Православные Церкви признают и имеют с ним литургическое общение. Его духовность и любовь к молитве и Церкви являются теми факторами, которые помогут объединению православных Украины. Он должен продолжать такую свою миссию и быть открытым для всех, кто хочет объединиться.

Несомненно, что объединению Православной Церкви в Украине все будут рады. При условии, что это будет объединение каноническим. А вопрос каноничности относится к компетенции всеправославной Церкви, которая на протяжении веков выработала соответствующие каноны, утвержденные Вселенскими Соборами Церкви.

К объединению нужно подходить со смирением, имея целью лишь добро Церкви и не думать о личных выгодах. Сегодняшний мир полон соблазнов. Поэтому условием для объединения должны быть любовь к Церкви, смирение и исключение личных интересов и стремления к власти.

Из церковной истории мы имеем опыт, что государственные службы могущественны и могут осуществлять все, что им заблагорассудится, как это было во времена Советского Союза. Власть тогда думала, что правильное решение – закрыть все церкви, изгнать и убить сотни священнослужителей, архиереев и простых верующих. Но это не значит, что это было правильно. Прошло время, и история осудила их действия. Важно понимать, что государство преследует свои интересы, которые меняются со временем, под влиянием обстоятельств. Но Церковь живет своей жизнью, имеет собственное духовное направление, которое неизменно никакими мирскими обстоятельствами и условиями.

О заявлениях в СМИ о том, что якобы Поместные Церкви игнорируют торжества УПЦ

Как можно говорить о том, что Поместные Церкви игнорируют 30-летие возрождения монашеской жизни в Киево-Печерской Лавре и 1030-летие Крещения Руси? Ведь на них участвуют официальные представители Поместных Церквей. Мое участие на торжествах возрождения Лавры проходит по благословению Блаженнейшего Патриарха Иерусалимского Феофила. Также на празднование 1030-летия Крещения Киевской Руси приезжает другой архиерей из Иерусалима — архиепископ Иорданский Феофилакт, глава Церковного суда, ответственный за всемирное святое место для христиан – Вифлеемскую пещеру и базилику храма Рождества Христова, он представитель Патриарха в Вифлееме и член Синода. Как я знаю, приехали представители и других Поместных Церквей.

Любой клирик, если он имеет официальное полномочия от главы Поместной Православной Церкви или ее Синода участвовать на мероприятии той или иной Поместной Церкви, то в его лице присутствует и вся Поместная Церковь. Из истории мы знаем, что на Вселенских Соборах могли представлять Поместную Церковь не только архиереи, но священники и диаконы. Сан представителя не имеет значения, главное, что он официально уполномочен представлять Поместную Церковь.

Пожелания верным УПЦ

Соблазнов много в мире от лжебратий, как говорит св. Апостол Павел. Диавол старается всячески свернуть верующих с пути Истины. Верующим необходимо доверять своему священноначалию и следовать за ним, подражать в духовной жизни и спасаться послушанием. Необходимо следовать за истинными пастырями канонической Церкви и слушать их наставления. Доверяя нашему священноначалию, нашим духовным наставникам, мы достигнем нашего спасения.

Беседу вели Сергей Шумило, директор Международного института афонского наследия и

Валентина Гордийчук, Информационно-просветительский отдел УПЦ

- Владыка, известно ли о состоянии пострадавших в результате трагедии?

- На сегодня связь с ними установить не удалось, потому что Кировское находится в зоне боевых действий. В Кировском снаряд попал и в больницу, в результате чего погибли два человека. Больницу врачи покинули, остался только младший медицинский персонал, который не пригоден для оказания помощи в таких тяжелых случаях. Поэтому самых тяжелых отвезли в Донецк, священника с матушкой — в Шахтерск. С Донецком и Шахтерском связь пока установить не удается. В течение завтрашнего дня мы сможем получить всю информацию и о том, какое проводится лечение, и о том, какая необходима помощь.

- Попадание снаряда в храм было, на Ваш взгляд, случайным или нет?

- Мне трудно представить человека, который берет снаряд и запускает его в храм. Но когда количество обстрелянных и сожженных храмов становится таким огромным и гибнут люди, при этом рядом с нашими храмами ни в одном из случаев не было ни блокпостов, ни военной техники, ни каких-то штабов, то складывается, конечно, ощущение, что храмы становятся целями. Хотя я честно скажу, мне в это верить не хочется.

- Какова сейчас обстановка в епархии?

- У нас в епархии за этот месяц два храма уничтожены полностью, шесть храмов пострадали в результате обстрелов. Я сам не один раз под обстрел попадал, поэтому у нас никто не застрахован от того, что завтра-послезавтра это случится с ним. Мы надеемся только на Бога. Ни ООН, ни ОБСЕ, ни другим международным организациям, наверное, нет дела до того, что с нами происходит. Думаю, что сейчас в Луганске ситуация еще хуже, чем у нас. В Луганске живут мои родственники, которых я не успел вывезти до того, как уже туда въехать было невозможно. Больше десяти дней с ними нет связи, я даже не знаю, живы они или нет. Часть моей епархии находится под контролем украинской армии, часть — под контролем ДНР.

- Насколько мы можем судить по сообщениям, которые доходят до нас, духовенство не покидает зону боевых действий и остается с паствой.

- Число тех, кто остался, приближается к 90 процентов. Есть уехавшие, их тоже немалое количество — немало для нас, потому что их некем заменить, нам тяжело сейчас окормлять те приходы, которые они побросали. И те, кто остался, — это люди, которыми я горжусь. Я здесь уже восьмой год служу. Пока меня отсюда не выгонят, я отсюда никуда уезжать не собираюсь в любом случае.

Когда встречаешься с людьми по обе стороны баррикад, начинаешь понимать, что все не так просто. Я не так много видел людей, которые действительно готовы убивать и стрелять в мирных жителей. Большинство людей, с кем я ни поговорю с обеих сторон, войны не хотят, а война продолжается. Жертвы с одной и с другой стороны порождают взаимную ненависть. То, что было полгода назад, и то, что сейчас, — не одно и то же. Шансов все остановить полгода назад было больше. Сейчас все в кучу, и подвести какую-то общую черту под этим очень сложно.

Мне кажется, что людям, которые жили в 1941 году или 1943-м, было легче, потому что было белое и черное. А когда происходит такая страшная мясорубка, это тяжело и нравственно, и морально, и ощутить, кто твой враг, довольно сложно. Это представители одного народа, которые друг друга убивают. Хочется сказать: «Ребята, бросьте автоматы, обнимитесь, простите друг друга и начинайте строить мирную жизнь». Но я знаю, что, к сожалению, ни те, ни те меня не услышат: градус уже такой, что мы можем только молиться о том, чтобы этот градус понизился, а кровопролитие остановилось.

Я не вижу никаких человеческих сил, которые могли бы это остановить. Только Господь Своей силой может это сделать. Церковь, на мой взгляд, не должна становиться стороной конфликта в гражданском противостоянии. Мы должны говорить правду обеим сторонам и в какой-то мере способствовать их примирению. А для того, чтобы иметь право это делать, нужно ни в коем случае не позволять себе ни на малейший миллиметр кривить душой — ни ради конъюнктуры, ни ради политики, на ради того, чтобы сказать кому-то то, что он хочет услышать.

— Ваше Блаженство, прежде всего, позвольте поздравить Вас с избранием на Киевскую митрополичью кафедру и пожелать Вам помощи Божией. Какие задачи стоят сегодня перед Украинской Церковью? На что Вы как ее Предстоятель намерены обратить внимание в первую очередь?

— Главная задача Церкви во все времена — способствовать очищению человека от греха и примирению с Богом. В этой связи примирение всех наших сограждан с Богом, и, как следствие, друг с другом остается нашей первоочередной обязанностью.

— Как-то Вы сказали, что одна из задач Церкви — быть посредником между властью и обществом. В чем именно состоит эта посредническая функция в современной Украине, учитывая сложность ситуации и неоднородность украинского общества?

— Церковь всегда встает на защиту той части общества, которая не может сама себя защитить от своеволия, от нищеты. Но, разумеется, только своими силами мы зачастую не можем эффективно решать многие задачи в этой сфере. И посредническая функция Церкви заключается в том, чтобы напоминать властям, что проблема существует, что есть люди, которым нужно помочь.

— Что может сегодня сделать Церковь для умиротворения враждующих сторон и прекращения конфликта?

— Не являясь участницей конфликта, Церковь сегодня призывает стороны к диалогу. Призывает людей, которые имеют отношение к происходящему на Востоке, прекратить кровопролитие, сесть за стол и найти решение проблемы в других человеческих формах.

— Сейчас уровень напряженности и агрессии в обществе очень высок. Что на Ваш взгляд нужно предпринять христианам, чтобы изменить ситуацию?

— Надо бороться с грехом, который, собственно, и делает человека агрессивным, злым, способным на самые крайние, негативные поступки. И Церковь не устает напоминать об этом людям. Мы говорим, как Господь учит нас вести себя в тех или иных жизненных обстоятельствах, а, кроме, того молимся, чтобы Господь помог людям стать лучше духовно. Истоки любого конфликта в сердце человека. Оттуда исходят и все беды. Когда люди не имеют мира с Богом, они не имеют мира с самими собой, со своими ближними. И начинается война. Сначала брань идет внутри человека, потом, по мере того, как человек старается заглушить в себе голос совести, эта брань выплескивается наружу и с течением времени перерастает в крайние формы, которые мы наблюдаем сейчас. Поэтому, чтобы остановить войну в масштабах страны, нужно сперва прекратить ее в сердце каждого отдельного человека.

— Для борьбы с грехом, человек призван жить духовной жизнью. Как священники могут помочь в этом своим прихожанам?

— Для того, чтобы повысился духовный уровень наших прихожан, должен сперва повыситься духовный уровень каждого из нас, служителей Церкви. Если этого не будет, то чему мы сможем научить нашу паству, каким примером? Надо всегда начинать с себя. Помните, как говорил преподобный Серафим: «Стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи». Ты сам примирись с Богом по-настоящему. И тогда можешь ничего особенно не говорить. Тысячи возле тебя умиротворятся и будут спасены.

Само же духовное возрастание происходит в храме, на общественной молитве, и дома, в личной молитве. Оно совершается благодатью Божией, которая дается человеку в беседе с Богом, Источником благодати.

— Одна из серьезных проблем, возникших некоторое время назад — поток беженцев из восточных регионов. Занимается ли Церковь этой проблемой?

— Разумеется, в силу своих возможностей наша Церковь помогает беженцам. Мы отправили около полутора сотни тонн гуманитарного груза на Донбасс, собираем и распределяем среди нуждающихся денежные средства, принимаем беженцев при храмах и монастырях. Например, сейчас в Святогорской лавре живут около 400 беженцев, из них 200 детей. А сама Лавра кормит каждый день по 10 тыс. человек, которые приходят в обитель из города, потому что там, где они живут, разрушены коммуникации и нарушено снабжение.

Сегодня вообще социальное служение Церкви становится важнее и востребованнее. Нам не следует забывать, что Церковь всегда, помогая человеку соборной молитвой, при наличии возможностей, оказывала материальную поддержку, выступала на защиту слабых и обездоленных.

Важно также, что в социальном служении Церковь всегда находит точки соприкосновения с самыми разными слоями общества, с государственными и коммерческими структурами. Занимаясь социальным служением, мы вместе делаем одно дело, которое благотворно отражается на каждом из участников этого общего процесса.

— Какими качествами, на Ваш взгляд, должен в первую очередь обладать епископ?

— Думаю, что епископу должны быть свойственны живая вера, которая свидетельствуется делами, терпение, страх Божий, смирение, кротость. А к этому уже прилагается мудрость. Если человек заботится об умножении названных добродетелей, Господь умножает ему мудрость и помогает нести бремя епископского служения.

— В своем духовном завещании митрополит Владимир говорит о важности свободы и соборности в Церкви. Как Вы понимаете эти категории: свобода и соборность?

— Подлинная свобода в христианстве подразумевает свободу от греха. По-настоящему свободным может быть только тот, кто освободился от греха, перестал быть ему рабом. В Церкви свобода вырастает из исполнения заповедей Божиих, которые определяют, что для человека полезно или допустимо, а что способно нанести ему вред. Исполняя заповеди, человек освобождается от греха. Что же касается соборности, то она подразумевает уважение к ближним, к тем, кто составляет церковное тело, побуждает людей смиряться друг перед другом. Единоличное принятие решений приводит к гордыне, самоуправству, соборность же — к взаимному уважению и смирению. А за это Господь дает разумение истины.

— В последнее время Церковь подвергается нападкам с разных сторон. Успеваете ли Вы реагировать на вызовы извне?

— Мы должны сосредоточиться на своем основном служении. На каждый роток не накинешь платок. Полностью оградить себя от скорбей, поношений и нареканий невозможно. Наш пример — это Спаситель, который, даже будучи безгрешным, терпел поношения. Что уж говорить о нас, грешниках. Не зря Он сказал: «Меня гнали, и вас будут гнать» (ср. Ин. 15:20). Главное мы должны совершать свою миссию. Человек, ведущий духовную жизнь, на каком-то этапе перестает обращать внимание на того, кто его поносит. Не важно, как о нас будут судить люди. Главное, как будет судить Бог.

— Что бы Вы хотели пожелать нашим читателям?

— Мне бы хотелось пожелать всем нам терпения. Надо терпеть друг друга такими, какие мы есть. Желаю также, чтобы каждый из нас, несмотря на занятость и суету находил время для молитвы — одного из главных средств духовного очищения. И, конечно, здоровья вам и Божиего благословения.

Беседовал диакон Евгений Мурзин

«Церковный вестник»/Патриархия.ru

- Воистину Воскресе!
Подобная инициатива может вызвать только полное одобрение и солидарность, какими бы общественными силами она ни была предпринята. Отношение Православной Церкви к абортам однозначное — это грех детоубийства, самое страшное, что только могут совершить родители по отношению к своему ребенку.
Вот что говорится по этому поводу в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви: С древнейших времен Церковь рассматривает намеренное прерывание беременности (аборт) как тяжкий грех. Канонические правила приравнивают аборт к убийству. В основе такой оценки лежит убежденность в том, что зарождение человеческого существа является даром Божиим, поэтому с момента зачатия всякое посягательство на жизнь будущей человеческой личности преступно.

— Но ведь говорят, что введение запрета на совершение абортов является посягательством на права женщины…

Любое право одного оканчивается там, где начинается право другого.
И здесь следует строго подчеркнуть полноту ответственности не только женщин, но и мужчин, иногда по вине которых женщина вынуждена пойти на этот отчаянный шаг.
Так называемая свобода выбора несопоставима с бесценным даром жизни, которым наделен Творцом каждый человек с момента зачатия. Ведь во всех иных случаях общество осуждает любое посягательство на человеческую жизнь. Почему же в этом случае делается исключение?
Признавая право на совершение аборта, государство и общество вносят червоточину бесчеловечности и аморальности в основные принципы своего бытия. Но и помимо нравственной стороны вопроса, необходимо сказать об иных угрозах для жизни нашего государства, население которого уменьшилось на несколько миллионов человек и продолжает стремительно сокращаться. Речь идёт уже о вымирании нации. И одна из главных причин этого — именно аборты.
Помимо прямого воздействия на сокращение численности народа Украины, аборты имеют и косвенные негативные последствия. Речь идет о психическом и физическом здоровье матери, которому наносится непоправимый ущерб. Зачастую последствием одного или нескольких абортов становится полная неспособность женщины к дальнейшему деторождению. Да и само общество, признающее право матери на убийство находящегося в её утробе младенца, не может быть цельным и здоровым, не может иметь твердых моральных основ своего существования, а потому неизбежно обречено на неуклонную деградацию и вымирание, что мы с сожалением и наблюдаем сегодня.

— Не произойдет ли так, Владыка, что с введением запрета, как это часто бывает в нашей жизни, те, кто собирался сделать аборт, все равно будут осуществлять свое желание, только уже незаконным путем? Какие нужно принять меры государству, чтобы данный закон не стал камнем преткновения в своде выбора человека? И что должно лежать в основе такого решительного шага общества и руководства страны?

Самое главное, чего мы все, граждане Украины, добьёмся принятием данного закона — это снятие с государства и общества в целом тяготевшего над ними долгие годы тяжкого груза сопричастности этому страшному греху и нравственной ответственности за его широкое и безнаказанное распространение.
А по поводу рассуждений о том, что, мол, желающие сделать аборт все равно найдут незаконные пути к достижению цели, то такая логика абсолютно порочна. В таком случае, не надо и наркотики запрещать — ведь всегда будут изыскиваться пути к их нелегальному распространению, не надо запрещать и взяточничество — желающие дать или получить взятку будут изобретать все более изощрённые способы обойти закон, и так далее.
Не об этом нам должно думать, а о том, как уберечь зачастую еще мало что разумеющих молодых людей, будущих матерей и отцов, от непоправимого шага. Для этого важны не только запретительные меры (которые, безусловно, должны иметь место, в том числе, и в отношении бесчестных врачей, если таковые будут попирать закон), но и разъяснительные, и поощрительные. Нужна масштабная социальная позиция общества и целенаправленная государственная программа по воспитанию в народе, особенно у молодого поколения, таких духовных и социальных ценностей, как семья, материнство, благоговение перед бесценным даром жизни. Необходимо прививать молодежи чувство ответственности за свои деяния, за судьбу семьи, народа и страны.
Каноническая Украинская Православная Церковь делает все, чтобы развивать и утверждать эти непреходящие ценности, как части христианской системы жизненных координат в среде нашего народа. Но, к сожалению, Церковь на сегодняшний день не обладает теми мощными информационными возможностями, которые имеет государство. Необходимо, чтобы государство в союзе со всеми здоровыми силами общества и, прежде всего с Украинской Православной Церковью, являющейся той Церковью, к которой искони принадлежал украинский народ и которая сегодня охраняет его вековые духовные традиции, занялись осуществлением целенаправленной политики по борьбе за ценности семьи и материнства, начиная от школьной скамьи. Если все мы не поставим перед собой такой цели – значит, общество наше не сможет решить ни нравственных, ни государственно-политических, ни экономических задач, стоящих перед ним. Оно станет во всех смыслах бесплодным.

