Украинская Православная Церковь на настоящем этапе своего развития демонстрирует неизменно высокую динамику роста — она постоянно растет и количественно, и качественно. Сегодня наша Церковь состоит из сорока трех епархий, которые управляются пятьюдесятью четырьмя архиереями (из них сорок три правящих и одиннадцать викарных), и насчитывает около десяти тысяч девятисот реальных общин. В Украинской Православной Церкви несет послушание восемь тысяч девятьсот шестьдесят два священнослужителя (из них восемь тысяч пятьсот семнадцать священников и четыреста сорок пять диаконов), действуют двадцать учебных заведений (одна академия, семь семинарий и двенадцать училищ), три тысячи восемьсот пятьдесят воскресных школ. Четыре тысячи шестьсот пятьдесят монашествующих подвизается в ста семидесяти пяти монастырях, из которых восемьдесят пять мужских и девяносто женских.
Резкое увеличение количества приходов привело к тому, что во многих епархиях их число выросло до четырехсот-пятисот и более, что сделало практически невозможным эффективное управление такими епархиями одним архиереем. Поэтому Священный Синод нашей Церкви принял решение о разделении многих епархий, в результате чего епископы получили возможность теснее общаться со своей паствой, и церковная жизнь стала развиваться еще более динамично. Качественно начала меняться система нашего духовного образования. В последнее время активизировалась реформа духовных школ и повысился уровень богословских знаний, получаемых в них.
Динамично повышается уровень присутствия нашей Церкви в информационном пространстве. Украинская Православная Церковь и отдельные ее структурные подразделения являются учредителями семидесяти двух печатных изданий (пятьдесят шесть газет и шестнадцать журналов). Церковь активно представлена в виртуальном пространстве, где функционируют шестьдесят семь интернет-изданий, включая полноценные религиозно-информационные порталы. Под патронатом Украинской Православной Церкви действует православный медиа-холдинг «Глас», которому удалось создать профессиональный православный телеканал. Активно развиваются связи Церкви с различными светскими медиа-ресурсами, благодаря чему мы получаем все больший доступ к светской аудитории.
Во многом благодаря этому Церковь в Украине пользуется значительным доверием общества. Так, согласно данным опроса, осуществленного в прошлом году, среди прочих общественных институтов Православная Церковь в Украине лидирует по уровню доверия, получив наиболее высокую степень общественной поддержки — пятьдесят восемь процентов. Осуществляя свое спасительное служение в современном обществе, Украинская Православная Церковь обязана учитывать социокультурные особенности нашей страны. По мнению американского ученого Сэмюеля Хантингтона: «Украина — это расколотая страна с двумя различными культурами». Хотя это утверждение, возможно, излишне категорично, тем не менее оно в значительной степени отражает действительность. Сегодня мы вынуждены говорить о двух полюсах украинской культуры, двух различных цивилизационных орбитах: «восточной» и «западной».
Восточно-украинский мир, сконцентрированный преимущественно по левую сторону Днепра, сформировался в результате творческого взаимодействия украинской и российской культур. Западно-украинская цивилизационная общность, расположенная главным образом на правом берегу Днепра, напротив, сложилась в результате взаимодействия с польской, австрийской, румынской, литовской и другими европейскими культурами. Именно поэтому для Правобережной Украины характерна культурная и цивилизационная ориентация на Запад. Эти две общности — украинский восток и запад — различны, но нераздельны. Между ними много объединяющего – и язык, и история, и культура, но, пожалуй, самое главное — христианство, имеющее единый источник — Крещение святого князя Владимира.
Миссия Украины отнюдь не исчерпывается функцией буферной зоны между востоком и западом. Украина — это самодостаточное социокультурное пространство, перед которым стоит задача обретения собственной внутренней целостности через синтез наследия востока и запада. В семнадцатом веке, во времена святителя Петра Могилы, перед украинским народом и украинской Церковью уже стояла глобальная задача культурной реформы на основании синтеза западноевропейской и восточнославянской культур. Сегодня Церковь вновь призвана инициировать рождение социокультурного пространства, в котором антагонизм западных и восточных элементов культуры будет творчески преобразован в синтетическое единство на основе православной традиции.