— Ваше Высокопреосвященство, Вы упомянули о деятельности Церкви по борьбе за ценности семьи и материнства. Что делается в этом направлении в Одесской епархии, и какая проводится просветительская деятельность?

В нашей епархии по моему благословению с 2009 года действует православный просветительский медико-психологический центр Жизнь, возглавляемый прекрасным пастырем, отцом семерых детей, клириком Одесской епархии, протоиереем Андреем Коробчуком. В Свято-Успенском кафедральном соборе совершаются постоянные молебны о рождении и спасении детей, собирающие уже сотни верующих. Информация о деятельности центра Жизнь распространяется во всех храмах Одессы.
Деятельность центра весьма обширна, назову лишь некоторые ее направления. Проводятся ежемесячные просветительские акции Поставь свечу!, совершаемые прямо на улице возле входа в храм, которые вызывают огромный интерес у молодых одесситов и в ходе которых проводится разъяснительная работа с невоцерковленными людьми. Работает телефон доверия для кризисных беременных, посменное дежурство на котором осуществляют 16 консультантов. Ведётся интернет-консультирование. Организован склад вещевой и гуманитарной помощи беременным из малообеспеченных семей — помощь в 2011 году оказана 80-ти девушкам. Центр проводит издание и распространение листовок, размещает рекламу на транспорте, привлекает волонтеров. Также в центре нуждающимся предоставляют помощь квалифицированных специалистов: психолога, врача и священника. Налажено сотрудничество с целым рядом одесских аптек.
Очень важно отметить, что в 2011 году поистине подвижническими трудами сотрудников центра Жизнь 25 беременным девушкам из малообеспеченных и неблагополучных семей, а также матерям-одиночкам была оказана систематическая духовная, психологическая и финансовая поддержка на протяжении всего периода беременности, в результате чего многие из них отказались от первоначального намерения совершить аборт. Деятельность центра Жизнь отмечена многими наградами, а недавно письменную благодарность епархии, руководителю и сотрудникам центра выразил председатель Синодального отдела по церковной благотворительности и социальному служению Русской Православной Церкви епископ Смоленский и Вяземский Пантелеимон.
Но еще и еще раз повторюсь: усилия одной только Церкви и православных волонтеров недостаточны для того, чтобы в масштабах всей страны изменить ситуацию. Мы ждем, что государство сделает наконец-то шаг в защиту священного дара жизни, шаг, который может стать началом пути от края бездны к возрождению нации.

http://timer.od.ua/intervyu

– Василий, 21 февраля состоялся Священный Синод УПЦ, вокруг которого столько копий было сломано: то его объявляли, то отменяли, наконец, провели и сняли секретаря Предстоятеля УПЦ архиепископа Александра (Драбинко) с должности руководителя ОВЦС, вывели из состава постоянных членов Синода…
– Действительно, ситуация была достаточно нелепой. Накануне Синода управляющий делами УПЦ архиепископ Митрофан признался, что архиереи уже устали от постоянных информационных «сюрпризов» – то захват власти в УПЦ, то ГКЧП, то узурпация, то церковный переворот и пр., – высосанных из пальца инсинуаций, раздуваемых униато-раскольничьей и светской антицерковной прессой. Распространением лжи и травлей занялись даже общенациональные каналы. Я написал перед Синодом реплику «О телеканале Коломойского и ветхозаветном хамстве» на сюжет всеукраинского телеканала «1+1», в котором в непотребном виде был показан Блаженнейший Митрополит Владимир, а высшие иерархи УПЦ – оклеветаны. И эта кампания по дискредитации священноначалия длилась много месяцев. Архиепископ Александр был уличен в причастности к ней, в результате он лишился поста руководителя ОВЦС УПЦ, был выведен из состава постоянных членов Синода. Обо всем этом подробно рассказал журналистам по окончании заседания Священного Синода управляющий делами УПЦ архиепископ Митрофан.

– Но формулировки Синода были достаточно жесткими…
– Потому что дело касалось попыток внести вражду в саму Церковь. На тех же «плюсах» объявили, что, пользуясь болезнью Предстоятеля, злокозненная промосковская группа «епископов» пытается захватить власть в УПЦ, устранить от ее руководства ближайших соратников Блаженнейшего Митрополита, патриотов. «Группой» были объявлены высшие иерархи УПЦ, действительные многолетние соратники Блаженнейшего – митрополиты Агафангел, Иларион, Павел, архиепископ Митрофан, а их жертвами – молодые помощники Блаженнейшего Митрополита – архиепископ Александр (Драбинко) и священник-ключарь. Первые выполняют коварный замысел Святейшего Патриарха Кирилла, хотят лишить УПЦ автономии, превратить ее «вместе со всем имуществом и верующими» в «обыкновенную епархию Московского Патриархата», а вторые вместе с тяжелобольным Блаженнейшим Митрополитом Владимиром – героически этому сопротивляются. Даже анафематствованный М. Денисенко-Филарет не был в своих наветах на Церковь так глуп! У нас, как ты понимаешь, никогда не было недостатка в желающих разжечь антицерковный пожар – уния с расколами не дремлют, – но чтобы дровишки подносили свои – это новое. Поэтому решение Синода и было жестким.

– Архиепископ Александр признал свою вину. И ситуация стабилизировалась?
– Она и была стабильной, истерика-то поднята лишь в Сети да околоцерковных СМИ. Впрочем, и для них владыка Александр – только три строчки в первом абзаце, информационный повод, чтобы выплеснуть яд инсинуаций на Синод, Церковь, Патриарха. Верующих, переживших эпоху государственного богоборчества, этим, конечно, не удивишь и не растревожишь. И не такое читали. По моим наблюдениям, наше униато-раскольничье информпространство функционирует в режиме переполошившегося курятника: пока последняя «переляканная» несушка, вплоть до филаретовца Зори, саентолога Еленского, иных самых пропащих блогеров, свое не откудахчет, курятник не утихомирится. Причем, если первые из переполошившихся кур еще как-то соображают, о чем звон и перезвон, то крайние вопят уже без всякого толка и смысла. Последняя по времени статья на униато-раскольничьем сайте «Религия в Украине» вышла под заголовком «Путину подарили украинскую церковь». Оцени диканьковскую длину ассоциативной мысли: от увольнения молодого церковного чиновника до премьер-министра России.

– Я посмотрел материалы СМИ – о Блаженнейшем Митрополите Владимире пишут положительно…
– Конечно. Все, кто годами и даже десятилетиями травили Митрополита и Украинскую Православную Церковь, преобразились в его горячих защитников, даже лидеры унии и раскола. У нас есть такой заангажированный и лживый еженедельник «Зеркало недели», который, сколько помню, за многие годы ни разу не удосужился взять интервью у Блаженнейшего, всегда обходился антицерковными наветами своего аналитика Екатерины Щеткиной, которые нам приходилось опровергать. А теперь замредактору Сергею Рахманину как-то удалось пробраться в клинику и взять у больного Митрополита интервью. Щеткина тоже выдавила крокодилью слезу о Блаженнейшем под щемящим заголовком «Пошатнувшегося – подтолкни». Иродиада оказалась сердобольной.

– Это интервью стоит и Интернете, с моей точки зрения, – чистая провокация. Вопросы-то какие: вы запретили, архиереи – провели; ваших помощников изгоняют; в синодальной комиссии нет близких вам людей; без вас руководят УПЦ люди, не видящие смысла в автономии; Святейший Патриарх Кирилл якобы признал вас недееспособным и пр. Как допустили к Блаженнейшему антицерковную газету? Ведь это единственное его интервью за последние полгода, если не год? Неужели нельзя было пригласить какое-то церковное издание?
– Согласен, провокация примитивная, технологическая, когда клевета, заключенная в вопросах, распространяется вместе с ответами Предстоятеля и попадает на церковные сайты. Церковные же СМИ просто берегут Блаженнейшего и боятся утомлять его беседами. Пусть поправится. Да и вообще я не помню, чтобы какие-то СМИ допускали к нему в больницу для интервью и бесед, хотя желающих – пруд пруди.

– Продолжая тему СМИ, хотел бы поговорить об интервью митрополита Одесского и Измаильского Агафангела о выборах в России. Оно живо обсуждается и в церковной прессе.
– Я не могу понять, почему оно вызвало такой ажиотаж. У нас в Украине из общественных и политических деятелей только ленивый еще не высказался о российских выборах, событиях на Болотной. А почему нельзя изложить свое мнение православному иерарху, он разве, как в советское время, поражен в каких-то своих гражданских правах? У нас множество людей, ничего не значащих, пытаются быть притчею на устах у всех. Митрополит Агафангел – это, напротив, очень значащий человек в религиозной и общественной жизни Украины последних десятилетий. Он стал митрополитом еще в советские времена, был депутатом Верховной Рады первого демократического созыва 1990-го года. Шел на выборы в парламент по Виннице, где был тогда архиереем, обойдя и секретаря обкома партии, и известного националиста Муляву, и многих других. Любопытная деталь: лидер националистов в парламенте Игорь Юхновский в 1991 году отчего-то побоялся подписать Декларацию о государственном суверенитете Украины, а митрополит Агафангел – подписал. У нас в фойе здания парламента висит огромное живописное полотно, изображающее принятие этой декларации и парламентариев-отцов независимости. На нем изображен и наш митрополит, благословляющий это собрание. Так что владыка Агафангел – личность вполне легендарная. Он имеет все основания говорить нашим президентам о том, какую Украину, процветающую, свободную, независимую, в братском союзе с Россией и другими постсоветскими странами они создавали, принимая декларацию, и до каких процветания, свободы и братства наши правители ее довели. И говорил открыто всем четверым. Несмотря на травлю, всегда мужественно поддерживал Виктора Януковича, даже список регионалов в облсовет возглавляет, и не первый год. Меня поражает, что сегодня ему травлю устраивают провластные СМИ и деятели-регионалы. Когда он выступал за Януковича – это было великое благо для Украины, когда поддержал Путина – объявлен непатриотом, поскольку с оранжевых времен патриотом у нас может считаться только русофоб.

– Одно дело – выборы в своей стране, другое – в соседней…
– Так у нас российская оппозиция – и Немцов, и Навальный, и Прохоров, и прочие – с национальных телеканалов не сходят, все под рукоплескание студий клеймят путинский режим. А митрополит Агафангел в интервью российскому агентству, отвечая на вопросы журналиста, Путина поддержал и обосновал свою позицию. И тут же на него набросились, как на белую ворону. Демократия, знаете ли.

– А внешнеполитический фактор оказывает влияние на церковно-государственные отношения в Украине?
– Никогда не оказывал. Когда Борис Николаевич говорил, что, проснувшись, первым делом надо думать об Украине, и российские энергоносители стоили копейки, у нас преследовали православных за историческое единство с Русской Православной Церковью – захваты, погромы, шельмование. Я, когда бывал в то время в Российском посольстве, спрашивал и у посла, и у сотрудников: почему вы никак не реагируете? Если бы какую-то протестантскую общину у нас преследовали за историческую связь с собратьями в США – был бы международный скандал. Мне отвечали, что в наших странах Церковь отделена от государства, УПЦ – украинская Церковь, состоит из ее граждан, и все это – внутреннее дело Украины. Уже когда Сергей Сергеевич Кузнецов, который хорошо знал религиозную проблематику, приехал работать в посольство, при Викторе Черномырдине, ситуация немного изменилась. Помню, как Виктор Степанович в своей манере заступился за православную общину: как же можно захватывать храм, за что?

– Ну, а сегодняшние газовые и прочие неурядицы?
– Не думаю, что они как-то влияют. Тем более что в церковно-государственных отношениях застой: власть ничего не делает в плане возвращения церковной собственности, изменения законодательства, утверждения законности. И с высокой ценой на российский газ это никак не связано. И при низких ценах власть ничего не делала.

– Ну, а как нынче чувствуют себя раскольники?
– При болезни Блаженнейшего они воспряли, Михаил Денисенко (Филарет) дает интервью за интервью. Вразнос пошел, такое наговорил, что Кравчуку, Кучме и Ющенко впору сухари сушить. Леонид Кравчук в свое время божился, что в церковные дела никогда не вмешивался, никакого отношения к непризнанию властью Харьковского Архиерейского Собора не имел, был гарантом законности. А Филарет признался, как они с президентом Кравчуком руки выкручивали законодателям и силовикам, чтобы те подписали заявление Верховной Рады о непризнании Харьковского Собора. Хотя это – форменное преступление, вмешательство во внутреннюю жизнь Церкви. О Кучме рассказал, что тот перед ним «всех чиновников поставил на колени». О Ющенко сообщил, что тот душу положил, чтобы Константинопольский Патриарх признал богоотступный, воровской филаретовский раскол Церковью. Представляешь, какая банда во главе с президентами все эти годы противостояла Церкви Христовой в Украине! Один президент организовывал раскол, ограбление Церкви, захваты храмов, второй ставил чиновников перед анафемой на колени, третий пытался легитимизировать награбленное. И все это – грубое нарушение Закона «О свободе совести и религиозных организациях» и Конституции Украины. А Филарет еще и гордится тем, как с властью попирал законы, и пророчествует, что и Виктор Янукович пойдет дорогой Кучмы.

– Поставит всех на колени?
– Думаю, здесь ему не много обломится. Виктор Федорович любит читать стих, где есть строчки: «Донбасс никто не ставил на колени, и никому поставить не дано!» Но наглость, основанная на безнаказанности, у Филарета, конечно, беспредельна. Я кстати, много раз в те годы спрашивал у Блаженнейшего Митрополита Владимира: почему вы не благословите ни одной протестной акции? Ведь нас подавляющее большинство, нет проблем собрать и сто тысяч, и двести, и миллион – скажите, люди приедут в Киев и укажут власти, что пора заканчивать издеваться над Церковью. Ведь власть у нас ни законность, ни правду, а только силу воспринимает. Но Митрополит всегда жалел президентов: как им, бедным, трудно, народ нищенствует, проблем выше крыши, а тут еще православные восстанут – погубим все, и власть и державу. За 20 лет ни одной массовой протестной акции так и не разрешил. Лишь однажды в 1992 году благословил архиерейское стояние, и 15 наших владык стояли на спуске у Верховной Рады, увещевая депутатов. А вот бедные наши президенты, как свидетельствует Филарет, не нищим народом были озабочены, а вместе с анафемой вовсю интриговали против Блаженнейшего и Церкви. Они и довели Митрополита до больничной койки, превратив все последние его годы в муку.
Сам же Филарет ныне заболтался до такой степени, что терпение лопнуло у митрополита Павла, наместника Киево-Печерской Лавры, и он строго призвал Михаила Антоновича к покаянию. Думаю, у него нет другого выхода, как проситься на поруки к митрополиту Павлу, чтобы тот строгостью и наставничеством довел его до раскаяния, иначе в окружении своих лизоблюдов так и погибнет без покаяния, в отлучении от Церкви и смертных грехах.

– Но Филарет теперь обвинил Святейшего Патриарха Кирилла в том, что он был инициатором его смещении, расстрижения, анафематствования и всех прочих бед.
–Михаил Денисенко по старости придумывает себе рейтинговых оппонентов и недругов. Ими были Святейший Патриарх Алексий, Блаженнейший Митрополит Владимир, сейчас – Святейший Патриарх Кирилл. На самом деле – он никому не нужный ноль без палочки, жалкий, вороватый, тщеславный, а источник всех его бед – собственная гордыня и всепоглощающая ложь.

– Как на сегодняшний день здоровье Блаженнейшего Митрополита Владимира?
– Слава Богу, он намного лучше выглядит, говорит. Ему сейчас нужны тщательный домашний уход, только положительные эмоции и, конечно же, наши молитвы. Ведь сам Блаженнейший всегда молился за других и помнил обо всех. У меня отец был старше его, последние годы тяжело болел, был лежачим. А у Митрополита Владимира поразительная память на какие-то даже житейские подробности. Вот он возвращается в Киев из поездки или лечения, я набросаю вопросы, какие надо обсудить, распечатаю кучу текстов, которые он должен прочесть, приношу, Блаженнейший положит все это перед собой, но первым делом спросит: «Как папа?» Помолится о нем, потом – к делу. Когда были другие обстоятельства, и грустные, и радостные, расспросит о них – как там мама, как там сын в армии, как дочь в университете, как внучка. Непременно что-то посоветует, помолится. Он помнил внерабочие заботы сотрудников, интересовался ими. У нас в Украине многие считают, что по молитвам Блаженнейшего люди исцеляются, операции проходят успешно, поэтому много раз коллеги и знакомые просили через меня Блаженнейшего помолиться о ком-то из близких. Я просьбы передавал, Митрополит никогда не отказывал: выслушает, встанет, помолится.

– А как Блаженнейший сам относится к тому, что люди так верят в силу его молитвы?
– Я однажды даже спросил Митрополита об этом. Он тему сразу свернул, сказав: «Разве вы не понимаете, я-то здесь при чем?» Бог исцеляет и помогает.
Блаженнейший молился, держал в памяти проблемы не только сотрудников, окружения, но и вообще случайных людей. Вот прошлой осенью, перед самой бедой – переломом ноги, я забежал вечером к Митрополиту о чем-то посоветоваться. Почему-то в резиденции никого не было, стояла необычная тишина, но Блаженнейший собирался на службу, хотя неважно себя чувствовал – его пошатывало. Мы пару минут поговорили, я взял его под руку, чтобы проводить к машине, выходим, а у крыльца стоит какая-то бедная жалостливая старушка. Митрополит направляется к ней, обращается по имени и что-то утешительное говорит о какой-то ее беде. Старушка слова не может произнести, только мелко моргает, кивает, плачет и улыбается. Но он точно не видел ее очень давно, его и в Киеве не было, а не забыл ни эту случайную старушку, ни ее беду. Я думаю, что вместе с Блаженнейшим, нашими старшими великими архиереями завершится какая-то эпоха простоты, непритязательности, сердечности. Какого-то особого пастырства.

– Что ты имеешь в виду? Что не пройдут мимо старушки?
– А разве этого мало? У нас часто пастыри мчатся к сановнику, старушек не замечая, и вообще никого, кроме начальника, не видя. Но дело не в этом. У Блаженнейшего Митрополита есть знаменитое стихотворение «Подорожник» о смысле добра. Это растение неприметно, его затаптывают, но, жертвуя собой, подорожник исцеляет раны путников, поддерживает их в пути.
Есть представление о пастыре, который либо водительствует, либо гонит стадо нужной дорогой. У Блаженнейшего пастырь – не предводитель, не погонщик, а помощник, призванный поддержать человека на его пути ко Христу. Митрополит убежден, что душа человека не только по природе своей христианка, но и в том, что она не может не стремиться к Богу, и эта дорога бывает тернистой, мучительной. И пастырь должен, как подорожник, укрепить путника, подлечить ссадины, ушибы и раны. И в этом смысле душа старушки для пастыря, наверное, ценнее души сановника, поскольку исстрадалась больше.
Мне сейчас в этом символе подорожника-пастыря вообще видится нечто трагическое. Знаешь, молился за всех, прикладывая листки к чужим ранам, по частям себя расточал, а теперь пришла зима – оборванный, скрюченный, засохший, стоит у дороги, поскольку исцелить самого себя ему не дано. Поэтому, конечно, нужно молиться за нашего архипастыря.

– Ну, а как тебе видится развитие ситуации в УПЦ?
– Блаженнейший Владимир всегда хотел, чтобы в Церкви были единство и покой, чтобы ничто не мешало ей выполнять предначертанную миссию – вести человека к Богу. Об этом Митрополит заявил в своем последнем интервью, на этой же точке зрения непоколебимо стоят его соратники – члены Священного Синода, самые авторитетные архиереи, представляющие все регионы страны. Они не дадут расшатать единство и мир в Церкви Христовой, как бы кто этого ни хотел.
Большую досаду вызывает то, что в результате последних событий пострадал имидж Блаженнейшего. Я пребываю в убеждении, что это великий митрополит, человек высокого, подвижнического служения, много написал о нем в последние 20 лет. Скоро мы будем отмечать юбилей Харьковского Архиерейского Собора и Предстоятельства Блаженнейшего Митрополита Владимира. Я уверен, что его имя занимает достойное место в истории Церкви и Украины, чему должны посвящаться исследования и публикации. Вместо этого, куда ни кинь, имя Митрополита упоминают лишь в связи с придуманными интригами, стихами владыки-секретаря. И это тоже трагично.
Что же касается околоцерковной общественной возбужденности, то мне вспоминается случай с одним праведником. Корабль, на котором он плыл, попал в шторм, команда, пассажиры мечутся в панике, а он продолжает дремать на сложенных канатах. Наконец, его разбудили, просят о помощи. Он отвечает: «Успокойтесь вы – успокоится мироздание». Люди взяли себя в руки, успокоились – и тут же стихла буря. Я думаю, нам стоит поступить точно так же. Это особенно важно сейчас, когда наступил Великий пост.
– Благодарю за беседу.

Радонеж
27 февраля

- Здравствуйте, владыка! Хотелось бы задать вам несколько острых вопросов. Первый касается того, как интерпретировали ваш комментарий по поводу заседания Священного Синода УПЦ от 21 февраля светские средства массовой информации. Многие из них сообщили о том, что в Украинской Православной Церкви произошел раскол. Действительно ли он произошел, и кто, в таком случае, оказался по разные стороны баррикад?
- Мне очень жаль, что мои слова были поняты неправильно средствами массовой информации, и мне странно, из чего они сделали тот вывод, что в нашей Церкви произошел раскол. Абсолютно ничего подобного сказано мной не было. Я ответил на вопрос журналистов относительно результатов заседания Священного Синода, в частности в отношении одного из важнейших решений, которое касается отстранения архиепископа Переяслав-Хмельницкого и Вишневского Александра от обязанностей председателя Отдела внешних церковных связей нашей Церкви и, как следствие, вывода его из состава постоянных членов Священного Синода.
Ничего страшного не произошло, потому что жизнь есть жизнь: принимаются решения, кого-то назначают на должность, кого-то снимают. И от этого не должна страдать Церковь.
Еще раз повторяю: ничего страшного не произошло. Прошло очередное заседание Священного Синода, были проведены соответствующие административные изменения в руководстве отделами нашей Церкви, в частности Отделом внешних церковных связей. Наша Церковь как была, так и остается единой.
Перед этим все члены Священного Синода посетили Блаженнейшего Митрополита Владимира в больнице, взяли у него благословение. После чего состоялось заседание Синода, на котором были приняты такие ответственные решения.
Никакого раскола в Церкви нет, никто по разные стороны баррикад не стоит, потому что все решения, которые принял Синод, были приняты единогласно. Поэтому говорить сегодня о каком-то расколе в Церкви нет никаких оснований.

- Если решения были приняты единогласно, то что же, владыка Александр тоже голосовал за свое отстранение? И вообще как он воспринял свое отстранение от должности?
- Дело в том, что, согласно Уставу об управлении Украинской Православной Церковью, если обсуждается вопрос, касающийся непосредственно члена Священного Синода, он в голосовании не участвует. Поэтому владыка Александр не мог голосовать за свою отставку, естественно, но за его отставку проголосовали все члены Священного Синода без исключения. Даже митрополит Луганский и Старобельский Иоанникий, который не смог прибыть лично, потому что находится на лечении, прислал факс, в котором поддержал решение Священного Синода.
А потому решение является легитимным, действительным, и ни о каких расколах в Церкви нет оснований сегодня говорить. Это нормальный жизненный процесс, который идет и в Церкви, и в любой институции, организации, на любом предприятии. Поэтому в связи с отстранением владыки Александра от обязанностей председателя Отдела внешних церковных связей не нужно делать никаких выводов, которые касались бы общности нашей Церкви, ее порядка и спокойствия.

- А чем обусловлена ??такая жесткость позиции Священного Синода относительно владыки Александра? И что Синод хотел этим сказать владыке?
- Дело в том, что владыка в последнее время занял особую позицию, отличную от позиции священноначалия нашей Церкви, в частности Священного Синода.
На состоявшихся заседаниях Священного Синода принимались определенные решения, с которыми владыка Александр был не согласен. Хотя он их подписывал. Но потом давал комментарии, которые совсем иначе истолковывали то, что происходило на Синоде.
Так, в одном из своих интервью телеканалу «1+1» он сказал, что поручение владыке Павлу временно руководить Киевской епархией является прямым отстранением Блаженнейшего Митрополита Владимира от церковных дел – что является ложью. И было очень странно слышать это от человека, который подписывал журналы Священного Синода и который принимал участие во всех дискуссиях. Почему он давал такие интервью – непонятно.
Много других случаев, когда свое мнение владыка представлял как мнение Предстоятеля Церкви и тем самым вносил диссонанс. Он проецирует состояние взаимоотношений, сложившихся между ним и Священным Синодом, на личность Блаженнейшего Митрополита Владимира. И средства массовой информации, приняв во внимание подобные комментарии владыки Александра, сделали вывод, что в Украинской Православной Церкви возник конфликт между Предстоятелем и Синодом, что является ложью. Потому что Блаженнейший Митрополит Владимир является и остается нашим Предстоятелем, хотя сегодня он временно не может исполнять в полном объеме обязанности Предстоятеля нашей Церкви, и ими занимается Священный Синод.
В одном из своих комментариев я говорил, что даже если с какими-то решениями Священного Синода Блаженнейший не будет согласен, он, когда вернется к исполнению обязанностей Предстоятеля, имеет право поставить эти вопросы на заседании Священного Синода, и они могут быть пересмотрены. Могут быть приняты другие решения. Но пока есть так, как есть.
У нас управление Церковью происходит коллегиально – не одно лицо принимает решение, а принимает решение Священный Синод. И Блаженнейший Митрополит Владимир как глава Священного Синода ставит свою подпись под решениями Синода только тогда, когда есть общее согласие всех членов Синода.
Именно такое общее согласие всех членов Синода было, когда принимались решения и на заседании Синода, которое состоялось 26 января, и на предыдущем заседании Синода – все было согласно Уставу об управлении Украинской Православной Церковью.
К сожалению, владыка Александр эти факты почему-то игнорировал и старался комментировать все, что происходило на заседаниях Синода, исключительно в русле собственного понимания, что и послужило тому, что произошел такой конфликт. Подчеркиваю: фактически существует конфликт между владыкой Александром и Священным Синодом. Но никакого конфликта между Предстоятелем Церкви и Священным Синодом нет и быть не может. Я еще раз подчеркиваю: Блаженнейший остается нашим Предстоятелем.

- Какой будет его дальнейшая судьба владыки Александра?
- Владыка Александр остается викарием Киевской Митрополии, за ним сохраняется обязанность заботиться о лечении Блаженнейшего и отвечать за это перед Священным Синодом. Он остается личным секретарем Предстоятеля нашей Церкви. Это также достаточно большой круг обязанностей, которые, я думаю, владыка Александр будет выполнять добросовестно.
И все будет зависеть от того, какую позицию сейчас будет занимать владыка Александр: или он с пониманием отнесется к решениям Священного Синода, воспримет их как факт, или будет пытаться через СМИ как-то опять ставить под сомнение то, что произошло на заседании Синода. Все будет зависеть от его позиции.
Я после Синода с владыкой не общался и сейчас ничего конкретно сказать не могу. Как говорится, поживем – увидим.

- А нет ли у решения Священного Синода политического контекста? И вообще кто «побеждает»: проавтокефальне крыло или промосковское?
- Во-первых, хочу сказать, что у нас в Церкви нет никаких «крыльев» – ни промосковского, ни проавтокефального. Теория о том, что сегодня епископат разделен на два лагеря, является искусственной. Об этом говорят только СМИ. В Церкви все спокойно.
Конечно, каждый епископ имеет право на свое мнение об автокефалии, о возвращении к статусу экзархата. Можно дискутировать много, этого никто не запрещает. Но у нас сегодня есть статус УПЦ как независимой в своем управлении в составе Московского Патриархата, и этот статус нас полностью удовлетворяет. Об этом было сказано и в решениях Юбилейного Собора нашей Церкви, который состоялся 8 июля 2011 года. И ни о каких изменениях статуса нашей Церкви речи не идет. Искусственное разделение на промосковское и проавтокефальное – это вымыслы нецерковных или околоцерковных лиц, которые, возможно, хотели бы, чтобы в нашей Церкви было такое разделение. Слава Богу, его сегодня нет.
И никакой политической составляющей в решениях Синода тоже нет. Церковь остается единой, и решения, принимаемые на Синоде, были приняты единогласно, что свидетельствует о том, что у нас нет разделений. В заседаниях Синода принимают участие епископы из разных епархий, из разных регионов, представляющие различные слои верующего населения Украины, и ни о каких политических составляющих в решениях Синода и о разделении епископата нет оснований говорить.

- Ситуация нагнетается в СМИ. Но приближается Великий пост. Владыка, что бы вы хотели сказать священнослужителям и пастве Украинской Православной Церкви накануне Великого поста?
- Великий пост – это особый период в жизни каждого верующего человека, потому что все мы готовимся к великому празднику – Пасхе Христовой. И пост напоминает нам о необходимости нашего духовного обновления, нашего духовного совершенствования. Именно в этом помогает нам пост, в том числе воздержанием от скоромной пищи.
Но Церковь утверждает, что нужно поститься не только в еде. Самое важное в пост, хотел бы повторить слова Блаженнейшего Митрополита Владимира, – «не есть друг друга».
Поэтому накануне Великого поста я хотел бы пожелать всем – и духовенству, и верующим нашей Церкви – прежде всего, мира, взаимопонимания, взаимной любви, взаимного прощения, без чего мы не сможем ничего достичь ни в нашей духовной жизни, в нашем духовном совершенствовании, ни в стабилизации нашей внутрицерковной ситуации.
Я хотел бы, чтобы Великий пост был посвящен именно примирению, чтобы мы
помнили нашу ответственность перед Богом за Церковь и за свой духовный рост.
Желаю всем, чтобы этот пост мы провели с пользой для души, – и тогда для нас будет радостной Пасха Христова, тогда мы действительно почувствуем всю полноту пасхальной радости.
Беседу вела Юлия Коминко
Перевод с украинского
Православие.ru

- Василий, в декабре мы с тобой уже традиционно беседуем об итогах года. Сегодня, как я понимаю, все омрачено тяжелой болезнью Блаженнейшего…
- Да. Блаженнейший Митрополит по итогам года обычно проводил открытое заседание Священного Синода УПЦ с участием руководителей всех синодальных структур, где они выступали с отчетами, а все присутствующие – священники, студенты, миряне – могли задать любой интересующий их вопрос и получить ответ непосредственно от Предстоятеля, членов Синода и руководителей общецерковных структур. Причем Блаженнейший предлагал, чтобы каждый отчитывался кратко, но ни одного вопроса не оставлял без ответа. Хорошее, демократическое нововведение. Сейчас, конечно, все растревожены состоянием здоровья Митрополита, и не до отчетов.

- Но информации-то о болезни немного, и врачи молчат.
- Я тоже думаю, что информировать должны не помощники Митрополита, а специалисты, лечащие врачи, как это и принято, когда дело касается человека такого уровня. Ведь для огромного количества людей Блаженнейший является архипастырем, дорогим и близким, все очень переживают. Митрополит всегда работал на износ, мужественно переносил недуги, никогда ни на что не жаловался, и как-то все обходилось. А теперь болезни наложились одна на другую, Церковь молится об исцелении Предстоятеля, но очевидно, что лечение будет непростым и продолжительным.

- Вместе с тем в сети заговорили о долгом безвластии в УПЦ. Сведения самые невероятные: якобы Блаженнейший в реанимации, в тяжелейшем состоянии, при вентилировании легких, продолжает работать – подписывает документы, благословляет и прочее. Это нормально?
- Конечно, нет. Но здесь надо все уточнять по срокам. До 30 октября он, безусловно, все это делал, когда находился на реабилитации в монастыре – и посетителей принимал, и с документами работал, и все шло на поправку. Я говорил с теми, кто посещал Блаженнейшего. Сейчас Его Блаженству нелегко, улучшения чередуются с осложнениями, и, думаю, никто его работой не утруждает, да и не стоит утруждать. Это не по-человечески.
Что касается «безвластия», то, сам знаешь, власть в Церкви специфическая: никто ведь циркулярами из Киева епархиями не руководит, они самостоятельны, в столице тоже архиереев хватает – все выполняют возложенные на них обязанности.
Конечно, нельзя умалять роль Предстоятеля Церкви, как у нас это некоторые делают: мол, есть он или нет, а все крутится-вертится, и корабль плывет. Потому что существует целый корпус проблем, которые кроме Предстоятеля никто не может решать, они касаются реституции церковной собственности, изменения законодательства, возвращение Церкви статуса юридического лица и т.д. – что было изложено Блаженнейшим во время встречи Президента Украины с религиозными лидерами. Многие темы Блаженнейший Митрополит на себя замыкал – они тоже зависли. Возникают острые вопросы, требующие оперативного решения. Поэтому, скорее всего, до его выздоровления кому-то из старейших членов Синода поручат управлять Церковью и продвигать решение всех вопросов. Думаю, Блаженнейший сам поддержит такое решение.

- Но в Украине общественность болезненно отреагировала на то, что митрополит Агафангел пригласил епископов совершить литургию и молебен в день рождения Блаженнейшего: переворот, захват власти…
- Ну, какая общественность? Униато-раскольничьи сайты подняли вопли. Так они всякий раз и по поводу Святейшего Патриарха Кирилла вопят то же самое. Блаженнейший Митрополит Владимир всегда говорил в таких случаях: если эта братия нас ругает, значит, мы чего-то стоим. Знаешь, когда в последние полтора десятилетия митрополит Агафангел ежегодно на день рождения, день Ангела Блаженнейшего и в дни прочих знаменательных дат от имени Священного Синода и всей Церкви выступал с приветствиями, вручал Блаженнейшему награды, ни у кого сомнений не возникало, что он и первенствующий, и самый уважаемый после Предстоятеля архиерей. А здесь вдруг переполошились: люди, рятуйте, Агафангел грядет! И ведро помоев тут же расплескали. А ведь митрополит Агафангел не только великий архиерей, один из столпов Православной Церкви в Украине и т.д. – к нему все эпитеты приложимы, но он еще и ближайший друг, соратник и опора Блаженнейшего Митрополита Владимира все два десятилетия его нелегкого предстоятельства. Он один из инициаторов Харьковского Архиерейского Собора, человек поразительного мужества – никогда ни за кого не прятался, не юлил, все удары принимал на себя, грудью стоял за единство Церкви, за Блаженнейшего. О таком плече можно только мечтать, и Его Блаженство всегда это ценил. То, что владыка Агафангел созвал архиереев на службу в день рождения Предстоятеля в Лавру, прекрасную проповедь сказал о Блаженнейшем – народ слушал со слезами на глазах, — затем посетил именинника с цветами в больнице – это очень достойный поступок архиерея и друга. Было бы нелепо, если бы наши архиереи поехали поздравить Патриарха с юбилеем, а через три дня поздравить больного Блаженнейшего уже не собрались – все как-то не могли поделикатнее решить, кому их созывать.