Украинская Православная Церковь — это единственная церковная структура и один из немногих общественных институтов в Украине, имеющий твердую опору и на левом, и на правом берегах Днепра. В силу этого именно она может и должна стать тем центром, вокруг которого объединятся «восточная» и «западная» социокультурные общности. Запад и восток, приверженцы европейского выбора и славянской интеграции, все граждане Украины, независимо от политических убеждений и цивилизационных предпочтений, являются для нашей Церкви одинаково дорогими чадами, требующими в равной степени любви, понимания и духовного окормления. Исходя из этого, Украинская Православная Церковь делает все возможное, чтобы сохранить свободу от политического и идеологического контекста.
Сейчас мы сталкиваемся с новой угрозой фрагментации Православия в Украине по тем линиям, которые разделяют цивилизационно-культурные общности внутри нашей страны. Этому способствуют политические силы как внутри, так и за пределами Украины. В результате Церковь в Украине может быть разделена на несколько православных юрисдикций. Церковного мира это Украине не принесет, и от расколов ее не спасет. Напротив, такая политика гибельна для единства Церкви в Украине; она неизбежно приведет к новым разделениям и противостояниям, которые, к тому же, могут негативно повлиять на общеправославное единство.
Существует еще целый ряд угроз, с которыми сталкивается наша Церковь. Эти угрозы связаны с тенденциями развития современного украинского общества. Среди них следует отметить национализм, секуляризацию, консюмеризм.
Что касается национализма, то популярность этой идеологии достигла своего пика в Украине в девяностые годы прошлого столетия и была обусловлена процессами национального возрождения и обретения государственности. Одним из главных объектов критики со стороны адептов этой идеологии стала каноническая и молитвенная связь Украинской Православной Церкви с Московским Патриархатом. «Ваша Церковь чужда украинскому духу. Вы — противники украинской независимости. До тех пор, пока Московский Патриархат существует в Украине, ее независимость эфемерна». Какие только обвинения ни звучали в наш адрес, к каким только средствам ни прибегали националистически настроенные политики, чтобы максимально усложнить жизнь и служение Украинской Православной Церкви! Мы жили в условиях информационной блокады, нашу Церковь пытались объявить «антиукраинской», у нас незаконно отбирали храмы и имущество. Все это время мы мужественно противостояли нападкам и притеснениям. Вместе с тем сопротивление идеологии национализма не отразилось негативным образом на нашей готовности участвовать в процессах национального и государственного возрождения Украины. Сохраняя духовную связь с Русской Православной Церковью, мы стали подлинной Церковью украинского народа, которая с должным уважением относится к национальной истории и традициям нашей страны, той страны, в которой мы живем и совершаем свое служение и органической частью которой мы являемся. Смиренно переживая незаслуженные обвинения в измене национальным интересам, мы не словом, а делом доказали украинскому обществу, что наша Церковь — плоть от плоти украинского народа, наша родина — Украина, что нам дороги украинская история и традиции и что мы являемся органической частью современного украинского общества.
Если проблемой национализма украинское общество в целом уже переболело, то консюмеризм и секуляризация — это явления, греховная притягательность которых все в большой мере овладевает людьми. Стремясь освободить человека от мнимого «диктата религии», секуляризм разрывает живую связь личности с Богом и Церковью. В результате Церковь превращается в конфессиональную группу, вера — в систему взглядов, носящих релятивистский характер, молитвенный опыт — в частные психологические переживания индивида. Как пишет французский исследователь Жан-Поль Виллем, положение религий в современном мире может быть описано как фразой «верить, но не принадлежать», так и фразой «принадлежать, но не верить». Современное сознание все больше тяготеет к некой эфемерной вере, лишенной признаков церковности. С другой стороны, формальная принадлежность к той или иной христианской конфессии не предполагает обязательное наличие у индивида живой христианской веры.
Человек, потерявший связь с Церковью, неминуемо превращается в сосредоточенного на потреблении эгоиста. Секуляризированное общество неизбежно приводит к идеологии потребления. Покинув сакральное пространство Церкви, человек пытается при помощи вещи, товара выстроить свои отношения с другими индивидами. Товар становится фетишем, от него ждут чуда — приобщения к новому способу жизни. Так церковное мировоззрение подменяется языческим: товар облекается в сакральное достоинство, вещь обожествляется, а человек, который первоначально был призван к господству над миром вещей, превращается в их раба. Как пишет один из исследователей феномена консюмеризма, профессор Стирнс, это явление «торжествует абсолютно во всех государствах, вне зависимости от их исторических, культурных и религиозных традиций, а также социально-политического строя». В наших странах консюмеризм — это новое явление, но показательно, что за последние несколько лет эта идеология стремительно распространила свое влияние на общество, особенно на молодежь.