- Но ведь это был не первый «заговор» в уходящим году. Помнится, в июле донецкие, Патриархия тоже были уличены в неком «заговоре», да и сейчас в сети полно пасьянсов на тему «УПЦ после Владимира», какие влиятельные группы и кого будут проталкивать во власть. Насколько все это актуально?
- Любые инсинуации о заговорах имеют одну цель – поссорить всех со всеми. И при всяком обострении болезни Блаженнейшего возбуждается целая волна публикаций с различными прогнозами, нынешняя на моей памяти, наверное, уже пятая. И всякий кому не лень со своими пятью копейками в этом участвует. У нас, скажем, есть такой депутат Тарас Чорновил, который ничем особым не примечателен, кроме того, что является сыном знаменитого правозащитника. Я с ним однажды говорил, и он признался, что униат, а в церковной проблематике вообще – пень пнем. Так вот даже он выступил со своими рекомендациями по преемникам Блаженнейшего, альтернативам, и эти все глупости пиарятся и обсуждаются.

- Ну, а по существу? Есть ли альтернативы, преемники?
- Если по существу, то я не вижу никаких проблем с управлением Церковью: какая она была 20 лет назад и какою ее передаст преемникам Блаженнейший Владимир – это две большие разницы. Сегодня она на пике доверия, уважения и со стороны общества, и со стороны власти, и управлять ею не сложно, тем более что у нас есть большое количество архиереев, великих управленцев, которые возродили к церковной жизни целые регионы. Альтернатив Блаженнейшему Владимиру тоже искать не надо, поскольку нужны не альтернативы, а последователи и продолжатели, в коих недостатка также нет. Наконец, я не вижу смысла в группах влияния, в политических, бизнесовых и прочих связях. Когда избирали Митрополита Владимира, ничего этого за ним не стояло, но у него был в народе Божьем огромный авторитет проповедника, богослова, мудрого руководителя и наставника. Все последующие Киевские митрополиты, сколько бы их ни было, должны обладать в той или иной мере этими качествами. И таких архиереев тоже с добрый десяток найдется, хотя, надо сказать, что все они — старшего поколения.

- Я слышал, что у вас организована кампания под лозунгом «Не допустим реванша советских архиереев!»
- Какая кампания? Кто-то ляпнул на каком-то совещании, и пересуды кругами пошли. Хотя формулировка, согласись, занятна и даже трагична.

- Что ты имеешь в виду?
- Эту странность в смене поколений. Вот кого мы можем считать «советскими архиереями»? Видимо тех, кто был рукоположен в советское время или сформировался в те годы, а епископом стал уже в 1990-е. Это священнослужители времен гонений, испытавшие на себе все унижения, преследования атеистической власти. С этой точки зрения, у нас большинство архиереев – советские. Я не знаю, как в России, но у нас это – лучшая часть духовенства. Масштабные личности! Возьми хотя бы владык, которых ты сам знаешь – Агафангела, Онуфрия, Иринея, Лазаря, Ионафана, – с ними по десять передач можно записывать, все будут глубокими, разнообразными. Несколько лет назад проходила международная конференция по Константину Острожскому в трех странах – Польше, Белоруссии, Украине – с участием профессуры, литераторов, историков, депутатов. Один день форум опекал архиепископ Ровенский и Острожский Варфоломей – водил по монастырям и другим памятным местам, связанным с Острожскими князьями, много рассказывал и поразил всех познаниями в истории, культуре, богословии. Советский архиерей! Или вот моя приятельница матушка Серафима, настоятельница монастыря в Одессе. Я как-то попал к ней на день Ангела, а у нее – музейщики, профессура, писатели, издатели, художники, адмиралы – элита Одессы. Я давно такого интеллектуального сообщества не видел. Все пришли с утра поздравить матушку. Она со всеми сотрудничает, и монастырь возродила, и церковный музей построила, и книги пишет, и депутатствует. Советская монахиня!
А вот «поколение свободы» как-то все не может «прорезаться» ни в слове, ни в деле и в чем-то важном, что позволило бы обществу с благодарностью и уважением говорить о Церкви и о самом этом поколении. Блаженнейший Владимир говорил по этому поводу: в бой идут одни старики!

- А чем ты это объясняешь?
- Какой-то малопонятной запуганностью. Вот в Киеве постоянно проходили и проходят различные конференции, пресс-конференции, круглые столы, семинары, встречи и т.д., где Церкви приходится оппонировать власти, политикам, религиоведам, сектантам, унии, расколам. И помню, как наши старые священники в этих сложных, враждебных аудиториях выступали как последние воины Христовы, мужественно отстаивали позицию Церкви, защищали ее единство, полемизировали, и были убедительны. Это и приснопамятные отец Михаил Бойко, отец Федор Шеремета – знаменитые киевские священники. Тогда в Киеве был один епископ – сам Блаженнейший. Сейчас у нас в столице десять архиереев, количество священников увеличилось многократно, но все пытаются избежать встреч, где надо что-то отстаивать, кого-то переубеждать. Еще в президиуме посидеть – куда не шло, так президиумы теперь почти везде отменили. Но ведь оппоненты никуда не делись.
Пару месяцев назад звонит мне председатель общества националистов Украины, куда входят петлюровцы, бандеровцы, филаретовцы и прочие русофобы, и приглашает принять участие в дискуссии по докладу об антиукраинской, антигосударственной деятельности Патриарха Кирилла в свете его визитов в Украину. С докладом выступит на их собрании какой-то доктор философии, религиовед из Института философии Национальной академии наук. Я удивился: зачем, говорю, вам журналист, пригласите епископов, священников, преподавателей КДА. Оказывается, пытались – никто не согласился. Их центр находится на Печерске, недалеко от Лавры, тема несложная – мы в пресс-службе издали в двух книгах все, что Святейший Патриарх Кирилл говорил об Украине и в Украине во время своих визитов, и мы с коллегой пошли к ним на собрание.

- Не подрались?
- С чего? Если националисты не до конца проуниачены, с ними можно вести диалог. Пару человек, конечно, с места призывали не слушать тут всяких москалюк, но остальные были толерантны. Часа два мы достаточно продуктивно поспорили, подарили участникам встречи книги патриарших речей, чтобы они руководствовались ими, а не всякими интернетовскими измышлениями. Одна дама, тоже доктор философии, выступала в конце собрания и даже сказала: хотя Кирилл и не наш Патриарх, но мы должны признать, что это великий Патриарх, который продвигает в мире православные ценности.
Нам предложили через пару недель принять участие в следующей дискуссии по докладу другого доктора философии о том, какое ужасное московское православие и какое замечательное наше, украинское. Здесь, я признаться, не в теме, поскольку никогда не думал, что они чем-то отличаются, да и по времени не получалось, поэтому позвонил одному нашему священнику и попросил выступить оппонентом докладчика. Он богослов, пишет книги, заведует кафедрой в светском вузе, преподает в Киевской духовной академии, умный и хороший оратор. Однако получил отказ: оказывается, преподавателям КДА строго-настрого запрещено выступать на таких собраниях, необходимо не только взять благословение, но предоставить на утверждение академическому начальству текст своего выступления и т.д., и заморачиваться этим, естественно, никто не горит желанием. Остались наши националисты без оппонентов.

- А позиции национализма по-прежнему сильны в Украине?
- Национализм в кризисе. У нас главным националистом считается основатель Руха Вячеслав Чорновил, диссидент, правозащитник, журналист. Ему памятник в центре Киева стоит, улицы его именем во многих городах названы. Он был другом газеты, в которой я работал, и у нас были добрые отношения. На каком-то приеме были и Чорновил, и мой друг архиепископ Ионафан. И последний попросил познакомить его с диссидентом. Я подвел Вячеслава Максимовича к владыке, а тот протягивает руку и не без яда представляется: «Архиепископ клятого Московского Патриархата Ионафан». Чорновил оторопел, рассмеялся, обнял его за плечи и говорит: «Ну, что, Вы, Владыка! Главное, что Украина – независима, а какой патриархат – никакой роли не играет». Он считал, что все, что есть в Украине, непременно должно быть самым лучшим в мире: и культура, и наука, и экономика, и тот же Московский Патриархат. Такая вот романтика была. Ну, а потом, оказалось, что ничего самого лучшего не получается, и скатились в русофобию – стали массово закрывать русские школы, детсады, вытеснять отовсюду русский язык, преследовать русскую культуру. И занимались этим не националисты – они никогда не были при власти, — а член Политбюро КПУ Кравчук, лауреат Ленинской премии Кучма, выпускник Высшей партшколы Ющенко. Хотя все шли к власти с лозунгами защиты русского языка. У Януковича даже в программе его партии записано, что русский язык должен стать вторым государственным. Через пару месяцев будет уже два года, как он при власти, но в языковом вопросе еще палец о палец не ударил.

- А есть ли толк вот от этих дискуссий с националистами, раскольниками и прочими оппонентами?
- По крайней мере, церковная точка зрения должна присутствовать, и люди должные ее знать. Ведь дискуссии не в закрытом режиме проходят, а в присутствии прессы, и все это формирует общественное мнение. А для чего мы учредили в Церкви столько руководящих, направляющих, совещательных и прочих структур, если никто ни в общественных дискуссиях, ни в прессе не выступает?
Вот, скажем, был круглый стол в РИА-новостях, где музейщики, историки, археологи единым фронтом выступили против того, чтобы возвращать Церкви экспроприированные храмы и имущество, якобы она все историко-культурное наследие погубит. Я лично договаривался со священнослужителями, но никто так и не пришел. На днях всеукраинская чернобыльская конференция, которая проходит раз в пять лет, так и завершилась без нашего участия. Одним некогда, другим нельзя, третьи не хотят заморачиваться.

- Но в сети живо обсуждается крещение на курорте в Карловых Варах местного мальчика четырьмя украинскими митрополитами …
- Слава Богу, что крестили. Насколько я знаю, это просто стечение обстоятельств, из четырех архиереев было лишь два митрополита, хотя, конечно, повод для обсуждения есть. На то она и сеть.
Мне ректор Варшавской духовной семинарии рассказывал, что в Польше специально обучают будущих священников и в дискуссиях выступать, и на камеру говорить, и в информпространстве работать. Это входит в круг навыков пастыря. Избегать и бояться этого не стоит. Хотя бывают и провокации, и просто забавные случаи. В этом году был такой. Один интернет-портал задумал к годовщине президентства Виктора Януковича сделать видео-конференцию, где люди разных профессий, представители различных отраслей и организаций давали бы оценку трудам новой власти и рассказали, чего от нее ожидали и не дождались, и каждому выделено определенное время. Мне предложили выступить от Православной Церкви. Я согласился, пошел к Блаженнейшему Митрополиту советоваться, за что власть стоит похвалить, а за что – поругать. Однако накануне мне перезвонили организаторы конференции и сообщили, что я буду не один — компанию мне составит пресс-секретарь анафематствованного Филарета, идеолог и глашатай раскола Евстратий Зоря.

- И ты отказался?
- Да нет, отступать было некуда, хотя какие у нас могут быть общие претензии и пожелания к власти? Расколы и уния активно агитировали на президентских выборах за оранжевых, клеймили Януковича, объявляли его «тьмою», «неволею», а после его победы боялись, что будут коротать свой век где-нибудь в донецких каменоломнях, и во тьме, и в неволе. В Православной Церкви ни за кого не агитировали, каждый поддерживал, кого хотел, я аккредитовался в выборном штабе Януковича и даже записал с ним небольшое интервью, где он обещает, что в случае его победы положение Православной Церкви в стране кардинально улучшится. Так что, по логике, Евстратий должен был горячо благодарить власть, а я мог уже предъявлять претензии за порожняк пустых обещаний. Но случилось нечто необычное. По задуманному формату, гости – мы с Евстратием – сидели по одну сторону стола, а четыре журналиста, молодые, но уже известные, они часто мелькают на сайтах и телеэкранах, сидели по другую сторону и задавали вопросы. И едва ли не все четверо вдруг заявили, что они в Бога не веруют, никакой необходимости в существовании Церкви не видят, и, естественно, вся церковная проблематика представляется им ненужной и надуманной. Мол, верующий должен в своей душе с Богом разбираться, остальное – излишне. И впервые в жизни пришлось солидарно с раскольником оппонировать этим младоатеистам, убеждая их, что Православная Церковь Украине все-таки нужна. Я никогда не думал, что это придется кому-то доказывать. После конференции Евстратий мне говорит: вот вы постоянно нападаете на нас, считаете нас главной проблемой, а через десять-двадцать лет, когда это поколение с его секуляризмом станет доминирующим в обществе и во власти, все нынешние проблемы покажутся цветочками. Это вам не старые марксисты-атеисты.

- Они чем-то отличаются?
- У старых атеистов есть чувство вины перед Церковью: ведь столько миллионов невинно погубили, столько разрушили, такой урон нанесли духовному и культурному наследию православных народов. В Украине даже Компартия официально покаяние Церкви принесла. Эти же ничего не разрушали, никаких знаний о Церкви не имеют и не любопытствуют даже, какое-то новое веяние из той части Европы, которая обходится без веры и Бога.

- А до претензий к власти дело так и не дошло?
- Напротив. Времени было много, хватило, чтобы и претензии высказать, и раскольникам о покаянии напомнить, и о «русском мире» поспорить. Кстати, Евстратий там заявил, что ничего против «русского мира» не имеет в той его интерпретации, которая звучала во время нашей дискуссии. А она ничем не отличается от патриаршей. Надо бы, чтобы он и по своим раскольничьим сайтам распространил собственное умозаключение о «русском мире», а то филаретовцы одни страшилки о нем распространяют.
Что же касается претензий – они одни и те же все последние 20 лет. Это возвращение Церкви статуса юридического лица, возвращение экспроприированной собственности, допуск Церкви к социальной работе и просвещению – сей воз при всех властях и ныне там. Многие у нас думают, что после 20 лет прессования наступила передышка, власть стала с уважением относиться к Церкви и сама начнет продвигать необходимые УПЦ преобразования. Но ведь под лежачий камень вода не течет, нам надо самим их инициировать и упорно продвигать, оказывая на власть постоянное давление. Иначе ничего не сдвинется с места. У власти всегда будут дела актуальнее и важнее – кризис, реформы, чемпионат Европы по футболу и т.д. и т.п.

- А какое событие было самым ярким в церковной жизни Украины в уходящем году?
- Я думаю, что это чернобыльский визит Патриарха. 25 лет трагедии, которая изменила многие представления человечества о самом себе, и первый визит Патриарха в зону, его службы и выступления в Киеве, Чернобыле, на ЧАЭС произвели сильное впечатление на общественность. В этом году было пять патриарших визитов Украину, и доминантой их была социальная составляющая. Очевидно, что Патриарх хочет повернуть Церковь к проблемам социального служения, поэтому посещает интернаты, клиники, закладывает храмы при больницах. Это очень важно, поскольку беды что-то нас не оставляют, кризис следует за кризисом, народ измотан и нуждается в поддержке. Я бы еще отметил празднование Дня Крещения Руси в Киеве. Этот праздник уже государственный, надо добиваться, чтобы не только Патриарх, но и руководители России и Белоруссии отмечали его в Киеве, осознавали свою ответственность за судьбы наших народов и всей восточнославянской православной цивилизации.

- Ну, а каким уходящий год был для пресс-службы?
- Год был для нас юбилейным, но не слишком удачным, много задумок оказались нереализованными, что связано с болезнью Блаженнейшего, скудностью ресурсов. У нас небольшой коллектив, тем не менее мы содержим сайт, выпускаем и распространяем ежемесячный информационный журнал, издали книгу проповедей и речей Святейшего Патриарха Кирилла, произнесенных в Украине («Патриарх Святой Руси»), провели международную конференцию к 25-летию Чернобыльской трагедии, на которой выступили Святейший Патриарх, академик Велихов и многие известные деятели из Украины, России, Белоруссии. Сами участвовали во многих форумах в Украине и за рубежом, как в церковных, так и журналистских, где обсуждалось светлое будущее СМИ.

- Но традиционным СМИ – газетам, журналам — все пророчат скорую кончину…
- Я месяц назад вернулся с Форума европейских и азиатских медиа, который в этом году проходил в столице Казахстана Астане. Он собрал около трехсот руководителей СМИ и ведущих журналистов со всего постсоветского пространства. Было много профессиональных дискуссий о путях развития медиа, одна из них проходила в формате «стенка на стенку», где представители традиционной журналистики дали последний и решительный бой апологетам всепоглощающей сети. Дискуссию вела Светлана Сорокина, споры были жаркими, но традиционалы праздновали победу, причем решающий вклад внесли журналисты из Армении, Грузии, Прибалтики, которые научились различать плюсы и минусы сети. Какими бы технологическими прорывали сетевые информационные ресурсы ни обзаводились, это революции носителей, и к главным качествам информации – достоверности и объективности – они непосредственного отношения не имеют. Сеть неподцензурна, оперативна, супертехнологична, в чем ее огромные преимущества, но она также беззащитна против всевозможных манипулятивных технологий, информационных провокаций. В традиционной журналистике достоверность информации защищена и внешне (законами страны), и внутренне (профессиональным кодексом журналиста). Так что, если будешь гнать дезу, и коллеги руки не подадут, и издание свое разоришь.

- А для церковной прессы это актуально?
- Это актуально в большей степени для прессы, пишущей о Церкви. Приведу два примера. Несколько лет назад, при оранжевых, ющенковская газета «Украина молода» разместила на первой полосе клеветнический материал о том, что Лавра не привозит Благодатный огонь на Пасху из Иерусалима, а «производит» его из зажигалки в аэропорту «Борисполь». Мы опровергли эту дезу, переговорили с главным редактором «Украины молодой», газета не стала доводить дела до суда, сама дала опровержение, принесла извинения и Лавре, и наместнику, и верующим, и Церкви.
Другое дело – сеть. Вот у нас есть такой системный клеветник и пасквилянт Юрий Черноморец. Помню, в 2005 году едва замаячила победа оранжевых, он уже разразился на униатском сайте РИСУ огромным развернутым доносом на УПЦ. Дескать, нарушает правду Божию, готовила в трех вариантах заговор с целью недопущения Ющенко к власти, все в ней антигосударственное, антиукраинское, епископат – морально разложившийся, находится под контролем иностранных спецслужб, торгует нефтью, оружием и т.д. – я такого бреда никогда не читал. Материал перепечатали другие сайты, и на гребне победы оранжевых начались шельмование и травля Православной Церкви в Украине. В одной области националистические общественные организации даже требовали, чтобы общины УПЦ погрузили в теплушки и вывезли из Украины. Нам пришлось даже Генеральную прокуратуру подключать, чтобы остудить их запал. С редактором РИСУ Тарасом Антошевским мы пару раз пересекались, и он рассказывал, что является технарем, журналистика для него – дело новое. Я ему звоню и говорю, что коли вы считаете себя СМИ, то не имеете права ни сами клевету сочинять, ни чужую распространять. Как бы мы с Тарасом Шевченко не любили унию, но мне в голову не придет разместить на наших сайтах какой-нибудь клеветнический материал о том, что уния занимается антигосударственной деятельностью в Украине, а ее лидер кардинал Гузар – морально разложившийся недоумок, торгующий оружием. Не позорьтесь, говорю, снимите материал и извинитесь. Он и пальцем не пошевелил, только повизгивал в трубку от радости – такую провокацию против Православной Церкви раскрутил! Безусловно, и орден от унии за это получил. Думаю, что сей Антошевский не только стаскивает весь антиправославный мусор на свой сайт, но и заказывает тем же черноморцам, еленским и прочим пасквилянтам строчить всякие мерзости о Церкви, а сам их распространяет – какой с сети спрос? А там же целый конгломерат – тут же на подхвате Евстратий и прочие раскольничьи сайты Украины и России. А из этой помойки информацию черпают наши религиоведы и политики – столько чуши всякой о Церкви несут – диву даешься. Так что сеть используется и во благо и во зло.
Но, слава Богу, есть у нас проверенные и несгибаемые борцы за правду, среди них, конечно, «Радонеж». Я всегда поражался, как тебе удается с горсткой сотрудников столько лет и сайт содержать, и газету выпускать, и радио «Радонеж» на всемирный уровень поднять, и международный кинофестиваль ежегодно проводить, и образовательные проекты осуществлять. Я благодарен, что вы не оставляете вниманием Украину, и от все души поздравляю вас с наступающими Новым годом и Рождеством Христовым. Желаю и здоровья, и счастья, и успехов в творчестве!

- Я также поздравляю тебя с Рождеством, Новым годом и благодарю за беседу.

- Второй вопрос. Что главное для современного приходского священника? Есть разные виды служения: кто-то учит детей, кто-то храмы строит… В каждую эпоху свое. А сейчас?
- Во все времена для приходского священника было главное и первое: спасать человеческие души. Но без труда мы не выловим рыбку из пруда. Нужно иметь прежде дом, в котором глава есть Христос, дом Отца Небесного, о котором сказано, что «дом Мой домом молитвы наречется» (Мк. 11:17). Молитва вразумляет, просвещает, освящает всякого человека.
Современному священнику жребий выпал тяжелее, чем дореволюционному, потому что до революции строились храмы людьми, желающими построить храмы, чтобы увековечить свое имя, родословную. Как мы видим на территории Киево-Печерской Лавры (да и не только Лавры), все старинные храмы были построены тем или иным жертводателем. Много строил император, много строили дворяне, бояре – все, кто желал. На нашу же долю приходится просить у людей, которые имеют средства, чтобы они совершили это благое дело во имя Господа — и для славы Божией, и для своего личного спасения… Сегодня, в ХХІ веке, можно сказать, строительство храмов практически заканчивается. Возведено и отстроено более 10 000 храмов только в Украине.
Сегодня для священника главное, как и прежде, — чтобы он был глубоко верующим человеком, не спешил «идти в ногу» с современным миром. Священник должен быть путеводной звездой для своих прихожан, для верующих людей. На кресте часто писали в древние времена: «Будь верен Богу, людям, Отечеству». Только тогда человек может, если он работает над собой, спасти других. Сегодня наша задача – не ходить по водáм, не творить чудеса, как некоторым «младостарцам» хочется… Сегодня самое главное для священника – научить людей увидеть свое сердце, свою душу. Потому что если мы будем смотреть на чужие грехи, на чужие жизни, — это не спасительно и не принесет человеку никакой пользы.
Вот приходят люди в дом и смотрят, какая хозяйка там, хорошая или нет, как испечен хлеб, как накрыт стол… Так и священник. Если он содержит в чистоте свою душу, он будет содержать в чистоте храм, он будет удерживать свою паству от осуждения, от грехов… Невозможно совсем не грешить, человек имеет пораженную грехом природу, но все равно священник должен быть светочем, светом мира, солью земли — для того, чтобы спасать человеческие души.

- И третий из таких «практических» вопросов, — относительно крещенской воды. Если закупить бутилированную воду, ее приходится после освящения продавать. Но это чистая вода. Такой подход Церковь благословляет?
- Церковь благословляет, для удобства. Сегодня есть такие села и города, где невозможно наполнить сосуды чистой водой. Поэтому есть практика, что закупают воду и освящают. Естественно, Церковь не может такую воду раздавать, потому что она закупила бутылки, закупила саму воду… Кстати, к нам в Лавру приходит множество людей из Кабмина, из Администрации Президента, и просто люди, которые не пошли к источнику, а пришли к нам, и мы раздаем им воду. Лучше всего, конечно, набрать с колодца, из источников. Что касается днепровской воды — вы знаете, верю в святость, не сомневаюсь в благодати, но все равно я бы не стал ее пить.

- А теперь — уже к основной части. Ваше Высокопреосвященство, какие воспоминания связаны у Вас с празднованием Христова Рождества и вообще святками?
- Я родом с Ровенщины, рос в многодетной семье. Самые живые воспоминания сохранились о том, как хористы местной церкви ходили колядовать. Они прославляли Христа. Это были действительно церковные святки! Другое, что запомнилось, — ставили вертепы. Было очень интересно увидеть, прости Господи, лукавого, который искушал Ирода и многих евреев, преследующих Богомладенца. Запомнилось, как мы спешили в храм ночью. У нас литургия совершалась где-то в 5 часов утра. В то время носили кирзовые сапоги, в которых немножко был носок задран… И вот, чтобы не так мерзнуть, мы заворачивали ноги в теплую хустку.
Дома было приготовлено кушанье, согласно традициям Украины, этого региона и нашей семьи. Хоть семья, повторю, и большая, но всегда было всего, Божьей милостью, в достатке. Покойный отец мой старался, чтобы мы ни от кого ничем не отличались … Елка всегда была у нас в доме! Жили мы на хуторе, дом был старенький, с восемнадцатого века, и если маленький теленок уже родился в то время, к Рождеству, то он обязательно был доме, потому что в сарае очень холодно. И мы все радовались этому событию: это было, как ясли.

- Ваш взгляд пастыря-архиерея на роль Церкви в современной Украине, в славянском и остальном мире.
- Я думаю, не стоит ставить вопрос о роли Церкви «в славянском и другом мире». Древние отцы и философы писали, что Христос принес цивилизацию в мир, принес изменения, поэтому и называется: новая эра. Для всего мира Христос принес освобождение от греха, разрушение греха в таинстве крещения.
Рождество Христово нам оповестило, что пришло время, чтобы мы приготовили свои души. Мы люди тленные, земные. А нам даны были и вертеп, убогие ясли, и Голгофа — это страдания, война с грехом, и славное Воскресение, которое мы принимаем с радостью. Человек должен прислушиваться всегда к Церкви и жить по заповедям Господним, потому что человек – существо вечное, но на земле временное. И как мы здесь научимся, на земле, жить, так мы будем жить и в Вечности. Если наша жизнь обустроена по заповедям Господним, если мы действительно любим Бога не на словах, а жизнью, тогда нам нечего бояться смерти. Тогда Господь спасет всякого человека. Даже неверующий во едином часе может измениться и сподобиться стать причастником благодати Божией. Читая страницы Священного Писания, где описывается, как Авраам встретился с Господом, мы получаем прямое свидетельство: если даже будет один праведник, Господь спасет то селение, тот город, в котором он живет. И я верю, что сегодня много праведных душ живет и молится в этом прекрасном, Богом сотворенном мире, поэтому мы еще живем. Конечно, люди, которые далеки от Церкви, живут (пусть не обидятся), таким «скотским» образом жизни. Они не смотрят на заповеди, они не смотрят на то, чтó есть человек, они не смотрят на окружающий мир, который сотворен Богом для того, чтобы ты почувствовал величество Творца, а себя царем творения, видя, что тебе приготовил Господь… Мы вмешиваемся в природу, искажаем экологию, отходим от веры, творим дела насилия… Что мы видим? Люди проповедуют вроде бы мир, а за этим обманным миром стоят войны, разрушения стран, убийство человека — творения Божия, а в лице человека самого Господа распинают.
Удивительно, что строят приюты для животных, судят людей за то, что лошадь пострадала или бездомную собаку переехала машина… Но как уничтожается человечество! Это самое страшное. Благодаря Церкви сегодня еще существует мир. Рождество Христово заставляет многих задуматься, люди соблюдают посты, стараются хоть немножко очиститься… Я не говорю, что мы живем (и священники, и архиереи в том числе) безгрешно, исполняем все заповеданное. Бывает, сердишься, бывает и позавидуешь, или скажешь плохое слово… Я не могу, например, утверждать, что делаю все, как полагается, но стараюсь жить по велению Евангелия, и в своей жизни более всего смотреть на путь Христа: и святой Его страдальческой Голгофы, и Святого Воскресения.

- Владыко, а какие основные духовные проблемы современного человека?
- Сегодня главные проблемы человека – это невежество и неверие. Сегодня общество старается в человеке раздуть те страсти и пороки, которые диавол предлагал Господу на горе искушений. (Как вы помните по истории евангельского повествования: когда Господь был поставлен на высокую гору и диавол показал, искушая Господа, все «блага мира сего»). Сегодня, к сожалению, Интернет подобен помойной яме, которая разлагает человека, полностью растлевает, нет ничего страшнее растления…
Вы знаете, когда гонения в Церкви, когда какие-то бедствия, то люди более объединены, а вот когда находит надолго так называемое «блаженство тела», оно очень вредит духу. Люди сегодня — практически рабы. До 1861 года это было рабство тела, а вот конец ХХ-го, ХХI-й век – это рабство души. Человек порабощен страстями и пороками. Он не имеет время для семьи: жена – для кухни, родители — для детей, для храма, для молитвы. Сегодня все погружены в хаос безбожия, разлагающего человека. Это есть духовная смерть. Современные изменения приносят человеку страдания. Нынешние беды человека – невежество, неверие, жестокосердие.
Чему учит телевидение, в котором, кроме рекламы, почти ничего нет? Учат, как колоть наркотики, как убивать, как насиловать. И сегодня самой главной, я думаю, сатанинской, и как мы называем, масонской миссией есть то, чтобы растлить человека и привести его в совершенное истощение духа. Мы не имеем сегодня милосердия друг к другу. Заповеди блаженства гласят: «Блаженны милостивые», а сегодня, кроме злости и ненависти, в человеке, к сожалению, ничего нет.

-Сейчас многих церковных (да и мирских) людей беспокоят эсхатологические проблемы. Каждого, конечно, в свою меру представления… Что Вы скажете по поводу слухов о конце мира?
- Да, эсхатология – наука о конце мира. Проблема есть. Видите, человек думает, что он вечен. Да, подчеркнем, он вечен. Но на земле он – временный. И душа страдает и ужасается того, что она уже знает… Она по природе христианка, потому что мы носим образ Христа. Первая страница Библии говорит: «Сотворим человека по образу и по подобию Нашему» (Быт. 1:26). Образ мы получили Богочеловека, Христа, плоть Он принял человеческую впоследствии, а подобие мы должны воспитывать сами в себе. Это жизнь по Евангелию. Духовный человек — тот человек, который носит Святаго Духа. Он всегда исполнен радости.
Действительно, есть сегодня множество таких утверждений – неправедных, сразу говорю, неблагочестивых и пагубных для человека. Мы читаем Евангелие, которому нет равных книг, которое никто не может опровергнуть, потому что это Слово Божие, и оно – Истина. А тут слышим, что где-то там заканчивается календарь в 2012 году, где-то что-то… Но сказано, что о последнем времени никто не знает, даже Сын человеческий, хотя он – Богочеловек. Он как Бог знает, но как имеющий природу человека, тело, Он это не может знать. Поэтому — знает только Господь.
То, что это произойдет, мы знаем, и завершение уже приближается. Евангелие прямо свидетельствует, что в последние времена будут хулители Церкви, ругатели, что будут бедствия и разделения, что рассеянные народы будут возвращаться в свои земли. Восстанет брат на брата, появятся болезни, которых никто не сможет ни излечить, ни установить – отчего они? Все это сегодня мы видим. Изменения в природе — они есть. Сегодня 4 января, а на улице – «апрель». Сколько болезней! Что такое сахарный диабет? Все берутся лечить разными способами, но пусть покажут мне хоть одного человека, страдающего этой болезнью — вылеченным. Меня возмущает реклама: «рак – не вирок», «рак – это то-то и то-то»… И одна только еврейская клиника может лечить! Это – неправда. Это – шарлатанство. Это – обман. Это – полнейший абсурд. Потому что исцеление подвластно только Богу. Врачи могут помочь человеку на некоторое время, но полностью излечить — это во власти Божией. Если бы так легко все лечилось, как «лечит» Сандей, толкая в грудь человека, так зачем больницы? Не было бы столько страданий… Я удивляюсь безумству некоторых людей, которые на болезнях, на страданиях людей зарабатывают деньги! Всякие эти дополнительные питания, добавки – это все обман. Люди добрые, не верьте! Самое лучшее средство – это пост. И Церковь насколько мудро установила – четыре поста, плюс еженедельно среда и пятница – человек не будет себя перегружать. Старайтесь жить согласно церковного устава, и поверьте, будет хорошо… Будут, конечно, проблемы, так как мы имеем грех, разрушающий изнутри человека. Но если мы очистимся, не станет очень многих бед и страданий. Сегодня мы видим, как люди зарабатывают деньги на так называемых лекарствах. Да, они облегчают состояние, если действительно сделаны по совести. А если вредят?..
Мы сегодня видим, как женщины глупо поступают сами с собой – хотят изменить в себе образ Божий… Человек красив! Каков бы он ни был на лице, как его родили родители — он такой и красив. Все зависит от души. Если твоя душа искорежена, если она – зла, то будет лицо твое перекошено, глаза твои будут несветлые, потому что все зависит от сердца. Что в сердце человека – то у него и на душе и в теле.
…Конец мира неизбежен, но мы имеем возможность продлить дни бытия человечества на земле. Если мы покаемся, если мы обратимся ко Господу всем сердцем, тогда и Господь продлит дни. Но сегодня, как вы видите, Церковь Христову стараются всячески опорочить, всячески разделить, разломать, оклеветать, очернить. Не Церковь виновата. Церковь сама – непорочна. Виновен сам человек. И если в Церкви нездоровье– это нездоровье людей, мы это не отвергаем, мы это знаем. Ведь каждый человек – это есть часть Церкви. И все зависит от нас самих.
Вот сегодня некоторые люди говорят: «Ой, церковники такие-сякие, они работала с коммунистами…» А теперь появились разные секты, любого характера и масти. Лучше стало? «Разделяй и властвуй…» Чем дальше от Церкви, чем дальше от истинного пути, тем больше дебри, обрывы, ямы, и человек там гибнет. Поэтому мы должны обратиться всем сердцем к щедрому Богу.

- Какая роль Церкви в современной общественно-политической жизни?
- Вы знаете, для меня этот вопрос непонятен: Церковь для всякого человека – это Церковь. Она не должна подстраиваться под кого-либо. Она не может быть «карманной» Церковью Президента, парламента, других людей. Церковь обличает не человека, Церковь обличает страсти и пороки. Господь судит не по лицеприятию, Господь судит по нашему состоянию души, по нашей жизни.
Власть должна, обязана сохранять ту Церковь, которая есть в стране, хранить ее свято и бережно. И как раз православная Церковь, каноническая Церковь – это та религия, вера государственная, которую принял основоположник страны-Руси – князь Владимир. Он был человеком умным, образованным на то время, и стал человеком святой жизни, ибо в себе соединил все для того, чтобы прославить Господа и спасти весь свой народ.
Никакая другая религия, которая сегодня сюда приходит с востока или запада, не будет спасительной для наших людей. Мормоны, «сандеи» эти все — никогда в жизни не будут поддерживать Президента и его правильный курс, который он держит для укрепления мира. Им самое главное — разрушить устройство страны. Мы сегодня не понимаем этого. Но когда это все даст результат, тогда поймем. Вот, если вы помните, было «белое братство», что оно принесло?..
Меня еще одно возмущает. Мы воспитываем детей. Государство тратит деньги. И эта молодежь, которая не спилась и не скололась, действительно умная, — уезжает за границу. Тогда зачем эта страна? Они становятся рабами других, потому что множество передовых научных исследований исходит от славянского мира. И это засвидетельствовано много раз. Мы ехали в Израиле в машине с Блаженнейшим митрополитом Владимиром, и я услышал такое объявление: в мире пять тысяч шестьсот крупнейших ученых, из них более трех с половиной тысяч – славяне! Это действительно человеческий ум, облагодетельствованный Богом. До сегодняшнего дня никто не нашел тех препаратов, какие нашли наши ученые-медики. А какие достижения в космической и других областях! Поэтому нашей стране нужно сегодня побеспокоиться о сохранении веры, о сохранении государственности и сохранении своего народа. Сказано в Библии: если государство (чиновники!) подняло цену на хлеб, да будет проклято. А у нас сегодня делают что хотят, и народ для них нужен только когда выборы… К сожалению.