Каким же образом Церковь может помочь обществу в противостоянии новым искушениям? Приобщая человека к благодати спасения, Церковь сообщает ему тринитарный образ бытия, которому чужд эгоизм. Благодаря этому искушения теряют силу воздействия на человека, обнажаются призрачность и иллюзорность той цели, к которой его толкает грех. Церковь не может и не должна ограничивать свободу личности, навязывая ей те или иные решения. Но мы можем и должны вернуть человеку остроту зрения, указав ему на те опасности, которые таит в себе разрушительная идеология потребления.
На фоне этих вызовов, которые сегодня представляют серьезнейшую угрозу для Церкви и, в конечном итоге, для общества, особую актуальность приобретает вопрос уврачевания церковных расколов в Украине. Вот уже почти двадцать лет церковные расколы разделяют наше общество, являясь источником постоянных конфликтов. Они чрезвычайно ослабляют Церковь, препятствуя ее миссии в обществе. На фоне расколов среди православных в Украине процветают харизматические движения, люди отворачиваются от Церкви и уходят в секты. Более того, с каждым годом стена, которая разделяет православных в нашей стране, становится все крепче и выше, так что уже в скором времени общество будет воспринимать наличие в Украине нескольких православных церквей как норму. Мы также не можем забывать о наших братьях и сестрах, остающихся по другую сторону этой стены. Если в состав Украинской Православной Церкви сегодня входит около одиннадцати тысяч приходов, то общее число приходов, находящихся вне общения со вселенским Православием, составляет около четырех тысяч. Эти цифры означают, что миллионы православных в Украине находятся вне церковного общения. Они лишены благодати Таинств, и их вечное спасение подвергается угрозе. Поэтому наша пастырская ответственность требует от нас предпринимать самые решительные меры, направленные на уврачевание раскола.
Возникновение раскола, как известно, было обусловлено целым рядом причин, среди которых – политизация церковной жизни, проникновение в жизнь Церкви националистической идеологии этнофилетизма, гордыня и нераскаянность предводителей раскола. Еще одной существенной предпосылкой раскола является поляризация украинского общества на восток и запад. Так, социальной базой раскола является западно-украинский регион, для которого, как уже отмечалось выше, свойственна культурная и цивилизационная ориентация на Запад. Именно там родилось автокефальное движение, и именно там сегодня расположено около семидесяти процентов всех автокефальных структур.
Для преодоления раскола необходимо принимать во внимание все указанные причины и предпосылки. Поэтому Украинская Православная Церковь стремится максимально дистанцироваться от любых политических и идеологических платформ, ибо в украинском контексте они не объединяют, но разделяют людей. Именно в силу этого мы также не берем на себя ответственности предопределять цивилизационный выбор Украины. В декабре прошлого года Украинская Православная Церковь провела Собор епископов, на котором был поднят вопрос о политизации церковной жизни и связанных с этим негативных последствиях. Руководствуясь пастырскими мотивами, Собор осудил так называемое «политическое православие», указав экстремистки настроенным силам внутри нашей Церкви на то, что их деятельность вредит церковным интересам, в том числе усилиям, направленным на преодоление церковного раскола. Теперь мы ожидаем, что аналогичный шаг будет сделан представителями самопровозглашенного Киевского патриархата, в идеологической платформе которого лежит «политическое православие».
Как показывает диалог Украинской Православной Церкви с так называемой Украинской автокефальной православной церковью, сотрудничество в деле преодоления раскола становится конструктивным и плодотворным, когда наши партнеры демонстрируют искренность в намерениях и готовность принимать аргументы другой стороны. УАПЦ сегодня существенно пересмотрела многие позиции, которые ранее вызывали смущение у духовенства и верующих нашей Церкви. В частности, она публично осудила этнофилетизм и отказалась от него как от метода церковного строительства. Она сделала важное заявление о том, что считает приоритетным преодоление раскола на основе канонического Предания Церкви. Руководство УАПЦ внесло необходимые экклезиологические уточнения в понимание таких понятий, как «автокефалия», «национальная церковь», «национализм», вокруг которых в Украине сегодня ведется дискуссия.