- Владыко, Церковь и молодежь: речь идет о поколении погибающем или многообещающем? Как вообще помочь молодым?
- Никогда не напьешься воды, не приложив труда, и никогда не достигнешь цели, не выйдя из дома. Так и здесь. Молодежь должна помнить: если она хочет быть спасена, если она беспокоится о благе, если она хочет чего-то достичь — она должна идти к свету. И этот Свет есть Господь. Как бы не мудрили мы, как бы не старались, все равно: если человек достиг чего-то в науке – это не его заслуги. Достиг в какой-то другой отрасли – это не его заслуги. Следует помнить, что именно Господь дает все для человека.
Заставить молодежь насильно – это не-воз-мож-но. Это нужно прививать родителям с детства, будут всходы, как бы кто не мешал.
Церковь сегодня жизненно необходима. Многие говорят: вам надо пойти… Куда? С ними танцевать? Нет. Пойти, чтобы с ними уколоться? Нет. Пойти с ними на дискотеку? Нет. Если у молодого человека болит зуб, он идет к врачу. Если он хочет кушать, то идет в магазин. Так и здесь: человек должен почувствовать, что у него болит душа. Да, веселья никто не отнимает: веселитесь и радуйтесь. Но должны помнить, что есть еще время и старости, время смерти и Воскресения. Поэтому сегодня мы не должны ослабевать, а должны учить, должны проповедовать. Наилучшая проповедь – это жизнь священника, она должна людям свидетельствовать.
На сегодня везде и всюду Евангелие проповедано. Но вот, бывает, многие приходят, когда нужно им повенчаться. Например. Я заставляю, прошу, чтобы они пришли на беседу. Пришли они причащаться. Поисповедовались кое-как. В большинстве случаев за них исповедуется священник, потому что… «Чем согрешил?» — «Ничем». «Ну может, вы в храм не ходили?..» -« Я имею Бога в сердце…» Хорошо, ты имеешь Бога в сердце. Но если ты любишь девушку, ты ж не говоришь: я дома, но я ее люблю! Ты же бежишь к ней, торопишься… «Может вы обманули?» – «Нет». «Может, вы родителей не почитали?» – «Да что вы! Мы с родителями…» «Может, вы блудом согрешили?» — «Нет. Мы живем гражданским браком». А что такое «гражданский брак»? Это блуд, подписанный в РАГСе.
Господь сказал: «Без Меня не можете творити ничесоже» (Ин.15:5). Поэтому нынче как раз молодые должны помнить, что без Бога их жизнь будет мрачная и тяжелая. Они должны всегда стремиться приходить в храм, заставить себя. Первый день очень тяжело прийти в храм. Ну пришли, побыли — хоть полчасика, хоть минут двадцать. Помолитесь, чтобы Господь помог и открыл тот путь, который ведет ко спасению, к Царствию Божию.
И не надо бояться, что тебе кто-то сделает замечание. Ученик, хоть и не выучив урок, идет на этот урок. Преподаватель двойку ставит – но ученик не боится. А некоторых, видите ли, обидели: «я никогда не пойду в Церковь». Не иди. Церковь не нуждается в нас, мы нуждаемся в Церкви! Человек должен помнить, что если пришел к хирургу, то хирург не спрашивает, как тебе резать нарыв. Он привязал твою руку, почистил, вырезал, а ты ори хоть до посинения. А здесь тебя никто не режет, не бьет, здесь тебе дают лекарство для исцеления твоей мятущейся многострадальной души..
Любил пить – перестань, потому что это вред для твоей души, принимал наркотики — отвыкни от этого, ругался матом – хватит. Вот говорю: вы курите? Сколько? Две пачки в день? А давайте сегодня скурим 39 сигарет. Завтра – кури, но 38 сигарет… И дойдешь до одной, и бросишь потихоньку. Проси помощи у Бога, а у Него хватит средств и милости дать тебе ум, чтобы ты смог спастись.

- И заключительный вопрос. Ваше благословение для еженедельника «2000» и вообще украинской журналистики. Что должны делать пишущие?
- Я благодарю Бога за величайшую милость – общение с журналистами газеты «2000».
Есть журналисты, как и священники, одаренные, а есть и бездари, как везде. Хочу сказать только одно: друзья, если пишете, пишите правду. Пускай она будет горькая. Пишите историю, какая она ни есть. Мы ее сами делаем, мы ее сами пишем. Но и Господь исцеляет эту историю разными способами…
Хочу также попросить вас, чтобы вы писали больше о святости жизни людей. К сожалению, сегодня многие журналисты забывают, что они – люди смертные. Меня очень удивляет, когда говорят: мы за справедливость, а сами — обманщики, извините за слово, «брехуны». Сами себе врут и всех обманывают. Говорите все, как есть.
Я прошу и молюсь, насколько это Богу угодно, чтобы Господь помог каждому человеку пронести свой крест. Чтобы Рождество Христово родило в каждом сердце чувство покаяния, чтобы Вифлеемская звезда освещала жизненный путь каждого. У нас в жизни столько проблем! У нас в жизни столько есть и радостных, и тяжелых дней… Поэтому чаще обращайтесь к Богу. И ваше одно слово, написанное на страницах газеты, журнала, слово на телевидении, радио, — может исцелить душу, а может и поразить ее. Не бросайте людей в отчаяние: люди не видят света, видят безысходность. Стоит ли так делать?
Нужно больше писать о прекрасном мире, Богом сотворенном, о том, насколько прекрасен человек, прекрасна семья, все что ни есть светлого и радостного – такая правда будет приносить людям счастье. Вот почему в те, «мои», времена, пятьдесят лет тому назад, мы радовались каждому празднику, радовались каждому дню, радовались каждому человеку!..
И пускай родившийся Богомладенец благословит каждого из вас на жизненном пути, и пусть будет в ваших сердцах мир, и радость, и благодать Святаго Духа. Аминь.

Беседу записал Александр ЯРОВОЙ

— Ваше Высокопреосвященство, каково Ваше отношение к прошедшим в конце 2011 года протестным акциям на Болотной площади и проспекте Сахарова в Москве? Как Вы в целом оцениваете сложившуюся в России ситуацию?
— Уверен, за этими митингами и искусственно нагнетаемой оппозиционной истерией стоит отнюдь не русский народ. Да, действительно, непогрешим только Господь, никакая власть никогда не бывает идеальной и может допускать ошибки. Но между нормальной, конструктивной критикой, к которой всегда готовы прислушаться, о чем неоднократно заявляли, руководители Российского государства — и Президент, и Председатель правительства, и тем, что совершается сегодня со стороны так называемой несистемной оппозиции, лежит пропасть. Призывы митингов отменить результаты выборов в Государственную Думу, освободить «политзаключенных», то есть не кого иного, как пресловутых ставленников антироссийских сил на Западе, и самое главное, отстранить от власти лидера национального и государственного возрождения великой России Владимира Владимировича Путина — с головой выдают подлинных организаторов и кукловодов протестных акций в российской столице. Сейчас над Россией, являющейся центром Русского Мира, нависла та страшная угроза, которая уже посещала Украину на рубеже 2004-2005 гг. — угроза «оранжевой» революции. Нагнетается такой же антигосударственный психоз и митинговая истерия.
Сегодня в России многие сомнительные «специалисты», в том числе, из числа либеральных и привыкших к перманентной фронде священнослужителей, пытаются уверить нас, что протесты спонтанны, что все, кто считает иначе — это любители теорий о мировом заговоре, что ничего общего у российской ситуации сегодня с предыдущими цветными революциями нет, что эта ситуация уникальна, что народ лишь требует справедливости… Точно так же под убаюкивание подобных «специалистов» наш народ уже «проспал» и февраль 1917-го, и развал единого Отечества в 1991-ом. Не случайно, кстати, и Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в своих выступлениях вспоминает в связи с последними событиями именно эти трагические даты русской истории. В 2004 г. нас на Украине абсолютно в том же духе успокаивали: ну, причем здесь какие-то манипуляторы, «народ» устал от несменяемости «бандитской» власти, он глубоко возмущен «фальсификациями выборов» (общая тема всех цветных революций), Майдан — это и есть подлинный голос народной свободы и т. п.
Существует, конечно, у российских событий важное отличие от того, что происходило в Украине в середине «нулевых». Это несопоставимость масштаба возможных последствий. Если удар по Украине оранжевых был весьма ощутимым, тяжелым, но, всё же, относительно периферийным, то попытка осуществления «цветного» сценария в Москве — это удар в самое сердце Святой Руси. Идеологи Болотной площади стремятся затопить своим болотом всю Русь, вернуть времена хаоса и окончательно похоронить надежду на воскрешение Великой России. Вновь море человеческих страстей высоко поднимает взбушевавшиеся волны свои, стремясь ниспровергнуть в темные бездны развала и безвременья едва начавшее путь возрождения православное Отечество наше. Дух лжи, обмана, предательства, злобы и ненависти вновь, как в самые трагические дни нашей истории, отравляет своим смертным дыханием Русскую Землю.

— Владыко, Вы упомянули кукловодов. Кого Вы имеете в виду?
— Сразу хочу сказать, что я не считаю всех, пришедших на московские митинги, либо сознательными недоброжелателями России, либо людьми подкупленными. К сожалению, и на киевском Майдане в 2004 г. стояло много искренних людей, зачастую причислявших себя к «интеллектуальной элите» украинского народа, одурманенных оранжевой псевдодемократической пропагандой и опьяняющим ветром западной «свободы». Очень скоро они вынуждены были горько разочароваться и понять свою ошибку (за которую пришлось расплачиваться, правда, всему остальному народу), поскольку увидели, что этот ветер, который дует всегда почему-то только в одном, антироссийском, направлении, чуть не разрушил дом украинского государства, поставив его на грань раскола, привел народ к тотальному обнищанию. Почти сразу же лидеры якобы «свободного» и «демократического» Майдана взялись за каноническую Православную Церковь, обвиненную ими в «сращивании с режимом», предприняв все усилия для того, чтобы абсолютно беззаконными методами и грязными средствами утвердить церковный раскол, отколоть Украинскую Церковь от священного единства с Московским Патриархатом, создать на 100 процентов зависимую от них, карманную, политическую Церковь. Вся эта эйфория, эта псевдодемократическая патетика до боли знакома нам, прошедшим темные дни украинского Майдана. Однако победил здравый разум. Благодарение Богу, в Украине к подлинной власти пришли здоровые силы во главе с Президентом Украины В.Ф. Януковичем. И верим надолго. От глубины сердца, любящего нашу единую Русь, хотел бы воззвать: одумайся, русский народ, возведи очи твои горе, не дай вновь обмануть себя митинговым крикунам, ведущим тебя к катастрофе! Поняв, кто эти крикуны, к чему и в какой момент они призывают, кто их союзники, мы и поймем, кто является кукловодами «Болота». Многие из лидеров митингующей оппозиции уже были во власти в скорбные для России 90-е годы. Они уже успели скомпрометировать себя участием в беспредельном и невиданном расчленении и разграблении страны, они разделяют всю полноту ответственности за сдачу вековых интересов России внешним недоброжелателям и за то, что Отечество наше было поставлено на грань полного уничтожения в конце т. н. «ельцинского» периода.
Их призывы свергнуть «режим Путина», т. е. того лидера, который вывел Россию из хаоса и развала, начал восстановление ее государственной, политической, экономической, военной мощи, геополитического и культурного влияния на мировой арене, который не дал так называемым «западным партнерам», правившим в России руками многих нынешних «оппозиционеров» и лжеискателей «правды» окончательно погубить Россию, оставив ее за бортом мирового исторического процесса — эти призывы показывают, что организаторы протестных митингов действуют в интересах заокеанских хозяев. Тому есть множество и иных явных свидетельств, не замечать которые может только слепец. Это и подготовка некоторых молодых лидеров оппозиции в наиболее одиозных американских вузах, это и дружный поход «оппозиционеров» в американское посольство в Москве на поклон к хозяину — новому послу с отчетом о проделанной и предстоящей работе. Это и нескрываемые публичные заявления лидеров «болотной» революции о том, что нужно пользоваться поддержкой Америки, чтобы свергнуть российскую власть, что ничего плохого для России не будет от оранжевой революции. А в какой исторический момент возникают эти якобы «спонтанные» выступления? Именно тогда, когда, наконец-то, начат процесс реинтеграции исторической России в рамках ЕЭП, когда российское государственное руководство приготовилось дать твердый ответ захватническим планам мирового гегемона, решившего обложить возрождающуюся Россию заградительным ракетным поясом.
Именно вскоре после того, как президенты России, Белоруссии и Казахстана подписали в Москве эпохальный интеграционный документ. Среди оппозиции, представленной на московских митингах, заметен голос и так называемых «националистов», якобы защищающих интересы русского народа. Мы на Украине много настрадались от ненависти националистических сил, ничего кроме разрушения они не приносят. А призывы: «Хватит кормить Кавказ!», призывы к отделению от России некоторых национальных республик, — очень хорошо вписываются в известную резолюцию Конгресса США о «порабощенных народах», в стратегию дальнейшего территориального развала России и наносят удар по стратегическим позициям уже Русской Православной Церкви на Кавказе и в других важнейших российских регионах, что также очень важно для тех, кто хочет подорвать вековые позиции Русской Церкви, как духовной основы восточнославянской православной цивилизации. Кстати, если внимательно проследить высказывания некоторых «болотных» лидеров, а также их действия, то можно убедиться, что отношение к Православию у них зачастую крайне воинственное и презрительное. Выдают этих самозваных лидеров и их друзья. Может быть, в России этого не слышат, но с воззваниями и прокламациями в поддержку «идеалов» Болотной площади и «возрождения гражданского общества в России» (т. е. попытки российского Майдана) в Украине выступают самые одиозные раскольнические силы, посвятившие все свое существование борьбе с Русской Православной Церковью, самые отъявленные профессиональные русофобы и недальновидные политики. А восторженные крики в адрес митингов со стороны российских раскольников, вроде Лурье и Якунина, а открытая поддержка «борцов с режимом» Госдепом США, Бжезинским, Березовским — неужели все это не указывает предельно ясно, на то, в чьих интересах организовываются протестные акции?

— В России приближаются президентские выборы. Кто, по мнению Вашего Высокопреосвященства, является лидером, необходимым сегодня стране?
— Из всего, сказанного мною выше, из логики самого исторического процесса однозначно следует, что на сегодняшний момент, на разломе исторических эпох, во время государственных и общественных потрясений, поддерживаемых извне, Россию должен возглавить только лидер, проявивший себя решительным защитником Отечества от внешних и внутренних угроз, имеющий опыт преодоления самых тяжелых испытаний и созидательной работы, прошедший тернистый путь по восстановлению жизни Российского государства практически из пепла, самоотверженно посвятивший служению Родине всю жизнь без остатка, верный своему призванию, гражданскому и служебному долгу, мыслящий не сиюминутными конъюнктурными соображениями, но масштабами, достойными планетарной миссии России, имеющий политическую волю и решимость отстаивать интересы народа, справедливость и достоинство человеческой личности, пользующийся заслуженным авторитетом на мировой арене, вызывающий трепет у врагов Святой Руси и, конечно же, глубоко верующий в Бога, человек Церкви, осознающий огромную ответственность, возлагаемую Промыслом Божиим на руководителя величайшей в мире страны, готовый достойно и уверенно пронести Крест, возложенный на него Спасителем мира.
Таковым лидером является, безусловно, только Владимир Владимирович Путин. Ему присущи беззаветный патриотизм, несравненная харизма, принципиальность и рассудительность, несгибаемая гражданская позиция, открытость и искренность. Владимир Владимирович обладает глубоким пониманием важнейших вопросов государственного строительства и управления, эффективной внутренней и внешней политики, высоким профессионализмом. Он внес и продолжает вносить неоценимый вклад в созидание политических, экономических, культурных, духовных и нравственных основ жизни российского общества. Эпохальные свершения В.В. Путина вдохновляются присущими его душе идеалами православной веры, церковного благочестия, а также искренней любовью к Богу, России и людям. Эти святые идеалы одухотворяют его целостную личность. Возвышенный христианский альтруизм, помноженный на природный ум, кипучую энергию и блестящую образованность, придает особое обаяние его многогранной личности. Именно благодаря его государственной мудрости, взвешенной и ответственной политике, Россия смогла выйти из тяжелейшего мирового финансового и экономического кризиса и готова достойно встретить новые испытания.

- А в чем это выражается?
- Конечно, никто никаких решений и постановлений не принимает. Но вот, скажем, наш омбудсмен Нина Карпачева полностью поддержала концепцию прав и свобод человека, которую разработала Русская Православная Церковь и которую проповедует Святейший Патриарх. Министр образования и науки Дмитрий Табачник, выступая на чернобыльской конференции, предложил часть социальных функций государства передать Церкви и соответствующее госфинансирование. Очень любопытны были высказанные им мысли о «русском мире» как «нестяжательной цивилизации». Патриарх выступает с концептуальными размышлениями, которые дают какие-то новые измерения проблемам современности. Так было на форуме православных женщин и встрече с ректорами вузов. Но я бы хотел отметить, что визиты Патриарха в Киев на День Крещения Руси оказывают влияние и на Россию.

- А каким образом?
- Патриарх и Россию возвращает к своим духовным корням, к идеалам святости древней Руси, к родной истории, где Киев занимает не последние место. Думаю, в России не много осталось уважающих себя чиновников, общественных деятелей, которые не посетили бы Киев и Лавру. Причем не только федерального, но регионального уровня. Вот недавно губернаторы Урала были, передали Лавре в дар уникальную икону Божией Матери, сделанную из уральских самоцветов, чтобы Святая Лавра помнила и молилась об уральцах. Артистическая элита, бизнесмены, уставшие от куршавелей, тоже как-то поворачиваются в эту сторону. Иногда даже целыми корпорациями. На днях было сообщение, что одна из них запланировала совет директоров (сорок человек) в Киеве провести с непременным посещением Лавры. По стопам Патриарха. Это тоже результаты визитов. Ведь в России, да и в других странах бывшего Союза уже выросло целое поколение людей, которое исколесило Америку, западную Европу, Ближний Восток, Индию и Китай, а о Киеве вообще никакого представления не имеет. Да и особой необходимости в этом не видит.

- А кто же в этом виноват? Есть ли в Киеве условия для современного туризма и паломничества?
- Условий, конечно, нет, в том смысле, что, побывав в дальнем зарубежье, большинство паломнических отечественных тягот и лишений представляются совершенно абсурдными, особенно в современном мегаполисе. Новая столичная власть, впрочем, объявила о намерении догнать и перегнать соседние столицы – Варшаву, Прагу, Будапешт и др. – по европейскости и в ближайшие годы вложить десятки миллиардов евро в транспортные и прочие инфраструктуры мегаполиса и даже объявила о всегородском обсуждении своих проектов. Однако об очевидном преимуществе Киева перед всеми столицами – то, что он исторический центр Руси, родина Церкви восточных славян, средоточие ее древнейших святынь – речь не ведут. Хотя возрождение Киева как всемирного центра православного паломничества могло бы лежать в основе всех планов по его развитию. А для этого нужно возрождать киевские святыни, строить современные паломнические центры, гостиницы, музеи, транспортные стоянки, чтобы люди семьями могли помолиться у древних святынь своего отечества.

- Но, судя по полемике вокруг десятинной Церкви, возрождение идет со скрипом. Даже экс-президенты Леонид Кравчук и Виктор Ющенко выступили в защиту ее фундаментов и против восстановления храма.
- Бедные фундаменты и не знали, что у них столько ценителей и радетелей, поскольку лет десять за забором в заплеванности и замусоренности пребывают. Под чутким руководством Леонида Кравчука, когда он курировал атеистическую работу в ЦК КПУ, не одна сотня православных храмов была перепрофилирована и разрушена, видимо, чтобы фундаменты было легче изучать. Знаешь, если бы царское правительство и сами государи-императоры так же относились к нашему духовному наследию, как родная украинская власть, то Киев так бы и оставался захолустным городишкой с 10 тысячами населения, каким был до начала 19 века. С огромным количеством заросших руин. Все, что мы сегодня в Киеве видим, – это возрожденные или построенные за два века святыни. А около двухсот храмов и памятников мы можем видеть лишь по фотографиям, поскольку они были разрушены за время советской власти. В Иерусалиме тоже ни одной древней постройки не сохранилось. Все возведено, большей частью, в 18-19 веках. Разве мы едем на Святую Землю, чтобы фундаменты рассматривать? Мы едем к святыням, пусть даже и восстановленным, и само посещение мест земной жизни Христа для нас потрясение. При Щербицком умели и остатки старых Золотых ворот сохранить и новые над ними возвести. Теперь разучились? Киев должен не только называться колыбелью нашей Церкви, цивилизации, святым градом, но и всем своим видом свидетельствовать об этом, как это и было сто лет назад. Патриаршие визиты в Киев на День Крещения Руси и само празднование подталкивают к осознанию этого.

- А как оценили визиты украинские СМИ?
- С информативной точки зрения, они освящались широко, подробно и по телевидению, и в газетах, и в сети. А с точки зрения аналитичности и оценочности, я бы сказал – в русле всеобщей профессионально-культурной деградации. Что, впрочем, стало уже обычным явлением для всей гуманитарной сферы. Вот перед визитом в Киеве прошел всемирный фестиваль поэзии: было немало известных поэтов из России, Америки, Европы, Украины, русскоязычных и украиноязычных. Он длился несколько дней, поэты читали стихи, я был в первый день – получил огромное удовольствие, даже пару новых имен украинских поэтов для себя открыл. Потом почитал отчеты, а там ни слова о поэзии – одна желтизна, какой поэт с какой музой появился, в каком ресторанчике завис. То же у нас происходит и с кино: скажем, ежегодно в Киеве проходит международный кинофестиваль «Молодость», на который много замечательных лент привозят. А в отчетах – все, кроме кино: где кто остановился, что пили-ели, какие казусы случились и т.д. Так и в освещении патриаршего визита. Можешь посмотреть подборку материалов о нем в сети. Ни слова о главном — проповедях, выступлениях, беседах, один околоцерковный треп в соответствующей тональности.
Вот Екатерина Щеткина из «Зеркала недели» учуяла некий «канализационный запах», который сопровождал визит. Хотя этой даме давно пора самой наконец-то помыться, и все запахи от нее уйдут. Стайкою наискосок. Целая группа «экспертов», в том числе и некто по фамилии Высоцкий, оговорку Патриарха у памятника равноапостольному князю Владимиру поставили главным пунктом зубоскальства. При этом из текстов видно, что люди не знают о существовании святого равноапостольного Кирилла, памятники которому стоят в Украине, и в Киеве в частности, и который является небесным покровителем Патриарха. Александр Заец, руководитель какой-то атеистической лавочки, именуемой «Институт религиозной свободы», вещает: «С каждым годом внимание граждан и власти к визитам Патриарха Кирилла в Украину заметно уменьшается». С чего он это взял? На чем основывается? Непонятно. Но все это гуляет по сети. Словом, из года в год одна и та же картина: во время патриаршего визита все униато-раскольничьи моськи повыскакивают, потявкают, оболгут-переврут – и назад по конурам.

- Но в этом году Виктор Янукович не был на торжествах в Киеве.
- Он и в прошлом году не был, но во время каждого визита и президент, и премьер-министр находят возможность встретиться с Патриархом. Конечно, уния и расколы не дремлют, интригуют, устраивают различные информационные провокации, стараясь испортить отношения между Блаженнейшим и Патриархом, президентом и Патриархом, властью и Церковью. Хотя и во власти есть люди, интригующие против Православной Церкви. Недавно на одном провластном телеканале показали сюжет ко Дню независимости, где отлученный от Церкви М. Денисенко (Филарет) представлен пламенным борцом за эту самую независимость.

- Ты полагаешь, что власть вновь будет разыгрывать раскольничью карту?
- Ну, а как можно еще объяснить, если гэкачеписта, учившего «давить демократию танками», объявляют борцом за свободу и независимость? Я вот всегда полагал, что абсурд – не что иное, как некий творческий прием, призванный обнажить экзистенциональное состояние человека и пр., но никак не реальность. У нас же в Украине – это реальность и вполне привычная. Преданный анафеме самозванец, крупный вор, ограбивший Церковь, ходит в патриарших нарядах, все это прекрасно знают, но относятся, как односельчане к гоголевскому Пацюку – куда ж от него деться? Еще и на «совместные» богослужения на юбилей независимости тянут. И он ведь там будет не детей развлекать, передвигая взглядом вареники, а святотатствовать. Но это нормально.

- Говорят, что в этом году в Украине День независимости отметят с размахом, с военным парадом, демонстрациями?
- Конечно. На День Победы – когда и надо было проводить военный парад, поскольку это великая, воинская победа, украинские фронты брали Берлин, водружали знамя над Рейхстагом, — от него отказались. Пожалели нашу славную боевую технику, она еще советская и двух парадов в год может не выдержать. А вот на День независимости надо показать всю нашу героическую воинскую доблесть и славу. Хотя эта независимость была обретена не только без единого выстрела, но даже и без демонстраций.

- Ты скептически относишься к этому празднику?
- Я со скепсисом отношусь к этим глупым фанфарам, к мифологии и лжи, которую нам навязывают. Россия на год раньше объявила независимость от Украины и прочих республик, у нас же целый год не решались осуществить «вековую мечту украинского народа» – жить независимо от России, – и если бы не путч, не решились бы до сих пор. Мы все участники тех событий. Все высшее руководство Украины поддержало ГКЧП – и Кравчук, и Гуренко, и генералы, армейские, милицейские, чекистские. А что хотели путчисты? Они хотели вернуть страну в сталинские времена, ненавидели Горбачева, демократию и свободу, которые были реальной угрозой их властвованию. Сопротивление путчу оказали москвичи в Белом доме, в Киеве никто даже пикета не организовал, ни националисты, ни демократы – все, по слову Кравчука, занимались уборочной. Все центральные и столичные газеты, за исключением двух, перепечатывали постановления ГКЧП. Такую же позицию занимало и украинское телевидение. Когда же путч провалился и замаячила расплата, то никто из украинских гэкачепистов не захотел по примеру Анатолия Лукьянова обогащать в Матросской тишине украинскую словесность своими стихами. Все Политбюро ЦК КПУ во главе со Станиславом Гуренко и Леонидом Кравчуком немедля преобразилось в украинских буржуазных националистов, несгибаемых борцов за независимость Украины. В пожарном порядке подконтрольная коммунистам Верховная Рада приняла Декларацию о независимости. И стали недосягаемыми для российской или союзной Фемиды.

- Но ведь Компартию Украины запретили за поддержку путча?
- Это еще одна страница абсурда: партия, которая контролировала все и вся, саму себя запретила, при этом никого не привлекли ни к какой ответственности. Все сохранили свои должности и даже укрепились: партноменклатура пересела из партийных кресел в государственные. Меня в то время от редакции отправляли в Москву, я встречался с Генеральным прокурором Степанковым, читал протоколы допросов Кравчука, мы даже один из них опубликовали. Нет никаких сомнений, что он должен был свой томик стихов в Матросской тишине написать. Ситуация была, как в «Операции Ы»: любо гэкачепистам удастся спрятаться под зонтиком независимости, либо их поволокут в прокуратуру. Я много раз писал, что у нас памятник независимости надо создавать в виде скульптурной композиции из фигур перепуганных гэкачепистов: Кравчука, Гуренко, Плюща и прочих. Это было бы намного честнее, чем рассказы Леонида Кравчука, которыми нас почуют перед каждым Днем независимости, о том, как он с младых ногтей горел желанием стать могильщиком коммунизма, осуществить мечту украинского народа о своей державе, как эту державу создал, как ее, малютку, пеленал, и от колыбели передал всем нам. Слушаешь, и слезы на глаза наворачиваются.

- Но ведь народ поддержал независимость на референдуме.
- Конечно. Он поддержал декларацию о суверенитете, наполненную самыми высокими и светлыми целями – о процветании, братстве, благополучии всех и каждого. Я, правда, не уверен, что хоть один пункт этого светлого будущего за 20 лет выполнили. Тогда же была запущена пропагандистская кампания: по почте, в каждую квартиру доставляли ворох листовок, доказывающих, что Украина – самодостаточная во всем страна, с гигантским промышленным потенциалом, главная житница мира, занимает лидирующие в мире позиции по производству валового продукта на душу населения и т.д. Словом, не пора ли нам наконец-то пожить по-человечески, в достатке, в своей правде и воле? В условиях разрухи, купонов, гиперинфляции это было как мед на раны. Но я хочу напомнить, что пропаганда благ от разделения была не только в Украине, но и в России.

- Что ты имеешь в виду?
- Я видел подготовку к празднованию двухлетия независимости России в Москве в 1992 году. Тогда проходил международный журналистский форум, в котором я участвовал. Он собрал много американцев, европейцев, которые занимались журналистикой расследований.
Это была долужковская Москва, в жесточайшем кризисе, вся облупленная, замызганная, с огромным количеством людей, которыми были заполнены улицы, проходы и переходы. Они торговали, чем могли, в основном перепродавали купленное – продукты, хлеб, сигареты. День независимости — это, если не ошибаюсь, был первый праздник в новой, свободной России. Мы жили в гостинице «Москва» у Кремля, заседания форума проходили на факультете журналистики МГУ, напротив еще не застроенной Манежной площади, где проводились подготовка и репетиции парада в честь этого Дня. Коллеги-американцы как-то сразу увидели в параде нечто родное, но не могли взять в толк, в честь какой независимости праздник и от кого? В каком сражении она была обретена? Им объясняли, что вот, мол, веками все эти хохлы, молдаване, кавказцы и прочие «тюбетейки» высасывали соки из матушки России, довели ее до ручки, и самая великая и богатая страна мира оказалась с самым бедным, вымирающим народом. А два года назад всех дармоедов и нахлебников стряхнули с себя – и теперь счастью нет предела. Мы пошли посмотреть, как будут репетировать слезы радости на глазах, но не увидели — с этим как-то не очень клеилось.

- А в Киеве, конечно, все «склеилось»?
- Разумеется. Ведь мы народ более эмоциональный, сентиментальный. Исторически так сложилось, что если у нас человек даже о самом себе, родном, задумается, комок к горлу подкатывает, и слезы льются сами. Думы, мои, думы! Хотя те слезы, которые нам ежегодно демонстрируют в репортажах с празднования Дня независимости, тоже не слишком убедительны. Потому что на самом деле не много найдется людей, которые могут сказать, что 20 лет назад они не жили, а мучились, теперь же процветают. Вся статистика говорит об обратном.
То, что у вас переименовали День независимости в День России, – правильно. Нашими независимостями была разрушена великая страна, с великими трагедиями, свершениями и победами, разрушено многовековое братство наших народов и поколений. Вместе создавали, защищали, столько всего перенесли – чего же при свободе разрушать? Даже Иосиф Бродский, великий поэт и диссидент, у которого было немного поводов питать теплые чувства к изгнавшей его стране, на независимость Украины откликнулся знаменитым стихом, полным горьких упреков и обид. Так что разошлись по своим углам, тихо и мирно, по взаимному согласию, в надежде, что порознь будем жить лучше и счастливее – чего же парадами и фейерверками развод отмечать?

- А в Украине когда-нибудь переименуют?
- Думаю, нескоро. Понимаешь, мы хотим быть, как все. А во многих странах празднуется день независимости как начало государственности. Для этого необходим вполне стереотипный набор исторических событий. Одна страна или империя должна захватить другую, угнетать, грабить коренной народ, который в конце концов восстает, после кровопролитных войн изгоняет захватчиков, устанавливает свою власть на своей земле и создает независимое государство. Героям устанавливают памятники, утверждают гимн, герб и форму правления, а сбросивший оковы народ показывает чудеса социально-экономического и культурного развития. Отчего день независимости в глазах благодарных граждан с каждым годом становится все более значимым. У нас, как ты понимаешь, с выбором страны, от которой мы отнезависимились, особых проблем не было. Не Молдову же с Белоруссией или исчезнувший Союз таковыми считать. Выбрали, естественно, Россию.
Но начались сложности. Россия на захватчицу в рамках Союза как-то не тянула, наоборот, от нее на заре Советской власти в пользу Украины отрезали Новороссию и прочие земли, которые Украиной никогда не назывались, а после войны – Крым. К тому же сама Россия, о чем мы с тобой уже говорили, свою независимость объявила годом раньше. Никаких столкновений или вооруженных конфликтов из-за независимости Украины не было. Как и не было реального врага в лице России.

- Поэтому его надо было выдумать…
- Совершенно верно. Чем мы в Украине и занимаемся все последние два десятилетия. Мне как-то в руки попал сборник билетов по истории для поступающих в вузы. Третий вопрос каждого билета звучал примерно так: дальнейший упадок или уничтожение украинскости, украинского земледелия, промышленности, языка и т.д. Как правило, по вине России с 16 века до Ющенко. Я очень удивился: сколько ж можно беспрерывно гибнуть и разрушаться. Откуда-то надо появляться, чтобы было чему погибать.

- Почему до Ющенко?
- Сначала все украинское губили до 1991 года, после победы оранжевой революции Кравчука и Кучму объявили «старой преступной властью», и, естественно, упадок продлили на время их правления. Что по-своему справедливо: при них началось вымирание народа, которое, впрочем, продолжается до сих пор – население сокращается в среднем по 400 тысяч в год.
Русские и украинцы всегда ощущали себя единым, единокровным, единоверным народом. Вместе создавали и Киевскую Русь, и Российскую империю, и Советский Союз, множество раз проливали за них свою кровь, как за свое Отечество. Россия никогда не захватывала Украину, и они никогда не воевали друг с другом. Но были случаи, когда часть украинцев выступала на стороне шведов, поляков, татар или фашистов. Таких случаев в истории пять-шесть, что на фоне нескольких сот войн, которые русские и украинцы сообща вели против общих неприятелей (вплоть до Великой Отечественной и Афганистана) – капля в море. Но именно они изучаются в школах как примеры русско-украинских воин, их участники объявляются борцами за независимость Украины и ее героями (Мазепа, Петлюра, Бандера), на месте тех событий установлены памятники (Конотоп, Батурин, Круты). Это должно свидетельствовать, что у нас такая же героическая история борьбы за независимость, как у других: было кому и с кем на нее бороться.
Россия не захватывала Украину, но уничтожала украинский народ похлеще любого захватчика, отсюда, скажем, любимая мифологема Виктора Ющенко: голодомор как геноцид украинского народа. Его жертвам опять-таки установлен памятник. Идеология лживая, простенькая, примитивная, но действенная, к тому же обильно оплаченная западными грантами. Мне еще в 1990-е один знакомый историк (тогда все бедствовали) сказал, что надеется поправить свое финансовое положение, поскольку ему предложили грант на написание книги об украино-российских войнах. Я очень удивился: где он эти войны наскребет, тем более на книгу? Он ответил, были бы гранты, а войны найдутся, и украино-российские, и украино-белорусские, и украино-молдавские, и украино-польские – любые. Поэтому независимая Украина как русофобский проект внедрялся давно и не без успеха.