Представители раскольнических групп УПЦ КП и УАПЦ обратились к нашей Церкви со специальными обращениями, в которых было изложено их видение церковного кризиса в Украине и путей его преодоления. Как показал анализ этих документов, и в УАПЦ, и в УПЦ КП вопрос об уврачевании раскола связывается с обретением Украинской Православной Церковью нового канонического статуса. Аналогичную позицию занимает и украинское государство в лице сегодняшнего его руководства.
Действительно, с большой долей вероятности можно предположить, что усовершенствование канонического статуса Украинской Православной Церкви способствовало бы присоединению к ней раскольнических групп. Однако оно не решило бы проблему единства Церкви в Украине, поскольку очень многие представители епископата, духовенства и мирян в нашей Церкви не готовы отказаться от наличествующей сегодня канонической связи с Русской Православной Церковью. Участвуя в дискуссиях вокруг понятия автокефалии и будущего Православной Церкви в Украине, мы сталкиваемся с двумя противоречащими друг другу позициями. С одной стороны, некоторые утверждают, что автокефалия разрушительна для церковного единства. Однако такая точка зрения, будучи доведенной до своего логического завершения, означала бы, что между Поместными Православными Церквами, имеющими автокефальный статус, не существует церковного единства, а это коренным образом противоречит православному учению о Церкви. С другой стороны, существует мнение, что автокефалия – это единственный и безальтернативный способ разрешения украинской церковной проблемы. Эта позиция не менее нелепа. Автокефалия не может быть инструментом достижения консолидации Церкви — она может быть лишь результатом уже достигнутого общецерковного консенсуса. К тому же, как свидетельствует исторический опыт, поспешная автокефалия может послужить причиной дальнейших разделений внутри Церкви.
В силу названных причин Украинская Православная Церковь сегодня предпочитает рассматривать проблему уврачевания существующего церковного разделения в пастырском ключе, избегая вопросов, вокруг которых на данный момент существует множество спекуляций. Это означает, что мы готовы обсуждать проблемы, связанные с преодолением раскола, но не готовы обсуждать изменение статуса Украинской Православной Церкви, поскольку считаем это преждевременным и неполезным для современной церковной жизни.
Именно на таких позициях мы настаиваем в нашем диалоге с государством. Останавливаясь на этом диалоге более подробно, я в первую очередь хотел бы отметить положительные стороны в отношении нынешнего руководства Украины к Церкви. Мы рады, что нашим политикам не чужды вопросы духовного возрождения украинского общества, что оно заботится о консолидации общества и именно в Церкви видит помощника для решения этой задачи. Это особенно отрадно отмечать на фоне секуляризационных процессов в мире, когда политики поворачиваются к Церкви спиной и игнорируют духовную составляющую развития общества. Нас радует, что государство в Украине обеспокоено проблемой церковного раскола и считает его преодоление одной из своих приоритетных задач.
Вместе с тем активное участие государства в разрешении церковных проблем иногда имеет и негативные стороны. Намерения у государства могут быть добрые, а вот способы их реализации могут привести к еще более тяжким последствиям, когда вместо старых расколов появятся новые. Угроза именно такого развития ситуации возникает в том случае, когда представители государственной власти игнорируют позицию наибольшей в Украине Церкви, предпринимают те или иные действия, направленные на уврачевание раскола без ее ведома, не посоветовавшись с ее Предстоятелем. В таких случаях мы считаем действия нашей власти неправомочными и выходящими за пределы, предусмотренные Конституцией Украины в области церковно-государственных отношений. Чаще всего это касается региональных чиновников, с ревностью не по разуму воплощающих на местах то, отголоски чего, не всегда четкие, слышатся ими в центре. Одновременно мы ожидаем от нашего государства более конструктивного сотрудничества в разрешении таких насущных проблем, как преподавание христианской этики в школах, осуществление пастырского служения в армии и тюрьмах. Мы также ожидаем, что будут удовлетворены наши законные требования предоставить Церкви статус юридического лица и вернуть отобранное у нее имущество в рамках реституции собственности.
Итак, одной из наиболее болезненных проблем Православия в Украине является раскол. Поскольку темой настоящего Архиерейского Собора избранно единство Церкви, я акцентировал внимание именно на вопросе восстановления церковного единства в Украине. Надеюсь, что Полнота Русской Православной Церкви, представленная здесь в лице ее епископата, должным образом оценит тяжесть и актуальность этой проблемы, что также найдет отражение в соборных определениях.

Ваше Святейшество, Ваши Блаженства, дорогие собратья архиереи!

По благословению священноначалия Русской Православной Церкви мне выпал жребий управлять Кишиневской епархией с 1989 года. Для сравнения могу сообщить: до 1988 года в епархии действовали 194 прихода и один женский монастырь; в настоящее время в Кишиневско-Молдавской митрополии действуют 1277 приходов, 42 монастыря, 8 скитов и 8 духовных школ. Православная Церковь в Молдове разделена на 6 епархий и управляется четырьмя епархиальными архиереями. Кроме того, в митрополии служит один викарный епископ. Одна епархия — Единецкая — вдовствующая.
Нам радостно нести послушание в православной стране (93% населения исповедуют Православие). Страна небольшая, однако вера православная в ней укоренена очень глубоко — она хранится с первых веков христианства. Существуют и другие религиозные конфессии, но они малочисленны. Особым статусом в Молдове, согласно законодательству, наделена Православная Церковь.
Мы издаем необходимую литературу на церковнославянском и молдавском языках. С 1990 года опубликовали и републиковали более 400 наименований книг. Три раза в неделю у нас есть возможность транслировать церковные передачи по 30 минут на центральном телевидении; два раза в неделю — на радио. В двунадесятые и иные великие праздники ведется прямая трансляция богослужений из кишиневского кафедрального собора. Священнослужители получают духовное образование в Молдове, России, Румынии, Греции, Болгарии, Белоруссии, Украине. В большинстве своем они достойно несут послушание и заботятся о собственных приходах. Священнослужители Кишиневской митрополии окормляют воинские части, подразделения карабинеров и МВД, а также пенитенциарные учреждения. Во всех перечисленных структурах имеются часовни или молельные комнаты.
С некоторыми министерствами — культуры, внутренних дел и обороны — заключены соглашения о сотрудничестве. Но, несмотря на накопленный положительный опыт, приходится нам сталкиваться и с определенными проблемами. Молдова — отнюдь не богатая страна. Многие ее жители уезжают на заработки за рубеж. Вместе с ними уезжают и жены, в том числе матушки священнослужителей, — в Грецию, Италию, Португалию, Испанию. Бывают случаи, когда священнослужители для сохранения семьи оставляют свои приходы, уезжают к супругам и больше не возвращаются. В таких случаях мы стараемся по согласованию с ОВЦС открывать приходы в странах рассеяния и назначать туда священнослужителей из Молдовы для окормления наших пасомых за рубежом. У нас есть официально зарегистрированные приходы в Италии, Франции и Португалии. Церковные здания в этих странах передаются в пользование православным — католиками или местными органами власти.
Другая проблема у нас связана с так называемой Бессарабской митрополией Румынского Патриархата, учрежденной на территории Республики Молдова в 1992 году. В прошлом 2007 году образованы еще три епархии, входящие в состав «Бессарабской митрополии» на территории Молдовы и Украины.
Эта «митрополия» старается вербовать священнослужителей из Молдавской митрополии. Заманивают священников обещаниями получить румынский паспорт (т.е. гражданство) и беспрепятственно путешествовать по Европе. Кроме этого, принимают запрещенных священнослужителей и выдают им ежемесячное пособие в размере 300 евро. По этому поводу я обращался к Блаженнейшему Патриарху Румынскому Даниилу, который, в свою очередь, обещал принять данный вопрос к сведению. В настоящее время Румынский Патриархат имеет на территории Молдовы около 100 приходов.
Отношение руководства страны к нашей Церкви нормальное, во многом ее поддерживают. Помогают в ремонте и реставрации храмов и монастырей. В 2007 году был принят новый закон о культах. По просьбе Молдавской митрополии в этот закон были внесены существенные изменения — на пользу нашей Святой Церкви.
При самых разных обстоятельствах — и в радости, и в заботах — мы неизменно молимся о сохранении единства с Полнотой Русской Православной Церкви.