- Но он и в самой Украине не всеми воспринимается?
- Конечно. Отсюда и трагическая разделенность страны. Русофобия не принимается ни в Одессе, ни в Харькове, ни в Днепропетровске, ни на Донбассе, ни в Крыму. А когда она сопровождается еще и административными репрессиями против русской культуры, русского языка – при Тимошенко школьникам даже на переменах запрещали на русском общаться, – это только углубляет разделенность. Поэтому надо отделять русофобию от независимости, а это получается с трудом. Хотя всем очевидно, что эта идеология саморазрушительна. Чтобы нам 20 лет назад ни сулили, ныне мы занимаем предпоследнее место в Европе по бедности, да и по прочим показателям уверенно пасем задних. И никакими ежегодными парадами не вернешь те сотни сел, которые тоже ежегодно исчезают с карты Украины. Разделенная в себе держава не может быть ни эффективной, ни продуктивной.

- Но это проблема не нова. О ней говорят все годы независимости.
- И решали одним и тем же способом. Помнишь, как при Кучме одним махом в Одессе закрыли все русские школы в Украине? Что, после этого Одесса стала Львовом? И сегодня выдавливание русского языка продолжается. Встретил недавно одного предпринимателя, он говорит, что целый день какие-то платежки переводил на украинский. Раньше можно было и на русском, а теперь – нельзя. Этой весной на философском факультете Киевского университета, где, кстати, выступал Святейший Патриарх, проходила конференция, посвященная наследию киевлянина, русского богослова и философа о. Сергия Булгакова. Конференция замечательная, но я обратил внимание, что все без исключения университетские доклады – на украинском. Оказывается, раньше, при Ющенко, можно было и на русском, а теперь – нельзя. Спрашиваю, почему нельзя, может, Конституция запрещает? Конституция не запрещает, но вот есть некое распоряжение, и с этим «теперь строго». Так что, несмотря на все заверения Януковича, Азарова, Табачника, русский язык выдавливали и продолжают выдавливать. А это, как ты понимаешь, не способствует единению.

- А что способствует?
- Власти и нашему молодому независимому государству есть у кого учиться объединять людей – у своей родной Украинской Православной Церкви, которая старше нашей державы на тысячу лет. Ведь когда Блаженнейший Митрополит Владимир почти два десятилетия назад прибыл в Украину, нестроений в церковной жизни было гораздо больше, чем в государственной: еще был жив воинствующий атеизм, общин было немного, они были деморализованы Филаретом, ограблены им, бежали в раскол, унию. Было и давление, и искушение, но митрополит никого не предал, не разорвал тысячелетних братских уз с Россией, Белоруссией, никого не отверг, не запрещал и не проталкивал ни один язык, а стал объединять людей в Церкви, в служении Богу, человеку, народу и той же Украине. И когда все рушилось – наука, культура, промышленность, сельское хозяйство и т.д., – Православная Церковь взрастала, несмотря на гонения и притеснения властей. Она возродилась: количество приходов увеличилось в пять раз, монастырей – в 25. Причем во всех регионах страны (за исключением Галиции, где униаты насилием захватили сотни православных храмов). По всем опросам за последние десять лет, Церкви люди доверяют больше, чем всем институтам власти вместе взятым. Если в УПЦ десятки миллионов людей всех языков, регионов и сословий чувствуют себя братьями в родном доме, почему они не могут стать такими же в родном Отечестве?

- Почему неожиданностью? Награждать к юбилеям — обычная практика.
- У Блаженнейшего много наград, и я, кстати, никогда не видел, чтобы он хоть одну носил. Конечно, лучшей наградой от власти было решение тех проблем, которые постоянно поднимает Блаженнейший митрополит — возвращение Церкви статуса юридического лица, экспроприированной собственности и так далее. Здесь дело в самой награде. Она наследует высшие звания советской эпохи — Герой Советского Союза, Герой Соцтруда — и приравнивается в Украине к ним, однако ни в СССР, ни в наших постатеистических странах никаким подвигам на архиерейской ниве не было места. В этом видится нечто символическое, некая реабилитация церковного служения вообще и справедливое вознаграждение конкретному человеку. Красивая, вполне эпическая история о двух десятилетиях унижений, терпении, стойкости и сатисфакции — признании правоты как подвига.

- Блаженнейший стал первым священнослужителем, удостоенным звания Героя Украины?
- Нет. Три года назад этого звания был удостоен архимандрит Лонгин (Жар), настоятель Банченского монастыря в Черновицкой области, который основал знаменитый приют. Он сам сирота и содержит более двухсот детей. Среди них и калеки, и неизлечимо больные, брошенные родителями. Это человек, который пытается самым несчастным созданиям дать ощущение счастья, родительского тепла, радости существования. Есть документальный фильм о монастыре, приюте, отце Лонгине, я показывал бы его еженедельно по всем каналам: он не может не пробудить человеческое в человеке. Отец Лонгин — легендарная личность, тот, кто сердце отдает детям. Думаю, что Святейший патриарх во время визита в Черновицкую епархию непременно посетит и монастырь, и приют.
Служение Блаженнейшего митрополита Владимира, как вы понимаете, иного рода, и его оценили как подвиг. Я рад, что не удалось этот юбилей-праздник испортить ни оппонентам, ни злопыхателям, ни — что очень существенно — самим организаторам собора.

- А такая перспектива была реальной?
- Конечно. Соединили праздник с проблемными вопросами, посеяли ветер, подняли бурю, и чем больше успокаивали, заверяли, опровергали, тем больше усиливали недоверие и волнения. Даже престарелую анафему-Филарета разбудили, как декабристы Герцена. А если этот древний демон еще того, чекистско-атеистического, мира ноздрями учуял в соборе нечто свое, зашевелился в логове, то сразу растревожились всевозможные филареторасколозмееборцы. И пошло-поехало: воззвания, стояния, альтернативные соборы…

- А что он хотел от Собора?
- Уж, конечно, не поздравить юбиляра. Он выступил в прессе с напутственным обращением к делегатам: мол, чего доброго вы дождались от Москвы, отделяйтесь, восстаньте падшие рабы! Что-то уже не вполне адекватное. Ведь Михаил Денисенко прекрасно знает, что никто больше него самого крови у Церкви, у тех же делегатов не попил: он ограбил УПЦ, создал раскол, организовывал все эти гонения, захваты, избиения, провокации, разделения. И сами украинские архиереи расстригли его и выгнали из Церкви за вполне конкретные и доказанные преступления. Причем здесь Москва? Никто от Москвы ничего не ждет, да и что, собственно, ждать? Все в единстве трудятся на ниве Христовой, где работы — немеряно, только возьмись. А тот, кто трудиться не любит и не умеет, тот ищет бури. Но так было в веках.

- Однако проблемные вопросы тоже надо ставить и решать.
- Конечно, надо. Но оказалось, что опыта соборноправия мало: собор-то первый за 19 лет, и он впервые проходил без давления власти, в свободных, неэкстремальных условиях. Делегаты приехали со своими мыслями об обсуждаемом, дискуссионном, наболевшем, но правом голоса (высказывания) в заданных временных параметрах в принципе не могли воспользоваться. Это ведь не бессловесные колесики и винтики какого-то механизма «одобрямса», а свободные люди свободной Церкви. Для чего все эти секретариаты, комиссии, секции создаются? Чтобы услышать, обсудить, учесть мнение делегата и принимать понятные, приемлемые для всех решения. Это очень хлопотно, но другого-то пути нет. Иначе — сумбур в оценках и комментариях самих участников. Чему мы и свидетели: одни видят в принятых решениях угрозу церковному единству, другие, напротив, его подтверждение.

- А Вы сами к чему склоняетесь?
- Я говорил с юристом митрополии Валентином Волынцем: по уставу, думаю, это какой-то промежуточный вариант, который будет перерабатываться и дорабатываться и не один раз. Архиерейским Собором создана комиссия по изменениям устава, пусть она спокойно ими занимается.
Конечно, все эти баталии вызывают досаду, потому что трудно нести мир кому-то, не примирившись в самом себе. Ведь нелепо, когда на службе люди из одной чаши причащаются, а в жизни между ними — милицейский санитарный кордон.

- Говорят, что в день собора даже Лавру закрыли?
- Нет, монастырь был открыт, а музей, Верхнюю Лавру, полностью перекрыли. Напротив центрального входа в Лавру, у Арсенала, «Беркут» заблокировал несколько сот братчиков. На территорию никого не пускали — ни экскурсантов, ни посетителей. Я впервые с подобным столкнулся: бываю же на различных форумах, в том числе и раскольничьих, и свои журналистские съезды посещаю, и нигде километровые санитарные кордоны не видел и вообще милиции не видел. Что, скажем, у журналистов меньше недоброжелателей, чем у пастырей, или конфликтов в их среде не бывает?
Ведь не пускали не только пикетчиков, но абсолютно всех, а ведь в кои-то веки собрался весь цвет нашей Церкви! Что опасного было в том, чтобы дать возможность в перерывах, вне зала заседаний общаться с делегатами? Ведь все так поступают.

- А пикетчики хотели сорвать собор?
- Они хотели услышать и быть услышанными, что нормально в любом демократическом обществе. К ним, кстати, вышли два молодых священника, один — из московского ОВЦС, другой — из нашего, в мегафон (так как народа было много) поговорили, ответили на вопросы, и люди разошлись. И стоило огород городить? Я нахожусь в непопулярной убежденности, что от народа не надо отгораживаться, особенно от местных православных. Это их город, они здесь хранили веру во время репрессий и преследований, еще матушку Алипию и прочих подвижников помнят и ими воспитывались. Вот в прошлом году похоронили Раису Демьяновну Шаповалову, ей было сто лет, мы с ней 15 лет в одной газете работали, дружили. Так она была ученицей священномученика Александра Глаголева, она помнила и священномученика митрополита Киевского Константина и многих других, ведь когда их убивали в Лукьяновке, ей было уже 30 лет. И таких учеников, учеников учеников и так далее много, это своя киевская традиция святости, мученичества, памяти. Ее надо хотя бы уважать. А если вы решили стать киевлянами, поскольку здесь оказалось место службы и жительства, то надо, чтобы с Киевом связывала не только работа, зарплата и купленная квартира, надо насыщаться болью, историей, памятью великого города. По крайней мере, не отгораживаться от людей. Вообще все эти вдруг появившиеся кордоны-заслоны только раздражают и вредят. И никто на это не обращает внимание. Вы увидите, что будет твориться во время визита патриархов в Киев.

- Вы думаете, опять все перекроют?
- Уверен. Вы знаете, Гоголь писал, что если два творческих начала — украинское и русское — соединить, то появляется что-то гениальное. А вот если два охранительных, держимордских — «низзя» и «не можна», — получается что-то с чем-то.
В прошлом году в Одессе так перестраховались, что тысячи людей не смогли приблизиться к патриаршему богослужению за квартал. Затем патриарх был в Киеве. Мы пошли на вечернюю службу в Лавру, встретили одного высокопоставленного российского дипломата. Стояла жара и духота, мы все вместе подошли к центральным воротам за полчаса до службы. Несмотря на удостоверения, приглашения, не пустили, отправили в обход через экономические ворота, там лаврскими улочками направили к тем же центральным воротам, только с внутренней стороны. Километра три лишних намотали. От ворот по дороге к Успенскому стояли железные поручни и милиция, а площадь перед собором была уже огорожена как арена высокими железными сетками. Я впервые видел такое. Служба короткая, Святейший патриарх сказал несколько приветственных слов и уехал, приступили к миропомазанию: священники с одной стороны сетки тянулись к нам с кисточками, а мы с другой тянулись к ним своими лбами. И людей-то было немного, тысячи две. Для чего эти все сложности? Помню, три года назад Святейший патриарх (тогда митрополит) Кирилл выступал на Крещатике перед стотысячной аудиторией молодежи, в том числе и «безбашенной». Они слушали его, затаив дыхание, скандировали за ним лозунг о триединой Святой Руси, и близко не было лаврских мер предосторожности. Если рокеров никто не боялся, чего же от своих богомольцев закрывать патриарха рядами милиции, поручней и сеток?

- Наверное, соображения порядка, протокола…
- Порядок должны обеспечивать сами верующие. Я был в 1997 году на встрече Блаженнейшего с патриархами (Московским, Константинопольским, Грузинским) в Одессе. Святейший патриарх Алексий дня два был: служил в монастырях и храмах, встречался с семинаристами, властью. И, знаете, ни один милиционер не был задействован, все организовывали сами верующие, я не помню, чтобы и улицы-то перекрывали. Зато патриаршие службы и встречи с людьми были наполнены удивительной теплотой и сердечностью. Как, кстати, и встречи Святейшего патриарха Кирилла на Западной Украине, когда оранжевая власть пыталась сорвать его визит. Это особая атмосфера, которую специально не создашь, а разрушить — легко, теми же кордонами. У нас же верующих до сих пор представляют некими футбольными фанатами, которые, как стадо баранов, непременно кого-нибудь задавят, затопчут и что-нибудь поломают.

- Вы считаете, что все кордоны надо взять и отменить?
- Безусловно. Как, кстати, и протоколы. Скажите, какой протокол может быть в отношениях пастыря и паствы? Протокол той же любви и радости церковного общения. А где вы видели таких протоколистов? Во время визита патриарха в зону мы ждали его и Блаженнейшего у чернобыльского храма. Чернобыльцы, ликвидаторы, академик Велихов, общественность, община с хлебом-солью, детьми и цветами, священники из близлежащих к зоне сел. Батюшки во главе с настоятелем, как полагается, выстроились в два ряда перед входом в храм, некоторые ночь не спали, волновались — такие гости! Вдруг появляется какой-то юный московский протоколист и как фельдфебель начинает стариками-священниками командовать: повернитесь так, встаньте так, вы поменяйтесь, вы вообще уйдите, поскольку облачение не того цвета и так далее. Мы оторопели: в Украине вообще не принято командовать хозяевами, а коли есть необходимость какое-то замечание сделать, потихоньку подойди и скажи. Чего вопить-то при всем честном народе? Другой протоколист (а, может, тот же самый — как-то не запомнил) вечером того же дня после чернобыльской конференции, которую мы проводили и на которой выступал Святейший патриарх, не преминул мне заявить, что мы даже и конференцию организовать не умеем. Хотя кто он такой, почему раздает оценки — непонятно.

- Вы что-то провалили? Может, человек просто не в настроении был.
- Вроде нет, даже благодарность за конференцию от Священного Синода получили. Дело не в нем, а вообще в грубости, невоспитанности священнослужителей, особенно по отношению к журналистам, которые, как вы знаете, все прощают, но ничего не забывают. Многие жалуются и на священников, и на архиереев. Ну, и объяснения — у того тяжелый характер, но он отходчив, другому под горячую руку попали, третий был не в духе и не в настроении. Но ведь пастырь — тот же учитель. Мы же, только повзрослев, понимаем, в каких тяжелейших жизненных обстоятельствах бывали наши школьные учителя, но это ведь никак не отражалось на их отношении к нам. Потому что в основе учительской профессии лежит любовь к детям. А если у тебя тяжелый характер, плохое настроение, с которыми не можешь совладать, и это может травмировать ребенка, то надо менять профессию. На свете есть много занятий, не обремененных работой с людьми, можно в ту же журналистику идти.

- Мы уже коснулись темы патриарших визитов на Украину. Они оказывают влияние на общественную, духовную жизнь?
- Визиты становятся событиями, их ждут, они разноплановые, находятся в центре внимания СМИ и экспертного сообщества. Это сильное и убедительное слово Православной церкви о насущных вопросах жизни человека, наших народов, Европы, мира. Конечно, есть и зависть, и злопыхательство. Но мы живем в свободной и демократической стране, никто никому не мешает нести народу свои мысли. И патриарх же не виноват в том, что его люди слушают, а злопыхателей не слушают.

- Есть информация, что раскольники будут проводить свое альтернативное празднование Дня Крещения Руси.
- Да, причем воззвание прийти на эти празднования разместили в газете, специализирующейся на рекламе окон-дверей, саун, секс-услуг, а пуще всего — знахарей, целителей и колдунов. Так что филаретовцы попали в родное окружение русалин, виолетт, «спасительниц» ирин, причем знахаркам и целительницам отданы первые полосы, а Филарету — подвал последней полосы, о чем зубоскалит весь Интернет.

- Отчего же такая дискриминация?
- Там даны телефоны, можно у русалин все подробно выяснить в отношении филаретовства. Но, как я понял, у них свои разборки, Михаила Антоновича (Филарета) не слишком привечают, считают колдуном злым и бесполезным. А его помощника Евстратия Зорю, что поразительно, вообще всерьез не принимают. Не тем занимается. Вместо того, чтобы ночами зелье копать, травы собирать, а днем сушить лягушек на солнце, беспробудно пропадает в Интернете, пустословит о чем не лень. Словом тот, кто в сети сидит. Думаю, на День Крещения они тоже что-нибудь устроят: пошествуют и пошаманят у святынь.

- На Украине День Крещения Руси — не только церковный, но и государственный праздник. Какие планируются светские мероприятия?
- Это церковно-государственный праздник не только в Украине, но и в России. Это день рождения Русской православной церкви, столько сделавшей для наших народов и государств. Поэтому и празднования будут совместными, церковно-государственными. С участием первых лиц державы.
Пройдут службы: молебен на Владимирской горке, Божественная литургия — в лавре. Для Святейшего патриарха Кирилла визит на эти торжества стал традицией, а Святейший патриарх Грузинский Илия впервые примет в них участие. 28 июля будут чествовать Блаженнейшего митрополита Владимира, ведь это день его небесного покровителя. Для молодежи пройдут гала-концерты в Киеве, Москве и Минске. Планируется, что Святейший патриарх в рамках визита примет участие в форуме женщин, который пройдет в Киеве, а также встретится с ректорами вузов и деятелями культуры, с которыми обсудит проблемы образования на постсоветском пространстве. Так что празднования будут насыщенными, разноплановыми и предоставят много пищи и уму, и сердцу.
Беседу вела Валентина Дудкина
«Интерфакс-Религия»